Чьё-то несчастье 2-3: Your?

После пар мы с подругой пришли на репетицию, с Глебом так больше и не пересекались после того неприятного разговора, сейчас ни рядом с залом, ни за компьютером, с которого музыку пускали, ни на сцене я его тоже не видела. Неужели настолько расстроился, что даже решил пропустить репетицию? Он же обещал мне ходить на все, на которых буду я… пока не было причин ему не доверять, потому я осталась в ожидании, усевшись на одно из кресел. Вскоре, когда уже многие подошли, я заметила, как парень в зал заглядывал, а после зашел слегка напряженный. Решила сделать вид, что не видела его, чтобы точно проверить, подойдет или нет, спрятала глаза в телефон, но краем уха слышала, как его к тому самому компу тутже подозвали. Конечно, он там и остановился, потому что помочь просили, после и нас всех попросили подняться на сцену, что я сделала, не смотря в его сторону. Честно сказать, я практически молилась где-то внутри себя, чтобы он в адекватном настроении ко мне подошел, чтобы не обижался, не играл на эмоциях, чтобы… да я даже не знаю что! Сама, дура, во всем виновата! Не нужно было продолжать. Сказала бы, что нормальную выбрал, раз уж сама эту кашу заварила. Но он то зачем это начал? Зачем спросил? Чего он от меня хотел? Чтобы я нервничала? Вопросов уйма, а ответов нифига. Потому я и стояла уже расстроившаяся, то в пол, то куда-то в окно смотрела, никого и ничего не слыша. Потому и не заметила, как все уже по парам встали, как меня на нужное место переставили, как парень, от компьютера отойдя, на сцену поднялся и за спиной моей оказался, аккуратно за талию приобняв и в шею носом уткнувшись. Именно после того, как он поздоровался, выдохнув горячий воздух на чувствительную кожу моей шеи, я отвисла и заулыбалась, радуясь тому, что, вроде как, все хорошо. — привет — полушепетом отвечаю, голову чуть назад на его грудь отклоняя, руки на его кладу, слегка поглаживая, глаза прикрываю, продолжая тянуть улыбку. — кажется, я еще ни разу не благодарил тебя — наверняка, любуется моими эмоциями, ведь мое лицо практически полностью к нему повернуто, достаточно крепко сжимает меня в своих руках, наверное, властность показывая. А я и не против сейчас. Только вот, о чем он, я не понимаю. — за что? — во-первых, как это не благодарил, если вежливый со мной всегда, во-вторых, не за что, вроде как, меня благодарить сейчас, я не сделала ничего. — за то, что разрешаешь прикасаться к себе — что простите? К чему это он сейчас? Что это значит? Глаза прячет, снова в шею утыкаясь и балуя легкими прикосновениями. Я же сосредоточиться пытаюсь, ушки навостряю, чтобы логическую цепочку не потерять, хоть я ее еще и не выстроила и не поняла. — это как минимум было бы странно… — благодарить меня за то, что я не сопротивляюсь его касаниям? Почему он говорит об этом? Зачем? Что это значит? — почему? — затылком чувствую, что он чуть брови хмурит, когда отстраняется, чтобы волосы мои в другую сторону убрать и голову свою уже слева пристроить — ты же была против, а теперь мне дозволено… — не договаривает, нежно целуя, а я уже перебиваю. — Глеб, — что за выражение: «мне ДОЗВОЛЕНО»?! — не говори так, словно я… да я даже слово подобрать не могу, как это назвать… — с некоторым недовольством пытаюсь отстраниться, руки его на талии расцепить, чтобы лицом повернуться и понять, насколько серьезно он сейчас говорит. Правда так считает? — я понял, ладно — но парень лишь крепче удерживает, когда вырваться пытаюсь, сильней к себе спиной прижимает, руки мои перехватывая и тоже уже к груди прижимая — больше так не буду, но хочу, чтобы ты знала, что мне нереально это нравится. Хочу прикасаться к тебе чаще.

