...ЛОГОС...

С усилием сглотнув застрявший в горле ком, Орфей протянул руку и, нежно погладив кончиками пальцев запястье Рики, попросил: - Посмотри на меня. Пожалуйста. Дарк тяжело вздохнул и мрачно на него уставился, потом фыркнул и с неподдающимся описанию выражением лица доверительно сообщил: - Я идиот. Орфей хотел что-то ответить - возразить или даже объяснить... Но как-то вдруг провалился в черной бесконечности его глаз. Монгрел шагнул к нему, опустился на колени перед диваном, обхватил ладонями его лицо. Коснулся губами лба, висков, щек, кончика носа... Так быстро и осторожно, будто боясь, что его оттолкнут. И поддавшись порыву, Орфей поймал губами его губы. - Хочу тебя, - выдохнул Рики, на миг разорвав поцелуй, и все слова резко потеряли значение и смысл. Рики... его любовник... партнер... прикасался к нему так мягко. Плавные выверенные движения... Тепло, страсть, нежность... Орфей не предполагал, что монгрел может быть так заботлив и ласков. Хотя... Он вспомнил самочку Рауля, ее нервный срыв после... Абсолютный наркотик - Рики Дарк - привыкание с первой... мысли. И глаза - сплошная темень - словно радужки нет вовсе, только сплошной зрачок. И отголоски страха... Того страха, что совсем недавно заволакивал сознание подобно ядовитому дыму, перемешиваясь со всеми сомнениями и противоречиями, съедая заживо, выворачивая мысли наизнанку. "Держать Рики от "старой компании" на безопасном расстоянии... А с Ясоном... Лишь следовать плану. Жестокий компромисс. С самим собой. И с ним..." Это было последней его связной мыслью. Разгоряченное тело под пальцами, обнаженная плоть льнущая влажно и жарко к его обнаженной плоти, свобода ощущать и чувствовать - пугающая в своей остроте и всеохватности... Все это лишало разума - медленно, но настойчиво, оставляя время задуматься, постигнуть и забыть. Орфей балансировал на грани - то покорно замирал в чужих руках, то вдруг порывисто перехватывал инициативу, становясь почти грубым, только чтобы волевым усилием вновь расслаблялся, смиренно подставляясь под ласки. Он извивался под монгрелом, осязая все его тело. А когда, чуть отстранившись, тот принялся вылизывать его горло, плечи, грудь, играть кончиком языка с сосками, от прикосновений просто выгнуло дугой, и Орфей застонал, не в силах сдержаться, переходя на крик. А потом Рики сполз еще ниже, нежно лаская бедра любовника. Цепочкой поцелуев добрался до промежности, провел языком по паховым складкам, медленно облизал мошонку и... Горло перехватило, перед глазами стремительно потемнело... Головку члена обволокло нежной горячей влагой, а потом губы плотно сомкнулись вокруг и двинулись вниз. В эту минуту исчезло все: место, время, - осталась только бушующий в крови огонь. - Рики… - прозвучало странно и незнакомо, но это имя помогало Орфею удержаться на поверхности, не свихнуться на месте, утопая с головой в жутком, неизведанном наслаждении. Следующий проблеск сознания пришелся на тот момент, когда он уже полулежал на диване, распахнутый до предела, до боли... А умелые пальцы массировали его изнутри, медленно растягивая, вдавливаясь в простату мучительно-сладко. Одна только мысль, что кто-то сейчас видит его такого - обнаженного, раскрытого, жаждущего, - сводила с ума. Если бы мог, он бы весь залился румянцем, однако тело и так пылало - от опирающихся о плечи любовника ступней и до корней волос. Он наверное мог бы кончить уже только от этого, но движения монгрела были именно настолько неритмичными, насколько это было нужно, чтобы удерживать Орфея на самой грани. Волна безудержной нежности охватила его. Сливаясь с неистовым возбуждением. И уже хотелось большего. Хотелось… - Уверен? - голос