Elixir of eternal life

Омега уснул на руках альфы. Спустя пару часов, единственное, что нашёл Чонгук - это старый, заброшенный, дряхлый домик лесника, который все ещё может быть пригоден для жизни. За домиком открывался прекрасный вид на озеро и на просторы леса. Отличное место для наблюдения за территорией, если вдруг что-то случится. Их окружили, почти, джунгли, - эти заросли вокруг дома уже мало напоминали лес. Со стороны озера подбирался все ближе плотный туман. Озеро отражало лучи утреннего солнца. В этом месте можно было вдохнуть полной грудью, набраться сил и почувствовать, что именно сейчас живешь по-настоящему... Но только в этот момент, в остальное время приходится только выживать. Чонгук занёс аккуратно в хижину Тэхена, постаравшись ничего не зацепить его ногами. Когда он толкнул входную дверь, она с протяжным скрипом тяжело поддавалась этому. Спустя столько лет, её открыли. Этот день наступил, спустя такое длительное время. Чон быстро обошел каждую комнату и нашёл спальню, аккуратно устроив в ней Тэ на кровати. Сам домик достаточно уютный и, вроде, дерево еще не прогнило. Тут можно жить какое-то время, пока они не найдут решение, как отсюда выбраться. Окна выглядели грязными, из них было почти ничего не видно. В домике обнаружились небольшая кухонька, уборная и спальня. На кухне вмещалось все: холодильник, столик, пару тумбочек, несколько полочек для посуды и два стула. В спальне стояла одна кровать. Рядом располагалась прикроватная тумба, на которой была фотография хозяина этой хижины вместе с его друзьями, возможно семьёй. Мы никогда не узнаем. На фото было три мужчины, которые счастливо улыбались на фоне своего рыбного улова. Так же там был небольшой ночник, пара газет и разбившиеся очки для зрения. На полу валялось много барахла, среди которого можно было найти что-то нужное для себя. Вещи разбросаны так, будто кто-то в спешке хотел их собрать и уехать, но у него не получилось. Один большой шкаф почти полностью закрывал стену. Он был прочным на вид и массивным. Должно быть, лесник хранил там свою зимнюю одежду. В уборной была одна раковина и небольшая ванная. Чонгук принёс с кухни стул, поставил его у кровати, присел и начал смотреть на спящего Тэхена. Мысли опять забиты всякой бессмыслицей. Хотя какой бы это был Чонгук, который думает не всегда о том, что с ним сейчас происходит, а о том, что вообще за грани возможного для него. Тэхен спал, набираясь сил после изнурительного бега и боли, которую он испытал сегодня. Чонгук расслабил повязку на бедре Тэхена - кровотечение все равно остановилось уже. Молчание. Чонгук провёл рукой по бедру Тэхена, осматривая его тело. "Что я творю?" -думал он. Его рука нежно двигалась от бедра выше - к талии Тэхена, преодолевая все мягкие изгибы... Второй рукой он прикоснулся к внутренней стороне бедра Тэхена, поднимаясь медленно своей сильной и мужественной рукой к его паху. Тихий вздох. Чонгук понял, что рядом с ним в одном доме находится раненый омега, которого ему трудно переносить на дух, но сейчас он трогает его и не понимает, что заставляет его касаться этого омеги. Голову его покидал здравый смысл, он даже начал возбуждаться от того, что он сейчас делает, но в миг он убрал руки и начал собирать все растерянные мысли в голову обратно. —Так нельзя, —Чонгук встал и тихо начал осматривать комнату, начав изучать её прошлое. Он стрался отвлечься от странного для него соблазна. Он подошел к шкафу и понял, что тот был закрыт. В попытке открыть шкаф Чонгук сильно дёрнул за ручку - один, второй, третий раз... Шкаф не подавался, но изнутри начал исходить такой хруст, который можно было сравнить только со звуком ломающегося пинопласта. Тэхен открыл глаза и посмотрел на Чонгука. —Что ты делаешь? —Тэхен присел аккуратно. —Я? Ничего, — Чонгук начал волноваться, потому что не дай бог Тэ чувствовал его прикосновения во сне. Если да, то он готов был провалиться сквозь землю прямо сейчас. Он начал нервно заламывать пальцы незаметно от омеги. —Что ты делал со шкафом? "Фух, он не об этом" - подумал Чонгук. —Я хотел посмотреть, что внутри. Может там есть зимняя одежда, чтобы можно было тебя укрыть, да и мне