Быт и война 14-го отряда

      Распаковывала коробку Урсула с легкой дрожью в руках и даже дышала через раз — горло спирало от волнения. Наконец, последний узелок развязан, крышка откинута, заботливо уложенная сверху бумага отброшена и… На глаза навернулись слезы. От счастья — наконец-то она добилась этого, заработала, заслужила каждой каплей своего пота и кровью врагов. И от горя — во имя Темнейшего Тоширо, сколько жемчуга она потратила на эту роскошь! Страшно вспомнить каких трудов ей стоило собрать ту баснословную сумму, но даже так… еще кое-что осталось для работы Горо.       Как только вампирша отодвинулась, чтобы начать переодеваться, Бриа тут же сунула сопящий нос в коробку, пофыркивая от любопытства, за что мгновенно поплатилась — скинутые перчатки шлепнулась ей прямо на макушку. Расфырфыркавшись, лисица мотнула головой, скидывая зацепившуюся за ухо перчатку, и с гордым видом уселась спиной к хозяйке. Растянувшийся чуть дальше на ковре Брэгар издал насмешливый тяфк, отчего у лисицы по спине пробежала короткая волна недовольной дрожи. В отличие от нее, волк смотрел на хозяйку с абсолютным довольством, очень чутко реагируя на ее настроения. Если хозяйка счастлива, значит и Брэгар прыгает вокруг как дурашливый сеголеток. Если расстроена — волк и сам хандрит, поскуливая, забирается на колени к вампирше, чтобы шумно и сочувственно сопеть ей в ухо и лизать щеку. Сейчас поводов нервничать волк не видел, так что просто довольно потягивался и глубоко вдыхал запах новой экипировки, привыкая к нему.       Урсула, не обращая внимания на переживания своих питомцев, уже полностью переоделась в новое снаряжение и любовалась собственным отражением.       — Вот с этого момента ты уже как настоящий верховный маг, — шептала она самой себе, разглаживая складки на броне. — Сильная, самостоятельная, могущественная…       Попрыгав и покрутив стопами, Урсула прошлась по комнате, разнашивая новые сапоги. Те еще немного жали в щиколотках, и каблук казался низковатым, но со временем можно будет привыкнуть. А вот перчатки сели как влитые, даже длина пальцев была идеально подогнанной. Немного жаль, что пришлось скрыть под ними обручальное кольцо, но… Любоваться переливами изумрудных граней можно в любое свободное время.       К чему стоило основательно привыкнуть так это новый посох. Не самая удобная конструкция, с точки зрения Урсулы. Вот эти шипы на рукояти были явно лишними, и хорошо, что их не натыкали по всему древку. Крутанув пару раз посох в руках, Урсула сделала несколько пробных выпадов. Энергия двигалась по посоху легко и даже, кажется, радостно обживала новые магические каналы. Камень в навершении мягко засветился фиолетовым светом, запульсировал и сыпанул искрами, подтверждая готовность к работе и великим свершениям.       — Ну, берегитесь боссы и соперники на арене! — довольно разглядывая себя в зеркало, воскликнула Урсула. — Мы идем!       Оставив посох висеть в воздухе, вампирша наклонилась и сгребла в объятия обнюхивающих подол ее мантии волка и лису.       — Ну, хорошие мои! Начистим морды всяким супостатам, станем сильными и богатыми, а, лапочки мои!       Питомцы одинаково тоненько тяфкнули от неожиданности, но быстро сменили гнев на милость и довольно заворчали-зарычали.       «Для любимой хозяйки хоть Луну с неба, хоть последнюю кость из запасов!» — лизнув щеку, заверил ее Брэгар.       «Чеши меня почаще, хотя я все равно тебя обожаю, несносное крылатое создание. Где там враги, я перегрызу им глотки?» — зафыркала в ухо Бриа.