Пролог
17 июня 2019 г., 23:13
Кажется, эта неделя не могла стать ещё хуже. Но нет, конечно же, нет! Вот тебе и подарок судьбы. Радуйся, что ты в Азкабан ещё не попал. Хотя, казалось, что это довольно-таки стоящая замена тому, через что, ему сейчас приходиться проходить.
Вероятно, Вас интересует, кто я такой. Неужели Вы ещё не догадались?! В таком случае, мои соболезнования. Меня не знают лишь идиоты — магглы, я — Драко Люциус Малфой. Чистокровный волшебник самого древнего, величественного, неоскверненного грязнокровками, рода. Несомненно, столько лет назад та старая «шляпа», которой ее назвать уже сложно, распределила меня на Слизерин.
И с этой секунды я являюсь одним из старост недоШколы Чародейства и Волшебства Хогвартс, а решение оспариванию не подлежит.
***
Макгонаглл закончила свой монолог. Слизеринец просто не мог поверить своим ушам. Да, пусть его и застали врасплох, но, показать свое удивление хотя бы одной мышцей он не посмел. Зато Малфой всё же успел допустил мысль о том, что эта старушенция, которая прямо сейчас стоит перед ним и ожидает хоть какой-то реакции, совсем выжила из ума. Как он, бывший Пожиратель Смерти может быть назначен на роль старосты школы, тем более почти сразу же после войны? Директриса точно бредила. Занимательный факт о Драко Люциусе Малфое — это его невероятная, исключительная способность, даже в самых неожиданных и экстремальных ситуациях успеть уколоть своего собеседника или же поставить ему диагноз. Прямо как сейчас. «Старческий маразм, деменция?» — успел предположить он, сохраняя невозмутимое выражение лица. На самом же деле, всё это время Слизеринец успешно продолжал делать вид, будто он с самого начала обучения в этой школе знал, что ему выпадет такая «честь» и всё «не мог дождаться» этого знаменательного дня. По крайне мере, Малфой был уверен, так должно казаться со стороны. Откровенно говоря, он просто и не имел права отказаться. Это один из пунктов в договоре с Министерством. «Смотреть в рот» Макгонагалл, быть мягким и пушистым, не привлекать внимание, показывать себя только с самой чистой, почти «девственной» стороны — вот, что от него требовалось. Если бы не договор, тогда об этом и речи не могло идти. Он бы уже на всех парах нёсся в подземелья, в свою комнату, сразу же отказавшись от этого «благородного» и столь «милосердного» предложения дирекции этой жалкой и уж слишком некачественной пародии на Школу. Однако единственное, что ему оставалось — это кивнуть, пока мысленные оскорбления уступали место осознанию того, что в очередной раз у него есть всё, кроме выбора. В это время вокруг Макгонаггал словно возникло легкое свечение от облегчения, которое она испытывала. Её губы едва дернулись в полуулыбке. И вот уже на пути в башню старост, Малфой старался убедить себя в том, что быть старостой Школы не так уж и плохо: личная спальня, почти личная ванная, отсутствие вечно копошащихся младшекурсников и их назойливых любопытных взоров. Хотя, речь идёт не только о них. Глупо отрицать факт того, что и многие старшекурсники не могли пройти мимо, не бросив комментария или недовольного взгляда в сторону бывшего Пожирателя Смерти. Оправдание судом не повлияло на мнение общества, как сам Драко того и ожидал. Для всех он всё ещё ужасный, беспощадный Пожиратель Смерти. «Отброс» общества… Забавно же, как всё в корне изменилось, не так ли? Делать вид, что подобное, относительно новое отношение окружающих к нему, его беспокоит или как-то заботит не позволяет воспитание. Согласитесь, не каждый день подростку приходиться слышать позади себя следующие слова — «убийца», «предатель», «душегуб», «насильник», «беспощадный урод», «да чтоб ты сдох в мучениях!» — и более того сдерживать себя, оставляя всех идиотов безнаказанными, дабы не принести ещё больший вред своей семье. Поэтому, к примеру, некоторые члены самого «добродушного» факультета, пуффендуйцы, потеряли последние крохи страха и находятся в первых рядах по попыткам оскорбить Малфоя. В его голове лишь проносились ответные короткие фразы: «Придурки», «никчёмные уроды», «грязнокровые твари, даже сам факт вашего существования бесполезен», «вы просто унизительны», «посмотри на себя, рыжий, я бы с твоей кривой рожей так не возникал» и