Рики заставил его вздрогнуть. Ему понадобилась вся его сила воли, чтобы приподнять налитые словно свинцом веки. - Слово блонди, - он попытался улыбнуться непослушными губами. Рики на секунду замер, а потом прерывисто прошептал: - Ты... великолепен! Он осторожно убрал пальцы и вошел в тело блонди одним плавным движением. Боли не было. Не было даже дискомфорта. Только ощущение абсолютной идеальной заполненности - опустошающе-сладострастное. И благодарность. Их взгляды снова встретились, и Рики начал двигаться. Двигаться... Орфей сгорал в вкрадчивой мягкости его движений, сменяющейся стремительными рывками, в диком блеске глаз. Гибельно. Чудесно. От напряжения звенела каждая мышца. Он уже без всякого стыда толкался навстречу, облизывая пересохшие от частого дыхания губы. Он выгибал спину, хрипло вскрикивая, и по его телу пробегала дрожь. Все ближе и ближе... С каждым движением, лаской, поцелуем, укусом... С каждым касанием в глубине и на поверхности. Он бессильно простонал. Голос сорвался, переходя во всхлип. Он слышал только нарастающий гул прилива - предвестием катастрофы. Цунами. И он закричал... открывшись... полностью... потеряв контроль. И мир сгорел во взрыве дикого наслаждения, острого как боль, всепоглощающего. Его оргазм не прекращался, член, все медленнее скользящий в нем, посылал новые и новые разряды, растекающиеся огненным выматывающим экстазом по всему телу, алым пульсирующим свечением под закрытыми веками. Счастье пульсировало в венах, проникло в каждую клетку. Рики что-то шептал, но Орфей какое-то время был не состоянии разобрать ни слова. Срывающийся шепот перешел в тихое рычание, когда монгрел выскользнул из него. Осознание, того что тот так и не кончил, граничило для блонди с потрясением. Но настоящим шоком стало другое: судорожно сжав его в своих объятиях, дрожа всем телом, Рики на мгновенье прижался к нему еще сильнее, а потом резко отпрянул и буквально рухнул на пол, чуть не врезавшись в край криво стоящего, непонятно когда оказавшегося так далеко от дивана, столика. Свернувшись в позе эмбриона, он сжался так, будто хотел исчезнуть. - Рики?! - накатившая в первый момент паника, молниеносно разорвала в клочья сладкую истому. Орфей и сам не понял как оказался на полу - на коленях возле монгрела. - Уйди! Убирайся к ебеням! - прохрипел тот, и блонди отшатнулся как от удара. Но голова стремительно прояснилась, и он четко вспомнил где и когда уже подобное видел. Бледное искаженное болью лицо, конвульсивное сокращение мышц, мутные остекленевшие глаза... Глубоко внутри, взбурлила ярость и поднялась накрывая с головой. Кольцо. Зави ощутил, как бешенство холодит затылок, сдавливает виски, покалывает немеющие щеки. Случившееся и не должно было стать для него сюрпризом. Он в некотором смысле даже рассчитывал на подобную эспаду со стороны Минка, но тем не менее... Когда он поднял глаза на Ясона, зеркальным отражением его встретил полный такого же холодного гнева взгляд. - Вы слышали, что он сказал. Так почему бы вам, господин Зави, не... - губы Минка едва заметно брезгливо скривились, - убраться к ебеням, как и было предложено? - тон был ледяным, но напряжение в голосе слишком заметным. Мысленно попросив прощения у скорчившегося на полу, явно давящего из последних сил крики монгрела, Орфей медленно поднялся, прикрыл глаза и глубоко вздохнул, пытаясь взять себя в руки. Он и не предполагал, что это окажется так трудно. Почти невозможно... - Минк, - процедил сквозь зубы Зави, - клянусь фундаментом этой башни, если в течении минуты ты не выключишь эту... вещь и не положишь ее, - он указал взглядом на столик, - вот сюда, станешь Первым Фурнитуром