Чьё-то несчастье 2-3: Your?

— ммм, пахнет как в детстве, — парень улыбается, усаживаясь за стол и запуская руку в волосы — я когда мелкий совсем был, просил всегда маму куриный суп сварить, когда болел, сам не знаю зачем… но сейчас ностальгия такая — а у меня еще больше переживаний о том, понравится ли Глебу, как я готовлю. — нуу…кхм, пробуй, приятного аппетита, — не поверите, но у меня даже руки слегка тряслись, пока я тарелку несла от плиты до стола. И, видимо, для какого-то плюсика в мою сторону, я провела рукой по плечам парня, поцеловав его в голову и улыбнувшись. Страшноо. — какой красивый, — посмеивается сам над своими словами, а мне уже и это приятно слышать. По глазам вижу, что Глебу и прикосновения мои приятны, потому что улыбается шире. Я мысленно маму благодарю за то, чему научила — тебе того же, — быстро принимается за еду, пока я настороженно и внимательно за ним наблюдаю, стараясь сильно это не показывать. Хотя, наверное, со стороны заметно, что я не ем, а смотрю в упор — вау, — боже, напугал, кто так вскрикивает и неожиданно дергается? — очень вкусно, — фух, кажется, я слишком громко и облегченно выдохнула — мне нравится, — вроде не врет… глаза искренне горят… я сама принимаюсь за ложку, понимая, что слегка все-таки, наверное, пересолила, а Глеб больной, потому и не чувствует — а можно еще? — когда он успел все съесть? Я ложки две-три только попробовала. — если не лопнешь, — я хоть и чуть смущенно, но всеже усмехаюсь, пожимая зачем-то плечами и с места вставая, самостоятельно накладываю вторую порцию. Глеб даже руку мою тормозит и целует, когда я возвращаю тарелку, с благодарностью смотрит в глаза и улыбается. Убедил. Верю. Приятно. Смущаюсь капец. — а ведь я теперь не смогу есть заказные супы, — будто ты их раньше заказывал — придется тебе самой готовить, — я, наверное, все еще после первой фразы с недоверием на него смотрю — они по сравнению с твоим вообще никакие, — широко улыбается, губу закусывает, вот ведь какой, а. Подлиза. — таблетки иди пей, соблазнитель, блин, — не без смущения после всех похвал и комплиментов я прибираю со стола, поглядывая на парня, специально с улыбкой за мной следящего.

***

После ужина мы все-таки ушли в зал, Глеб лежал на диване, я поначалу просто сидела рядом. Мы что-то смотрели, о чем-то болтали, рассказывали многое, что до этого как-то ни к чему было, а сейчас и время, вроде бы, появилось свободное. И, наверное, так сидеть можно было бы вечность. Но нас отвлек звонок, на который Глеб ответил, поначалу просто на месте оставшись и продолжив мою руку в своей держать и рассматривать. А после недовольно закатил глаза, встал с места и потопал из комнаты то ли на кухню, то ли в ванную. Я же решила не затягивать и вовремя отправиться спать, чтобы в режим по-тихоньку возвращаться, поэтому пошла в спальню расстилать постель. Убедившись, что Глеб зашел в ванную, я осталась лежать на кровати и ждать, когда он ее освободит, и я смогу свалить в душ, потому что усталось за этот день никуда не делась, и расслабиться под теплой водой было бы сейчас очень неплохой перспективой. Рядом с кроватью и телефон свой нашла, где уже мелькали сообщения из нескольких сетей, на которые неплохо было бы ответить. Когда я последнее дописывала, Глеб уже в спальню зашел и рядом упал, заглянув в мой экран. Я улыбнулась на такой жест и, отложив телефон и парня в щечку чмокнув, сказала, что иду в ванную, даже встала уже с кровати. — я возьму твой телефон? — неожиданно, интересно, но я практически не обращаю на это внимания — просто… — он, кажется, и объясниться хочет, но я отвечаю заранее «возьми», продолжая искать резинку для волос. Все же краем глаза замечая, как парень слегка удивляется моему быстрому решению — у, аа пароль? — но