Минус на минус

У Станислава давно не было такого прилипчивого чувства, что он должен что-то сделать. Возникали, конечно, мысли об ответственности даже в самых мелочах, но вот так, чтобы на несколько дней, с долгими раздумьями… И причиной этому был все тот же злосчастный рыжий киборг, сосредоточение минусов из первой десятки в списке личной неприязни Стаса и вместе с тем уникальное исключение из правил. С ним нужно было поговорить. Машина не должна сама себя накручивать, но Денис — не машина. Такие коленца, как он, отплясывать мог разве что человек, так что обманываться Станислав не собирался. На борту сорванный боевой киборг. Больше не надо защищать от него экипаж — его самого необходимо спасти. Потенциалом по части человечности Дэн превосходил многих знакомых Стасу людей. Да и привычно уже было видеть его на корабле. Но после операции рыжий относился ко всем — в особенности, к капитану — очень настороженно, прохладно и подчеркнуто вежливо. Впрочем, Денис и до того особой открытостью не отличался, но это уже переходило все границы. Венька утверждал, что Станислав утрирует. Полина с Тедом будто и вовсе ничего не замечали. Мнение Михалыча вообще можно было не брать в расчет: с машинами механик однозначно сходился куда лучше, чем с людьми. Но капитан был уверен, что нынешнее положение дел надо менять. Он единственный из всей команды, за исключением, естественно, Дэна, имел представление о киборгах и не раз сталкивался с ними лицом к лицу, так что ощущал за собой полное право считать себя более компетентным в вопросах использования дорогостоящего оборудования с характером. То, что с Теодором Денис по-прежнему отлично ладил и вел себя в его присутствии максимально по-человечески, немного задевало, но не играло особой роли: зерно «отеческой заботы» уже проросло и метафорически грело листочки на солнышке, подобно Тедовой конопле, чудом спасенной при битве за базу Альянса. — Денис, зайди ко мне в каюту. — Терпение лопнуло безо всяких на то причин, и Станислав вызвал киборга на ковер, в сотый раз мысленно прокручивая в голове слова, которые следует сказать «подростку», чтобы развеять возможное напряжение. — Когда, капитан? — Сейчас же! — Действовать нужно было незамедлительно, пока запал не прошел. Они и без того уже довольно много времени упустили, и еще одна проволочка могла безвозвратно все испортить. Станислав не склонен был считать себя мнительным, но, когда речь заходит о киборгах, которые не разбираются ни в себе, ни в людях, ни в чем нельзя быть уверенным. Побег Дениса через шлюз — пусть неудавшийся, пусть под воздействием токсинов — был прямым тому подтверждением. И во избежание повторения таких выходок капитан считал своим долгом разъяснить Дэну, что никто на транспортнике ему ничего плохого не желает. Пусть обживется, привыкнет — а там как получится. Киборг осторожно постучался, и дверь каюты открылась. Станислав был уже на ногах, расхаживал взад-вперед по небольшому пространству от стены до стены, снова обдумывая свои слова. Денис казался совсем несчастным: явно ожидал, что начнут за что-то ругать, и прикрывал это своей излюбленной маской программного безразличия, не слишком эффективной в силу того, что приказ быть человеком все еще действовал. Да еще Венька с этой своей психологией подростков! Как результат: Стас видел перед собой проштрафившегося мальчишку, пытающегося сделать вид, что ему все равно. Оба, кажется, понимали, что этот трюк не работает. Теперь, когда капитан точно знал, что его навигатор — киборг, сработал какой-то невероятный парадокс: с машинами всегда было проще, чем с людьми, а Дэн был даже согласен считаться машиной. Но не выходило. Было сложно. На языке вертелось начало нравоучительной беседы, но Станислав просто протянул Денису руку. — Спасибо. Ты спас мне жизнь. Сказать это хотелось больше всего, словно