***

«Если сама не понимаешь — будем объяснять. Не поможет одно — будем объяснять другими способами.» Возможно, что именно эта фраза сейчас крутилась в голове Голубина.

***

Как и всегда, мы очень долго не могли начать танцевать, кого-то не было, кто-то о чем-то спорил… но вскоре куратор всех усмирила, и мы стали повторять уже разученные движения. Я танцевала, но мыслями была опять где-то далеко, что, кажется, не очень понравилось моему партнеру. Возможно, я тормозила, возможно, ему эмоций не хватало, взглядов каких, улыбок, потому и решил меня в жизнь к себе вернуть. — больше страсти, детка — эта фраза была сказана достаточно тихо, чтобы как можно меньше людей ее услышали, к тому же до нее во время одного из движений я получила легкий шлепок, который парень тоже старался скрыть от посторонних глаз. Он то, собственно, и вывел из мыслей. — Глеб! — я не ожидала, что он руки станет распускать, ему, по-видимому, наскучила такая тихая партнерша. Я возмущаюсь, стараясь не привлекать к нам много внимания, а он лыбится во все тридцать два, любуясь моим недовольством — не смей так делать! Да и это вальс, а не танго тебе. — но тебе же нравится — откуда он берет такие мысли? Каждый раз! И может кто-нибудь объяснит мне, почему сейчас улыбка сама собой на лицо лезет? — нет. — но держаться рамок придется — и уж точно не на людях. — хотя мы вот недавно обсуждали, что должна смириться с его желанием все всем вокруг показывать… но не настолько же, правильно? Обнимаемся, целуемся, за ручки ходим. Разве этого мало? — нравится. — извращенец — не лги себе. — наглец — Я же вижу — идиот — но больше не буду — вау, неужели — пока что — и всеже дурак. — спасибо — я ничего больше ему не отвечаю. Просто потому что понимаю, что это будет бесполезно. Он все равно победит меня даже в глупой словестной перепалке, а потом, возможно, еще и доказывать свою правоту возьмется, что мне вовсе не нужно.

***

На этой репетиции нам наконец-то сообщили дату празднования, обрадовали новостью о том, что до 31 у нас будут два, а то и три дня выходных. Потому что новый год выпадает ровно на воскресенье, а университет решил отметить все в среду, а после разойтись до следующего года. Также нам примерно объяснили, в чем мы должны выступать. Теперь мне придется ехать покупать платье… — в чем будет танцевать моя принцесса? — догнав меня уже в дверях актового зала, Глеб с довольной улыбкой приобнял за талию, желая утащить меня с собой. — еще не знаю — пожимаю плечами, еще раз прикидывая в голове варианты — думаю, придется покупать платье, потому что старые мне надоели — я жалуюсь сейчас что ли? Еще и губы сами собой надулись, когда я чуть нахмурилась, отвернув лицо от парня. — оо, классно, — а вот его эта новость, похоже, радует, потому что он с довольной улыбкой меня сильней прижимает — значит в эти выходные мы едем искать тебе новое платье, угу? — слегка тормозит, меня к себе поворачивая, и в глаза заглядывает. — мы? — почему-то я всегда думала, что парни ненавидят магазины, а тем более ходить по ним с девушками, потому решила, что Глеб уж точно со мной никуда идти не захочет, даже прикидывать стала, кого лучше с собой позвать. Выражаю удивление в приподнятых бровях, когда уже более расслабленно утыкаюсь взглядом в его глаза. — да, мы. Я тоже хочу выбирать — строит жалостливый детский взгляд, словно упрашивая меня взять его с собой. Двадцатилетний ребенок. — ну ладно, — возьму — мне же проще — на машинке заберет, увезет, выбрать поможет с мужской, так сказать, точки зрения. Выгодно. Еще и время с ним побольше проведу, а то мы как-то мало общаться стали. Только в универе, в переписках, на выходных… В этом перечислении не кажется, что мало… почему тогда мне его не хватает? Неужто я стала такая ненасытная? Это он меня такой сделал? Привязал к себе… а я мучайся теперь, когда он занят работой. — отлично, но с условием, — здрасти приехали, еще и условия теперь будут — ты будешь мерить все, что я тебе предлагаю — интересно, у него щеки вообще не болят? Сколько можно улыбаться? Он же никогда так много не радовался, что на него нашло? Или разговор о телках так пробуждает эмоции? Даже думать об этом не хочу. — меня слегка пугает такое условие… — с недоверием вновь на парня взгляд перевожу, начиная соображать, что он мог задумать под такое условие. Мы же платье идем искать… чего он может захотеть? — соглашайся — чуть прикусывает нижнюю губу, когда на лавочку передо мной садится и за обе руки держит. — ну и во что ты хочешь меня запихать? — я подхватываю эту игру, не отрывая взгляд и пытаясь прочитать в его глазах все мысли. — еще не знаю, там посмотрим — пожимает плечами, куда-то в сторону глянув — соглашайся — дергает за руки, сжимая мои ладошки своими. — я не люблю слишком много мерить… — простое предупреждение, что я не шопоголик, не люблю долго по тц разгуливать и мерить все вещи в магазине. Ленивая я, еще и устаю быстро от этих примерочных. — ладно, я не много наберу. Но ты все помериешь. Да? Давааай — правильно говорят, что парни в душе дети. — ладно, хорошо. Зачем тебе это? — я сдаюсь, но цель узнать все равно пытаюсь, чтобы хоть немного понимать, к чему мне готовиться. — хотю так — оговорился? Нет, он определенно специально так сделал. Что творится? Видимо, довольный моим согласием Глеб с лавочки соскочил, приобняв меня одной рукой, а после к лестнице повел — домой? — я соглашаюсь, понимая, что ожидала чего-то большего…

