Maybe it's such a fate

— Ты будешь моей девушкой? — его голос прозвучал как шёпот, наполненный непривычной нежностью. — Чего? — дрожь и слёзы Насти мгновенно испарились, уступив место изумлению. — Смотри-ка... — уголки губ Юнги дрогнули в лёгкой улыбке. — Плакать сразу перестала. — Отпусти моё лицо, — Настя сделала шаг назад, пытаясь скрыть смущение. — Хорошо, хорошо, — он покорно убрал руки, засунув их в карманы, и непринуждённо облокотился на учительский стол. — Просто хотел получше разглядеть тебя. — Ну и зачем же ты меня сюда привёл? — она начала осматривать кабинет, стараясь избегать его взгляда. — Неужели для того своего «эксперимента»? — Айщ... Ты серьёзно? — Мин мягко рассмеялся, скрестив руки на груди. — Ты правда веришь, что я затеял с тобой какой-то эксперимент? С таким IQ тебе бы в цирке работать, а не в институте учиться. — Не смей меня унижать! — вспыхнула она, но в её глазах промелькнула искорка азарта. — Если ты думаешь, что после пары случаев, когда ты меня успокоил, заслужишь моё доверие, то ты глубоко ошибаешься, — с вызывающей ухмылкой она приблизилась к Юнги. — Ну так давай проверим, — он резко выпрямился и медленно зашагал к ней, заставляя её отступать. — Что же ты отходишь? Неужели боишься меня? — её спина упёрлась в стену, а его рука мягко легла на стену рядом с её головой. — Ха-ха-ха, — нервно рассмеялась она. — Думаешь, ты меня напугал? Вот же Белоснежка наивная. — Белоснежка? — он мгновенно сократил расстояние между их лицами до пары сантиметров. Настя замерла, не ожидая такого стремительного движения. — Ты так легко меня оскорбляешь, — его шёпот был тёплым и бархатным, когда он наклонился к её уху. — Не боишься, что я с тобой что-нибудь сделаю? — А ты не боишься без детей остаться? — она в ответ приблизилась к его уху, её голос звучал игриво, но с лёгкой дрожью. — Я быстро всё организую. — Ну погляди на неё... — он отступил на шаг, его взгляд сменился на лёгкое раздражение. — Значит, меня достоинств лишать — так она сразу готова, а как какой-то пацан её обнимает — тут же истерика! Может, объяснишься? — на его лице играла удивлённая улыбка. — Что ты разорался-то? И вообще ты мне противен, экспериментатор херов! — выпалила она, но в её глазах не было настоящей злобы. — Противен? — он рассмеялся, и в этом смехе звучала нежность. — Так если я тебе противен, зачем же ты в меня вцепилась на улице? Могла бы за другим спрятаться. Почему именно меня выбрала своим спасителем? — он снова облокотился на стол, изучая её с интересом, затем неожиданно выпрямился и достал телефон. — Дай свой номер. — Зачем? — настороженно спросила Настя. — Чтобы ты могла позвонить или написать, если снова станет страшно, — его взгляд стал серьёзным. — Не важно, день или ночь. Я всегда буду на связи для тебя. Она колебалась, но всё же продиктовала номер. Юнги набрал его и тут же отправил сообщение с одним смайликом. — Вот, теперь у тебя есть мой, — он убрал телефон в карман. — Так что помни — твой личный спасатель всегда на связи. — А по поводу объятий. Я... я просто была испугана, — наконец выдохнула Настя, чувствуя странное облегчение от его слов. — Но ты же так веришь в этот мой «эксперимент», — его улыбка стала мягче, почти тёплой. — Почему тогда так сильно меня обнимала? Я ведь чуть не задохнулся. — Верю! — Настя скрестила руки на груди, пытаясь сохранить серьёзность. — Просто в тот момент... сама не знаю почему, думала, что с тобой мне будет спокойнее, — она отвела взгляд, чувствуя, как предательски теплеют её щёки. — Ты же сама себе противоречишь! — Ничего не противоречу. И вообще... Что хочу, то и делаю, ты не можешь мне что-либо запрещать! — Значит, делаешь что хочешь? Ок. Тогда я тоже делаю что хочу. Он мгновенно оказался рядом, его ладони вновь нежно обхватили её лицо. В его глазах читалось только — решимость, нежность, надежда. Настя не успела опомниться, как его губы коснулись её губ. Это был короткий, невинный поцелуй, но от него перехватило дыхание. — Забыла? Я задал тебе вопрос, а ты его проигнорировала, — он мягко провёл пальцами по её волосам. — Поэтому я спросил немного по-другому. По-моему, ты согласна, — его улыбка стала теплее, когда он отступил на шаг. — Согласна? Да что ты вытворяешь? Вот же маньячина! — она принялась вытирать губы, что вызвало у Юнги новый приступ смеха. — Можешь смеяться сколько хочешь, но заруби себе на носу: я с тобой никогда не буду! — она ткнула пальцем в его грудь, но без настоящей злости. — Я лучше в темноте ночь проведу, чем с тобой встречаться буду! — В темноте? При чём тут она? — он с лёгким недоумением поднял бровь. — Впрочем, ладно. Сейчас это не важно. Мы в любом случае будем вместе. Ты сама захочешь быть со мной, нужно лишь немного подождать. Я готов ждать твоё сердце. — Я тебя полюблю? Тебе самому-то не смешно?! — Ещё как полюбишь, — его взгляд стал серьёзным. — И ещё... Ты должна перестать общаться с Джином. — Давай я сама буду решать, с кем мне общаться, ок? — Не ок! — его голос на мгновение стал твёрдым. — Ты забыла, как он к тебе только что приставал? — Я тебе сказала, что сама разберусь с этим! — Уж соизволь разобраться, — он вздохнул, и в его глазах мелькнула искренняя забота. — Я знаю, на что он способен. Джин может принести тебе боль... Он принесёт тебе боль! — Я тебя услышала. После этих слов Настя слегка толкнула его в плечо, чтобы он освободил дорогу, и вышла из класса. Несмотря на возмущение, она отчётливо помнила, как её сердце учащённо забилось в тот миг, когда его губы коснулись её губ.