телефон рукой на постели находит быстро, уже начиная крутить его в своих руках. — там нет пароля — я улыбаюсь зачем-то, специально перед Глебом тормозя, а после выхожу из спальни, но еще не в ванную. — серьезно? — второе искреннее удивление — ни от кого не скрываешься что ли? — он практически кричит, чтобы я в другой комнате слышала. Хотя, зная его тембр голоса, это еще далеко не крик. А я уже возвращаюсь в спальню, понимая, что сразу свалить, видимо, не получится. — никто кроме меня мой телефон обычно не трогает, — и это правда. Я ставила пароли лет так с двенадцати, наверное, до пятнадцати, когда казалось, что и родители, и друзья, и какие-то чужие люди могут как-то залезть и что-то прочитать. Потом пароли были лишь на определенных приложениях, а после этот бзик прошел, и последние годы никаких паролей и блокировок у меня нет. И вот знаете, никто ничего не трогает. — а мне можно? — я, вроде бы, уже ответила, да и странно будет сказать «нет», ты же весь в подозрениях потом утонешь. Оно мне надо? — если нужно… — я спокойно плечами пожимаю, стараясь просто не палить то, что меня забавляет его интерес, — или ты планируешь читать переписки и искать парней? — а вот сейчас я посмеиваюсь специально — тогда я не уверена, что хочу быть в курсе, — зато я уверена, что давно хочу уйти в душ. — а есть кого искать? — он подхватывает улыбку, с некоторым прищуром всматриваясь в меня и головой покачивая. Да и вынуждая еще временно остаться тут с ним. — да нет, вроде, — да я даже прикинуть сейчас не могу, есть ли у меня в телефоне переписки с парнями. Понятное дело, что лично я не переписываюсь уже давно и ни с кем, но вот был период в жизни, когда мне писали странные люди в сети. Вот за то время я не ручаюсь, потому что не уверена, что удалила все — ну посмотри сам, если интересно, — дергаю бровями, глазами показывая на свой телефон в его руках. — хм, — тоже опускает глаза на гаджет, а после сразу лезет в карман домашних штанов и достает свой — держи, — протягивает в мою сторону, а я искренне не понимаю, что это значит — Обмен, — то ли это вопрос был, то ли утверждение. Вот только я не просила. — я не собираюсь ничего искать, — ой, как-то не очень звучало. Я еще и брови к переносице свела, головой в стороны качнув в знак отказа. Ну и телефон его, конечно, не взяла. — выставляешь меня недоверчивым, — ты сам это сделал… Еще и обиженного какого-то теперь строишь. Я же вижу, что он даже отчасти злится. Потому что скулы сжимает и взгляд серьезный в сторону отводит. — нет, Глеб, — а я опять вынуждена отрицать, даже глаза сами собой закатываются — тебе интересно, смотри. Будет интересно мне, я спрошу, — Глеб не менее напряжно выдохнул, вынудив меня продолжить и предложить — могу сама показать, если тебе неудобно. — я тебе доверяю, — слегка бросает мой телефон рядом с собой на кровать, свой обратно в карман убирая. Ну, видимо, не попаду я сейчас в душ. Придется удовлетворить желание, раз уж оно всплыло в его больной голове. Больной от простуды. — боже, — полотенце уходит на стол, потому что он ближе всего стоял, а я уже подхожу к кровати — давай сюда, — залажу в свой телефон, открывая соц.сеть, где чаще всего переписываюсь, пока парень слегка непонимающе на меня смотрит — в начало отматывать? — странный вопрос. Обычно последние сообщения читают, а не первые. — нет, я не буду читать, — ах ну да, ты же уже надумал себе тут что-то. Глеб даже с кровати вставать начал, видимо, собираясь уйти, чтобы доказать, что не будет ничего смотреть. — я буду читать, ложись обратно, — я, по-видимому, соображаю быстрей чем он, потому что он и шаг от постели сделать не успел, как я уже за руку потянула его обратно, а приложив силу, вообще смогла повалить на одеяло. Он не сильно