Воля Владыки...

***

Свет нескольких зажженных свечей, стоящих в закрытых фонарях, с давно помутневшими стеклами, лился по центру небольшого зала таверны, освещая тех не многих путников, что остановились в стоящем напротив постоялом дворе. Хозяин обоих домов умело принимал заказы, находясь за большой стойкой, разносил напитки по немногочисленным, круглым столикам, расставленным по скромной территории первого этажа зала, и вовремя скрывался в темноте лестницы подвала, принося небольшие бочонки и мешки с едой. Город, под названием Бирлад, находился не далеко от Лихолесья, практически на перепутье дорог, ведущих в Гондор и Имладрис, однако, был практически незаметен для всех, существующих в Мире городов, не говоря уже об эльфах. Он скорее служил перевалочным пунктом, в котором останавливались путники не больше чем на пару дней, и так же неожиданно исчезали, скрываясь на той или иной дороге. Порой, проходящие по дорогам города возницы или путники, замечали местных жителей, тенями скрывающихся во мраке домов и, подобно призракам, прячущихся где-то в переулках, или небольших, но очень грязных дворах. Под напором долгих дождей, образовавшейся под ногами грязи и большого количества животных, перегоняемых с одного места на другое, фундамент домов превращался в заплесневевшие доски, не говоря уже о конюшнях, полнившихся зловонием и давно не убранным сеном. Порой, у путников возникала жалость даже к коням, вынужденно топчущимся на месте, будучи привязанными в стойлах, но ничего большего они не могли проявить – законы города были негласны и жестоки. Местные жители, давно свыкнувшись с мыслью о том, что их город постепенно вымирает, превращаясь в единый постоялый двор, не теряли бдительности, с колкостью и недоверием смотря на всякого нового путника, пересекающего границы их «хрупкого мира». В самом дальнем и темном углу сидела высокая, стройная путница, одетая в черные штаны, заправленные в высокие сапоги, такого же цвета рубашку из зеленого хлопка, плотный кафтан такого же оттенка и плотную, удлиненную куртку темно-коричневого цвета. Ее темные, с легким переливом серебра, прямые волосы, были собраны в свободную косу, доходившую длинной до половины спины, глубокие, синие глаза словно искрились серебряным светом только взошедшей на темном, безоблачном небе луны, будто отбрасывая ее блики на всех, кто был вокруг. К слову, из окружения не было никого, кто мог удостоиться ее внимания: выпившие люди, пара гномов, кто-то из гор – кажется, шахтеры древнего рода хоббитов, некогда ушедших из Хоббитона, и кто-то похожий на орка. Вернее даже, прислужник хозяина таверны, некогда бывший карликом, а после и вовсе запустивший себя, покрывшись бородавками и густой бородой. Нехотя сделав глоток остывшего эля, девушка поправила прикрепленный к поясу легкий меч, у обуха которого был выгравирован дракон – кажется, древняя реликвия, если верить легендам… Едва заметно усмехнувшись собственным мыслям, она тихо вздохнула, думая куда отправиться теперь, и вдруг, невольно услышала разговор какой-то женщины, едва ли не перегнувшейся через стойку, чтобы поделиться своими мыслями с хозяином двора, который, не отвлекаясь на нее, продолжал разливать в деревянные кружки Пинту: -…Говорю тебе – это были эльфы. Высокие, одетые в серебряные доспехи, хмурые… - Эльфы? – переспросил мужчина, постучав полной кружкой по поверхности стойки и отдав карлику поднос с напитками, который быстро отнес его на второй этаж, хромая поднявшись по лестнице. – Из Лихолесья? - Не знаю-не знаю… Взгляд у них был угрожающий… - Лесным эльфам до нас давно не было никакого дела, – отмахнулся он, выйдя из-за стойки с несколькими кружками в руках. - Может, все поменялось? Говорят, лес поражён древним злом… - Я тебе так скажу – все это сказки… - А может, они кого-то ищут?... – но женщина, словно погрузилась в свои размышления, даже не думая слушать ответа трактирщика. - Ну, тогда я не завидую «ему», – засмеялся мужчина, в мгновение заметив вошедших в дом новых гостей, кивнув им. – О, приветствую, – и поспешил предложить им горячего эля. «Значит, эльфы… И лес поражен, - подумала девушка, кинув короткий взгляд на лук и колчан стрел, спрятанных под плащом, на одной скамейке с ней. – Что ж…»

