Другая

Спальня учениц 5 курса, 7:40       Джин проснулась от щебетания Милли и Пенс. Они радостно обсуждали что же им надеть. Состроив угрюмую мину, Уизли потянулась к часам. Завтрак начнётся через двадцать минут. В отличии от остальных факультетов, дисциплина на Слизерине была ненарушаема. Для младших курсов было обязательно утреннее построение в гостиной, ученики пятого и далее курсов могли пропустить эту часть, но в Большой Зал все слизеринцы заходили вместе. Джинни встала с кровати, и тотчас, Пенси убежала в гостиную, а Булдстроут виновато улыбнувшись, убежала за ней. Закатив глаза, рыжая направилась в ванную к Дафне, которая красилась там и как обычно пропустила ее. — Джин, я надеялась, что ты не будешь, как раньше, опаздывать. Взгляд подруги можно было расценить как укоризненно-сочувствующий, и это до ужаса напоминало Гермиону. Подойдя к второму умывальнику и достав пасту, Джин проворчала: — Я не опаздываю, я всё делаю вовремя. И пока Дафна наводила красоту, Джин быстро привела себя после сна в порядок, заклинанием убрала волосы в высокий пучок и пошла одеваться. Быстро надев юбку, рубашку с закатанными до локтя рукавами и небольшие туфельки, она была полностью готова. В итоге ей пришлось ждать Гринграсс.       Заходя в Большой Зал в общем потоке, Джинни как обычно села рядом с Драко. Намазывая тост вареньем, она тихо спросила: — Малфой, что за хай у тебя с Пенси? Малфой, поедая овсянку, сделал движение глаз, что означало: «После поговорим». В это время декан уже начал раздавать расписания. Снегг остановился мимо них с Драко и выудил два пергамента: — Надеюсь, что вы меня не разочаруете в год Сов, господа. Особенно вы, мисс Уизли. Чтобы больше никаких ночных прогулок с вашей милой подругой! Отсалютовав декану стаканом с Тыквенным Соком, девушка как ни в чём не бывало принялась изучать своё расписание на сегодня: 1. Зельеварение. Совмещено со Слизерином. 2. Каббалистика. Совмещено с Пуффендуем. 3. Защита от Темных Искусств. Совмещено с Гриффиндором. После обеда: 4. Трансфигурация. Девушка быстро изучила расписание. Ничего себе, три сложнейших урока в первый день. Ну потом халява! Единственное, что расстроило её, это первый урок у Долорес Амбридж вместе с гриффиндорцами. Интересно будет точно! До уроков оставалось всего пятнадцать минут. Джинни вытащила из-за стола Малфоя, и пошла к кабинету зельеварения, но не доходя до него завернула в пустой и открытый класс. Зашла и перевела дыхание — слишком быстро шагала. Малфой прислонился к двери и с полу-насмешкой спросил: — Эй, Уизлетта, ты чего? Джин подошла ближе к нему и с гневом ответила: — Я уже говорила! Что за хай у тебя с Пенси? Что за контракты? Лицо Драко посерело. Но, сохраняя ледяное спокойствие и насмешку, продолжал тянуть своё: — Брачный Контракт — это акт, который заключается между двумя людьми… Девушка уже теряла самоконтроль. Подойдя к Малфою вплотную, она уже кричала: — Оставь это высокомерие для Поттера! Хватит со мной так разговаривать! Она развернулась спиной к Драко. Сложно признаться, но Джин переживала за него. Малфой имеет чудесное свойство влипать во все неприятности с завидным упорством. И это если забыть его милейшую семейку! — Слушай, ну не бесись! — Малфой заговорил совершенно другим тоном — мягким, спокойным и не колючим, — Ну прости! Я расскажу тебе все, но не сейчас! — Да? И почему же? — девушка развернулась к нему, но взгляд старательно избегал лицо парня. — Потому что это дело не закончено! Родители хотят мой скорейшей помолвки с Пэнс, но я ей сыт по горло! Джин, казалось, услышала что хотела. Она ухмыльнулась уголками губ, все также избегая взглянуть на парня. Вдруг внезапно рассмеялась и выбежала из класса на урок, с криком: — Удачи, женишок! Разговор с Драко меня немножечко успокоил. Важно одно — что он не хочет этой помолвки. Хотя, стоп! Почему мне так важно это? Вообще фиолетово! Снегг весь урок твердил о желании распрощаться с гриффиндорцами. поэтому, вся ответственность за СОВ лежит на нас! Эти мрачные мысли об экзамене прервал очередной прокол Поттера. У декана что, непереносимость всех шрамированных? По ходу, да. Дальше интересные уроки кабалистики (я разобрала один рисунок Ханне Аббот с Пуффендуя неожиданную весть от друга) и наконец, то, что было интересней всего. Урок у Амбридж! я как раз хотела сесть с Кэтрин, но Драко резко положил свои вещи на мою парту. На вопрос мой об этой миграции я не получила ответ.       