Юпитер. Повторяю: у тебя ровно минута. Условия сатисфакции за нарушение договора и личное оскорбление мы обговорим после. - Боюсь, я не понимаю, господин Зави, что вас не устраивает, - безмятежно проговорил Ясон, изображая почти вежливое и весьма правдоподобное недоумение. - Вы задали вопрос и получили ответ. Так в чем проблема? - Боюсь тебя разочаровать, он мне нужен был именно его ответ, а не твоя очередная демонстрация вздорного характера, - Орфей коротко и холодно улыбнулся. - Смею тебя заверить, я не тринадцатилетняя гаремная самка, и подобным ребячеством меня не впечатлить. А вот за наглость ты мне еще ответишь. - О-о-о... - протянул саркастично Минк и, прижав ладонь к груди, окинул Коменданта Эос многозначительным оценивающим взглядом. - Прошу прощения, но мне показалось, что все ваши поступки до сих пор свидетельствовали об обратном... - Что является лишь подтверждением твоей глупости и недальновидности, - резко оборвал его Зави. - Продолжай в том же духе, и отправишься на внеплановую аудиенцию к Юпитер в компании пары дроидов, прежде чем тебе успеет показаться что-либо еще столь же занимательное. Неизвестно, правда, дойдешь ли и в каком конкретно виде. Дорога длинная, могут случится разные непредвиденности... - Зави хищно облизнул губы. - Безумная попытка к бегству обезумевшего блонди. К примеру. А правильно подобранные материалы из моего видео-архива не оставят места для сомнений в том, что именно так все и было. У тебя десять секунд. Раздался приглушенный полу-стон, полу-всхлип, почти шипение сквозь стиснутые зубы, и Орфей, не удержавшись, бросил короткий взгляд на Рики. Напряженные дрожащие мышцы, стиснутые челюсти, страдальческий оскал, излом бровей... Невыносимо захотелось прижать его к себе, спрятать в объятиях, укрыть от всего мира... Или хотя бы разделить боль... Но блонди был уверен, что, пока длится воздействие кольца, любые прикосновения только усугубят положение. Ярость взошла на качественно новый, неведомый ему прежде уровень. Он явственно слышал скрип собственных зубов, губы неожиданно странно дернулись, ноздри раздувались при каждом вдохе, а пальцы бессознательно скрючились, словно когти готового к схватке зверя... Зави не смог бы с уверенностью сказать, что именно разглядел Минк в его глазах, когда он снова посмотрел на него. Он знал, что порой его глаза сравнивают с волчьими, но смысл этой метафоры неизменно от него ускользал. Да и те, кто видели Коменданта Эос по-настоящему разозленным, никогда не осмелились бы комментировать то, чему стали свидетелями, даже в тех редких случаях, когда имели подобную возможность. Как бы там ни было... Важнее было то, что, не отрывая взгляда чуть расширенных глаз от его лица, Ясон медленно, словно под гипнозом или во сне, потянулся к большому кольцу на среднем пальце своей левой руки. Одно мимолетное касание и... Пытка прекратилась. Орфей выдохнул - глубоко и рвано - синхронно с монгрелом. Закрыв глаза и чувствуя, как неотработанный адреналин колючим жаром дергает мышцы, он досчитал до десяти, то ли давая Ясону еще одну возможность отделаться малым... то ли просто приходя в себя. Еще раз глубоко вздохнул и, не размениваясь больше на "любезности", опустившись на корточки, зарылся в ворохе разбросанной на полу одежды. Искомое нашлось не чаяно быстро, будто только и ждало своего часа. Крошечный пульт с матовым темным ЖК-дисплеем. Кроме цифр только две кнопки - красная и зеленая. Воплощенная простота и эффективность - универсальный запасной ключ образцовой экономки. Он быстро ввел код и, секунду поколебавшись, ткнул в красную. Еле слышно охнув, Рики резко разогнулся, и потерявшее свою эластичную гибкость