сопротивлялся. — зааай, — словесно и эмоционально, конечно, хотел остановить и убедить, что ничего уже не нужно, но одно имя из моих уст «Олег Миронов…» заставило его измениться в лице — кто это? — парень нахмурился, приподнявшись на локтях ко мне, и уставился в глаза даже с некоторым возмущением. Забавно. Я уже думала, что его придется удерживать тут, даже ногу на него закинула, улегшись рядом, но теперь он, наверное, сам уйти не захочет. — парень, который нашел меня в сети и хотел познакомиться, — специально не смотрю на него, листая переписку и улыбаясь — мы переписывались достаточно долго, причем регулярно и весело, — мне очень нравилось это общение, кстати, все так просто, легко было — потом наскучило, а через время я узнала, что это был фейк какой-то. Обидно было, — потому что на фотках был очень даже симпатичный парень. — давно? — строго обрывает мои мысли. Мдя, и так было понятно, что историей моей Глеб не проникнется. Можно было не озвучивать… — два, а то и три года назад. — придется четко отвечать, а то заведенного его мне еще тут не хватало. Хотя ответ мой ему может не понравиться. — тебе было пятнадцать?! — я же говорила. Даже смешно с его эмоций — и ты общалась с левым парнем в сети? Серьезно? — это шок? Я уже не могу смех сдерживать. — хочешь удивлю еще больше? — заткните меня кто-нибудь. А то вдруг я лишнего наболтаю, а Глеб слишком серьезен что-то — у него на странице было написано, что ему двадцать, а может и больше. — и чего ты смеешься? Бесстрашная что ли?! — ути, мой хороший, переживает — а если бы… — что если, Глеб? Я думала, он из Питера. Другой город, взрослый парень. Я думала, что ему просто скучно, и мы общаемся по приколу. Со мной ничего не могло случиться. — «пипец.» Это все, что я от Глеба услышала. А после он полностью лег и выдохнул, замолчав и, наверное, смирившись. — хватит информации на сегодня? — но я продолжаю слегка издеваться. — тебе есть еще чем меня удивить? — ну, а как же, думаю, всегда можно что-то найти. Радует, что он сам уже усмехается и чуть уголки губ в стороны тянет. — не знаю, я чистила все и удаляла переписки. С ним оставила потому что с подругой перечитывали и смеялись. Она попросила пока не удалять, чтобы найти моменты можно было. — ясно, — убедила — у меня ты нашла бы куда больше… — такс. Что это значит? — а вот теперь мне интересно… — что у него там такое есть? — ты же не хотела, — ага, ты вот поиграй еще давай, поулыбайся так широко, чтобы точно проблем на себя навлечь. — ну знаешь ли, ты умеешь уговаривать, — я практически уселась на Глеба, чтобы точно не дать ему уйти от разговора, и руку протянула, с надеждой, что сам догадается, что теперь уже может дать свой телефон. Что он и делает, вытаскивая его из кармана. — пароль последние шесь цифр твоего номера, — вау, вот это новость… — можешь читать сообщения, чтобы понимать, кто они. — они?! — их много? — я думала, что попади я в такую ситуацию, буду спокойна как никогда. Не вышло. Он добился эмоций. — я не виноват, что для клипов стилисты, визажисты и прочие все девушки. И для переговоров по локациям тоже девушек берут. Они вежливей, — а дак это по работе, зачем тогда было так меня напрягать? — а с фанатками у тебя как? — так как я уже имею доступ к его телефону, а Глеб даже и не смотрит, что я в нем творю, я решила отвлечь его разговором. — в смысле как? Я не общаюсь с фанатками… - «совсем?» Я даже удивилась. Как можно не общаться со своими слушателями? — ну иногда могу ответить на рисунки или особенные какие поздравления… — он сообразить пытается, в каких случаях и о чем может говорить, а я уже киваю, мол поняла все, и телефон обратно отдаю. — ты читала? — нет, я галерею смотрела. Зачем ты меня фоткаешь постоянно?! — а Глеб лишь смеется в ответ.