***

Первые лучи солнца коснулись пик крыш Бирлада, и люди только начинали просыпаться, приступая к своим делам и покидая его границы. К сожалению, эти лучи оказались настолько коротки, что вскоре скрылись за массивными, плотными тучами, затянувшими вскоре все небо. Погода в этих землях последнее время слишком переменчива, однако, если верить словам той женщины в таверне – это один из предвестников просыпающегося от долгого сна зла. Поправив на плечах плащ и почувствовав несколько капель упавших на лицо – поняла, скоро разразится настоящая буря. Если эльфы близко – нужно поскорее уходить отсюда, но куда? На перепутье они меня быстро догонят, а значит – есть только одно место, в котором можно будет переждать грозу, преследование, и разобраться, о какой болезни говорили те люди. Оседлав вороного коня и пришпорив его, я помчалась прочь из Бирлада, чувствуя усиливающийся ветер и струи дождя, который меньше чем через полчаса намочил мой плащ и сумку, прикрепленную к седлу. К счастью, все оружие оказалось спрятано под плотной, эльфийской тканью, которой не была страшна ни вода, ни снег, ни даже простые, совсем легкие удары ножом или наконечником стрелы. Слыша где-то позади ржание лошадей, я подогнала своего скакуна, вскоре оказавшись на границе просторной пустоши и широкого, доходящего по своей длине леса, «приветствующего» всякого массивными деревьями, корни которых уже давно переплелись между собой, частично покрывшись плесенью и мхом. Не доскакав до точной черты леса, мой конь встал на дыбы, дико заржав, начав топтаться на месте и рыть землю – что-то не так… Едва ли успокоив скакуна, похлопав его по боку рукой, одетой в черную перчатку, я подняла голову, чуть не подставив лицо под мощные струи дождя, однако, все же смогла увидеть, что деревья, своими пышными кронами уходят высоко в небо, так же переплетаясь где-то наверху, словно выстраиваясь в неровный, но тем не менее живой забор, ограждающий Лихолесье от всевозможных врагов. Здесь пройти невозможно… Заставив коня развернуться и снова пришпорив его, я помчалась дальше, вдоль леса, в скором времени увидев, как он начинает меняться: листья деревьев начинали покрываться мелкими, бледно-серебряными пятнами, увядая и покрываясь тонким налетом черного цвета – вот о какой хвори шла речь. Лес в правду поражен, но чем? Что могло настолько заставить его увядать?... Вовремя натянув поводья, я увидела скрытое от глаз всех, кто мчался прочь и не смотрел по сторонам, поваленное дерево, за которым два больших дуба с массивными стволами, склонились над едва заметной тропой, представляя из себя некое подобие треугольной арки. Казалось, под своим весом они могут в любой момент обрушиться и завалить тропу, а вместе с ней и того, кто будет следовать в глубь леса, но, выбора не было: по обеим сторонам были огромные заросли кустарника, различных деревьев и низкорослой зелени, не позволяющей пробраться во владения Лихолесья иначе, чем через эти арки. Тяжело вздохнув и спешившись, я взяла скакуна под уздцы, и медленно пошла в сторону арки, чувствуя, как вороной упрямится, словно боясь этого места. Оно в правду было жутким, если не сказать, зловещим, но, выбора не было… Буквально таща за собой несчастное животное, я как можно осторожнее прошла под массивными стволами деревьев, услышав тихий шорох над собой, словно кто-то прокарабкался по коре когтями, на секунду замерев и побежав дальше. Тихо, практически не дыша пройдя, я успела отойти в сторону, проведя коня следом за собой, и в тот же момент услышала многочисленное ржание лошадей, табуном промчавшихся мимо границы леса, где пару минут назад стояла я: эльфы в правду подобрались слишком близко… Здесь, под раскидистыми ветвями массивных деревьев, переплетающихся между собой и едва ли не срастающихся в конечном итоге, практически не чувствовался сильный дождь. Лишь несколько капель упало мне на плащ, а после – все замолкло. Обернувшись, я увидела просторный, серо-золотой лес, в который, словно через тучи и массивную листву, пробивалось солнце, своими лучами, подобно легким занавескам из шелка, стелющемуся от счастых