***

На следующий день Ким Минна и Настя отправились в торговый центр — предстояла вечеринка в честь начала учебного года, и нужно было подобрать подходящие наряды. Четыре часа, проведённые в магазинах, увенчались успехом: подруги наконец определились с выбором. Минна остановилась на изящном платье и элегантных каблуках, тогда как Настя выбрала совсем иной стиль — рваные джинсы, белые кеды, просторную футболку и клетчатую рубашку в чёрно-белую клетку. Ну и, конечно, не обошлось без пары k-pop аксессуаров, которые она не смогла пройти мимо. — Насть, ну какого чёрта ты купила джинсы? — Минна с трудом удерживала груду пакетов. — Это же вечеринка, а не пикник! — Я иду танцевать и отдыхать, а не на охоту за парнями, — спокойно парировала Настя, направляясь к выходу. — Кстати, ты родителям сегодня звонила? — спросила Минна, перекладывая пакеты в другой руки. — Они же волнуются, наверное. — А, точно! — Настя на мгновение остановилась, доставая телефон. — Совсем вылетело из головы. Позвоню им, как только вернёмся. — Хочешь сказать, я в платье только для того, чтобы кого-то «завлекать»? — фыркнула Минна, возвращаясь к прерванному спору. — Конечно нет! — Настя обняла подругу, и в её глазах заплясали озорные искорки. — Просто даже самое красивое платье тебе в этом не поможет. — Ах ты русская дурында! — рассмеялась Минна, хотя на самом деле была тронута этой нелепой шуткой. Наполненные покупками и смехом, подруги направились в общежитие — впереди их ждала подготовка к вечеринке, которая должна была пройти в одном из самых известных клубов города.