кольцо беззвучно скатилось на ковер. Брезгливо двумя пальцами подняв его с пола и аккуратно переложив на столик, Орфей повернул голову и встретил удивленный взгляд прояснившихся черных глаз. Немедленно ставший задумчиво-оценивающим. Так быстро, что блонди с трудом сдержал усмешку. Еще немного посверлив его пристальным взглядом, монгрел неловко поднялся и молча плюхнулся на диван - обратно в свой *защитный угол*, где и застыл, поджав под себя ноги и сцепив руки в замок. Положив пульт на столик рядом с кольцом, Орфей последовал его примеру, но на этот раз уселся к Ясону лицом. Предстояла самая опасная схватка. Та, что могла обессмыслить все его мелкие победы. Та, что должна была решить исход войны. Пока что - именно войны. Еле заметный румянец на щеках, клокочущая искрящаяся ярость и презрение в прекрасных синих глазах... - И как мне теперь расценивать ваши действия, господин комендант? - голос Минка дрожал от еле сдерживаемого бешенства. Но Зави услышал в нем так же нотки горького бессилия, растерянности, почти страха. - Хороший вопрос, - приминая максимально непринужденную позу, Орфей вольготно облокотился о спинку дивана и холодно сощурился. Такого Ясона Минка не видел даже он. И как же было трудно скрыть восхищение - это ожившее, пусть и злое, совершенство завораживало... - Наверное, точно так же, - ровно продолжил он, - как я сам расценил ваши. Только с обратной стороны. - Вы меня заверили, что не посягнете на мои полномочия! - судя по горящему взгляду, по тому, как сжимались пальцы на подлокотнике, по тяжелому дыханию и побелевшим губам, от взрыва Ясона отделяло очень мало - почти ничего. - Мы договорились, что вы не будете вмешиваться, - легко парировал он. И сам перешел в наступление: - "Я учил трущобного монгрела сидеть у моих ног, не используя физического или ментального контроля. Три года..." Не ваши ли это слова, дорогой друг? Ясон так стиснул зубы, что на скулах проступили желваки, но промолчал. Если бы можно было убивать силой мысли, Орфей Зави в этот миг бы точно свалился замертво. - Как вы думаете, - Орфей позволил себе мимолетно улыбнуться - немного печально и снисходительно, - сколько понадобится мне времени, чтобы при помощи этой вещицы, - он выразительно кивнул в сторону столика, на котором лежало кольцо, - научить вас, господин Минк, корректно себя вести? Или хотя бы проигрывать с достоинством? - Вы... - даже ярость потухла погребенная под лавиной ошеломления. Глаза Ясона округлились и остекленели в тот миг, когда до него с полна дошел смысл прозвучавших слов. На минуту он просто просто потерял дар речи. А за тем пришло негодование - воинственно-свирепое. - Вы!!! - казалось Первый Консул Амой сейчас в нем захлебнется. - Ну я, я... - Орфей чуть не рассмеялся, вопреки чарующе-жуткому зрелищу консульского гнева. - А вот вы... Опять недооцениваете противника, господин Минк. Разница между нами не только в цвете глаз и оттенке волос. Разнятся образование и подготовка - в том числе физическая. Я предлагал вам шанс воспринять все не как позорную капитуляцию, но как достойное принятие своего поражения. Однако теперь все изменилось. Пусть я и канцелярская штабная крыса, но я военный. И поверьте, мне не будет стоить больших усилий на вас это кольцо надеть. Вот только надо бы настройки подкрутить... Ведь блонди, знаете ли, отличаются от людей. Не только повышенной выносливостью, силой и коэффициентом интеллекта. Мы быстрее учимся, запоминаем, приобретаем навыки. В этом и наша слабость, - он грустно вздохнул. - Условные рефлексы закрепляются в разы быстрее. Знаете ли вы, господин Минк, что за последние 15 лет по статистике стало причиной 80% проведенных