это лишь малость всех самых безобидных вариаций. Драко мог запросто научить манерам этих тупиц — это бы никакого труда не составило, уж поверьте. К тому же, если учитывать то, что в последнее время уровень его раздражительности взлетел до небес. Его выводило из себя, буквально, всё и «вся», но он предпочитал это не показывать, он держит всё в себе до последнего. По-крайней мере, старается, пусть он и не уверен, как долго протянет. За год или два Малфой очень повзрослел как в физическом, так и в психологическом плане, по меньшей мере, так считал он сам. Ну и самое очевидное заметили даже девочки из Гриффиндора, нескончаемо перешёптываясь между собой: — Только взгляни на Малфоя. Как возмужал этот красавчик! — быстро протараторила одна, нахально рассматривая проходящего мимо Малфоя с головы до ног, и, видимо, её гриффиндорская сущность заставила её добавить в конце. — Урод! — И не говори, но он такой… горячий. Трудно отрицать это, правда? Только посмотри, чего стоят эти волосы и пленительный взгляд? — восхищённо пролепетала вторая, продолжая взглядом спускаться ниже по фигуре Драко. — Только подумай, этот козёл так красив в одежде, но… можно лишь представить, насколько красив без неё. А мышцы? Мерлинова борода! — её дыхание оборвалось, видимо, от картинок, внезапно возникших у неё в голове. Обе девушки тяжело вздохнули. — Красивый, хоть убей, — подвела итог первая, смотря на удаляющийся силуэт парня. А Малфой, в подобных ситуациях, лишь позволял выступить своей фирменной ухмылке, чем вызывал возмущение у всех, кто ее видел. Его уверенность и, в какой-то степени, нахальность, в буквальном смысле, возбуждала одних и раздражала других. Стоит подвести итог, во-первых, Малфой не собирался бить своих завистников, так как он не хотел марать свои руки. А во-вторых, не хотелось бы создавать проблемы в первые же дни. Министерство не одобрило бы его поступок. Даже если рассматривать вариант, отказаться от продолжения обучения в Хогвартсе, то пришлось бы встретиться с отказом. Драко было принято решение воспринимать этот год как вызов. А Малфои не привыкли проигрывать. Именно поэтому, Слизеринец с гордо поднятой головой продолжил своё шествие к новой спальне, полностью игнорируя суровые взгляды учеников и их комментарии. Оставалось только узнать, кто второй староста. Наверняка, он или она уже на месте. Хотя, если бы его/её не было, он бы ни капли не расстроился. Но его надежды рухнули, когда перед глазами предстала следующая картина: каштановые, убранные в нижний, слегка потрепанный пучок, волосы, огромная книга и невообразимое количество разнообразных свитков в руках, красный галстук, красующийся на груди. Когда Драко вошёл в гостиную, девушка подняла голову и уставилась на него. Точнее, уставилась с неверием и шоком в глазах, что быстро сменились негодованием. «Неужели не могли подобрать кого получше?» — пронеслось в голове у обоих и, казалось, читалось во взгляде каждого. Долго осматривать ни комнату, ни свою коллегу, Драко не стал, а сразу перешёл к «наступлению». — Добрый вечер, Грейнджер, — начал Драко, он знал, что гриффиндорская героиня немного растеряна, поэтому решил сразу действовать по старой схеме. Застать её врасплох. — Не удивлён, что это именно ты, — частично соврал Малфой, ведь в глубине души он надеялся, что это кто угодно, но не член, так называемого «Золотого Трио». «Что ж, у Макгонаггл дерьмово получилось подобрать старост» — пришёл к выводу парень. — Здравствуй, Малфой. — серьёзно ответила Гермиона, немного выпрямившись. С гриффиндорцами они никогда не ладили и это ни для кого не секрет. А тут ведь догадались же совместить героиню войны и Пожирателя Смерти! Самое худшее решение из всех возможных. Проблем в общении между старостами будет больше, чем с кем-либо, если они не найдут способ обуздать все личные предубеждения и прежние обиды, и наконец начнут вести себя как взрослые. — Предупреждаю, контактировать со мной только по важным вопросам. Мне не нужна лишняя головная боль или приторная, убого отыгранная и абсолютно бесполезная вежливость. А так, будь добра, — специально выделил он — постарайся, чтобы твоего лица я не видел в радиусе пяти метров и всё будет в порядке. Гермиона, выслушав, решила не