***

В душ мы сходили по очереди, я осталась в футболке Глеба, теперь практически на голое тело, потому что не сплю в бюстгалтере. Неудобно это. Глеба пришлось заставлять, чтобы он спал в пижаме и не мерз, потому что любит с приоткрытым окном спать, а сейчас, пока болеет, вообще поберечься нужно. Но, когда я все же вернулась в спальню, футболки на нем уже не было, а парень еще до начала моих возмущений сообщил, что согласен закрыть окно, мол тогда он точно не замерзнет. Видимо, спать в одежде — превыше его сил. Мне пришлось смириться, тем более, что одеяло то у него теплое. Не то что мои, я всегда спала тод тонкими и легкими махровыми или же просто пододеяльниками. Парень улегся раньше, я еще на кухню сходила, свет везде повыключала, воды принесла, телефон проверила, а потом уже в спальню к нему вернулась, тоже свет выключив по пути, стала под одеяло залазить, когда Глеб свой гаджет на тумбочку отправил и ко мне придвигаться стал. — будешь спать в футболке? — я на несколько секунд даже замерла, чтобы услышать, что он говорит, и понять, что ему отвечать. — да. А что? — наконец укладываюсь, чувствуя под собой его руку, потому что обнимать собирается, смотрю в глаза, хоть и темно уже, не разглядишь ничего толком. — да нет, ничего, — пожимает плечами, сползая в лежачее положение за моей спиной, и прижимает к своей груди, обнимая уже двумя руками за талию — просто спросил, — не знаю, почему мы оба сейчас решили лечь так, если обычно я всегда на его плече засыпала, но сейчас это положение казалось очень удобным. Вот только долго мы в нем все-таки не пролежали, и уснуть я не успела, потому что рука из-под меня исчезла, а Глеб, уже стянув одеяло, стал меня к себе лицом поворачивать — дай я сниму ее все-таки. — зачем? — не знаю, что я испытываю, но, увидев его слегка нахмуренные брови, когда он уже сидел надо мной, я усмехнулась. Ведь он, вроде бы, раздевать меня собрался, но лицо пытается выстроить очень серьезное, словно миссию важную выполняет. Вот только ему полегчало, он сразу решил понаглеть. — амм, просто сниму, — после моего вопроса тормозит, будто не ожидал, что я решу сопротивляться, а после за руки меня к себе подтягивает, вынуждая тоже сесть — чтобы обнимать было приятней, — чуть оттягивает уголки губ, видимо, чтобы к себе расположить. — а так неприятно? — его руки уже за край футболки взялись, но парень вновь тормозит после моих слов. Я же стараюсь держать серьезность и некоторое непонимание, приподнимая вопросительно брови, чтобы не показать, что сейчас мне отчасти даже страшно. Хотя, есть некоторая вероятность, что он и сам это понимает, ведь руками то я непроизвольно торможу его действия. И замечаю это совсем не сразу. — приятно, — даже кивает, чтобы убедить — но она мне мешает, — чем это интересно она стала ему мешать? Раньше все нормально было. Глеб успевает чмокнуть меня в лоб, чем отвлекает от того, что футболку уже задирает до груди — так удобней, — не скрывая самодовольную улыбку, откладывает футболку куда-то в сторону, уже прижимая меня к себе второй рукой. — а если я замерзну? — зачем я задаю эти вопросы, я, если честно, не знаю. На самом деле я переживала из-за того, что он станет как-то продолжать, что я буду чувствовать себя некомфортно, когда станет разглядывать мое тело. Но, как я уже сказала, стянув футболку, он стал глазами искать место, куда ее кинуть, а меня только к себе прижал, даже не взглянув. — у тебя есть я и теплое одеяло, — наши лица на расстоянии нескольких сантиметров, он улыбается, в глаза заглядывая, целует в шею, потому что заразить боится и губ все это время не касается, медленно опускает нас обратно на подушки, укрывая по шею, — я отпускать не собираюсь, — шепчет на ухо, продолжая поглаживать для убедительности мою спину и целуя уже в плечо. Теперь мы улеглись как обычно, потому что Глеб, перекрутился и лег