вся идея-фикс с разговором по душам вертелась вокруг этого признания. Лишь бы киборг не свел все к банальщине. Да, они квиты: Стас сделал все возможное для спасения жизни рыжего. Да, «DEX-company» создавала своих кукол для того, чтобы те защищали людей. Но Денис-то на Степянке осуществил осознанный выбор и сделал это дважды: когда закрыл собой капитана и когда поднялся с дырой в груди, чтобы предотвратить взрыв базы. Дэн крепко пожал руку Стаса, глядя прямо в глаза, и кивнул. Смотрел он осмысленно, как простой парень, пришедший наниматься навигатором. Как боевой товарищ, который долю секунды назад лежал мертвым в коридоре заброшенной ремонтной станции. С минуту они молчали, присматриваясь друг к другу, и Станислав сам не знал, чего он ждет. Денис хотел было что-то ответить, но передумал, и капитан был благодарен ему за это: продолжая тему, можно было зайти очень далеко и запутаться окончательно. В конце концов, он не хотел, чтобы киборг решил, что его починили только из благодарности, тем более что сам Станислав до сих пор не мог четко определить свои мотивы. Отношение команды? Личная привязанность? Капитанский долг? — Денис, у меня есть записи той ночи, — без обиняков продолжил Стас, понимая, что сейчас честность — его единственное оружие. Киборги прекрасно определяют, когда человек лжет. Дэн — отдельная история, может принять это как должное, ведь он сам обманывал их целый месяц. Но и тогда, и тем более теперь Станислав был за него в ответе и обязан был научить только лучшим качествам. Рыжий насторожился, но неуверенно кивнул. Он понял, о чем говорит капитан, и помнил случившееся куда лучше, чем можно было ожидать от опьяненного галлюцинациями разума. — Мне казалось, что я на «Черной Звезде», — выпалил Дэн. — Простите. Здесь все совсем по-другому. Станиславу даже не нужно было спрашивать, как это — «по-другому». Самым красноречивым ответом были шрамы Дениса, которые были изучены уже вдоль и поперек, пока тот лежал на операционном столе. Да и «бронхит» явно был вызван не дождями на новобобруйской помойке. — Ты хотел напасть на Теда и перешел в боевой режим. — Нет. То есть да. Киборг закрыл глаза. Стас не торопил, позволяя собраться с мыслями и рассказать все, что Денис сочтет нужным. Надо же, «Черную Звезду» вспомнил. Может, его так же переломало, когда злосчастный корабль смяло в лепешку при неудачной посадке? — Я не хочу причинять вред Теду или кому-либо здесь. Просто не думал, что это он. Простите. — Да хватит уже извиняться через слово! — вспылил Станислав. — Венька же не извиняется, когда со мной спорит. И Теодор за пролитое пиво прощения не просит. — Но я… — Денис, ты ничем не хуже, — размеренно проговорил капитан. — Ты такая же часть команды, как и они. — Вам нужен навигатор. — Ты — наш навигатор, олух ты непонятливый. — Станислав попытался улыбнуться, пока Дэн совсем не ушел в глухую оборону. — Без штатной единицы мы летать не сможем, но это не значит, что тебя кем-то заменят. Признаюсь честно, я терпеть не могу рыжих. — Я знаю. — И киборгов тем более. — Я знаю. — Да знаю я, что ты знаешь, но я пытаюсь говорить с тобой максимально открыто и доходчиво. К слову, я помню, как ты предложил перекраситься, чтобы меня не нервировать. Так вот, Денис, — Стас полагал, что чем чаще он будет использовать «человеческое» имя рыжего, тем лучше будет результат (не зря же столько статей прочитал!), — меня куда больше нервирует то, что ты пытаешься под меня подстроиться. Это куда хуже, чем обман или слепое следование программе. — Почему? Станислав задумался. Действительно, почему? Может, потому, что изменять свой характер ради Вениамина, Полли, Михалыча или даже Теодора Денис никогда и не пробовал, но капитану всячески старался угодить — то есть, не привлекать к себе его излишнего внимания? Повод, конечно, дурацкий, но меньше негодовать