нейрокоррекций среди элиты? Не интересовались? А вот мне по долгу службы приходилось. Так вот... причиной 80% проведенных нейрокоррекций стала разного рода психологическая зависимость. Она у нас, как вы не могли не заметить, формируется буквально мгновенно. Как вы думаете, как долго мне придется включать эту штуку, к примеру, по три раза в день, чтобы вы, дорогой друг, приползли к моим ногам за добавкой? - Зави на миг замер, внимательно вглядываясь в помертвевшее лицо собеседника, а потом с вкрадчивой заботливостью проговорил: - Что-то вы побледнели... Вам нехорошо? Повисла неприятная гнетущая пауза. Напряжение росло с каждой секундой. Орфей уже чувствовал мерзкий привкус проигрыша на языке, когда на спину, ровно между лопатками легла чуть влажная горячая ладонь. - Не ломай его. Простая фраза произнесенная монгрелом тихо и сипло принесла ему такое облегчение, что Зави чуть не застонал в голос. Наконец-то... Минк словно окаменел. После этих слов он, как никогда, стал похож на скульптуру - совершенно идеальную и совершенно безжизненную. Казалось, он даже не дышал. На бледном лице жили только глаза. Жили... - А ты бы оставил за своей спиной врага жаждущего мести? - тихо спросил Орфей, слегка повернув голову, чтобы показать, что внимательно слушает, и чуть прикрыв веки, но не отрывая пристального взгляда из под ресниц от лица Ясона. - Я уже однажды так и сделал, - прошелестело сзади, ладонь на спине сжалась в кулак и легко стукнула блонди куда-то под лопатку. - Я знаю. - Все-то ты знаешь, - наглая рука ощутительно дернула прядь волос. - Надо было просто его убить. Наверное... Остекленевшая надменность синих глаз, сподвигла Зави на долгую мстительную паузу. Подумалось, что, вероятно, с такой же миной Глава Синдиката бы ждал и приговора Юпитер. Холодные звериные глаза... Теперь, пожалуй, он поймал за хвост ускользающий смысл той метафоры... Вот только сей взгляд был не волчьим, а скорее змеиным. Ядовитый презрительный холод, безразличная отстраненность - отличная маска для бушующего в душе смятения. Был ли хоть один шанс, что когда-нибудь эти глаза сполна отразят правду? Знакомый пронзительный взгляд гипнотизировал теперь пустоту. Однако Орфей знал: напряженно, стараясь не пропустить ни звука, Ясон слушает. - Ты сейчас о ком? - спросил наконец Зави с легкой, но весьма заметной усмешкой. - Не юродствуй! - не смотря на возмущение в тихом голосе, пальцы монгрела зарылись в густые кудри и почесали блонди за ухом - почти нежно. Это удивительно успокаивало. И почти не отвлекало. - Ладно, - протянул примирительно Орфей и спросил: - Ты думаешь, так было бы милосерднее? Хоть изящные брови Первого из Лучших вроде и не дрогнули, но в этот момент необъяснимым образом между ними легла неуловимая тень в намеке на складочку. - Уж точно чище, чем... Это. - Нет ничего страшнее, чем потерять себя. Так ведь, Рики? - Да... - совсем уж тихо прозвучало в ответ. - Да. - Поэтому ты снова сюда попал, - это был скорее не вопрос, а утверждение. - Как и в первый раз - против своей воли. Или на этот раз было нужно просто оправдание? - Это была... - монгрел замялся, подыскивая верное слово. Его рука медленно и аккуратно покинула облюбованное место на шее под волосами, и блонди едва овладел желание вернуть ее обратно. - Сделка. Честная. Моя свобода, в обмен на свободу... Гая. - М-м-м... Честная, говоришь... - Орфей хмыкнул. - Вообще-то, весьма спорный вопрос. Взятие заложника - это мера принуждения. И считается тяжким преступлением. Даже на Амой. Тень между бровями Минка углубилась, его глаза потемнели и сузились. - Ты, конечно же, шутишь! - Рики обижено засопел. - Каким боком закон касается