макушек высоких деревьев в плоть до низкорослого кустарника. Именно благодаря легкой пелене солнца я смогла рассмотреть не только покрытые травой и мхом выступающие корни деревьев, но просторы леса, зеленого, свежего, отчасти покрытого черными и серебряными пятнами, словно болезнь все больше и больше распространялась по здешним местам. Тропа от арки, которую мне удалось благополучно пересечь, кончалась меньше, чем в паре метрах от нее, предоставляя всякого путника на волю и милость судьбы, не давая понять, куда дальше идти и как не заблудиться. Благодаря знаниям и навыкам нахождения в лесу, я с некоей толикой уверенности, снова оказалась в седле, слегка пришпорив коня и стянув с головы капюшон, заправив пару выбившихся из прически прядей за острые уши, начав лучше слышать легкое пение птиц, стрекотание насекомых и кваканье жаб. Это место было удивительным – здесь не было ни шторма, ни дождя, словно та арка приводила в новое, удивительное место, которое с каждым проеханным мною метром, становилось все темнее. Казалось, это не просто лес, и его захватила не простая болезнь… Дышать становилось тяжело… Очень тяжело, от чего я, уже через пару часов езды, вынужденно спешилась, сделав несколько глотков воды из фляги. В одно мгновение, я поняла, что все звуки стихли, словно в предвестье чего-то страшного и коварного. Секунда, и позади меня раздался дикий шум ломающихся веток, заставивший резко обернуться и обнажить меч, приготовившись к атаке, однако… Чуть больше полдюжины больших кроликов, запряженных в упряжку из деревянных, зимних саней, промчалось мимо меня, вовремя остановившись и представ невысокого старца, облаченного в коричневую накидку, широкие штаны, массивную шапку и высокие сапоги. Его взгляд в мгновение встретился с моим из помутневшего резко став более ясным и осмысленным. Улыбнувшись, я примирительно убрала меч в ножны, буквально сразу же услышав: - Сэлиэль! Что ты здесь делаешь?... Что Я здесь делаю?... – и слегка нахмурившись, задумался, словно что-то вспоминая. - Рада тебя видеть, Радагаст, – и выпрямилась, заметив, что добрый волшебник снова начал формулировать какую-то мысль. - И я тебя. О-о-о, ты смотри… - и тут же сошел с саней, подскочив к одному из кустов, с листьев которого густыми каплями капала черная жидкость. – Что же это… - дотронувшись кончиками пальцев до нее и растерев, он принюхался. - Не может быть… Но… Да-а-а, это оно… – и снова будто задремал, задумавшись. Перемявшись с ноги на ногу, и снова терпеливо улыбнувшись, я все же подошла к магу, тихо проговорив: - Радагаст… - Древнее зло! – резко выкрикнул он, словно очнувшись после кошмара, однако, заметив меня… - Извини, – на что я снова вздохнула. – Так как ты здесь оказалась? – и снова поспешил к дереву, проведя ладонью по шершавой корде. - Мне нужно поговорить с тобой… - Решила увидеться с королем Лихолесья? – но, кажется, он все еще пребывал в собственных мыслях. - Нет, от него я стараюсь держаться как можно дальше, – и, поняв, что маг меня не слушает, быстро подошла к нему и встала напротив, буквально заставив его собраться. – И от отряда эльфов Белых гор, – он печально посмотрел себе под ноги, крепче сжав в руке свой посох. – Они идут по моему следу и едва не нагнали у границ леса – успела скрыться в одном из проходов. - Сейчас это не самое лучшее место, чтобы прятаться. - Знаю. Я слышала в одном из постоялых дворов, что лес поразила болезнь. Что это? - О-о-о, древнее зло… - он быстро вернулся к своим саням. – Идем. Насторожившись, но все же снова оседлав коня, я последовала за Радагастом, кролики которого мчались так быстро, что я едва могла понять, в каком направлении он повернул и куда нужно ехать дальше. Несколько минут, и я увидела небольшой дом, среди корней раскидистого дерева, покрытый ветками, опавшей листвой и горой прутьев – старая, добрая хижина. Остановив сани в нескольких метрах от нее, маг поспешил в дом, быстро скрывшись за дверью, которая с приглушенным скрипом начала закрываться, но только из-за конструкции не совсем ровно построенного дома. Вернее, совсем не ровно построенного дома. Натянув поводья, спешившись и все же стряхнув влагу с плаща, я подошла к