Метамфетаминовый флирт

Первый день отдыха Милы шёл великолепно. Сначала девушка, предварительно заселившись, пообедала на шведском столе, а по окончанию сразу побежала на пляж. На нём было немноголюдно, всё-таки в такое время года мало кто уезжает на отдых. — Море! — закричала она словно маленькая девочка, увидя морские просторы, и с разбегу плюхнулась в огромную синюю лужу. Вспомнив о том, что все её друзья, знакомые и коллеги сейчас были заняты работой, а она нежилась в лучах жаркого солнца, Мила ещё шире улыбнулась, делая уже десятый заплыв к буйкам. Никаких мерзких подростков, надоевшего мужа и хлопот, только отдых, море и солнце! Вдоволь наплаваясь и даже слегка загорев, она ушла к себе в номер, чтобы ополоснуться и пойти на ужин. За это время она даже успела взять экскурсию "морская прогулка" на завтра почти на целый день. Отличное начало отдыха! Оставшиеся дни должны пройти идеально, если бы ей опять не начал звонить супруг. — Алло, — слегка с раздражением взяла трубку та, собираясь идти ужинать. — Мил, как ты там? Возможно, мне тоже дадут отпуск, и в понедельник я прилечу к тебе. Скажи, какая страна, город, отель, — он был в лёгкой обиде на жену, но всё-таки очень беспокоился за неё. — Миш, я сейчас немного занята, перезвони позже, пожалуйста, — девушка скинула трубку и поджала губы. Она понимает, что поступает неправильно по отношению к человеку, который её любит. Но любит ли она? Уже сомневается. А сердце случайно напомнило о последних событиях, отзываясь колкой болью в душе. "Отдохнула, называется", — отдыхающая неспешно поужинала и направилась обратно в апартаменты, чтобы хорошенько поспать. Завтра должен быть замечательный день, где не будет места размышлениям, и голова наконец-то отдохнёт от различных дум. *** — Вилл, документы на месте? Достань их и билеты, пожалуйста, — семейство Ксенофонтовых стояло уже на таможенном контроле, но родительница всё равно беспокоилась, что что-то пойдет не так. — Они у папы, — Вилли переписывалась с кем-то по телефону, надеясь поскорее сесть в самолёт. Пройдя все махинации, все расселись в аэробусе и, вскоре взлетев, уснули в комфортабельных креслах. *** — Даже пожрать не дали, что ж за люди, — ворчал отец семейства, двигаясь в сторону туристического автобуса. — Не надо было спать, я же говорила, что потом не дадут, — мать пихнула мужа вбок. — Успокойтесь! — схватила за руки родителей девочка. — Раз в сто лет соберёмся все вместе, и то опять ругаемся. Мы приехали в другую страну, посмотрите вокруг: всё замечательно. Так что быстренько все улыбнулись и поехали, — она поправила рюкзак на плечах и уселась на своё место в транспорте. Через час они добрались в отель, состоявший из нескольких сооружений в три этажа. Несколько бассейнов, один из которых с морской водой, прекрасный ресторан с шведским столом, а главное — море. В последнее место и отправились первым делом родители Виолетты, оставляя вещи нераспакованными в своём номере, который был на втором этаже. Номер Вилли был на первом. Там она и просидела первые двадцать минут, чтобы отдохнуть и переодеться в купальный костюм, попутно загружая первые фотографии в сеть. "Кстати, забыл сказать, там Владимировна в пятницу целый разнос-допрос устроила по поводу того, что тебя не было", — на экране высветилось уведомление о сообщении от Егора. Она смутилась. "Неужели кто-то спалил? А почему тогда не позвонила родителям или не сказала классруку?" — размышляла та, попутно набирая сообщение: "В смысле? Как она узнала?" "Я сказал, что ты заболела, а Замблицкая тебя спалила. Но ей потом Мила такое у доски устроила, хотя мне тоже влетело за враньё", — Виола усмехнулась. "Любит она в моё отсутствие за меня порваться, даже смешно от такого расклада стало", — и отправила обычное "лол" своему другу без полнейший намёков на то, что это её хоть как-то смутило (смутить, может, не смутило, но терзать ещё как начало). Решив, что пора отвлечься, девятиклассница быстренько переоделась и побежала опробовать бассейны, сразу прыгая в него "бомбочкой", вздрагивая от резкого перепада температуры.