монгрелов?! - Н-да... Довод, - усмехнулся Зави. - И ты бы заплатил такую же цену ради любого. - Нет. - отрезал монгрел. - Я никогда не горел желанием рисковать своей шкурой ради первого встречного. - Но готов ради... - Орфей выдержал еще одну почти театральную паузу и мотнул головой в сторону Ясона. - Него. Он так резко развернулся к Рики, что тот невольно отшатнулся, рвано вдохнул и уставился на него - растерянный и потрясенный. Почему-то только теперь, под этим взглядом, комендант Эос вспомнил, что обнажен, почувствовал как стягивает кожу на животе засохшая сперма, ощутил разрастающуюся неловкость, почти стыд. - Я... - начал было его... любовник... любимый... Но губы его задрожали и он жестко их прикусил. Он молча смотрел на Орфея. Как на надвигающуюся катастрофу - завороженно и обреченно. И это причиняло боль. Правильную, нужную боль. Блонди затягивало в бездонную глубину черных глаз. Поражал объем эмоций читаемых в этой кромешной тьме, особенно в резком контрасте с прозрачной непроницаемостью глаз Ясона. И хотя Орфей уже знал ответ, хотя больше всего желал никогда не видеть ни мучительной тоски, ни болезненного смирения в глазах своего наваждения, он не мог сейчас остановиться. Но когда Рики дернулся в попытке слезть на пол, видимо, чтобы занять подобающую пэту позу... - Стоп, - произнес он, наверное слишком поспешно, но все же спокойно и ровно. - Просто ответь. Чем ты готов пожертвовать, чтобы я отпустил его с миром? Монгрел снова замер. Голова опущена, руки на коленях, ладони полностью раскрыты и развернуты в сторону собеседника. Поза покорного подчинения. Чисто инстинктивная, а от того еще более выразительная. Слишком. Когда он снова поднял взгляд, в нем, как обычно - в противовес всему, уже сверкала злость напополам с разочарованием. Еще и этого блонди вынести не смог. - Просто ответь, - одними губами умоляюще прошептал он. - Пожалуйста. И протянул ему руку. Не колеблясь, даже не задумываясь, Рики вложил свою ладонь в его. И только почувствовав, как Орфей сжал ее, выдохнул. - Хватит! - холодный и четкий голос Ясона, казалось, заполнил все помещение, заставляя обоих вздрогнуть. Взгляд его был прикован к их переплетающимся рукам. Впервые Орфей без труда читал в глазах Главы Синдиката, только без ожидаемого чувства удовлетворения, ибо совсем не то, что планировал. Длилось уникальное явление всего пару секунд, а потом все вновь затянуло привычной ледяной коркой. Но Зави хватило и этого, чтобы понять: стоило на миг отвлечься, и ситуация вышла из-под контроля. Первый из Лучших, по своему обыкновению, воспринял все - как всегда - абсолютно не так. И теперь его кислотой сжигала ревность - лютая и бессильная, не разбавленная ни каплей понимания. - Достаточно, - он поднялся из кресла, на ходу снимая свое кольцо, решительно подошел к столику и аккуратно положил его рядом с пэт-рингом. - До конца дня регистрация будет переведена на ваше имя, господин комендант, - так и не посмотрев на Рики, Ясон склонил голову в легком, преисполненном сарказма поклоне, глядя в упор на Зави. - Могу быть свободен, господин комендант? - Не так быстро - процедил Орфей сквозь зубы, чувствуя вновь разгорающуюся ярость. - Я с вами еще не закончил. - Да, что вы говорите, господин комендант?! - Ясон сардонически усмехнулся - с вызовом, с цинической издевкой. - А не пойти ли вам... господин комендант? - почти пропел он и отвернулся к двери. Все как всегда: самоуверенность, упрямство и беспечность, плюс чувство вседозволенности. Как глупо... Челюсть Орфея дернулась, и это стало единственным предупреждением перед тем, как он сорвался с места. В одно мгновение оказавшись рядом с Минком, он