Ядовитые капли

— Что ты сделал с ней?! Что?! — кричал Микаэла на Ферида, направив на мужчину окровавленный меч. — Всего лишь присвоил себе ещё одну игрушку, — улыбнулся вампир, слизав с пораненной руки остатки алой крови. — Она — не игрушка! Адель никому не принадлежит, — оскалился светловолосый юноша, наклонившись к Барановой и не опуская меча, направленного на врага. Военная не подавала никаких признаков жизни. Её лицо было сейчас куда бледнее, чем в плену. Мика приподнял бездыханное тело, прижав его к себе. Батори не препятствовал действиям молодого вампира: у него появился новый план. Хакуя тоже понимал, что просто так Седьмой прародитель его не отпустит с новой игрушкой. В любой случае, Адель и Микаэла станут пешками в руках вампиров, тем более, в руках Ферида. — Поторопись, пока не пришло подкрепление, — сказал мужчина без своей ухмылки. Юношу насторожила такая реакция вампира, однако не было времени думать. Мика спрятал меч в ножнах, взял Баранову на руки и бросился прочь из зала. От девичьего тела исходил смертельный холод. Самые жуткие мысли приходили в голову молодого вампира, но он старался отбросить их.

***

В городе вампиров только и говорили о побеге одного из союзников и пленницы. Стража обыскивала каждый уголок узких улочек, где жил «скот», темницы, даже ближайшие районы внешнего мира, однако их попытки были тщетны. Крул была вне себя от ярости. Ферид же отдыхал в своём особняке. Его не волновали ни сплетни, ни злость Третьей прародительницы. Он медленными глотками пил кровь из широкого бокала, которая когда-то принадлежала одной из человеческих пленниц, похожей на Адель. Мужчина в который раз отхлебнул немного алой жидкости и недовольно поморщился: вкус был ужасным. Даже у истощённой и замученной военной было куда приятнее пить кровь, чем от какой-то там девчонки. Быть может, вкус, на самом деле, был одинаковым, а Батори всего лишь преувеличивал. Возможно, он в своём подсознании решил так. Вампир вернулся в спальню. Помятые простыни напоминали о юной пленнице. Они до сих пор пахли ею. Батори казалось, что на этой мягкой ткани остался тёплый след тонких женских рук, но он понимал, что бредит. Страшно бредит. Ему надо забыться во сне. Не смешно ли? Его бессмертная жизнь — это бесконечный сон.

***

Адель не чувствовала в себе больше жизни. Ей казалось, что душа покинула бренное тело, направляясь в Рай или в Ад. Уже нет разницы… Страшно, очень страшно… Умирать никому не хочется. Баранова, готовая уже сдаться, начала снова бороться, бороться с самой собой. Для начала девушка решила проснуться от жуткой темноты, в которую она погрузилась. — Она такая бледная! — кто-то сказал в темноте. — Бедняжка! Вот я вас отправлю всех в лабораторию на опыты! — ругался кто-то другой. С трудом старший лейтенант открыл глаза. Первым, что увидела Адель были покрасневшие от слёз зелёные глаза Таси, чёрные дорожки от потёкшей туши и растрёпанные светлые косы. Баранова в душе обрадовалась долгожданной встрече с подругой, однако не смогла выдавить из своего ослабшего тела ни слова. — Она проснулась! Ребята, идите сюда быстрее! — радостно воскликнула девчушка, вытирая рукавом формы грязные щёки и глаза. К постели начальницы подошли двое её подчинённых. Девушка удивлённо выпучила на них свои голубые глаза. Она ещё никогда не видела их такими уставшими. Находясь в плену, Адель думала, что её команда окончательно разленится, однако результат последних событий очень удивил старшего лейтенанта. — Максим… Сергей… — слабым голосом произнесла девушка, протянув руку к юношам. — Не напрягайся, начальница! — перепугался Макс и сел на край кровати, обхватив хрупкую руку Барановой своей. Находясь в окружении своей команды, бедняжка почувствовала себя куда лучше, правда прежнее тепло не вернулось в её тело. Мимолётным взором Адель заметила Мику, который стоял в проходе в лазарет, опираясь о дверную раму. Он потупил взгляд при виде внимательно изучающей его военной. Вмиг сердце девушки сжалось от беспокойства. Как он очутился в штабе Имперской армии? Неужели он что-то скрывает от неё? — Слава Богу, ты пришла в себя! Теперь всё позади, — радовалась Тася, снова и снова произнося эти заветные для неё слова. — Это всего лишь начало. Ваша начальница больше не человек. Теперь она одна из нас, вампиров, — нарушил идиллию Микаэла, подойдя к команде.