***

Незаметно пролетел день, наступил вечер. Солнце уже опустилось за горизонт. Ксенофонтовы пошли в сторону гостиницы. — Мы ещё к тебе заглянем, наш номер 211, если что, — улыбнулась ей мама, и родители пошли в сторону лифта. — Хорошо! — крикнула им вслед дочь, уже собираясь открывать дверь, как вдруг сзади она услышала до боли знакомый голос. — Привет, ты как? — по ту сторону вновь говорил муж. — Привет, всё замечательно, я только с экскурсии приехала, — радостно говорила в трубку Мила, которая тут же скрылась в потёмках своего номера. Не может быть... "Что она тут делает?! У них же отпуск только летом!" — Виолетта быстро заскочила вовнутрь, надеясь, что та её не заметила. Как их угораздило поехать в один и тот же отель в одно и то же время?! Следующая же мысль пришла к ней о том, чтобы написать об этом лучшим друзьям, но эту идею она отбросила сразу. "Не сейчас", — усмехнулась девочка. В голове созрел новый старый безумный план. *** — Представляешь, мне не дали отпуск! — огорчённо говорил Михаил. — Жаль, Миш. Ты не беспокойся, как раз за это время отдохнем друг от друга, а летом опять поедем куда-нибудь вместе, — на самом деле девушка была рада, что тот не приедет. Ей требовался некий "перерыв" в отношениях. — Ну, я же скучать по тебе буду. Ладно, отдыхай, киса. Спокойной ночи. — Спокойной ночи, — Мила скинула вызов и рухнула на кровать. И заревела! "Кисой зовёт. Что же я за жена такая, если нос ворочу, — думала она. — Уехала, оставила его одного. Сама тут. Ну, дура совсем!" — продолжала плакать она, совсем запутавшись. Клин клином вышибают? Не помогает! Враньё всё. Лечит только время. Неожиданно в окно постучали, и в него залетела какая-то бумажка. Учительница выглянула на улицу, но никого не заметила. Подняв бумажонку, она развернула её и увидела уже знакомый почерк. "Привет из соседнего номера. Предлагаю встретится у лестницы через час", — та перечитала её ещё раз. "Тебе кажется, это точно не она. Просто кто-то шутит, ну или реально кому-то понадобилось встретиться... У тебя просто паранойя, Мил, всё хорошо", — девушка решила постучать в соседний номер, но никто не открыл. "Ладно, — она наморщилась, — мало ли, какой соседний номер". Вскоре к Вилл спустились родители, и они пошли на ужин. В ресторане она смотрела во все стороны, высматривая гостью из соседнего номера. То же самое делала и Мила, но вглядываться в каждую семью и каждого подростка было бы очень странно, поэтому она оставила попытки и просто решила поужинать, дожидаясь встречи. Все разошлись по номерам. Виола надела на себя огромную шляпу и какую-то просторную вещь, чтобы сразу не выдать себя. Вскоре подошла и Владимировна, украдкой глядя во все стороны. Да, она выглядела безупречно: лёгкое сиреневое платьице в цветочек с короткими рукавами и небольшим вырезом в зоне декольте. — Кого-то ждёте? — Ксенофонтова неожиданно подошла к ней со спины, слегка дотронувшись до её руки. Мила чуть вскрикнула от испуга и отшагнула назад. — Ты?! — она, наверное, закричала бы ещё громче, если бы ученица не закрыла ей рот рукой. — Я, — та сняла шляпу и поправила волосы. — Что ты хочешь? — тихо сказала девушка, не понимая, как себя вести. Может, убежать? Но ведь догонит... — Давайте просто поговорим, — Вилл посмотрела ей прямо в глаза, не отпуская руки, что ещё больше давило на преподавателя. Мила прикрыла глаза и втянула ноздрями столько воздуха, сколько бы не поместилось в лёгких ни у одного человека, и с громким