профессионально выкрутил ему руку и заломил ее за спину. Свободной рукой схватил его за волосы и оттянул голову назад. Еще одним быстрым движением Зави развернул его к себе лицом и плотно прижал. Внутри что-то сладко екнуло, когда светлые пряди взметнулись веером и хлестанули его по плечу. Снова выпускать Минка из поля зрения при разговоре он не собирался. Для Ясона произошедшее стало громом среди ясного неба. Затянутая в белую перчатку ладонь уперлась было агрессору в грудь, но соприкосновение с обнаженной кожей даже сквозь преграду ткани заставило ее отдернуться и сжаться в кулак. Уже второй раз Орфей без труда читал в глазах Главы Синдиката, но сейчас это его мало волновало. Во всяком случае значительно меньше того, что он ощущал. В конце концов, Ясон был не первым, кого обманул имидж чуть манерного элегантного аристократа, и даже не первым, к кому коменданту Эос приходилось применять меры физического воздействия. Но, конечно же, никогда еще Зави не проделывал подобного в голом виде. Ледяное Совершенство оказалось вполне живым, теплым и уязвимым в его руках. От него больше не веяло холодом стального клинка, - иллюзия развеялась, маска слетела. Перекошенное лицо с ошалелыми глазами уже не было совершенным. Зато было живым. И гневный румянец ему удивительно шел. - Предупредил же, что вам лучше быть реалистом - несмотря на мягкость, с которой Орфей говорил, в его голосе сквозило нечто совсем иное. - И запомните на будущее, мой дорогой, что провоцировать меня не стоит. Как видите, могут быть последствия. Итак... На чем мы остановились? - он сделал паузу, уголки его губ слегка приподнялись. - Ах, да - кольцо. Предоставите эту честь мне или сами как-нибудь?.. - непринужденно поинтересовался Зави, слегка выгнув бровь. - Убью, - прошипел Минк, но его интонациям не хватало убедительности. Или убежденности? - Поводом меньше, чтобы тебя отпустить, - Орфей снова отпустил его волосы, и ловко выгнувшись, подцепил со столика кольцо. - Я устал от твоих игр... - Игры? - в голосе Орфея прорезалась сталь. - Кто из нас играет в игры, Ясон? - Ты не станешь, - сказал тот уже без всякой уверенности, когда согретый в ладони Орфея гладкий металл легко заскользил по линии его челюсти - от уха к подбородку. - Да неужели? - Зави поймал его взгляд и удержал. - А я думаю, что стану. - Не надо…- попытался произнести Ясон , но не смог закончить свою мысль. - Нет, - Орфей немного отстранился. - Ты прав, - он негромко вздохнул, и на его лице отразилась смесь осуждения и сожаления. - Не имею ни малейшего желания уподобляться тебе. От затянувшегося пристального созерцания друг друга их отвлек неясный звук. Блонди разом повернулись к его источнику. Рики сидел неподвижно и смотрел на них с так, будто не знал смяться ему или плакать. Увидев, что привлек к себе внимание, он сдавленно фыркнул, глубоко вздохнул, прочистил горло, еще раз вздохнул и криво усмехнулся. - Ясон... - наконец, тихо проговорил он. - Такими предложениями не разбрасываются. - Я знаю - Минк как-то резко вернул себе самообладание, и теперь в голосе звучала только усталая ирония. - И ты вот так, развернешься и уйдешь? - Так будет лучше. Для всех. - Ты... - Рики недоверчиво на него уставился. - Ты просто возьмешь и откажешься?! - Это лучший... Единственный правильный выбор. Я мог бы выиграть еще несколько месяцев или даже лет... Но это не выход. В интонации Ясона, холодной и даже циничной в начале, зазвучали горечь и тоска. И это было неприятно, почти жутко, слышать нотки отчаяния в голосе самого Любимца Юпитер - лидера золотой дюжины. - Правильный? Единственный?! - запальчиво переспросил монгрел, вскакивая на ноги. - Элементарно положить