Полудраконы и полулюди

— Иккинг, нам надо серьёзно поговорить! — сказал мой отец, от чего у меня пробежали мурашки по коже. «Нет, папа, не надо», — мысленно подумал я, готовясь к самому худшему. Второй мыслью было, что он узнал о Беззубике, но я себя тут же успокоил. Вряд ли он бы стал тянуть до этого момента, чтобы поговорить со мной. Я медленно спустился к нему, пытаясь оттянуть неизбежное. — Сбылась твоя мечта, пойдешь на получеловека, — тут же проговорил он, как только я встал прямо перед ним. — Тренировка завтра утром, — увидев то, что я собирался возразить, отец добавил: — И никаких отговорок! — Я тут же закрыл рот, так и оставшись стоять на месте с удивлением и паникой в глазах. Думая, как бы мне всё-таки избежать этих тренировок, которые так не вовремя свалились на меня. Да, раньше я очень хотел бы тренироваться с остальными, чтобы однажды убить своего первого получеловека, но после сегодняшнего это желание как-то поутихло, а после слов отца — и вовсе испарилось. Теперь мне как-то не хотелось убивать полулюдей. Нам ведь с самого детства вбивали в голову, что у полулюдей нет мозгов, что они просто животные, никак не похожие на нас, полудраконов. И мы ведь верили всему, что нам говорили. Считали это истиной. И даже не думали подвергать хоть одно слово сомнению. А теперь… А теперь я не был уверен совершенно ни в чём. Может, всё, что нам рассказывали – это ложь? Может, кто-то намеренно скрыл ото всех правду? В угоду своим личным интересам. А может, взрослые знали правду, но всё равно прививали своим детям ненависть к полулюдям? Но зачем? Они ведь умеют разговарить, умеют мыслить, и, выходит, они совсем не животные, которых можно беспорядочно убивать, как тех же яков, овец или кур, не чувствуя вины. В общем, вам должно быть уже известно, что мой отец – очень упрямый полудракон и спорить с ним очень бесполезно: во-первых, потеряешь только зря время, а во-вторых, сделаешь хуже только себе. И именно поэтому я лишь кивнул головой и направился к себе в комнату, всё продолжая строить план, как бы не попасть на тренировку. Так вот, однажды бывший лучший друг отца — Элвин Вероломный — решил во время нападения нарушить приказ отца, несмотря на то что они до этого долго спорили и обсуждали вопрос действий, и из-за него погибли люди. За это его, конечно, изгнали, ведь было столько жертв. Я зашёл в свою комнату. Здесь как и обычно было полно разного хлама, как называл это отец, когда в редких случаях всё же заявлялся ко мне. Убираться мне было некогда, так как я всё свое время приводил то в кузне, то в лесу, и это было гораздо полезнее, нежели уборка. Я лег на кровать и, накрывшись шкурой, через некоторое время заснул, надеясь, что завтрашний день будет менее колоритный.