***

— Твою мать! — Настя носилась по комнате, сметая всё на своём пути. — Где мои новые кроссовки? — Перестань материться на русском, а то я выучу эти твои словечки! — Минна, стоя на коленях, обыскивала нижнюю полку шкафа в поисках косметички. — Ладно, ладно... О, нашла! — Настя торжествующе подняла кроссовок. — И где же вы прятались, мои дорогие... Её слова прервал настойчивый стук в дверь. — Да чтоб тебя обезьяны за задницу укусили! — выругалась она, натягивая второй кроссовок на ходу. — Кто там опять явился? Распахнув дверь, она замерла: — Какого чёрта? — Прости меня, пожалуйста, — произнёл знакомый голос из-за огромного букета, полностью скрывавшего лицо человека. — Я не должен был так поступать. В тот момент... мне просто необходимо было тебя обнять. Букет опустился, открыв лицо Джина. — Вы только поглядите, кто к нам пожаловал... — Настя скрестила руки на груди, её голос зазвучал с преувеличенной издевкой. — Сам великий Ким Сокджин почтил нас своим присутствием! — Пожалуйста, не называй меня так, — он потупил взгляд, но продолжал протягивать цветы. — Прими их в знак извинения. Мне действительно очень жаль... — Жаль? — её насмешливое выражение лица мгновенно сменилось серьёзностью. — Серьёзно? Тогда почему ты не отпустил меня, когда я тебя об этом просила? Почему продолжал держать, несмотря на мои просьбы? — Когда я обнял тебя... — Джин нервно помял край своей рубашки. — По мне будто ток прошёл. Мне было так невероятно хорошо с тобой в тот момент, что я забыл обо всём. Мои руки меня не слушались... Но когда я ушёл, я осознал, что причинил тебе дискомфорт. Я до сих пор костерю себя за то, что выключил мозг и слушал только сердце. — Он бессильно опустил руки с цветами. — Хочешь сказать, что влюбился в меня? С первого взгляда? — Настя приподняла бровь. — Да! Именно это я и пытаюсь сказать! — его голос прозвучал с внезапной страстью. — Дай нам шанс, умоляю! — Он снова протянул цветы, его взгляд стал умоляющим. — Мы можем продолжать общаться, но... — она вздохнула и наконец приняла букет. — Ничего между нами не будет. Я никогда не знаю, что у вас, корейских парней, в головах творится. Настя повернулась, чтобы поставить цветы в вазу, а Джин, воспользовавшись моментом, бросил сестре победоносный взгляд. — Спасибо! — крикнул он ей вслед. — Братик, — Минна с удивлением покачала головой. — Я и не знала, что ты так искусно умеешь извиняться. — Слышишь, мелкая, не беси меня, — он смахнул её руку со своего плеча. — А то проходиться в этом платьице будешь только по комнате. — Ладно, не кипятись, — она снова похлопала его по плечу, на этот раз быстрее отдернув руку. — Настя, шевели своей прекрасной попкой, или мы опоздаем на посвящение! — Я уже готова! — Настя вернулась из кухни, поправляя край рубашки. — Джин, ты с нами? — А почему бы и нет... — он улыбнулся, в его глазах читалась надежда.

