Километры после печали.

Вернувшись, я застаю готовые блюда на своем крае стола. Все же я чувствую толику заботы бывшей жены. Понимая, что мы задержимся, она не оставила меня голодной. Спрашивать я не собираюсь ее об этом, ибо наткнусь на стену ее закрытости и, не дай Бог, сарказма. Перепалки нам сейчас не нужны. Мы обе взрослые и должны решить серьезный вопрос. Откуда мясо в рыбном ресторане? Скорее всего, как мне подсказывает интуиция, для таких, как я. Нет, не аллергиков, а возможно для тех, кто хорошо знаком с шеф-поваром или для тех, кто готов хорошо за это заплатить. Гораздо больше, если бы люди пришли в обычный ресторан, где подают стейки и вообще стандартное меню. Славу Богу, Миллер ушла. По ней я точно не скучала все эти годы. Скучала ли я по бывшей жене? Думаю, что нет. Только по хорошим моментам с ней, которых я практически не помню. В моих воспоминаниях осталось все только плохое, негатив последних шесть лет брака – как мы изводили друг друга ради дочки... Я бы сказала, что наш брак был ошибкой. Но этого я не скажу. Ведь если бы мы не встретились, то у нас не было такой прекрасной малышки. Я очень сильно люблю ее, несмотря на то, что она точная копия Лексы, особенно внешне. Да, тогда моя мама воспользовалась яйцеклеткой Лексы, мы обе желали этого. Есть ли что-то в дочери от меня? Цвет моих небесных глаз и, наверное, та самая подростковая влюбленность. Это была моя идея о свадьбе, как и Мэдди. Она идет по моим стопам: я не хотела бы, чтобы у них с Эйденом все также закончилось... — Продолжим? Меня тоже ждут, — проговорила Вудс, и на миг блондинке показалось, что она оказалась внутри ледяной глыбы. После того, как я вернулась, что-то изменилось... Вот только не пойму что. Похолодало в ресторане? Или тон голоса бывшей вызывал у меня противную гусиную кожу? И да, последние ее слова подтверждают мою теорию, что она не одна. Я вообще ничего не знаю о ее жизни, как она ушла от меня в тот роковой вечер... Мэдди никогда не рассказывала о ней, когда бывала у нее и даже то, что они делали: во что играли, куда ходили и кто третий был рядом... Я и не спрашивала, ибо знаю, что мое любопытство дойдет до бывшей супруги. Мэдди всегда считала, что у нас троих не должно быть секретов. Меня всегда это умиляло. Она была права, вот только если бы мы были семьей... — Да, — отвечает блондинка коротко, так как особо не знает, что и сказать. Но бывшая знает и распределит роли. Если бы они были вместе, то Вудс взяла бы все на себя, и Кларк это знала. Все же хорошо, когда кто-то решает все твои проблемы, и ты живешь, особо не напрягаясь. — Я составлю список гостей, потом перешлю его тебе на e-mail, добавьте с Мэд, если кого-то будет не хватать. Выберете сами открытки–приглашения и разошлите их, — брюнетка нахмурилась, как будто бы о чем-то забыла. — Какого числа вы решили? Блондинка пожимает плечами, внимательно слушая бывшую и перекладывая на нее еще и этот вопрос. — Мы ничего не решили. Мэдди выразилась так: «Чем скорее, тем лучше». Зеленоглазая еще сильнее нахмурилась. Похоже, кому-то эта идея со свадьбой не нравится... Или, может быть, Эйден? Эйден Купер старше нашей дочери на год и учится в университете. Мальчик сам по себе неплохой, но немного мямля, как бы выразилась Лекса. Она и Беллами раньше так называла. Я бы не сказала, что они мямли, просто они не такие решительные и уверенные в себе, как она. Но это же не означает, что человек плохой и не достоин счастья? — Ладно, но если она хочет чего-то большего, то это не раньше, чем через месяц. Так, сегодня первое июля, значит свадьба будет первого августа, в субботу. Как раз им хватит месяца для свадебного путешествия. Кстати, уточни у нее и этот вопрос, куда они хотят поехать – это будет мой свадебный подарок, если, конечно, вы не хотели его сами подарить, — брюнетка уже поела и сейчас копалась в телефоне, в записной книжке устанавливая даты, время, записывая все, чтобы не забыть. — Нет. Мы хотели им подарить старую квартиру Беллами. Немного сделать там ремонт, и она будет как новенькая. Вудс приподнимает свой взгляд на блондинку, и та понимает, что он не сулит ничего хорошего. — Продайте ее! Да, Беллами переехал ко мне, а точнее в наш дом с Лексой. Я не могла с ним расстаться... Весь уют в нем я по крупинке создавала сама, почти все сделано моими руками. Сад с его элементами декора: я посадила сама каждую семечку, пересаживала, рассаживала, выращивала цветы, кустарники и деревья, а декорировала из подручных средств – шины, бутылки, крышки, булыжники и прочее, находя годные лайфхаки на просторах интернета. Внутри дома тоже мой собственный дизайн. Я обшивала сама нужной мне тканью диваны, кресла, стулья; к ним шила небольшие подушки и мягкие пледы. На блошиных* рынках выискивала то, что нам пригодилось бы в интерьере, а