***

Как я уже упоминала ранее, Глеб сейчас вечно был занят, потому что постоянно работал. Не знаю, почему именно за несколько недель до нового года его так затянуло, но после пар мы больше никуда не ходили уже. Он до дома подвозил, чтобы не мерзла, подходил в перерывах между занятиями, писал мне смс, когда не занят был. Первые пары часто прогуливать стал, потому что не спал днями и ночами. А я с каждым днем все четче понимала, что все больше скучать начинаю, что его ужасно не хватает. Сегодня я с уверенностью, что его не будет с утра, в одиночестве топала к универу. Катя умудрилась заболеть прямо перед праздниками, все как всегда. Она любит так делать. Музыка последнее время не сильно помогает в себя прийти, потому что я только сильней по Голубину скучать начинаю. Все время в своих мыслях пребывая, я уже переодеться успела и в нужную сторону направилась. — простите, девушка — как бы странно не звучало, но я почему-то отозвалась на этот призыв, из мыслей вышла, остановилась и в сторону звука повернулась — здравствуйте — это женщина лет с сорока до пятидесяти примерно, блондинка. Я улыбаюсь, кивая ей в ответ, так как понимаю, что она не просто поздороваться хотела — не могли бы вы подсказать мне, где 215 аудитория, пожалуйста. — да, конечно, — я как и всегда не отказываю — давайте я вас провожу, нам в одну сторону — продолжая широко улыбаться и кивать, я рукой примерное направление в воздухе черчу, призывая со мной следовать. — ой, как я удачно спросила, пойдемте — топаем рядом к лестнице, а женщина решает тишину сгладить — у меня тут сын просто учится, а я все никак не могу с ним связаться. Вы, возможно, знакомы, он на третьем курсе… — оу, не думаю… я первый год тут — интересно, с чего она такое предположение выдвинула? Еще и пояснять больше не стала, словно на третьем курсе один человек учится — а вы можете на «ты» ко мне обращаться — просто потому что непривычно мне. — ой, хорошо, прости — за что она извиняется? Ничего такого ведь… неудобно — ты выглядишь взрослой — женщина улыбается, на меня поглядывая, пока поднимаемся, а я как реагировать не знаю — это комплимент — спасибо за пояснение. — спасибо — киваю, улыбаюсь и уже к нужной аудитории подвожу — вот 215 — даже рукой на номер показываю, чтобы доказать. — тебе спасибо… — моя спутница напротив останавливается, номер проверяет, раз уж я предложила, а после на меня радостно смотрит отчего-то сразу взгляд за мою спину направляя — а вот и мой сын — разводит руками, шаг в сторону делая, а я зачем-то повернуться решаю. — доброе утро, мам — парень блондин с безумно счастливой улыбкой оказывается в нескольких шагах от нас, потому за секунды подходит ближе, пока я в некотором смятении пребываю. — доброе — они обнимаются крепко, парень нежно маму целует, вопрос задавая, а после обращает внимание и на меня. — какими судьбами? Привет, малышка — обнимает одной рукой, наверняка замечая, что я в шоке с такого стечения обстоятельств, ведь это Глеб. Ее сын — Глеб. Я в ответ тоже касаюсь и приветствие бубню. Неуверенно, скованно, но всеже. — с тобой хотела встретиться, а ты трубки не берешь — женщина слегка в лице меняется, упрекая Голубина, все еще рядом со мной стоящего и руку на моем плече оставившего. — прости, пожалуйста, занят был на студии до поздна, утром не стал перезванивать — оправдывается, и я знаю, что не врет — а вы, я смотрю, самостоятельные у меня обе — смотрит на нас поочередно, улыбается, чуть по плечу меня поглаживая, пока я еще не совсем соображаю, как все так получается — уже сами познакомились, да? Мам, это Настя, моя девушка — руку с плеча на талию плавно переводит, а после вообще убирает волосы свои поправляя. — ухты, очень приятно, Настя, я Елена — протягивает мне руку, которую я ей слегка пожимаю, в очередной раз кивая, улыбаясь и «взаимно» отвечая — хорошая у тебя девушка, Глеб, помогла мне вот. — да, я знаю — парень все такой же довольный на меня поглядывает, эмоции проверяя и подмигивая периодически. — и как я так сразу заметила тебя? — даа, мы обе сейчас этим вопросом задаемся, потому что в совпадение поверить сложно дается, плечами пожимаю, чуть глаза выпучивая — Глеб, может вы приедете с Настей к нам