постелить нужно как-то. Не буду же я на голом полу спать? Хотя, если придётся, буду и на голом спать. —А, тогда хорошо, —Тэхен начал осматривать свою забинтованную и раненую ногу. Чон успокоился и повторил рывки руками для того, чтобы открыть дверь. Последний рывок был настолько сильным, что аж шкаф сдвинулся с места. Двери открылись. Под ноги Чонгука упал человеческий скелет. —О БОЖЕ, БЛЯТЬ! —Тэхен почти подскочил с кровати от страха, —ЧТО ЭТО?! УБЕРИ ЭТО, БОЖЕ МОЙ, КАК ЭТО ПРОТИВНО, —Он почти задрожал от страха, стараясь успокоить себя. Чонгук тоже слегка испугался, но не от того, что это скелет, а от того, что это было просто неожиданно для него. —Боже, успокойся, ты каждый день убиваешь людей, а тут просто скелет, —Чонгук присел на корточки и начал осматривать его. —Я УБИВАЮ УЖЕ МЁРТВЫХ И БЕЗЧУВСТВЕННЫХ ТВАРЕЙ, А ЭТО СКЕЛЕТ ЧЕЛОВЕКА, ЕЩЕ И ТАКОГО ЖЕ КАК МЫ. —Я тебя прошу, дыши глубже и успокойся, нам он уже ничего не сделает. —УБЕРИ ЕГО, — Тэ начал дышать глубже и ему становилось легче буквально на глазах. —Да сейчас ты, подожди.. —Чонгук достал из руки скелета какую-то записку. Он развернул её и прочёл вслух. —"Здравствуй, дорогой человек, который нашёл мой труп. А может я еще жив, не знаю, что будет в будущем. Как у вас дела? У меня не очень. Мне сообщили, что в Сеуле и в Пусане уже царит страшная эпидемия, которая делает из людей страшных кровожадных уродов, поедающих человеческую плоть. Мне некуда бежать. У меня нет денег, нет семьи и родственников, чтобы убежать в другую страну. Что мне делать? Мне сказали, чтобы я из леса даже не выходил. Я думал, что эти чудища будут бродить везде, где есть люди, а в лесу людей мало, но не тут то было, в одну ночь я проснулся от страшного нечеловеческого крика из леса. Это были они. Они пришли в лес , в поисках добычи. Я не хочу быть одним из них, пугать, поедать кого-то из людей. Я хочу умереть так, чтобы меня на небесах принял Бог. Я не хочу убивать себя, ведь бог не принимает суицидников. Поэтому я взял хорошую монтажную пену, фонарик, листок, ручку и заперся в этом шкафу, запечатав все щели, чтобы если я умру, эти черти не пришли доедать мой труп по запаху разлогающегося мяса. Пока я пишу это письмо, у меня сильно дрожат руки, но я думаю, что тебе видно это, мой милый друг. Мне страшно, ужасно душно, и уже не чем дышать. Я не хотел умирать сегодня или завтра. Но лучше моим гробом будет этот шкаф, чем я буду умирать от чьих-то зубов. Я надеюсь, что ты меня понимаешь. Прости еще раз, если я тебя испугал. Надеюсь, что этот ад уже закончился и мое письмо станет только вкладом в историю нашего мира, ваш верный и преданный Ким Мин Сон". С глаз Тэхена потекли слезы горя и соболезнования. Чонгук медленно отложил письмо. —Я рад, что он сохранил свою душу для Бога, а не для дьявола. Его нужно похоронить, как человека достойного, —Чонгук аккуратно обмотал скелет тряпкой, которая лежала рядом, поднял его и вынес на улицу. Тэхена все еще трясло от происходящего. В душе царил страх, что они с Чонгуком никогда не вернутся в штаб к друзьям, за стену к мирной жизни из-за него. Спустя 20 минут Чонгук вернулся в спальню, уже с консервами в руках. Тэхен глянул на это. —Зачем? Я не голоден, оставь себе. —Ты ранен, тебе нужны силы. —Я правда не голоден... —Хочешь так же покончить жизнь как Ким Мин Сон? Тэхен замолчал и начал есть. —Правильно, так и нужно, —Чонгук даже улыбнулся одним уголком губ. Спустя пару часов они расположились в доме и приготовились ко сну. Чонгук перебинтовал ногу Тэхена и постелил себе на полу. —Прости меня... —Тихо произнёс Тэхен, глядя на Гука. —Что ты сказал? —Прости меня. —За что? —За то, что я в квартире грубил тебе, не давал есть, думал, что ты бесчувственный к другим людям, болван... Прости за то, что из-за меня мы здесь...в лесу...во время апокалипсиса.... Мне стыдно, —по щекам Тэ потекли слёзы от обиды на собственную глупость. —Ох, да ладно тебе, я уже и забыл про те мелочи, а из леса мы выберемся, не переживай, —Чонгук аккуратно похлопал Тэхена по плечу. —Ты тоже меня прости. Не стоило мне вести себя столь грубо и неприлично с тобой... —Спасибо тебе за заботу. Чонгук смутился от таких слов.