***

Ребята, едва попав на шумную вечеринку, начали пробираться через танцующий людской водоворот в поисках знакомых лиц. Спустя минут десять они наконец заметили Хосока, Намджуна и Чимина у барной стойки. — Всем привет! — Настя одарила всех лёгкой улыбкой, переводя взгляд с одного на другого. — А где остальные? — Привет, — коротко бросил Чимин, не отрываясь от своего бокала. — Приветули! — Хосок пританцовывал под бит, отбивая ритм пальцами по стойке. — Техён с Чонгуком ещё не пришли. — Здравствуй, — Намджун кивнул, но его взгляд задержался на Джине, стоявшем рядом с Настей. — Я погляжу, вы помирились? — Ага, мой братик явился с таким букетом, что за ним не было видно, и чуть ли не со слезами умолял о прощении, — Минна забралась на барный стул рядом с Чимином. — Я же говорил тебе не общаться с ним! — раздался резкий голос за спиной Насти. Она обернулась и встретилась взглядом с Юнги. В его тёмных глазах плескалось раздражение, смешанное с чем-то ещё — возможно, обидой. — Юнги, ты всё-таки пришёл, — Джин сладко улыбнулся, намеренно приближаясь к Насте. — А я-то думал, что всяких отбросов сюда не пускают. Как же я разочарован в этом клубе. — Ким Сокджин! — Настя вспыхнула, отступая от Джина. — Следи за языком, или я передумаю насчёт нашего «примирения»! — Затем она повернулась к Юнги, её глаза сузились. — А тебе я уже говорила: сама решаю, с кем мне общаться. Будешь лезть — и тебя пошлю к чёрту. Понял? — Она ткнула пальцем в его плечо, но прикосновение вышло скорее нервным, чем агрессивным. — Понял, — он холодно усмехнулся, но в его взгляде мелькнула раненная искорка. — Только потом, будь добра, не беги ко мне за помощью. Не намерен я постоянно тебя спасать и утешать. Он резко развернулся и растворился в толпе, оставив Настю с внезапно сжавшимся сердцем. — Вы не можете хотя бы здесь не ссориться? — Чимин отставил бокал. — Раньше всё было нормально... — Это было «раньше»! — рыкнул Сокджин. — Пока кто-то не вёл себя как последний подлец! — Хватит! — Хосок перебил его, хватая Намджуна и Настю за руки. — Пошли на танцпол, «Посвящение» скоро начнётся! — А в чём суть этого «Посвящения»? — Настя крикнула ему на ухо, пробираясь сквозь грохочущий бас. — Сейчас увидишь! — он подмигнул, загораясь азартом. Внезапно музыка смолкла, и толпа расступилась, образуя в центре зала огромный круг. В середину вышел парень с микрофоном: — Дамы и господа, вы готовы к нашему «Посвящению» первокурсников? — он заряжал толпу энергией с профессиональной лёгкостью. — Объясняю правила для наших новобранцев! В круг вызываются два смельчака-первокурсника — парень и девушка. Их задача — сразиться в танцевальном батле со старшекурсниками! Два раунда: парни против парней, девушки против девушек. У каждого — всего два выхода. Так что, младшие, постарайтесь! — Он обвёл толпу взглядом. — Но и вы, старички, не расслабляйтесь! Проиграть — значит покрыть себя несмываемым позором! — За меня можешь не волноваться, — в круг уверенно вышел Хосок. Настя от удивления раскрыла рот. — Как и за меня, — следом за ним вышла высокая девушка с ярким, почти театральным макияжем. — Что ж, «ветераны» уже здесь! — ведущий ободряюще улыбнулся. — Пора и новичкам выйти и померяться силой со старшими! — Его взгляд скользил по толпе, выискивая добровольцев. Так как никто из первокурсников не решался выйти добровольно, ведущий начал выбирать участников самостоятельно. Настя уже собиралась незаметно улизнуть, но чьи-то руки неожиданно обхватили её талию. — Тучка, неужели не хочешь поучаствовать? — знакомый голос прозвучал прямо у её уха. — Руки убери, — сквозь зубы процедила Настя, напрягаясь от его близости. — Тише, не нервничай, — Юнги усмехнулся, чувствуя, как она замерла. — Мы оба знаем, что тебе нравится, когда я тебя обнимаю. — Чего хотел? — Настя перестала пытаться высвободиться. Как ни странно, в его объятиях она действительно чувствовала себя в безопасности. — Ты же у нас такая дерзкая и смелая? Почему отказываешься от вызова? — его губы снова оказались у её уха, вызывая мурашки. — Неужели не умеешь танцевать? — Нет, не умею. Доволен? Теперь отпусти... — Вряд ли, — он крепче притянул её к себе. — Давай заключим сделку. Ты участвуешь в батле со старшекурсницей. — Что? У тебя крыша поехала? — она попыталась вырваться, но безуспешно. — Дослушай! Если победишь — я отстану от тебя. Но если проиграешь... — его голос стал соблазнительно тихим, — то обязана сходить со мной на свидание. Тебе ведь понравилось в прошлый раз? — Не согласна! Отпусти! — но он уже мягко, но настойчиво подтолкнул её в центр зала. — Удачи, Тучка! — Юнги крикнул ей вслед с вызывающей ухмылкой. — А вот и наша смелая иностранка! — ведущий мгновенно оказался рядом. — Назови своё имя! — Настя, — она смущённо оглянулась на сотни глаз, устремлённых на неё. — Извините, но я не буду... Она попыталась уйти, но взгляд наткнулся на Юнги. Он стоял, скрестив руки, с выражением, не оставлявшим сомнений — отступать некуда. Вспомнив о сделке, Настя сглотнула и кивнула. — Не бойся, — поддержал её Хосок. — Да она просто струсила! — старшекурсница язвительно рассмеялась. — Ну что, начнём, тётушка? — Настя внезапно расправила плечи, её глаза вспыхнули вызовом. Батл начался. Хосок танцевал блестяще — чёткие движения, невероятная пластика. Его соперник явно проигрывал. Когда настала очередь девушек, Настя, преодолев дрожь в коленях, вышла в центр. Закрыв глаза, она глубоко вдохнула и представила, что снова тренируется перед зеркалом в своей комнате. Её танец оказался сюрпризом для всех — страстный, уверенный, с идеальной техникой. Краем глаза она заметила, как у Юнги отвисла челюсть. После второго раунда зал взорвался аплодисментами. — Победительницей становится... наша иностранка! — объявил ведущий. Настя прыгала от восторга, когда Хосок обнял её с поздравлениями. — Радуйся, пока можешь, — прошипела проигравшая соперница. Встретившись взглядом с Юнги, Настя с торжеством подошла к нему: — Ну что, сударь, вы проиграли. Теперь — не мешайте мне жить. Она удалилась на танцпол, погрузившись в атмосферу вечеринки.

***

Спустя какое-то время, горло пересохло и Настя отправилась в сторону бара, проходя мимо туалетов, как вдруг её резко дёрнули за руку. — Я же говорила, что ты недолго будешь радоваться, — та самая старшекурсница с ненавистью в глазах отвесила ей пощёчину. — Ты что себе позволяешь? — возмутилась Настя. — Тебя нужно проучить, — девушка схватила её за волосы и потащила к дальней двери. Оказавшись в тёмной кладовке, Настя услышала, как щёлкнул замок. Паника накатила мгновенно — темнота была её самым большим страхом. Она начала задыхаться, биться в дверь, но в ответ — лишь гробовая тишина. Сознание поплыло, и последнее, что она почувствовала перед тем, как погрузиться в темноту, — это холодный пол под щекой.