на ужин? Ты обещал в ближайшее время заехать. — да, я помню, хорошо, ты не против? — вновь на меня внимание обращает, к себе рукой притягивая, а я понимаю, что против быть по определению не могу, соглашаюсь тутже, умиляясь тому, что познакомиться со мной хотят, и смущаясь, потому что… да потому что Настя — ну вот, когда ждете? — да когда вам двоим удобней будет, тогда и договоримся. Напишите только заранее, мы что-нибудь вкусненькое приготовим — вот все это время смотрю и любуюсь, какая у него мама хорошая и приятная женщина. Парень отвечает «отлично, договорились» — ну все, я побегу, мне на работу еще ехать. — хорошего дня, мам, люблю — на прощание тоже обнимает и в щечку целует. Как мило. — и вам, до встречи, Настя, была очень рада знакомству — снова на вы? Случайно или специально так сделала? Я ведь теперь постоянно об этом думать буду. — я тоже, до свидания — но вида не подавать стараюсь. Елена уходит в сторону лестниц, откуда мы с ней недавно пришли, мы с Глебом ее взглядом провожаем, пока она и вовсе с этажа не скрывается. — ну что, хорошая девушка Настя, — чуть усмехается, вызывая у меня смущение — когда тебе удобно уехать на весь вечер знакомиться с моей семьей? — заглядывает в глаза, выходя слегка вперед. — в любой день, планов я еще не строила, но только не сегодня. Сегодня я не готова… — отворачиваю голову, начиная уже заранее придумывать оправдание, почему не готова. — давай в пятницу? — так просто? Я сразу реагирую, поворачиваясь, и наивно активно киваю — сегодня и я не готов — вау. Парень вновь усмехается, как-то слегка виновато поглядывая на меня. То есть я зря волновалась сейчас? Облегченно выдыхаю, но полностью расслабиться еще не могу — переживаешь? — таким теплым, тихим, нежным голосом спрашивает, успокаивает. Я кое-как практически незаметно киваю — почему? — действительно. — боюсь, что не понравлюсь — взгляд давно отправился вниз, подальше от спокойствия блондина, его глаз. Пялю либо в пол, либо на свои руки, в которых сейчас ручки сумки тереблю. Чувствую, как Глеб слегка глаза закатывает. — пфф, мне понравилась, маме понравилась, значит и папе понравишься — вновь справа от меня оказывается, одной рукой крепко за плечо обнимая и поглаживая, периодически успокаивающе сжимая — тебе не за что переживать, — так легко говорит — такую как ты еще поискать нужно — обжигает улыбкой, из рук своих меня не выпуская и топая в сторону моей аудитории. — ты уверен? — я вот неуверенно взгляд поднимаю, даже бровью веду в его сторону. Чем я такая особенная вдруг стала? — конечно — Глеб даже не задумывается ни на секунду, легко и непринужденно отвечая. Я губы поджимаю, голову вновь в сторону подальше от парня направляя, чтобы не думал, что в слова его не верю, просто не уверена я еще. Но, как бы я не пыталась что-то скрыть, пора бы уже смириться, что он все замечает — такс, ясно — тяжело выдыхает, останавливая нас — услышь меня, пожалуйста, — голову мою к себе за подбородок поворачивает, заставляя в глаза смотреть — не смей загоняться. Ладно? Все будет отлично. — каждое слово разделяет, видимо, для убедительности. Или чтобы точно все расслышала — скажи, что поняла — я лишь киваю, глаза прикрывая — скажи, зай, я попросил сказать — сколько же в нем терпения. — я все поняла — после того, как выдохнула наконец, отпустила тяжелые мысли, уголки губ приподняла, радуясь, что парень такой рядом есть, ответила, открыв глаза. — хорошо, — кивает, улыбает, я вперед к нему подаюсь, но он перехватить сразу успевает и голову мою к своей груди прижать, обнимая уже двумя руками. Я немного смутилась, но крепко прижала в ответ — топай на пару, начнется скоро. Отпускает. Натянуто улыбается. Разворачивается… и уходит, по сторонам поглядывая и подбородок одной рукой потирая. Что это значит? Почему так? Почему он перестал… целовать меня? В этот момент до меня дошло, что в губы он меня не целовал с того самого вечера, когда я у него на ночь оставалась. Когда с Викой гуляли в висок разок поцеловал, на репетиции только шеи касался, при маме не целовал, когда убеждал не переживать тоже не притронулся губами, да даже прощаясь ничего не делал с того самого выходного. А сейчас уже середина недели…

