Чудо для АДА

Мы отдалялись все дальше и дальше от особняка. Вскоре дом и вовсе скрылся за деревьями. Кино бежал без остановки, будто и вовсе не уставая. Мне приходилось придерживаться его темпа, держась за его руку, чтобы не упасть. Порывы ветра били в лицо. Ноги давно повязли в грязи. Но, даже несмотря на определённые трудности в передвижении, мы не останавливались. Только через тридцать минут пути Кино сбавил скорость, а вскоре и вовсе замер. — Дышать можешь? — тут же спросил парень. — Да… — устало ответила я. — Тогда спокойно продвигаемся дальше и ищем небольшую свободную полянку. — Хорошо. Впереди, как всегда, шел Кино, а я держалась позади. От такого быстрого бега дыхание до сих пор не восстановилась, поэтому время от времени мне приходилось делать маленькие остановки. — Кисэки, иди сюда. Меня взяли за руку и осторожно перевели немного вперед. Теперь из нас двоих Кино был замыкающим, а я стояла впереди нашего маленького строя. Так мы и продолжили наш путь. Идти нам предстояло не так уж и много. Уже через пару километров перед нами распростерлась небольшая полянка. На ней мы и остановились. Сразу после недолгого отдыха, оставив шпаги, мы разбрелись по лесу. Конечно же, мы оба устали и хотели бы поспать или просто полежать, но чтобы обеспечить нам ночлег, надо было еще немного поработать. Мы договорились слишком далеко от полянки не отходить и каждые десять минут возвращаться обратно. Кино взял на себя сбор дров. С меня же требовались еловые ветки. Они нам нужны для того, чтобы сделать из них своеобразную кровать, они мягкие и идеально для этого подойдут. Я думала, что найти хворост будет намного тяжелее, чем получилось на самом деле. Потихоньку собирая уже сломанные ветки и ломая, по возможности, еще свежие, я собрала достаточно для одного ложа. Через какое-то время веточки для второй «кровати» тоже были готовы. После моего прихода Кино помог обустроить наши спальные места, а сам после этого отправился дальше за дровами. Я терпеливо ждала его, пытаясь растопить костер из того, что было. Получилось. Правда, огонь потух слишком быстро, поэтому, когда Кино вернулся со всем необходимым, топить пришлось заново. И уже спустя пару минут после его прихода огонь запылал во всю силу. Но как бы я ни хотела посидеть и погреться, надо было идти за едой. Чуть ли не оттаскивая меня от костра, Кино взял меня в охапку и потащил в глубь леса.  — У нас не так много времени до заката, поэтому, если увидишь что из съедобного, — говори, иначе, если тут задержимся, костер потухнет. А запас дров у нас, знаешь ли, не бесконечен. — Тогда, может, тебе лучше вернуться и последить за костром, а я пока соберу все необходимое? — Нет. Мне следует проконтролировать взятую тобой еду на месте. — Я бы и сама смогла… Тут же мне в лоб прилетел щелбан. Неприятно и очень неожиданно, а главное — за что?! — Не дуйся, а грибы и ягоды лучше собирай, иначе следующий щелчок будет уже не по лбу. Мой спутник явно был в слишком приподнятом настроении, раз начал шутить. Правда, отчего такой веселый настрой, я не понимаю. Как всегда, его мысли и действия для меня — что-то непонятное. На сбор еды ушло совсем немного времени. За это стоит сказать спасибо Кино, благодаря которому у нас и получилось собрать всё так быстро. На полянку мы вернулись с огромным количеством ягод и грибов. Конечно же, приготовление еды доверили мне. Честно говоря, я даже была не против, потому что прекрасно знала, что слюной захлебываться буду не одна я. Какая-никакая, а все-таки своеобразная поддержка. Поддержка — она и есть поддержка. Правда, поддержатель мне какой-то плохой попался. Стоило мне переключить свое внимание на жарку грибов, как Кино сразу же задрых сладким сном. Как бы ни хотела, будить я его не