именно: старые вещи, мебель. И пусть это было не антиквариат, на него у нас опять же не было денег, но искусственно состаренные вещи смотрелись не хуже. Лексе всегда нравился уют, и может не такой старинный, но ей нравилось, что все было подобрано или сделано мной с любовью и душой. Вот так проходили мои шесть лет после рождения Мэдди: в работе и одиночестве. Беллами же, наоборот, оказался противником старой атрибутики и со временем нам пришлось немного изменить интерьер и практически превратить наш дом в лофт, а точнее сделать его офисного типа: кожаные диваны, кресла, жалюзи на окнах. Я не захотела ничего выкидывать, и мы просто все спустили в подвал. В спальнях мы ничего не трогали, правда, я сама попросила убрать мужа нашу совместную кровать с бывшей супругой. Ну не могла я быть счастливой на ней, зная, что была счастлива здесь с другим человеком. Также в коробку были сложены все фоторамки с Лексой. Только в спальне Мэдди они еще оставались. Да и Белл туда не заходил. На одной – мы втроем, счастливые, и с маленькой малышкой на руках, она была сделана после выписки из роддома. На второй – Лекса и Мэдди были вдвоем, дочери было лет десять на ней. Да, Беллами был против этого всего, но разве счастье и любовь заключается в мебели? В доме? Откуда у нас деньги были на дом? Его оставил дочери Титус после своей смерти. Хотя и сам в нем не жил, он его купил, а потом женился на Анье и переехал в ее дом. Дом так и не был никем использован, даже Лекса в нем не жила до встречи со мной. Мать Лексы не имела никакого права на него, поэтому не смогла бы его отобрать. Жена оставила нам его с дочерью, когда уходила, ни на что не претендуя. Уходя, она ничего не взяла, даже ее одежда до сих пор пылится в каких-то коробках на чердаке. В этом доме и случился наш первый раз... Как тогда помню, мне было лет четырнадцать, ей восемнадцать. Мы попали под сильный дождь, был вечер и начинался ураган. Тогда дня два люди не выходили из своих домов. Мы гуляли и ближе всего мы были к дому ее отца. Когда мы оказались в нем, там не было даже света. Все было пыльным, а некоторая мебель застелена белыми тканями... — Я куплю им сама дом, а вы билеты в свадебное путешествие. Блондинку вырывают из своих мыслей, и она прерывает воспоминания о своем первом разе. — Хорошо, — соглашается Кларк. Это было правильным решением, как показалось блондинке. Вспоминая, что у бывшей жены всегда «варила» голова в правильном направлении. Смысл было оспаривать? Беллами не согласится покупать новый дом, когда есть квартира. Откуда у нее такие деньги? Возможно, она, как и я закончила университет и нашла хорошую работу. А может помирилась с Аньей. Семья у Лексы была всегда богатой. Только почему она связалась со мной и ушла в нищету?.. — Я объеду несколько свадебных агентств, посмотрю, что они смогут нам интересного предложить, — продолжает брюнетка, составляя их общий план, но не план совместных действий. — Вы за это время определитесь с платьем, туфлями, прической и другими аксессуарами. Так как у Эйдена нет родителей, все ляжет на нас, Кларк. Уточните у него, сможет ли он себе купить костюм и букет невесте. Гриффин кивает головой, со всем соглашаясь, и подзывает официанта, чтобы тот убрал со стола. — В принципе, все. Встретимся здесь же через неделю, в это же время. И обговорим, что готово и что предлагают агентства. Там и поделим расходы. Сама доедешь? У меня уже нет времени. — Да, — отвечает тихо белокурая, вспоминая, что ее бывшую ЖДУТ. — Зачем спрашиваешь, Лекс, если у тебя все равно нет времени? Вудс прищуривается, как будто бы осознает за собой, что сморозила глупость, что до сих пор интуитивно пытается заботиться о бывшей жене. Брюнетка кладет магнитку сверху на чек счета и официант, забирая, уходит. — Я могу потратить еще пару минут и вызвать тебе такси, Кларк, — натягивает улыбку брюнетка, понимая, что вышла сухой из ситуации. А Гриффин лишь глубоко вздыхает, понимая, что опять не было смысла в этом вопросе. Лекса никогда не признается в том, что совместно проведенные годы оставили отпечаток в их памяти и они до сих пор готовы заботиться и помогать друг другу. Но если не признается та, то и блондинка не собирается лезть на рожон, и нарываться на сарказм бывшей. — Я сама могу себе вызвать такси, — отвечает Кларк и копается в телефоне, но не в поиске номера, а чтобы перевести денег за ужин Лексе. — Отлично! — брюнетка забирает магнитку у официанта и поспешно встает, но ее останавливает писк телефона. Перевод от Clarke Griffin-Blake. — Не стоило, — произносит Вудс, смотря на бывшую сверху вниз, хотя хотела уйти по-английски. — Не люблю быть в долгах. От голубоглазой не укрывается, что та закатывает глаза. — Ладно. До встречи через неделю, — Лекса покидает ресторан и голубоглазая вызывает такси.