порогу дома, отжав воду с кончиков волос. Слыша тихое бормотание Радагаста, я аккуратно толкнула ладонью дверь, осторожно переступив через порог. Внутри была одна комната, вмещающая в себя заваленную вещами кровать, полукруглый стол, так же хранящий на себе какие-то сосуды с жидкостями, пару стульев, легкий беспорядок на полу, несколько сухих листьев, разбросанных на некотором подобии сундука, и среди всего этого ходил маг, говоря что-то о проклятии. Оставив дверь приоткрытой, я подошла к столу, и в тот же момент мужчина обернулся, едва заметно вздрогнув и тихо вскрикнув, словно не ожидал моего появления, или вовсе забыл о том, что мы встретились. Но в следующую секунду вспомнив – налил в пару кружек какого-то горячего напитка из стоящего над небольшим костром чайника. - Ты вся промокла, - проговорил он, протягивая одну из кружек. – Вот, это поможет просохнуть и согреться. - Спасибо, – тихо поблагодарила я, принимая кружку и присаживаясь на край стула, на который указал маг, продолжая ходить из стороны в сторону. - Это древняя, очень древняя магия… Колдовство… О да-а, это именно оно… - и мельком посмотрел на меня. – Вчера мне удалось спасти одного моего друга… Себастиана… Ежа… О-о, он был совсем… - но тут замер на месте, подняв взгляд. – О чем это я? - О лесе. Что за колдовство поразило его? – я пыталась сосредоточить его внимание на сути моего прихода, но… - Я думаю, оно из Дол Гулдура… Пауки… Их паутина и черная мразь распростерлась далеко вглубь леса… Тьма собирается на востоке… На этот раз их будет больше… Куда больше, чем… - и снова замолчал. - Кого будет больше? - Приспешников зла… Темного лорда… - Он был повержен… Саурон был уничтожен… - О нет… Нет-нет-нет, - маг сел на другой стул, напротив меня. – Пока цело кольцо – он не потерял своей силы…это вопрос времени… Я должен поговорить с Гендальфом… - Гендальфом? Давно ты его видел? - Много лет прошло… Но он жив… - Радагаст все еще думал о Темном Властелине, однако… - Гендальф должен знать о крепости. Он знает, что делать… - Мне тоже нужно с ним поговорить, – протянула я, залпом выпив терпкий напиток, от которого по телу сразу разлилось тепло. – Нужен его совет, – и поднялась с места, поставив кружку на стол. – Спасибо. - А-а, п-подожди – ты можешь остаться здесь и дождаться его. - Благодарю, но я оказалась здесь не только потому, что искала убежища от отряда эльфов. Мне было интересно, о какой болезни идет речь и, если это пауки, их можно убить. Не хочу, чтобы тебе что-то угрожало, – стоит признать, что мне нравился этот маг, хоть он и был слегка странным, порой неординарным и слегка несобранным, однако, знал цену жизни и свободы, заботясь о животных у Южной границы Лихолесья. Развернувшись, я быстро вышла из дома, подойдя к своему коню, начав снимать с седла легкий, длинный лук, изрезанный серебряными нитями, уложенным в витиеватый узор. - Сэлиэль, постой! – волшебник выбежал на порог, взмахнув рукой. – Там опасно! - Знаю. А потому, - и медленно повернулась, поправляя под плащом колчан со стрелами и пару коротких клинков с серебряными рукоятями, - пойду пешком: так будет незаметнее и тише. - Тебе не обязательно делать это, Сэлиэль, – он спешно спустился, подойдя ко мне. - Не волнуйся, я не пойду глубоко в чащу. Хочу убедиться, что пока мы в безопасности, и сразу вернусь. К приходу Гендальфа, успею, если ты его призовешь. - Но… Но, если ты не успеешь вернуться… - Я вернусь. Вот увидишь. - Этот лес уже не назовешь великой пущей, как раньше… Даже воздух в этом лесу пропитан дурманом – он будет стремиться сбить тебя с пути. Если найдешь тропу – не сходи с нее. Что бы ни случилось – не сходи с тропы, – Радагаст проговорил это так быстро, что я едва смогла уловить суть, поняв, что он впервые за весь наш разговор произнес взаимосвязанные предложения. - Я не пойду так далеко – не хочу встретить Лесных эльфов. - А-а-а, - протянул он, задумавшись. – Их король не слишком приветлив к чужакам. - Да, наслышана о нем, – я снова повернулась к своему коню, подведя его к дереву и начав привязывать поводья к одной из веток, чтобы тот не сбежал. О короле Лесных эльфов многие отзывались, как о холодном, расчетливом и