с прибором на такую оферту?!! - Оферту?.. - озадаченным эхом произнес Ясон. - Оферту! - черные глаза рассержено засверкали. - Партнерства, ты идиот! От такого крутого союзника и охренительного любовника! Да вам вместе будут не страшны ни Федерация, ни Юпитер, ни сам Рагон! А ты линяешь как... Идиот! Завороженный неукротимой энергией этого стремительного напора Орфей уже чувствовал, как самая дурацкая из всех его улыбок крадется к губам, но, приблизившись вплотную, Рики так на него зыркнул, что он мигом придал лицу подобающее выражение. - Следи за своим языком, пэт! - окрик Ясона был скорее плодом растерянности и данью привычки. А потому совершенно не впечатлял. - Бля... - монгрел выразительно закатил глаза. - Юпитер же не смотрит! Я тебе обещаю, если ты разок попользуешься своими супермозгами в личных целях, тебе за это ничего не будет! - он стоял перед ними, чуть расставив ноги и скрестив руки на груди. Воплощая собой решительное недовольство и вызов. Орфей не мог им налюбоваться - голый, взъерошенный, маленький бунтарь - готовый даже Первого Блонди прямо в лоб обозвать идиотом, если тот, по его мнению, этого заслужил. - Какая к Рагону оферта?! - похоже Минк совершенно не разделял его чувств. - Вполне себе нормальная, - возмущение сменилось едким мрачным ехидством. - Типа твоих, но еще круче и заковыристее. - Рики?! - судя по всему, Глава Синдиката вплотную подошел к той грани изумления, у которой рождается навязчивое желание срочно проснуться. - О, только не говори, что не догоняешь! - прорычал монгрел. - Если бы он просто хотел отобрать у тебя пэта, то сделал бы это без всяких затей. И мы бы сейчас тут не стояли! На хрена бы ему было устраивать тебе это феерическое шоу?! На хрена бы ему было раскрываться тут до предела, пока ты прикидывался декорацией и настырно долбил взглядом окно?!! Как по-твоему, а, Ясон? Пользуясь моментом, Орфей осторожно освободил руку Минка, которую до сих пор, хоть уже и не заламывал, но крепко удерживал у него за спиной, и теперь просто обнял его за талию. Что характерно, тот и не заметил - уж слишком был поглощен обсидиановыми глазами истинного виновника сиих дивных событий. Даже машинально, а может и инстинктивно, умудрялся воспользоваться "врагом и конкурентом" в качестве опоры. Глаза Зави только чуть сузились, когда он почувствовал, как затянутая в тонкий шелк ладонь легла ему на плечо, и холодные даже сквозь ткань кончики пальцев коснулись шеи. - Я... - Ты! Ты выделываешься, как муха на стекле! - Рики вдохнул, задержал воздух, выдохнул и добавил уже спокойнее: - Как обычно. Явно осознав бесполезность любых возражений, в ответ Минк лишь многозначительно покосился на Орфея и снова впился в наглые монгрельские глаза взглядом - то ли требовательно-укоризненным, то ли угрожающе-беспомощным. Чем вызвал чуть злорадную, но понимающую усмешку на лице собеседника. - Ну да, такие оферты оставляют не слишком широкий выбор. Но, Ясон, поверь мне один раз на слово: когда тебя за яйца держит любовник, а не противник, жизнь гораздо приятнее. Просто прими это. Просто... - монгрел тяжело сглотнул. - Останься. Когда тот, наконец, умолк, Минк вновь попытался начать - тихо-тихо: - Я... - и опять замолчал, как будто сомневался, стоит ли вообще говорить. Поджатые губы скривились как от боли. Настороженные в ожидании обиды, уставшие глаза ненадолго закрылись, но он упрямо закончил: - Не могу. Тягучая и липкая, вязкая, как смола, разъедающая любовь... Зави четко понимал, что если сейчас они остановятся, Ясон просто не решится больше и опять начнет искать ответы не там и не на те вопросы. Что если его упустить, то именно он - Орфей - потеряет все.