Метамфетаминовый флирт

...Та же хотела вырваться, но девчушка вела себя настойчивее, чем и прервала попытки девушки бежать. Уже задыхаясь от нехватки воздуха, Виолетта оторвалась от столь желанных в течение долгого времени губ. Отойдя в сторону, она простояла в смятении пару секунд; Мила не решалась посмотреть в её сторону, отходя от шока. Вилл схватила свои вещи, трясущимися руками отперла дверь и скорее побежала прочь из этого проклятого кабинета. Девушка и не стала её останавливать: им обеим надо разобраться в себе. "Мила! Что ты делаешь?!"— сидела одна в кабинете, меланхолично собирая вещи в какую-то кучу. "Это конец, Вилл... Что ты наделала?" — мыслила другая, давно находясь в своей комнате. Её проступок не давал себе покоя. Где ж то было видано, чтобы какая-то мелочь приставала к замужней женщине? "Она не женщина, — твердила себе девятиклассница, — а девушка в рассвете сил", — влюбленное сердце найдет оправдание всему и всякому. Недаром в период влюбленности человек становится более наблюдательным даже к мелочам и добрым на все дела и поступки. Так и сидела Вилли в комнате, размышляя, как ей поступить. "Лучше всего не показываться ей на глаза. Черт, завтра же урок с ней! Последний...— тут ей захотелось закричать на весь белый свет, но тихо придавила рот ладоней. — Я так больше не могу! — ударила по стене кулаком и плюхнулась на кровать. — Завтра я при любых обстоятельствах не заявлюсь к ней. Пусть звонит родителям, психологам или сразу в психушку. Мне по барабану!" — пришла к такому "здравому" умозаключению. Как говорят: "с глаз долой, из сердца вон". Именно этому народному совету и отдала предпочтение Вилли. *** "До чего же ты себя довела, в самом деле?" — придя домой, учительница первым же делом решила искупаться. Итак, стоя уже полностью без одежды, она внимательно оглядывала себя и своё тело: синяки под глазами от явной усталости, торчащие кости от вечного недоедания и... Что это? На ещё нестаром лице красовалась мерзкая морщинка... "Нет, это уже никуда не годится, — вздохнула Владимировна. — Пора идти в отпуск!" *** — Отпуск посреди учебного года? Вы с ума сошли? — директор школы смотрела на неё глазами в пять копеек. — Где было видано, чтобы учителя в октябре уходили в отпуск?! — кажется, у женщины был явный шок, ведь даже она не смогла улизнуть в теплые края в этом месяце. — У нас много коллег, которые смогут справится без меня. Всего девять дней. Из которых семь — каникулярное время у учеников, — Мила посмотрела на неё чуть ли не собачьими умоляющим глазами. — Я потом всё отработаю и в срок сдам, — улыбнулась девушка. — Ладно, убедили. Сегодня-то доработайте, а завтра выходите в отпуск. — Спасибо большое! — глаза преподавателя засияли, и она выскочила из кабинета, забегая в свой и уже залезая на сайт горящих путёвок. Мест нет, время не то, дорого — долго искала она то самое. Уже отчаявшись, она обновила сайт и попытала удачу. Вылет завтра в 6 утра, обратно — в следующее воскресенье ближе к вечеру. Это то, что ей нужно. Пакуй чемоданы, милая Мила! В состоянии такого аффекта девушка пробыла ещё несколько часов. Она даже видела сегодня Виолетту, но прошла мимо, будто бы не заметила её. Нет, она не со зла: просто витала в облаках, думая о том, как пройдет её мини-отпуск. Сегодня её приподнято-невесомое настроение заметили все: и учителя, и начальство, и дети, и даже её ученица, которая сначала хотела удрать от неё, но, поняв, что учительнице попросту фиолетово на неё и на всё происходящее вокруг, немного успокоилась, хотя в душе таилась толика паники. Незаметно время подошло к последнему уроку. Чудесный пятничный день манил последними лучами осеннего солнца, пробивающимеся сквозь жалюзи. Девятый класс неохотно завалился в кабинет и лениво достал учебники, ссылаясь на то, что у Милы Владимировны сегодня прекрасное настроение и что в такой замечательный во всех отношениях день она обязательно отпустит их домой на каникулы немного раньше, чем было положено. Так, собственно, учительница и хотела поступить, но пелену с глаз ей сняло то, что на первой партой прямо у её носа не было вечно заносчивой девочки, хотя та отчётливо помнила, что уже видела её любопытную рожу сегодня. — Мила Владимировна, смотрите, какой прекрасный день. И у вас настроение, как я вижу, отличное, — начала какая-то вечно спящая на уроках пташка. — Вы сегодня, кстати, выглядите просто безупречно, — поддакнула ещё какая-то моль, проснувшаяся от пинка сзади. Да, эти ребята явно любили лгать, несмотря ни на что. Слова лести вроде бы влетели, но тут же вылетели из ушей педагога, и она упрямо уставилась в пустующее место. — А где Ксенофонтова? — задала тихо вопрос девушка, переведя взгляд на её соседа по парте. — Так её сегодня не было в школе, она