высокомерном правителе, думающем не только о границах своих земель, но и о собственной выгоде. Вздорный нрав, частичка лицемерия, жесткое сердце и безразличное отношение к чужим жизням превосходили всякую жестокость, с которой он бросал в темницы нарушителей границ, нежелающих подчиниться его воле. К слову, помимо этих качеств, многие правители других рас и государств неоднократно отмечали его дипломатичность, терпеливость и сдержанность в жестах и словах всем видом выдающих настоящего, гордого и выдержанного правителя Лесного народа. Признаться, кроме характера, многие говорили и о его красоте, сравнивая цвет волос с бликом холодной звезды, глаз – с ледяной гладью моря во время шторма, лицо – со спокойным, безмятежным закатом, настолько оно было «рассудительно» и безупречно «выточено». Но, даже несмотря на порой вспыльчивый нрав, многие короли хотели выдать за него своих дочерей, заручившись тем самым поддержкой его могучей армии и просторных земель. Достойная партия, но, судя по слухам, самого короля не интересовало подобное… - Я постараюсь вернуться к приезду Гендальфа, – проговорила я, бросив короткий взгляд в сторону волшебника, начавшего перебирать между пальцев край своего плаща. Короткий взгляд, и я сорвалась с места, побежав в глубь леса. Прошло не больше пары часов, а я оказалась на одной из раскидистых, массивных ветвей почерневшего дерева. Стволы, листья, мелкие поросли – все было покрыто черным слоем какого-то пепла или налета. С каждым шагом вокруг становилось все темнее и темнее, даже несмотря на время суток, предрасполагающее к яркому солнцу или даже дождю, шедшему за пределами Лесного королевства. Это было уже не прежнее Лихолесье, некогда воспеваемое и восхваляемое в песнях и балладах менестрелей. Это увядающий лес, медленно гниющий, пропитанный злом. Злом, которое с каждым часом все больше приближалось к старому, доброму волшебнику – Радагасту, который не мог его долго сдерживать. Стоит признать, меня больше интересовали не пауки, а орки, которые могли прийти следом за ними: если столь кровожадные и безжалостные твари расхаживали по владениям короля Леса, то ничто не мешало появиться и самим оркам: грязным, уродливым, мерзким тварям, уничтожающим весь свет, который может быть угрозой для них. У меня были причины ненавидеть их, и желать им больше смерти, чем какой-либо другой расе. Не смотря на свое происхождение, я хорошо лазила по веткам деревьев и удерживала баланс на них, вовремя переступая с одного края на другой, не ломая прутьев и не привлекая лишнего внимания. Еще один шаг, и только я вышла из-за очередного ствола, как вдалеке, на небольшой поляне между корней прочих деревьев, появился высокий, статный лось, излучающий собой яркий, белый свет, словно он исходил изнутри него. Просто поразительно… Не успела я вздохнуть, как позади лося, буквально из-за темных веток, словно отсоединившись от них, появился большой паук, подкрадывающийся к нему, как к своей жертве. Его большие, волосатые лапы бесшумно перебирали под собой кору и ветки, все больше и больше подбираясь к бедному животному. Крепче сжав лук и достав одну из стрел, я натянула тетиву, прицелившись. В этом лесу даже дышать было тяжело от зловония, гниющих мест, похожих на лужи, не имеющие дна. Вынужденно задержав дыхание, я выпустила стрелу, в одночасье попав в голову огромному пауку, который начал корчиться от мук, громко и пронзительно пискнув. Испуганный лось сорвался с места и убежал прочь, а я услышала позади звук легкого треска тетивы, за которой последовал тихий, размеренный голос: - Вздумаешь бежать – окажешься на его месте, - множество стрел посыпалось на мерзкую тварь со всех сторон, а вскоре, на могучих ветвях деревьев появились эльфы, облаченные в темно-зеленую, походную одежду. Подняв взгляд и поняв, что на верхних ветвях не больше десятка также вооруженных эльфов нацелили стрелы своих луков в мою сторону – вынужденно повернулась, опустив свое оружие. - Не дергайся, – продолжил высокий, светловолосый эльф, стоящий передо мной с луком и натянутой стрелой тетивой. Его холодные, серо-голубые глаза на несколько секунд сощурились, окидывая меня взглядом, словно прицениваясь, или