на спину, не выпуская меня из объятий, я приобняла его в ответ и сейчас лежала, как привыкла, закинув одну ногу и руку, и голову, в общем практически полностью на парне. Смирившись со своим положение, я уже готова была отправиться смотреть сны. Расслабилась, выдохнула, улеглась поудобней. Но не тут то было. Мне, видимо, сегодня не светит уснуть просто так. — а зачем тебе носить бюстгалтер, если без него ничего не меняется? — в голосе слышится легкая ухмылка, а сам Глеб слегка голову от меня отворачивает, прикрывая рот рукой, словно не хотел спрашивать, а оно само вырвалось. Я напрягаюсь, соображая, означает ли это, что он успел меня разглядеть, или все-таки сравнивает вид под одеждой. А вообще, он ведь когда-то сам говорил, что в глаза всегда смотрит, а сейчас доказывает прекрасные познания в том, как выглядит моя грудь и в одежде и, возможно, без. — затем, что если его не носить, грудь быстрей обвиснет, — расслабиться не выходит, даже после того, как я ответ подобрала. Да и я надеялась этой фразой закончить диалог, но, кажется, только завлекла собеседника. — аммм, то есть ты ради меня стараешься? — а как же без тебя то. Теперь его глаза направлены только на меня, улыбка в сочетании с закусанной губой готовы ослеплять. Вот только я на него не смотрю, специально показательно глаза закрывая, — как мило… — милее некуда. Может мы все-таки уснем уже? Для этого же ложились. А эту тему обсуждать я как-то не горю желанием — с твоими то формами, надо… — хватит. — еще немного и терпение лопнет. Зачем этот бессмысленный диалог? Перестань. — разве я не прав? — была бы я из кошачьих, я бы порычала на него… — у тебя… — не заткнешься, я оденусь обратно, — как-то слишком быстро я сегодня на угрозы перешла. Причем я продолжаю мирно лежать на нем и обнимать, пока парень по плечу поглаживает и за руку держит. — кто сказал, что я дам тебе это сделать? — говоришь уверенно, а вот судя по тому, что кисть мою крепче сжал, понятно сразу, что переживаешь. И эта фраза, и то, как он стал меня крепче прижимать, убедили, что все же стоит показать, что я не шучу, а серьезно предлагаю закончить разговор. Потому я практически полностью вырываюсь, успеваю отвернуться вновь спиной, а Глеб старается удержать, потому что ждет, что одеваться стану. Но так далеко мне идти уже вовсе не хочется. — у тебя превосходная грудь, — шепчет. Теперь уже ему приходится мириться с положением и довольствоваться тем, что обнять может лишь со спины — ровно под мою руку, — и, кажется, это играет в его же пользу, ведь теперь уже его кисть медленно с моего живота поднимается выше и укладывается на чувствительную кожу. И, кажется, в этот момент моей реакции ждем мы оба. Потому что я не знаю, что делать. И несколько секунд ничего не предпринимаю. Да и после тоже… я лишь говорю… — у меня все под твою руку что ли? — произношу со смешком, вспоминая, как кто-то убеждал меня, что фигура у меня хорошая — то талия была, теперь еще и грудь, — с которой чужая рука так и не ушла. Она только удобней расположилась, когда обладатель не заметил сопротивлений. Стоит ли говорить, что ЕГО прикосновения приятны? Стоит ли говорить, что у меня мурашки по всему телу, потому что грудь у девушек — очень чувствительное место? — да, твое тело полностью мне подходит, — как же он самоуверен. А ведь мне это нравится… — хотя не факт, возмооожно, в нееекотором — зачем он так растягивает слова? — будут проблемки. — из-за того, что я отвлеклась на мысли, я не заметила, как вторая рука моего возлюбленного стала медленно и верно двигаться вниз по телу, уже спускаясь к низу живота. — спокойной ночи, Глеб. — возможно, это звучало слегка раздраженно, хотя отдаленно мне льстит его поведение. Руку парня я вовремя поймала своей и уложила удобно обратно на уровне живота, на что он довольно хмыкнул, крепче прижав меня к себе и поцеловав в плечо.