стала, поэтому пришлось продолжить приготовление еды под свой же недовольный бубнеж. Стоило мне дожарить грибы, как Кино, точно по будильнику, проснулся. Честно, в первые секунды я подумала, что он и вовсе не спал, но слегка опухшее лицо и непонимающий взгляд убедили меня в обратном. Никогда не могла бы подумать, что обычные жареные грибы могут быть такими вкусными. Даже вкуснее, чем я ела у нас на даче. Может, потому что сама готовила? — Почему ты убежала от братьев? Такого внезапного вопроса от Кино, тем более посреди трапезы, я не ожидала. Может мне бы и удалось пропустить этот вопрос мимо ушей, но взгляд парня прямо в лоб немного пугал, особенно когда блики огня отсвечивали в его глазах. — Аа… ну… потому что мне там не нравилось. — И что же тебе не нравилось в жизни без забот с братьями-вампирами? — Не поверишь, но все. Пару раз меня пытались убить, а потом — использовать в своих целях. Мне постоянно приходилось скрывать свою личность и проживать чужую жизнь, имея при этом еще много секретов. Обо мне заботились только из-за слов Карлхайнца. Отчасти, я думаю, мне стоит сказать им спасибо, потому что, если бы не их особняк, не лечение Рейджи, может, я была бы давно мертва… Кто знает, кто знает. Раньше я думала немного по-другому и побег обосновывала чуть другими причинами, но потребовалось время, чтобы немного поумнеть. Хотя, если быть честной, я до сих пор не хочу верить в это. — И что ты хотела сделать после того, как сбежишь? — Ну, начать жить с чистого листа, как обычный человек. Без всей этой истории про вампиров, оборотней и гулей. Хотела и хочу, чтобы для меня эта история казалось такой же ненастоящей, как и для людей. Переехала бы в другой город. Полностью бы сменила документы, стала бы новым человеком. Работала бы в кафе, потом бы, может, выучилась и пошла бы работать в какую-нибудь фирму. — Ты до сих пор этого хочешь? — Думаю, да. Как только все это закончится, займусь развитием этого плана. Сделаю все, что сказала ранее, и полностью избавлюсь от связей с Сакамаки, Муками и другой нечистью. — Тогда у меня для тебя очень хорошие новости. У меня была возможность отследить все отправленные документы Карлхайнца, когда Юрий был жив. Пару дней назад он отправил братьям письмо, в котором говорилось, что он нашел твой труп и что ты мертва. Видимо, они зашли в тупик с обоих сторон, поэтому решили действовать таким нелепым образом. Зато тебе это очень сыграло на руку. Я не верила в услышанное. Вот так просто? В один момент …и все. Не верится. Вроде я должна радоваться, но в душе все двоится. Я очень рада, но чтобы все это случилось так быстро и внезапно… я не была к этому готова. Но я же этого хотела, значит, это хорошие новости. Теперь я смогу сделать то, что планировала, благодаря им же. — Даже не знаю, что сказать… я немного в шоке… но… я однозначно рада... Повисло долгое молчание. Мысли мешались у обоих. Даже слов не могла подобрать. Так непривычно было вот так открыто разговаривать друг с другом, совершенно непринужденно и на такие банальные темы, но… это так расслабляло. Становилось уютнее и теплее, будто погружаешься в детские воспоминания. У меня никогда не было родных братьев и сестёр, с которыми я росла с детства, но все же осмелюсь привести такое сравнение. Было ощущение, будто ты сидишь с человеком, настолько родным… как старший брат. Это ощущение было действительно потрясающим, даже обидно, что прежде я его не испытывала. — А ты? Чем планируешь заняться после всего этого? Я не смогла больше молчать. Да и некультурно было бы не спросить в ответ, тем более, мне было интересно узнать чуть больше. — Не знаю, я не думал. Не то чтобы я не вижу будущего — оно, скорее, слишком мутное, чтобы на него что-то планировать. Я живу уже не первое