не получалось. — Ну как бы тебе объяснить. Мы все не идеальны. У каждого какие-то свои особенности, которые могут показаться странными и отталкивающими. У меня в том числе. А ты хочешь быть слишком правильным, даже когда это неправильно. Объяснение получилось так себе. Чудаковатая система сорванного киборга могла интерпретировать его как угодно, с этим дурацким финальным каламбуром, однако Дэн переварил услышанное и тихо сказал: — Я хотел выжить, а для этого нужно было, чтобы вы меня не ненавидели, капитан. — Я тебя не ненавижу. — Беседа определенно перетекала в новое, не особо удобное русло, и Стас уже жалел, что начал ее, разоткровенничавшись с киборгом. Рыжий был понятливее многих, хоть и тупил время от времени. Стоило просто сказать ему, что ни у кого нет претензий по поводу того, что он не вполне человек, и отпустить. Но нет же! Приспичило поиграть в папочку. — Тут так же, как с тобой в коридоре. Вот была у тебя установка: сбежать и убить того, кто встанет у тебя на пути. А встал Тед — и ты его не тронул, потому что он — твой друг. А вот я: испытываю неприязнь по отношению к рыжеволосым людям, потому что с одним как-то не повезло, и опасаюсь киборгов — тебе-то, думаю, не стоит объяснять почему. Снова короткий кивок. — К тебе я ничего подобного не испытываю. Ты — часть моего экипажа. Соратник. Друг. — Спасибо, Станислав Федотович. Все он осознал — даже разжевывать не пришлось. Как будто даже расслабился, но ненадолго. По бледному лицу с крапинками веснушек скользнула тень. — А Тед знает? Стас вздохнул, почувствовав, что Денис, разобравшись с одной проблемой в отношениях с людьми, может тут же найти новую и грызть себя до скончания веков. И плевать ему будет, что уж в чем, а в галлюцинациях своих он точно не виноват. — О том, что ты был в боевом режиме? Нет. Никто не знает. Только ты, я и Маша. Дэн как-то обреченно передернул плечами, словно такой ответ не вполне его устроил. — Хочешь ему признаться, что едва не убил? — Не знаю. — Думаю, он и сам понимает, что это возможно. Конечно, можешь поговорить с ним, но я бы не советовал. Теодор иногда ведет себя, как раздолбай, но он умеет быть очень чутким. И может грызть себя не хуже, чем ты, поняв, что заставил кого-то беспокоиться. О том, как пилот винил себя в сломанных ребрах Дениса, Станислав предусмотрительно промолчал. Если у обоих будет желание — сами разберутся. Встревать в их отношения — все равно что в супружеские, несмотря даже на то, что скоро у Теда должен был появиться другой напарник. Но для него все равно существовал только один подходящий навигатор — подходящий по всем параметрам, кроме чертовых имплантатов и процессора. — Спасибо за совет, я учту. — Дэн улыбнулся бледными губами, и выглядело это одновременно настолько неловко, естественно и обнадеживающе, что Стас ощутил за собой маленькую победу в этом небольшом негласном сражении. — Если у тебя нет каких-то вопросов и возражений, можешь идти. Рыжий отступил к выходу, но передумал и остановился, повернувшись к Станиславу. — Капитан, когда вы найдете нового навигатора, я должен буду вести себя как машина. Я понимаю, что команду это расстроит. Но посторонний человек на борту не должен догадаться, что вы скрываете сорванного киборга, иначе у вас будут проблемы. Стас смолчал о том, что проблем у них и без того выше крыши. Даже проигнорировал слово «посторонний» в контексте члена экипажа. Он крепко задумался над ответом, чтобы одновременно и оценить заботу Дениса, и показать, что решение сложное, и в приказном порядке капитан его принимать не будет. — Поступай так, как считаешь нужным. И я в любое время готов тебя выслушать. Дэн молча вышел и вернулся в пультогостиную. Судя по возмущенному воплю Теда, решившего, вероятно, спросить, зачем капитан вызвал «экс-навигатора», игра рыжего в «поведение машины» уже началась.