***

«Перейдем на более радикальные меры, чтобы наглядней было.»

***

Ровно неделя до выступления. Танец почти готов. На репетиции на удивление ходят все. Из парней, кстати, многие старше. Так удобней даже, да и выглядит эстетичней. А парням просто с девочками помладше нравится болтать, не знаю уж, с чем это связано. — Лееб, — да, иногда, когда я его зову, то не четко первую букву проговариваю, бывает такое, но блондин нормально отзывается — какие у тебя планы на сегодня? — пытаюсь улыбаться, но вот тревожные мысли все никак покоя не дают, мешая соображать, учиться, общаться. Я руки ему на плечи кладу, чтобы ближе быть, чтобы в глаза смотреть, а он отвечает, что занят будет -… я скучаю… — расстроенно говорю, давая ему несколько секунд, чтобы сообразил и, может, предпринял что-то. Вот только парень не движется даже. Потому я сама вновь к его губам решаю приблизиться, чтобы проверить что-то, что в голове зарождается. — я тоже, кис, — даже толком сделать ничего не успела, как Глеба уже звонок отвлек, и парень лишь щекой своей моей коснулся на секунду, а после в телефон полез, руки мои от себя убирая — прости. Да, алло — отвечает, направляясь в сторону выхода из зала, оставляя меня одну. И меня, кажется, накрывает. Причем полностью. С головой. И очень сильно. Парень скрывается за дверью, а я уже стремлюсь покинуть этот зал, через противоположный выход.