что-то вспоминая. Пара небольших косичек у висков, скромные доспехи, скрываемые отчасти темно-зеленым, походным камзолом, плотные штаны, заправленные в высокие сапоги, меч, пара коротких клинков – его вид был более чем достойным, однако… Что-то в его виде не могло меня не настораживать, но что – понять было невозможно. - Кто ты и что здесь делаешь? – продолжил он, не опуская собственного лука. - Я-я-я… Я не хотела нарушать границы вашего королевства, – тихо проговорила я, надеясь все же уйти от части лесной стражи. – Прошу простить меня и не тратить время понапрасну. - Всякий нарушитель будет представлен на суд. Не мне решать, что с тобой делать, – строго ответил он. – Тауриэль! – и в тот же миг рядом с ним появилась высокая, рыжеволосая эльфийка, держащая в руке короткий кинжал. – Забери у нее оружие: отведем королю. Утвердительно кивнув, девушка убрала в ножны свой кинжал, а после – приняла из моих рук лук, колчан со стрелами, меч и пару коротких клинков. Что ж, они эльфы, к тому же – Лесные эльфы, а значит, спорить ни к чему. Да и нет смысла – в меньшинстве правым оказаться невозможно. - Это все? – недоверчиво спросила она, окинув меня настороженным взглядом. Неоднозначно покивав головой, я перемялась с ноги на ногу, машинально отступив назад, и вдруг почувствовала, как подо мной что-то хрустнуло. Мгновение, и я, подскользнувшись, с тихим криком начала падать вниз. Не успев за что-либо схватиться, я чувствовала один удар за другим, приходящийся то на спину, то на руки или ребра, отчасти спровоцированные попадающимися ветками или странными корягами. Еще удар, и я вдруг упала на что-то мягкое и пружинящее, легко выдержавшее мой вес и не сломавшееся. Простонав и вынужденно перевернувшись, я приподнялась на локтях, открыла глаза, осознав, что оказалась на плотном полотне белой паутины, продолжающей медленно подкидывать меня вверх. Пауки… Значит, их сила и зло зашли слишком далеко. Подтянув колени, я одной ногой наступила на паутину, и вдруг провалилась в ее небольшую дыру, которая все же оказалась спровоцирована резким натяжением. Став значительно больше за считанные секунды, она буквально увлекла меня вниз, в темноту, заставив провалиться дальше. Снова вскрикнув и больно ударившись ребрами об очередную корягу, я перевернулась и упала спиной на жесткую землю. М-м-м, лес… Переборов болезненные ощущения и снова приподнявшись на локтях, я уже хотела встать на ноги, как передо мной, из очередной темноты, появилась невероятных размеров гусеница, вставшая подобно коню на дыбы, зашевелив несколькими парами передних ног, заскрежетав усиками, будто ища свою добычу, свалившуюся сверху только что. Машинально отползя назад и уперевшись спиной в какую-то корягу, я едва сделала вдох, как сверху, кто-то светловолосый буквально прыгнул на монстра, пронзив его голову длинным клинком, буквально пригвоздив его к земле. С истошным писком животное несколько раз вздрогнуло, прежде чем замереть, и лишь после этого, прыгнувший на него сверху эльф выпрямился. Это оказался все тот же стражник, что нацелил на меня лук: высокий, голубоглазый… Только я хотела поблагодарить за помощь, как позади него появился небольшой паук, занесший несколько своих лап вверх, готовясь напасть на лихолесца. В миг собравшись, я выхватила из своего сапога кинжал и метнула его со всей силы в сторону животного, попав прямо в голову. Запищав, он начал корчиться и повалился рядом с резко обернувшимся эльфом. Не успели нас снова окружить лучники стражи, как он снова взглянул на меня, нахмурившись и, выдернув свой меч, одним жестом стряхнул с него капли густой, зеленой крови. Вовремя придя в себя, я на выдохе резко произнесла: - Думаю, теперь мы в расчете, – ловко убрав меч в ножны, он подошел ко мне и, с едва заметной улыбкой, протянул руку, предлагая помочь подняться с земли. - Идем, не то ты заблудишься или снова окажешься в опасности, – приняв его руку и все же встав, я кое-как стряхнула опавшую листву с плаща и одежды, приводя себя более-менее в порядок. Не имея выбора, мне пришлось последовать за стражниками, перебираясь по веткам деревьев и внимательно смотря по сторонам: все же, тьма сгущалась.