Мы с Драко общались ни о чем, как в класс зашла Амбридж. И удивительно, что идеальная тишина была только у Снегга с Макгонаггл (понятно, почему нам не завидуют остальные факультеты), но эта новая профессор мигом установила тишину, и это странно. Такая женщина в розовом заходит, и все такие: вау, надо помолчать. Ладно, я утрирую, но факт остается фактом! Пока эта розовая жаба распиналась у доски, я вынесла для себя пару уроков, которые преобразователь в логическую цепочку: — Амбридж работает в министерстве → она собирается учить нас лишь теории → министерство боится Дамблдора. Кто молодец? Джинни молодец! Ладно, возможно выводы далеки от совершенства, но нельзя нормально думать, когда Малфой смотрит на тебя говорящим взглядом в стиле: «Я так и знал"(обязательно произносить манерно растягивая слова!). Но Гриффиндор не был Гриффиндором, если бы не вопрос Гермионы: — Мы не будем практиковаться? И понеслась коза по ипподрому! Вопрос активизировал бомбу замедленного действия! И все было вполне нормально, до того как в спор вступил Поттер. Я сидела и кусала губы, не зная, на чью сторону перейти. С одной стороны Поттер, который говорил правду, но с другой стороны Министерство, которое не желает правду слышать. Все решила одна фраза Гарри: — Я видел возрождение Волан-Де-Морта! Я дрался с ним! Я не выдержала и хотела поддержать Гарри, но Малфой под партой больно сжал мне запястье, так что от боли я перестала понимать реальность. Гневно посмотрев на этого Хорька, я обернулась и оглядела остальных: Паркинсон и Булдстроут злорадно улыбались, Блейз и Дафна просто сжали губы, но по побелевшим пальцам Даф, было видно, что она переживает за Поттера. Я перевела взгляд на Драко. Его лицо — маска, не выражаются абсолютно ничего. И я решила, что лучше всего будет влиться с толпой. Быть серостью — быть никем. -Малфой, ну и что это было? — громко возмутилась Джин как только они вышли из кабинета Амбридж. Тот явно не понимал, чем вызваны её претензии. Прислонившись к стене, Драко скучающе смотрел на девушку: — Могла бы и спасибо сказать! Я тебя от отработки спас! И пойдем! Закатив глаза, Джин не сделала ни шага от класса. Мимо них проходили гриффиндорцы, Слизерин уже весь шёл на обед. Кэтрин вышла и приподняла бровь, подруга в ответ скосила глаза на собирающего в классе сумку Поттера, Рейтер понимающе прошла мимо. Махнув Уизли на прощание, Малфой пошел на обед. Девушка осталась и дождалась Гарри, который с друзьями вышел последний. Джин махнула и подошла к ним: — Гарри, привет. Знаю, что некоторые справятся лучше, чем я, — она выразительно посмотрела на Гермиону, — но я бы хотела сказать, что это было так по гриффиндорски! Вообщем, пока! Пустой класс, 20:45. Джин с близнецами зарылись в кипе пергаментов, изучая реакцию первогодок на изобретения близнецов. Кэтрин, сидя на преподавательском столе, рассказывала подруге новости из гостиной Гриффиндора. Но почувствовав отсутствие интереса, она спросила: — Эй, Джинни, ты меня слышишь? Та, черкая что-то, а пергаменте, подняла голову на подругу: — Конечно! Ты мне рассказывала о том, как Гермиона пыталась разобраться с близнецами, и я не удивлена, что — Я рассказывала это десять минут назад, — Рейтерн взорвалась, — а сейчас я говорю о ссоре Гарри с Симусом! Джин улыбалась, но услышав фразу подруги мигом посерьёзнела: — Как? Кэт победно улыбнулась: — Симус не верит в возрождение Темного Лорда! — А, ну я не сомневалась. Сейчас Гарри будут верить немногие, никто не хочет признать, что он возродился. Фред прервал обсуждение товаров с Джорджем и спросил у сестры: — А как дела с этим у змей? Вы, наверняка, не понаслышке знаете об этом. Мрачно посмотрев на брата, Джин устало потерла виски. Время детское, но спать хотелось. День получился безумно эмоциональным, и этот запах тошнотворных изобретений братьев не давал расслабиться. Зевнув, она ответила брату: — Коммент не в тему. Совятня, 20:49. Драко Малфой с удовлетворением прочитал письмо, которое принёс семейный филин. Оно состояло из двух частей- сухая часть Люциуса, и заботливо-тёплая от Нарциссы. Мама как всегда спрашивала о разных мелочах, как будто Драко маленький мальчик, но все равно было приятно. -Драко, что ты здесь делаешь? Ты должен был ждать меня в гостиной! — визгливый голос Пэнси ворвался в сознание, но еще хуже был запах розовых духов, который сводил с ума и вызвал первые намеки на головную боль. Малфой медленно развернулся и с торжеством взглянул на Паркинсон. — Теперь я тебе, Персефона, ничего не должен и как минимум год, — голос того сквозил насмешкой и презрением, — но будь уверена, что не только год, но и последующее за эти время тоже! Пэнси явно не понимала, о чем говорит Драко, но постепенно в ее глазах появлялся испуг. Тут ее взгляд упал на письмо Малфоя и на еще не улетевшего филина. — Нет! Это невозможно! Наши родители не могли так, — почти плачущую девушку грубо прервал парень, — Могли! Вот почитай, — он грубо ткнул в нее письмом, — все вопросы о моей с кем-либо помолвке отложены на один год! Поэтому год я свободен от всех вас! Драко с самодовольной усмешкой уже обошел бедную девушку, но тут вслед полетел непривычно тихий и болезненный голос Паркинсон: — Это из-за Гринграсс, а нет конечно, из-за Уизли, не так ли? Малфой остановился, резко выдохнул и быстро подошел к Пэнси и больно сжал ей подбородок: — Пэнси, милая, не надо искать сплетни там, где все чисто. Это исключительно из-за тебя. Ты мне противна. Он развернулся и не останавливаясь ни на секунду, быстро ушел с башни. Малфой мечтал о покое. Голова грозилась разломиться на двое от этого запаха роз. Пэнси бессильно рухнула на холодный пол совятни. Где-то позади ухали птицы, а девушка горько рыдала, и мечтала забыться.