Ядовитые капли

Благодаря Серёге, Адель вместе с Микой быстро вернулись в штаб, где их встретил Макс. Юноша был мрачнее тучи, и старший лейтенант понимал причину его такого нехорошего настроения. Коржиков извинился перед товарищами, вернулся в бронемашину и поехал обратно на учения, где его уже заждались новоиспечённые солдаты Имперской армии. Ребята пришли в гостиную. Тася при виде пропавшей подруги разрыдалась пуще прежнего, бросилась обнимать Баранову, целовать её то в лоб, то в щёки. Вернувшиеся в штаб военная почувствовала на себе внимательный взгляд Максима. Она знала, что глубоко в душе он нисколько не злится на её выходку, только беспокоится за свою единственную командиршу. — Дура! — раздался крик Лавандовой и звук удара. — Как ты могла так просто сбежать из штаба, не предупредив никого! Ты хоть знаешь, как я сходила с ума?! Не будь такой эгоисткой! Адель прижала ладонь к горевшей щеке. Яркий след от руки подруги сильно жёг кожу. Больно. Неприятно. Обидно. Эти, казалось бы, знакомые чувства почти не тревожили разум девушки. Она, вроде бы, испытывала их, а, вроде бы, и нет. Неужели постепенно её эмоции погаснут и останется лишь беспристрастность? Это ужасно! Лавандова прекратила кричать, замерла на месте. Её зелёные глаза расширились от удивления. Вместе с девушкой удивился и Макс. Баранова же злилась на себя в этот момент, ощущая, как по холодным щекам стекают горячие слёзы. Она несколько раз недовольно шмыгнула носом, попыталась утереть ладонью слёзы, но они снова и снова продолжали течь. — Удивительно… — прошептал Хакуя, наблюдая за плачущей военной. — Нет здесь ничего удивительного! — рявкнула Адель, сдерживая внутренний душевный крик, который застрял где в горле и образовался в небольшой комок. — Да, я плачу! Я тоже человек и имею свои чувства! Быть может, все эти долгие годы я скрывала от всех своё истинное «я», пытаясь стать лучшей начальницей, подругой, семьёй… Сейчас… Сейчас же я больше не хочу скрываться в тени, надевать маску супер-крутой воительницы и рваться в бой! У меня были свои амбиции и мечты о карьерном росте, однако я никогда не забывала о своих товарищах! Простите меня, ребята, что я так и не смогла вам открыться! Мои выходки принесли вам немало боли. Тася снова прижала к себе подругу, к девчонкам присоединился Дудкин. Их мирное воссоединение нарушил Мика. Дружба дружбой, а обращение Адель в вампира так просто не пройдёт. Он знал, что девушка не могла самостоятельно сбежать из штаба посреди ночи глубоко в заброшенный город и найти там жертву. При этом, она не помнит ничего про прошлую ночь. — Ты видела вчерашней ночью кого-то не из людей? — спросил юноша военную, которая поморщилась при воспоминании прошлой ночи. — Видеть, не видела. Только чей-то голос звал меня, а потом ничего не помню, — сказала Баранова. Мика не стал дальше расспрашивать девушку. Он всё и так понял. Ферид управлял разумом военной, ведь он был её хозяином, но сейчас, когда Адель вкусила человеческой крови, она стала свободной. Зачем Батори дал пленнице свободу? Это был один из его планом? Возможно, вампир сегодня ночью вернётся в штаб, чтобы проведать новоиспечённую вампиршу, которая была нужна для исполнения собственного секретного плана.

***

Горело всё тело. Воздуха, казалось, стало совсем мало. Невыносимо. Адель весь вечер лежала в кровати, положив себе на лоб мокрое холодное полотенце, которое должно было принести хотя бы немного облегчения, однако жар не стихал. Хакуя сидел на краю кровати девушки, наблюдая за её мучениями после превращения. Он тоже прошёл через этот ад и знал, что только время может снять все боли. — Мика, я не понимаю, что происходит… Всё плывёт мимо меня, всё исчезает где-то за горизонтом… Только я остаюсь здесь, в душной комнате на скрипучей постели… Так хочется на свободу, так хочется жить. Я такая дура. Зачем, зачем я тогда послушалась Батори и согласилась на этот ритуал?! Своими руками сломала собственную судьбу, а ведь хотела повышения, уважения со стороны сослуживцев, даже тебя с Феридом хотела убить только ради собственного благополучия. Батори заслужил смерть за множество убийств невинных людей, а ты, Мика, нет. Ты остался человеком даже в облике монстра, а я-то думала, что ты предал людей, — бредила Баранова, рассматривая за окном ярко-алый закат. — Мы все когда-то ошибаемся. Лучше спи, так всё быстрее пройдёт, — прошептал юноша, погладив бедняжку по бледной руке. Адель грустно улыбнулась вампиру, закрыла глаза. Боль постепенно утихала, жар спадал. Девушка, наконец-то, смогла спокойно заснуть.