Софиты в грязи

« Под куполом цирка люди превращаются в море.» Аль Квотион

      Добро пожаловать в цирк. В один из тех бродячих цирков, колесящих по всему миру и дающих каждый день представления в новом месте. Повествование пойдет не о внешней красоте подобных заведений, не о видимом на первый взгляд счастье и веселье, а о жизни за кулисами, об актерах, их историях, поступках, страхах и судьбах.       Первые лучи восходящего солнца, означающие начало нового рабочего дня, пробивались даже сквозь плотную ткань цветастого из-за заплаток шатра, освещая спину и шею мужчины высокого роста и крепкого телосложения, черты его лица были жесткие и четкие, словно высеченные из камня, из-за чего он выглядел старше своих лет. Волосы необычайно светлого, почти белого, цвета, коротко острижены под "полубокс", и светло-медовые глаза, выделяющие его из общей массы артистов.       Просыпался Виктор раньше других не потому, что он жаворонок, а потому, что до тех пор пока он не разбудит остальных, за исключением пары-тройки артистов, никто вовремя не проснется, и лишь благодаря блондину цирк каждое утро оживал.       Тут не было особых удобств: душ общий, туалет на вынос, полевая кухня. Хотя чего еще было ожидать от кочевого цирка. За кулисами этого "волшебного" на первый взгляд места, была не самая приятная реальность. Не самые лучшие условия обитания, тяжелейшая работа, плохая еда, растянутые мышцы, разорванные сухожилия, сломанные кости и хрящи, иногда даже смерть, хотя последнее происходило чаще всего среди дрессировщиков и акробатов. Но, все же, больше всего тут было сломано не костей, а судеб. Вернёмся же к Виктору.       Юсапов не так давно в этом цирке, примерно чуть меньше года, но это не помешало ему встать во главе этой "шайки", просто потому, что местный народец имел весьма стереотипное восприятие русских, видя в них дикарей, пьющих водку и играющих на балалайках в тайге в обнимку с медведями, и это впечатление усиливал тяжелый, даже надменный взгляд мужчины, из-за всегда прикрытых глаз.       Если честно, этот мужчина и сам был как медведь, в котором сложно увидеть балетного танцовщика в облегающих колготках, но, тем не менее, он таковым был. Всё это осталось в прошлом: Москва, балет, семья, друзья. Со всеми оборваны связи. Остаётся только разминать затекшие за ночь мышцы и курить перед очередным выступлением, до начала которого оставались считанные минуты. Артисты натянули на лица фальшивые улыбки счастья, иначе их самих бы "натянуло" начальство. Всё готово, все готовы, и вот уже начало первого номера.       Простенький номер с дрессированными собачками на разогрев, как обычно. Затем шли животные по-крупнее: лошади, слоны, тигры, львы и так далее. И вот, наконец, настал черед акробатов, гимнастов, жонглеров и эквилибристов. Настал черед Виктора. Кроме его базовых выступлений на баланс на земле, ему в этот раз придется впервые исполнить следующий сложнейший трюк: артист должен проехать под куполом цирка по дощечке на одноколесном велосипеде, толщиной с колесо этого самого велосипеда, при этом жонглируя восемью булавами. На подобный трюк согласился бы только безумец или тот, у кого нет выбора. И так как все артисты данного заведения относились ко втором типажу, они делали все, что им прикажут, и Юсапов не был исключением.        И вот, он едет на этом несчастном колесе, булавы летают перед глазами, слепят прожектора и блеск от костюма. В этот момент Виктор одновременно молится, ненавидит всех вокруг, но больше тех, кто заставил его исполнять этот трюк, и искренне надеется, что если он упадёт, то умрёт сразу, не мучаясь, ведь в случае падения умрет он точно, ибо никакой страховки, к сожалению, нет. Ни тросов, ни натянутой внизу сетки. Есть только артист, его номер, оборудование и песок на арене. Но вот все позади. Он смог. Он заслужил эти бурные аплодисменты. Представление продолжается, а блондин, поклонившись, скрылся за кулисами, где с лица мужчины сразу же пропадает улыбка, сменившись ужасом от происходящего. Присев, циркач утер пот с лица рукавом и нервно затянулся остатком сигареты, переданной ему коллегой, следующим выходящим на арену, краем глаза же заметив какого-то мальчишку, проскочившего из зала, и направляющегося к будке директора - хозяина этого яркого притона.       Из-за двери начальства послышался звонкий голос "Войдите", и юноша попал к человеку, в руках которого находились судьбы всех обитателей цирка. Наблюдая за этим со стороны, Юсапов разжевал фильтр сигареты. Ему не нравилась эта ситуация, но, тем не менее, как Виктор узнал немного позже, директор нанял мальчонку. Хотя его наем был весьма кстати, ибо пушечное мясо никогда не бывает лишним в этом бизнесе.       К артисту подошёл его коллега, начав что-то увлечённо рассказывать о том, что в их команду приняли новенького, особенно увлеченно говоря о его внешности, описывая его как прекрасную куклу, на что в ответ получил от москвича лишь облако горького дыма в лицо, которое эквилибрист бережно сохранил в лёгких, предвидя подобный исход, специально для назойливых коллег.       - Берни, ты же знаешь, что мне насрать. Одним больше, одним меньше. Кто их считает, как собак нерезаных, - огрызнулся мужчина, поджав четко очерченные губы, не сводя все же глаз с вновь прибывшего, уже окруженного кучкой акробаток, которую Юсапов называл "курятником" из-за их постоянного галдежа. В цирке были ещё женщины, но их было не так много и, в основном, они были более сдержанны и молчаливы. В отличие от тех же самых акробаток, которые молчали только во сне, и флиртовали со всем, что движется. Странная закономерность или, возможно, издержки профессии, но, так или иначе, Виктор эту компанию не любил в общем, будь они хоть акробатками, хоть уборщицами вольеров, - М-да, далеко тебя эти девицы заведут... -сказал себе мужчина под нос, вздохнув и вдавливая окурок от сигареты в землю мыском обуви.       С появлением этого молодого безумца все обитатели знали, что этим вечером будет что-то наподобие испытания, чтобы понять, сможет ли он выжить тут, и заодно определить его профиль выступлений.