Следующее утро

Я, как и половина викингов, люблю поспать, однако, как бы мы это дело ни любили, нам приходилось вставать с рассветом, ведь за день нам надо было успеть сделать кучу дел. Именно поэтому проснулся я с восходом солнца, за окном не было ни облачка, что было крайне редко для нашего края. Обычно тут было серо, промозгло и холодно. И этот день же сулил всем нечто хорошее хотя бы сегодня. — Вот же Хель, тренировка должна скоро начаться, — пробормотал я, вспомним вчерашний разговор с отцом. Желания туда идти откровенно не было, и мне хотелось направится сразу в лес. К Беззубику. Почему? Я, честно признаюсь, не знаю. Просто… Мне кажется, что после вчерашнего между нами возникла какая-то связь. Ну, знаете… это как встретить человека и вдруг понять, что вы будто были давно знакомы. Он понимал вас, вы — его. И вам вроде как очень комфортно в обществе друг друга. Не став больше заморачиваться этим вопросом, я, наспех надев зелёную рубашку, меховую жилетку и штаны и даже не позавтракав, побежал на Арену, надеясь, что не опоздаю в свой первый же день. Как только я оказался на Арене, понял, что все уже собрались. А если быть точнее, то здесь собрались все мои сверстники, давно начавшие проходить превращение. Среди них был мой двоюродный братец Сморкала, о котором я недавно рассказывал, Астрид Хофферсон, голубоглазая блондинка с осиной талией, близнецы Забияка и Задирака Торстоны, та ещё головная боль для всей деревни, и Рыбьеног Ингерман, довольно пухлый блондин, любивший больше теорию, нежели практику. — А его кто сюда пустил? Он же не полудракон… — начал было Сморкала, как только заметил моё присутствие, но его тут же перебил Плевака. О нём я вам уже тоже рассказывал. И как вы могли бы догадаться, он старался оберегать меня от нападок Сморкалы, конечно, делая это в своей странной манере. — Ему вождь разрешил, — коротко ответил мужчина, затыкая всех, кто хотел высказаться против меня, и тут же спросил, решив, закрыть эту тему: — Больше вопросов нет? Ну и отлично, — сию же секунду ответил он сам на свой вопрос, переходя к тому, ради чего все собрались, за исключением меня, пожалуй: — Добро пожаловать на Арену, новобранцы. Здесь вы будете ближайшее время обучаться управлять своими способностями. Начнём с теории, а позже перейдём к практике, — я краем глаза заметил, как на этих словах Рыбьеног чуть расслабился. — А сегодня каждый из вас расскажет мне о вашем драконе, в которого вы превращаетесь, чтобы я смог подобрать для каждого план тренировок, — закончил своё выступление Плевака, тут же попросив Рыбьенога начать. — Я превращаюсь в Громмеля, — чуть нервно ответил парень, слегка сжимая свою тунику. — Ещё в детстве, до своего превращения, он иногда питается камнями. У Громмеля всего три стадии: первая — затвердевание кожи, а после появление прочной чешуи, на второй стадии — появляется хвост в виде булавы, а на третьей — небольшого размаха крылья. У Громмеля нет огня, поэтому он выдыхает лаву. А ещё из-за своих маленьких крыльев, он довольно медлительный. О, и ещё… — в общем, можно уже догадаться, что Рыбьеног тот ещё любитель книг. Вообще-то он перечитал по нескольку раз все книги, которые только есть на Олухе, а их не мало. Он немного труслив, зато хороший друг, который всегда готов помочь тебе. — Теперь Сморкала, — проговорил Плевака, прерывая речь парня. Все знали, что иногда Рыбьенога было не остановить, если он вдруг начинал рассказывать о каком-либо драконе. — Я превращаюсь в самого сильного и быстрого дракона на свете, — начал своё представление мой брат, на которого близнецы заинтересовано посмотрели, я недоумевающе уставился, Рыбьеног лишь прищурился, а Астрид закатила глаза, слегка покачав гоолсой, — в Ужасное Чудовище! — я и Рыбьеног чуть слышно простонали, Торстоны лишь кивнули головой, широко и зловеще улыбнувшись, Астрид продолжила смотреть в никуда. — У него четыре стадии: появление чешуи, — начал Сморкала, загибая пальцы, — потом её воспламенение, затем появление рогов, последними вырастают крылья и хвост. Это же четыре, верно? — вдруг поинтересовался парень, смотря на все загнутые пальцы, я на это прикрыл глаза и покачал головой. Какой же он тупой. — Самый сильный и быстрый дракон — Ночная Фурия, — возразил Плевака, которому бы Йоргенсон не стал перечить, в отличие от Рыбьенога, по которому было видно, что он хотел поправить парня. — А так, ты меня приятно удивил, Сморкала — сказал слегка удивлённый кузнец, который явно не ожидал такого от парня. — Теперь ты, Астрид. — Я превращаюсь в Злобного Змеевика,– тут же ответила прямо и чуть резко воительница.— У него три стадии: появление чешуи, изменение нескольких прядей волос под цвет чешуи и появление «короны» из рогов, а на последней стадии вырастают крылья и хвост. У Змеевика, кстати, самое горячее пламя, — последнее предложение было сказано как-то гордо и даже слегка самодовольно. Кажется, девушка пыталась поставить Сморкалу на место. Вообще-то она одна из самых красивых и сильных девушек на нашем острове, так что к ней постоянно пытается подкатить мой двоюродный братец, на что она даёт ему отпор словами, силой, но чаще всего секирой. Это, кстати, её любимое оружие, с которым она практически никогда не расстаётся. — Близнецы, ваша очередь, — обратился Плевака к парочке блондинов. Чтоб вы понимали, они в деревне – проблема номер два после полулюдей (а я, видимо, три). Различаются они, кстати, только полом и цветом глаз. А характеры у них до жути похожи. — Мы превращаемся в Престиголовов, — радостно заявила Забияка, взяв слово. — Ими могут стать только близнецы или близкие друзья. А стадии мы не помним, — после чего её брат недовольно посмотрел на неё, заявив, что это он должен был отвечать. В общем, они устроили драку. Опять. Впрочем, ничего нового. — И на этом спасибо, — ответил мужчина, даже не думая останавливать близнецов: себе дороже. Жизнь у нас всё же одна. — Иккинг, теперь ты, — сказал Плевака, посмотрев на меня, и тут же его прервал Сморкала: — Если он в кого и превращается, так это в Рыью Кость, — что ж, если он пытался меня задеть, то у него отлично вышло, хотя внешне я это никак не показал. Покажешь – это только ещё больше распалит его. Я незамедлительно подошёл к Плеваке и соврал ему о том, что я еще не могу определить, в кого я превращаюсь, и он мне, конечно же, поверил. Я не знаю, почему не стал говорить, что превращаюсь в Ночную Фурию. Просто… мне ведь никто бы не поверил! А из доказательств у меня лишь чешуя на руках. Я ведь не скажу им, что Беззубик учуял, что я Фурия. Это подобно самоубийству. К тому же не хочется давать Сморкале еще больший повод, чтобы посмеяться надо мной. Посмотрим, как он будет себя вести, как только я пройду все стадии. — Ладно, тогда на сегодня все свободны! — заявил кузнец, отпуская нас с занятия. — Но на следующим уроке мы переходим к интенсивным тренировкам,— ребята, покинув Арену, тут же разошлись по своим делам, а я решил сходить проведать Беззубика. Надо всё-таки у него много чего ещё узнать.