столетие, и до сих пор не определился, чего именно хочу. С твоим появлением определиться стало еще сложнее. Думаю, проживу еще столько же, и тогда пойму, что именно хочу делать в этой жизни. Времени у меня все равно еще целая вечность, мне некуда торопиться. — Но, знаешь, нам в любом случае придется поддерживать общение, печати ведь все равно на наших руках. Так что, если вдруг за сто лет не определишься, пиши мне, устроим тебя среди людей. Было смешно. Смешно от этой фразы настолько, что я не сдержала улыбку и тихий смешок. Как же абсурдно звучали эти слова, но, даже несмотря на это, в них хотелось верить и воспринимать их как что-то серьезное. Хотелось верить, что, даже несмотря на прошлое, жизнь можно изменить и начать все сначала, даже если этого желают не люди, а такие существа, как мы. Время за разговорами и трапезой пролетело незаметно. На небе заходило солнце, а для нас это означало время сна. Мы, минуя ссоры и долгие дискуссии, договорились дежурить по очереди. Я была не против. Тем более, первым дежурил он. Поправив свою «постель» на эту ночь, я наконец-то улеглась. Звёздное небо казалось красочнее обычного, но сейчас оно меня мало чем интересовало. Несмотря на то, что я лежала в нескольких метрах от огня, тело пробивало дрожью. Зубы стучали друг о друга, а по телу разбегались мурашки. — Кисэки, тебя сильно знобит? — Достаточно… Послышалось шуршание. Я немного напряглась, на секунду позабыв о холоде. Внезапно меня подхватили на руки и, пронеся пару метров, опустили на лежанку. Снова шуршание. Теплое тело прильнуло ко мне, крепко обняв. От неожиданности я даже не успела уследить, как все произошло. Мой нос уткнулся парню прямо в грудь, позволяя ощутить едва слышимый аромат костра. — Сейчас тебе замерзать нельзя, быстро заболеешь, мне это ни к чему. Мне все равно наблюдать за огнём, и моя лежанка к нему ближе. Тем более, теплота моего тела тоже тебя согреет. А пока опусти голову как можно ниже и нагревай воздух, чтобы лицо не мерзло. — Хорошо. Спасибо за заботу. Я сделала все в точности как сказал Кино. Действительно, уже через пару минут воздух стал теплее, а я перестала трястись от холода, с каждой секундой погружаясь в сон. Где-то часа через два Кино разбудил меня, чтобы поменяться. Впервые в моей жизни два часа проходили так скучно. Единственной моей задачей на протяжении этих часов было подкидывание веточек в костер через спину Кино, при этом пытаясь попасть в цель. А еще, по несчастью, в мой билет времяпровождения на это время попало бесплатное прослушивание посапывания от моего дорого спутника. Как прекрасно! Какие ноты берет! В нем явно умирает певец. Все это продолжалось в течение всей ночи с перерывами на мой сон. То он, то я выполняли эти незамысловатые задания в ожидании окончания своего срока бодрствования. Из объятий Кино я смогла выбраться только через две смены. Стало слишком жарко, поэтому, чуть ли не задушив себя, я оказалась на свободе. Солнце уже взошло, но лучи все никак не могли пробиться через плотные темные тучи. Потребность в костре исчезла. Я быстренько его потушила, а сама пошла наворачивать круги вокруг спящей тушки моего спутника. Даже несмотря на тучи, дождь не собирался начинаться. На лес ложилась большая тень. Чем ближе тень, тем сильнее темнело. Казалось, будто утро и вовсе не наступило. Только отсутствие звездного неба говорило, что сейчас вовсе не ночь. Весь лес повяз в сумраке. Птицы замолчали. Повисла тишина. Скрип деревяшки недалеко от нас. За ней еще один. Сухие ветки и кусты с треском ломались. Оглушительный рокот. Сначала с одной стороны, потом с другой. И снова ветки. Резкая тишина. Будто затишье перед бурей. Мертвая тишина. Ничего не слышно. Только еле уловимый скрежет моей шпаги о землю.