заболела, — на секунду Мила подумала, что у неё совсем поехала крыша, а это всё были галлюцинации, но вечно пафосная одноклассница девчонки, которая явно завидовала ей в чём-то, крикнула: "Она домой свалила, не ври, Чернышов!". Все сразу уставились на неё с некой злобой в глазах. Какие бы не были междоусобицы в классе, устав был един: никого и никогда не палить. Они были дружны и сплочены столько лет, сколько учились вместе, и это, по сути, впервые, когда в их коллективе вылезла крыса. Владимировна уставилась на Егора. — Плохо врать, Чернышов, плохо, — покачала та головой, хотя за товарищество тот поднялся в её глазах. А может, из-за дружбы с...? — А вот ты, Замблицкая, очень меня огорчила. Хотя от тебя не привыкать, — фыркнула девушка. — Я хотела вас сейчас отпустить домой, — глаза девятиклассников засияли, — но как-то передумала. У меня было такое прекрасное настроение! И у вас, думаю, тоже. Что ж, Замблицкая, к доске. Какой я вам параграф на дом задавала? — Владимировна похмурила брови и уставилась в компьютер, а вызванная к доске сначала цокнула, но потом, по рекомендации подруги, на всякий случай перекрестилась. *** Урок закончен на пречудесной ноте: вызванная к доске, кажется, ни разу не открывала учебник за весь триместр, из-за чего и получила заслуженную двойку. Остальные, не тронутые химичкой и её тараканами, со спокойной душой отправились на каникулы. Да что уж таить, сама учительница (и её тараканы тоже) чуть ли не первая выпорхнула из кабинета, жутко торопясь домой. Первом делом, придя в своё убежище, девушка достала все свои летние вещи, уже отложенные в дальний угол до следующего года, и начала выбирать, какую одежду она возьмёт с собой. Но лихой настрой той дал о себе знать, и она покидала наобум выбранные сарафаны, шорты и майки, не забыв положить и купальник, какие-то ещё вещи, документы и фотоаппарат обязательно — вещи собраны! "Лучше переночую в отеле при аэропорте, чтобы спокойно поспать и не тащиться ночью через весь город", — подумала Мила и вечером уже заселилась туда, устроив себе отпуск заранее. Вечер, ночь, туда-сюда, и она уже сидела со спокойной душой в самолёте, где ближайшие несколько часов сможет почитать книжку, давно ожидавшую читателя на полке, или посмотреть брошюру, вложенную в сидение напротив в самолёте. Единственное, что, наверное, резко побеспокоило Милу, было то, что муж был не в курсе неожиданного отъезда жены. Поэтому, приземлившись, она первым делом позвонила ему, увидев на телефоне сорок пропущенных. Тот быстро поднял трубку. — Алло, — чуть сонно сказала в трубку она. — Мила, ты где? Ты почему дома не ночевала?! — голос мужа звучал громко, беспокойно, с нотками злости. — Не кричи!... — Прости, — оправдывался он. — Так. Тему не переводи, — грубо сказал тот. — Ты где? — попытался успокоиться. — Дорогой, — это на вид безобидное и вполне естественное для супругов слово казалось Владимировне уже тошнотворным, — не волнуйся так: мне неожиданно дали отпуск, вот я и уехала. На море, — муж называется. Он даже не обратил внимание, что его жена была уже выжита как лимон. — А так я в отеле переночевала, чтобы утром не торопиться. — В смысле на море?... — мужчина впал в ступор. — Ладно, пока, я тебе напишу, если что, а то тут роуминг. Всё, целую, — та поспешила скинуть трубку и выдохнула со спокойной душой. Девять дней она отдохнёт, восстановится, поживет спокойной и одинокой жизнью. Или не совсем? *** — Что-то ты рано сегодня, — с такими словами встретила дома Вилл мама. — Да нас отпустили сегодня пораньше, — девочка пошла вымыть руки. — А ты чего так рано? Наконец-то выходной? Или с работы уволилась? — засмеялась она. Мать работала так много, что, кажется, Виолетта не видела её уже неделю. — Я совсем забыла тебе сказать, мне дали отпуск! И послезавтра мы поедем на море, — тут дочь обрела многозначительный взгляд. — На море? Серьезно? А почему не сегодня? — та была явно не в самом лучшем настроении. — Ещё бы за час предупредила, — Вилли закатила глаза и уселась на диван на кухне. На эти каникулы она планировала сходить с Егором и Еланой на недавно вышедший фильм, а также заскочить на концерт каких-то приехавших издалека музыкантов. — Не нуди, Виол. Хочешь, я обрадую тебя? — мама улыбнулась. — Трёхместных номеров не было, поэтому ты будешь жить в отдельном номере, на другом этаже. "Ну хоть что-то!" — этому девятиклассница обрадовалась. — А куда хоть летим? — спросила она наконец. — На Кипр. Там что-то около горящих путёвок было, отец вчера взял. — Стоп. Мам, ты что, готовишь? — девчонка рассмеялась: её мама готовила так редко что-нибудь сносное, что удачные блюда можно пересчитать по пальцам. — Иди уже, — крикнула женщина, и Вилл убежала в свою комнату. Осенние каникулы начались на славу!