отвечать, пытаясь игнорировать вскипающие в жилах гнев, негодование и отвращение. Единственное, что сейчас заставляло девушку усидеть на месте была фраза, однажды сказанная её матерью — умный уйдет от конфликта, так? В любом случае, новоиспеченные старосты друг друга поняли. Однако когда Малфой был уже готов отправиться наверх, в свою комнату, как будто Салазар его дернул остановиться и оставить свой «лестный» и такой «нужный» комментарий: — И да, не мешало бы причесаться, ну или же воспользоваться такой штукой, как «гель» — Драко оглядел девушку, а затем посмотрел в её глаза. — Ты ведь староста, героиня войны, Грейнджер — разочарованно выдохнул он и посмотрел в сторону, будто уже тысячи раз пытался это до неё донести — Пора бы уже научиться подавать настоящий пример людям и начать ухаживать за собой хотя бы чуть-чуть, — отточил он и был уже готов отправится в свою комнату, как тут же услышал комментарий Гермионы. — За собой лучше следи, уродец. Ты ведь у нас лучший пример для подражания, который можно было бы только придумать… никто не поспорит. Разве что в зеркало смотришься дольше, чем ловишь снитч, — с сарказмом ответила она. «Ха-ха, очень смешно» — мысленно проговорил бывший Пожиратель Смерти. — Как долго думала-то, грязнокровка? — выплюнул Драко. — Вижу тебя волнует моя превосходная игра в квиддич, — он усмехнулся, задрав подбородок. — Не волнуйся, если будет матч, то я обязательно достану тебе билеты в первые ряды. Даже оставлю свой автограф на память, хотя… — Малфой картинно призадумался и через секунды две продолжил. — Боюсь, все игроки испугаются, если увидят тебя так близко, да и ты не дотягиваешь до такого уровня. И еще — словно театрально вспомнил он — Кому-то, действительно, не помешало бы хотя бы раз в день посмотреть в зеркало, а не в книги. Встречают по одежке… — Гермиона попыталась его перебить, но он сразу же выкрикнул. — Салазара ради, Грейнджер! Не смей перебивать, а лучше продолжай своё очень увлекательное времяпровождение, но уже не в моей компании. «Миссия — не язвить и не тратить время на бесполезных людей — успешно провалена, Малфой. Хорошая работа!» — мысленно выругал он себя. Грейнджер его слишком утомила, к тому же, с таким плохим настроением он долго не протянет — он пришёл к этому выводу. Не успела гриффиндорка начать свой ответный монолог, как Малфой уже захлопнул дверь в свою комнату, лишь слыша позади себя: «Да пошёл ты, Малфой!» Парень расплылся в мягкой ухмылке, расстегивая свой дорогой черный пиджак, получая небольшую долю удовольствия от того, что у него получилось вывести Грейнджер из себя. «Ему скоро всего лишь восемнадцать, а ворчит как старый дед» — это, кстати, фраза Блейза Забини, которую он выкинул во время поездки в Хогвартс. Пэнси и Нотт с ним согласились. И правда, Малфой сорвался на них дважды за всю поездку, чего никогда не происходило. Вспомним решение Драко держать себя в руках? Так вот, еще в вагоне он решил внести туда небольшую помарку: «срываться только на близких». Родители, конечно же, туда не входили. Они — родные, а не просто «близкие». Он бы не посмел. Стоит заметить, что у верных друзей Малфоя появились различные гипотезы, о причинах возникновения столь «дерьмового настроения» у Слизеринского принца. Ещё летом они поддались их бурному обсуждению в присутствии самого «мистера зануды». Однако ни к чему это их не привело, остались лишь пустые догадки. Никто не знает наверняка, ведь так? Быть может у родителей Малфоя, есть парочка более правдоподобных предположений, не думаете? Но, в любом случае, для них пока слишком рано. Хотя, как считает сама Нарцисса Малфой, время почти пришло и действовать нужно сейчас. Драко увалился на кровать. «Мерлин, как же эта Грейнджер меня раздражает!» — прокричал про себя Драко, уткнувшись лицом в подушку, в глубине души немного наслаждаясь этим старым чувством и эффектом дежавю. Время скоротечно, многое меняется, но их «дерьмовые» отношения с Грейнджер остаются прежними, точно такими же, как до войны, как когда Малфой был всего лишь ребёнком, был в безопасности и без этого клейма «Пожиратель Смерти». А ведь он и Гермиона не знали, что самое трудное — ещё впереди. Они не знали, что для них приготовила профессор Макгонагалл…