звуком выпустила его. Может, стоит расставить все точки над "и"? — Так уж и быть, — они молча прошли по коридору, та, продолжая молчать, раскрыла дверь своего двухместного номера и впустила подростка. Гостья сразу начала рассматривать помещение: оно выглядело уютным и обжитым, потому что женские руки уже навели здесь всё по своему вкусу. — Вы сюда с мужем приехали? — некая смелость и адреналин проснулись в пятнадцатилетке, которая сходу выпалила вопрос. — Одна, — сухо ответила ей педагог, сразу же отвечая на другой вопрос, который был бы обязательно задан. — Я настолько вымоталась за эти два месяца, что мне даже не стали особо отказывать в небольшом отпуске, — выпалила и опять приняла надменный, скрывающий настоящие чувства к окружающему миру вид. Вилли села на край кровати, оказываясь ближе к учителю. — Я, наверное, пойду. Плохая была идея трогать Вас на каникулах. Мне стыдно. Извините меня за это, да и за то, что произошло тогда...— ученица направилась к выходу. — Постой, не уходи, Вилл, — тихо произнесла Мила, — останься. Мы ведь так и не поговорили, — она по-доброму улыбнулась, приглашая девочку присесть обратно. Зачем? Возможно, Мила боялась того, что Виолетта могла что-то сделать с собой, переживала за неё... В общем, всё смешалось в один клубок, хотя она за ужином выпила всего два бокала вина. — Вы уверены? — той стало ещё страшнее от такого. — Абсолютно, — девушка опустилась на кровать рядом с нею. — Скажи мне, Виол, — начала та, чуть смущаясь, — что тогда побуждало тобой? Да и сейчас... Но только честно, — казалось, к чему были эти пустые разговоры? Они разве на приёме у психолога? Но для Милы это было важно. Очень. Чистые и светлые побуждения души для неё были всегда очень трепетным, тем, что она ценила в людях, особенно такое чувство, как любовь. Виолетта ещё раз посмотрела в карие глаза той, что сидела перед ней, и рассмеялась от эйфории, подаренной таким обыкновенным, как покажется другим, взглядом. — Любовь, и ничего больше, — лицо её покраснело, и кровь забурлила в жилах. — Когда вы рассказываете что-то интересное, новое, я не могу оторвать взгляда от вас. Ругаетесь ли, шутите ли или хвалите, тоже не могу. А тогда я просто не сдержалась. Вы были так близки ко мне, так добры, что, обыкновенно, очень странно в нашем мире, а вы, возможно, поняли меня в этот момент как никто другой, хоть для вас это и новая проблема в моём лице. Мне было нечего терять, — Вилл задохнулась бы, сидя рядом с той, которую не может выкинуть из головы и сердца уже продолжительное время, если бы Мила не обняла её и не прижала к себе так сильно, как могла, а от девушки не послышались бы всхлипы. Девочка от такого была в лёгком шоке, но не могла не обнять ту в ответ, прижимаясь к тёплому телу рядом сидящей. — У Вас что, ПМС? — рассмеялась ученица, хотя у самой на глазах выступили маленькие слезинки. Девушка рассмеялась. — У кого тут ПМС, так только у тебя, — она отвернулась от неё в другую сторону. — Не обижайтесь, пожалуйста, — Вилл ободряюще обняла её за плечи, а на лице была широкая ухмылка. — И не думала. На секунду повисло неловкое молчание. — Наверное, я всё-таки вернусь в номер. Скоро придут родители проведать, как я, — аккуратно сказала Виолетта и вышла из номера. Мила не возражала. Непонятно одно: что это сейчас было? Субординация отсутствует напрочь! Но, кажется, на душе обеих стало легче на секунду. По крайней мере, обе поняли, что в их жизни что-то кардинально изменилось.