Полудраконы и полулюди

Я, развернувшись, быстро побежал обратно к деревне, ведь там больше наших, а значит, кто-то мне обязательно поможет, и завопил чуть ли не на весь остров, пытаясь привлечь к себе как можно больше внимания. Кажется, не вышло. Все просто шарахались от меня, даже не думая спасать. Ну да, как я мог забыть, что никому не хочется видеть будущим вождём «рыбью кость». Я оглядывался по сторонам, думая, где бы можно укрыться. На глаза попался столб, за который я тут же забежал и попытался спрятаться, но дерево не выдержало даже минуты, тут же сгорело от огня Ужасного Чудовища. «Мне конец», — подумал я, но в последнюю секунду меня спас отец, вытащив из огня и отбросив в безопасное место. Его дракон — Громобой, но, несмотря на это, он всё прекрасно слышит. У этого вида, кстати, нет огня, так что атакуют они звуковыми волнами. А ещё они ужасно упрямы, так что переубедить отца у меня никогда не получается, как бы сильно я ни старался. Такой же упрямый, как баран. Хоть бы раз прислушался ко мне, но нет! Он меня совсем не слышит! Игнорирует все мои слова! Он вообще смотрит на меня, как на пустое место. Ни во что не ставит… И вся его забота обо мне, это на самом деле не забота: он просто пытается защитить свою репутацию. Думает, в первую очередь, не о моём счастье, а о себе! Разве так поступают родители? О, вы сейчас, скорее всего, подумали: «Иккинг, а почему ты не поговоришь со своей мамой?» Я бы поговорил, правда, однако есть одна маленькая проблемка. Она мертва. Ой, теперь вы сожалеете, что затронули эту тему? Не стоит: я ведь никогда не знал её. Когда мне не было и года, её унёс получеловек, и после этого её объявили мёртвой. Думаю, все понимали, что у неё нулевой шанс на спасение из логова врага. В общем, я никогда не знал её, поэтому я не очень часто тоскую по ней, хотя, конечно, бывают такие моменты, когда мне хочется, что бы она была жива. Ну, не будем больше говорить о прошлом, вернёмся к настоящему. Как вы уже поняли, отец меня совсем не замечает. И вообще он подумывает заменить своего приемника и по совместительству кровного сына, то есть меня, на Сморкалу, если я к семнадцати годам не обращусь в полудракона. Хотя бы в Жуткую Жуть. Я, конечно, не очень хочу быть вождём, но если вождём станет Сморкала, то он просто изничтожит Олух. Ах да, Сморкала. Кажется, я о нём ещё вам не рассказывал. Представьте себе невысокого патлатого шатена лет так пятнадцати. Представили? Отлично, тогда идём дальше. Голубо-серые глаза, густые тёмные брови, накаченные мышцы. В общем-то он вылетый виккинг. А его характер оставляет желать лучшего: самовлюблённый, дерзкий, самодовольный, лицемерный хвастун… Одним словом — нарцисс. Именно поэтому он пытается самоутвердиться за мной счёт, постоянно издеваясь надо мной или унижая меня. Пока я обо всём рассказывал, отец сбил с ног Чудовище и тот в ответ попытался выстрелить в него огнём, но у него закончились залпы. Слава богу! Хоть у меня и были напряжённые отношения с отцом, но он всё-таки мой отец, и мне бы не хотелось, что бы умер ещё и он. — Залпы закончились, тварь? — с вопросительной интонацией сказал отец и в следующую же секунду вырубил его молотом. Мы хоть и полудраконы, но в основном используем оружие, созданное нами, нежели когти, крылья и огонь. Просто так мы не уподобляемся этим полулюдям, и в нас остаётся хоть капля человечности. Вдруг мне резко стало плохо. Закружилась голова. Чуть помутилось зрение, так что я видел слегка расплывчатые силуэты. Жутко заболели руки. Они начали неприятно покалывать, а по венам прокатилась жгучая боль, будто вместо крови пустили лаву. Вскоре это прошло, но на руках появились чёрные пятна с маленькими чешуйками. Я что, начал превращение? Но в кого? Не помню ни одного вида дракона с таким окрасом. Пока я был погружён в себя, перебирая в голове все возможные варианты, отец снова мне зачитал лекцию о том, как опасно быть мне на улице во время налёта и что мне вообще следует смирно сидеть на пятой точке, даже не думая куда-нибудь выходить. А потом он попросил Плеваку отвести меня домой. Ужасно. Неужели мне нужен конвоир, чтобы банально добраться до дома? Вся мои сверстники, кроме Астрид, рассмеялись, услышав вождя. Хофферсон же делает вид, что меня вообще не существует. У неё это, кстати, отлично получается. Может, всё это было бы и к лучшему, если бы я не был влюблён в неё. Любовь слепа — полюбишь и козла, а в моём случае… Ну, она явно козой не была. Скорее самой настоящей валькирией. Такие инциденты со мной происходили довольно часто, если не каждый день, так что в деревне появилась довольно обидная для меня поговорка: «Только Иккинг за порог, жди несчастья.» Как только я зашёл в дом, я быстро взял всё самое необходимое и мой блокнот и отправился на поиски Ночной Фурии, даже не думая прислушиваться к совету Плеваки.

