Король Леир

      Правление королевы Корделии люди приняли по разному: простой люд радовался новому монарху, знать же противилась идее королевы с мужем — Королём Франции, опасаясь потери контроля над страной. Но когда торговля между Англией и материком забила фонтаном, а король показывался изредка и лишь на приёмах, дворяне признали, что могло быть и хуже. Долгое время под правлением королевы страна процветала.       Но годы шли, а выносить наследника Корделия не могла. Придворные лекари разводили руками, не находя причины бесплодия. Стали поговаривать, что завидующие титулу герцогини обратились к ведьме, чтобы та прокляла их сестру. И если поначалу королева относилась к таким слухом со скепсисом, то позже перестала навещать их владения, а позже запретила им приезжать в Лейстер. И чем старше она становилась, тем дальше заходила её паранойя. В слуг стало запрещено брать бездетных, из опасения, что они переманят дитя из её чрева. Когда над её состоянием сдался даже король, заимевший ребёнка от фрейлины, Корделия и вовсе стала бледной копией себя. Она перестала управлять и днями призраком блуждала по замку с куклой в руках.       Поэтому, когда эти двое вошли во дворец с отрядом солдат, ни слуги, ни стража не пытались им мешать.       Кунедаг, ныне высокий стройный мужчина лет двадцати пяти, вошёл в комнату. За ним, нервно оглядывая помещение, зашёл его коренастый кузен. В чистой, слишком хорошо убранной детской бледная королева баюкала куклу. Марган невольно вздрогнул, когда бледная королева подняла на мужчин пустой взгляд. Кунедаг мягко положил руку на её плечо.        — Тётушка? Как вы? — Корделия медленно кивнула, словно не до конца понимая вопрос. — Мы хотим отвезти вас отдохнуть и подлечиться в аббатство святой Димфны. Там о вас позаботятся.        — Мне надо спросить… — едва слышно ответила королева. Она прошептала что-то кукле и внимательно выслушала ответ. — Он согласен. Королевство…?        — Мы позаботимся о нём до вашего возвращения, — мягко ответил Кунедаг тоном родителя, уговаривающего ребёнка.       После того, как солдаты отвели Корделию в повозку, братья отдыхали в гостиной замка Лейстер.        — А хорошо ты придумал, — задумчиво сказал Марган, глядя на пляшущий огонь в камине. — С этим кубком из свинца.       Тринадцать лет назад Саргану пришла в голову идея, что если линия его тёти прервётся, то он сам станет королём. Какой мальчишка устоит перед таким соблазном? Он придумал план, по которому он с кузеном должны были подстроить несчастный случай ребёнку королевы, если такой появится, прикрывшись игрой. Но когда он предложил это Кунедагу, парнишка странно на него посмотрел, и предложил лучший план. Юный Корнуэл проводил много времени читая всё: от сказок и исторических документов, до манускриптов учёных естественных наук и записей отца, где среди прочего описывались различные яды и способы их применения. Мальчишки заказали у мастера кубок из чистого свинца с гербом и портретом Леира, заплатив ему достаточно, чтобы по выполнению он забыл об этом заказе. На годовщину смерти старого короля они подарили этот кубок королеве, в память о её отце. И, как и предполагал Кунедаг, она пила в основном из него, провожая портрет отца пальцем.       Пока её не проводили в повозку десять минут назад. Кунедаг налил и протянул брату бокал вина, отпивая из своего. Его брат украдкой наблюдал, чтобы увериться, что он ничего не подлил в напиток.       — Теперь ты можешь стать моим верным советником, — прихлёбывая вино, закончил мысль Марган.       Кунедаг задумчиво посмотрел на кузена, отставил бокал и скрестил руки на груди.       — Я тут подумал… Я не могу позволить самодовольному вспыльчивому дураку править моей страной.       Улыбка застыла на лице Албани.        — Что ты хочешь сказать? — грозно спросил юноша. В ответ ему прилетела перчатка.       Спустя несколько минут они стояли во дворе, окружённые группой солдат и слуг. Марган был уверен как всегда: Кунедаг в отличие от него больше проводил время в чтениях, нежели в тренировках, о чём Регана часто жаловалась его матери. Рыжеволосый устремился вперёд, занеся меч, но кузен легко отбил его удар. Марган снова сделал выпад, Кунедаг отступил в сторону. Так продолжалось какое-то время: удар — блок, выпад — уворот. Вскоре Албани начал выдыхаться. Странно. Он тренировался с настоящим оружием с восьми лет и знал, что не должен устать так быстро. Что-то было в вине. Но почему Корнуэл так спокоен? Он не чувствует этой усталости? Удар. Блок. Взмах — руку сводит судорога. На долю секунды Марган замирает, не способный даже закричать. В то же мгновение клинок Кунедага протыкает его сердце.       Самодовольный вспыльчивый дурак править страной не должен. Именно это пришло в голову юному Кунедагу Корнуэлу, когда он услышал план брата. Но он не мог ему помешать или не вмешиваться — брат бы всё равно поступил по своему. Сказать взрослым тоже нельзя — они бы не поверили, решили бы, что он шутит. Единственный вариант — стать королём самому. Англия будет в безопасности лишь в его руках.       Поискав в отцовских заметках, мальчик нашёл записи о том, как можно приучить тело к яду. Он стал потреблять яд мелкими дозами, от чего стал слаб и не смог полноценно тренироваться фехтованию. Всё шло как по нотам. Организм почти полностью игнорировал нужный яд, королева сходила с ума от кубка, Марган думал, что держит всё под контролем. Когда они поехали забирать тётушку в аббатство, Кунедаг взял с собой бутылку отравленного вина.       Он станет прекрасным правителем: справедливым, благонравным, преданным прежде всего своему народу. Он всегда будет поступать на благо своих людей. Хотят они того или нет.