Через некоторое время

— Я проклят богами! — гневно и чуть разозлённо воскликнул я, перечеркивая чуть ли не всю карту и резко захлопывая дневник. Боже, это безнадёжно! — Кто-то теряет нож или кружку, только не я… Я сумел потерять целого получеловека, — сказал я и ударил по ветке, мешавшей мне пройти дальше. Она конечно же отскочила обратно и ударила прямо мне в лицо. Ауч! Как больно! И тут я только что понял, что этой ветки здесь раньше не было. Переведя взгляд на дерево, я понял, что оно сломано ровно пополам и недалеко от него что-то огромное и тяжёлое пропахало землю, оставив посл себя борозду. Я тут же поспешил спуститься по ней и, подойдя к самому краю, выглянул, тут же застыв на месте от испуга: недалеко от меня лежал связанный чёрный дракон. Придя в себя, я быстро пригнулся, опрометчиво решив тихо и осторожно подойти к Фурии. Видимо, Порождению Молний и Самой Смерти оторвало хвостовой элерон, а как у нас говориться: «Сбитый получеловек — мёртвый получеловек». Приблизившись практически вплотную, я медленно достал свой нож и занёс его над сердцем Фурии, которая резко открыла глаза, уставившись на меня. Руки дрожали от нервов, а сердцебиение резко ускорилось. По коже пробежал неприятный табун мурашек. — Я убью тебя, а потом вырежу твоё сердце и отнесу его отцу, — пробормотал я свои планы, пытаясь придать себе уверенности. — И тогда я больше не буду изгоем, — я пытался внушить себе, что должен это сделать. — Я же викинг! — уже громче добавил я. И тут я сделал то, о чём потом пожалел: я посмотрел получеловеку прямо в глаза. Не надо было этого делать. В этих светло-желто-зелёных глазах читались страх, ненависть и испуг. А еще беспомощность и слабость. И тут я осознал, что не смогу убить беззащитное существо, будь оно полудраконом или получеловеком. Следующее моё действие было, пожалуй, самой большой глупостью, которую я только когда-либо совершал: я перерезал верёвки, удерживающие Ночную Фурию, которая, как только почувствовала свободу, резко повалила меня на землю и приготовилась выстрелить прямо в меня, но тут он будто что-то учуял и выстрелил чуть правее меня. — Почему ты не сказал, что ты Ночная Фурия? — тут же начал возмущаться… парень? Ну, его голос точно не был похож на женский. — Я думал, что я остался последний, — чуть поникнув, тихо пробормотал с долей грусти в голосе Фурия. — Кто? Я? — думаю, на моём лице легко читалось удивление и шок. — Я сам ещё не знал, в кого я превращаюсь! — немного растерянно смотря на Фурию, ответил я, замолчав на несколько минут. — Спасибо, что не убил, — тихо поблагодарил я, наконец, получеловека, боясь вновь взглянуть ему в глаза. — Пф… Как тебя зовут-то хоть? — вдруг задал очень неожиданный вопрос получеловек, с нескрываемым интересом оглядывая меня со всех сторон. — Ик-кинг, — сказал я, слегка запнувшись и всё ещё боясь Фурию. — Иккинг Хэддок, — тут же поправился я, представившись полностью, получеловек тут же слегка опешил. Видимо, он уже слышал моё имя, но вот где? Ладно, лучше не спрашивать об этом. — А тебя? — медленно спросил я, надеясь, что мне ответят, а не убьют. — У нас нет имён, — тут же ответил немного безразличным тоном Фурия, на мгновение задумавшись, — только прозвища. Можешь называть меня Беззубиком, — представился в ответ Фурия, явно больше не переживая за свою жизнь, зато я теперь переживал. — Почему ты так удивлённо посмотрел на меня, когда я сказал своё имя? — я всё-таки не выдержал и на свой страх и риск поинтересовался у получеловека, решив узнать информацию. — Скоро ты всё узнаешь, — слишком загадочно и расплывчато ответил Беззубик. Что ж, никто не станет раскрывать свои секреты первому встречному, верно? — Вот только мне бы хотелось узнать, почему ты меня не убил, — тут уже задумался я, пытаясь правильно сформулировать свои мысли. — Я увидел в твоих глазах страх и слабость, — медленно начал я отвечать на вопрос. — И… мне вдруг показалось, что в тебе я вижу себя. Как-то так, — проговорил я правду, смотря в сторону. — И к тебе у меня тот же вопрос. — А я вот собирался тебя убить за то, что ты отнял у меня элерон, — Беззубик на мгновение остановился. Специально, зараза, тянет время, — но вдруг учуял, что ты Ночная Фурия, и тут же передумал, — сказал, вроде как, правду Беззубик, чуть улыбнувшись мне. Постойте, он улыбнулся? Или мне показалось? Мы ещё пару минут поговорили и в итоге я предложил Ночной Фурии остановиться на ночлег недалеко отсюда, в овраге, в котором было озеро. Я проводил нового...знакомого? (Ну, другом мне его тяжело назвать, а братьями мы были лишь по драконам, а не по крови) в овраг, а после вернулся в деревню, надеясь, что я смогу спокойно лечь спать. Ага, как же! Зайдя домой, я попытался тихо подняться в свою комнату, но я забыл про одну скрипящую доску, на которую как раз-таки и напоролся. Отец меня тут же заметил и сказал: — Иккинг, нам надо серьёзно поговорить! «Нет, папа, не надо», — мысленно подумал я, готовясь к самому худшему.