Причина быть лучшим

Проснулся Кагеяма от холода. Одеяло благополучно валялось на полу. Вчерашний день оставил после себя довольно странное послевкусие пустоты и наполненности одновременно. Быстро собравшись и спустившись к завтраку, Кагеяма застал леди Юко и Оикаву. Отца не было и на вопросительный взгляд ему ответили, что тот просил откушать без него. Все были довольно уставшими и почти не разговаривали. А синяки под глазами молодого короля явственно говорили о бессонной ночи. Быстро откланявшись и договорившись встретиться вечером, Кагеяма переоделся, схватил мешок с едой, который благодаря стараниям Сугавары стал еще больше, и, следя, чтобы его не заметили, побежал в соседнее крыло, чтобы в этот раз спуститься по другой стене. Выглянув в окно, принц оценил масштабы побега. Стражи стало будто бы больше. Отец все же не желал сдавать позиции. Помимо всего прочего, небо заволокли тучи, предупреждая о грядущей непогоде. Кагеяма надеялся, что тот не будет лить всю ночь, иначе лезть на стену ему придется только если он захочет благополучно умереть. Несмотря на обилие стражи, принцу удалось незаметно прошмыгнуть мимо. По крайней мере, он надеялся на это. В городе было шумнее чем обычно, люди готовились к грядущей непогоде. В королевстве никогда нельзя было угадать масштаб проблем из-за силы природы. Довольно часто небольшой грибной дождик вмиг сменялся чуть-ли не ураганом. Так что перестраховаться определенно стоило, не без этого. По прибытию его уже ждали, облепив со всех сторон и нагло вырывая из рук мешок. Кагеяма хотел было возмутиться, но не стал, видя светящиеся лица. Однако, не хватало чего-то важного. Или, лучше сказать, кого-то. — А где Хината? — спросил принц у Нишинои, свалившегося прямо ему под ноги в попытке отобрать у Рюноске кусок мяса. — Он сказал, что устал ждать и пошел. — Куда пошел? — нахмурился Кагеяма. — В город, — почти хором ответили ему дети. — Во-о-от оно как, — раздраженно протянул принц. — Ну что ж, он у меня получит. Вроде ему что-то хотели объяснить, однако тот отмахнулся от детей, сказав им быть аккуратными и, желательно, соорудить шильду для окна, ибо скоро дождь, и побежал искать воришку. В этот раз он даже не задавался вопросом как его отыскать, просто знал и все. Интуиция уверенно вела его вперед, заставляя петлять и пару раз заводя в тупик. Кагеяма уже успел убедить себя, что это было плохой идеей, пока прямо не столкнулся со своей целью. Даже не сомневаясь о том, кто скрывается под глубоким капюшоном, принц обхватил парня поперек живота и закинул себе на плече. — Эй! Что за вольности?! — воскликнул Хината, барабаня по широкой спине. — Ты что здесь делаешь? Опять… — Смирись, — фыркнул Кагеяма, поудобней перехватывая бедра парня. — Я всегда тебя отыщу. Это ты мне лучше ответь, что ты здесь делаешь. Ты же обещал больше не воровать! Решил воспользоваться моим доверием? — Что? Да о чем ты? Не воровал я! — А что тогда делал? — Ходил и выпрашивал у людей ненужную им одежду! Детям тоже нужно переодеваться, а еще они растут. Честное слово, не по дням, а по часам! Я хотел сходить с тобой, но тут дождь скоро, а тебя все нет, вот я и… К концу тирады Хината все больше уставал пинаться и бить его спину, а Кагеяма все больше чувствовал стыд. — Ты за кого меня принимаешь? Думаешь ты тут один способен выполнять обещания? — фыркнул парень, последний раз ощутимо ударив принца между лопаток и расслабленно повиснув. — Бесчувственный чурбан. — Прости, — наконец выдохнул Кагеяма, ставя парня на землю и поправляя на нем одежду. — Я… Ты прав. Я бесчувственный чурбан. — Еще какой, — буркнул Хината, потирая бедра. — Хватка у тебя, что надо, конечно. Видимо принц выглядел ну очень виновато, поэтому Хината решил благополучно перестать дуться. — Ладно, бывает. Я все понимаю, — фыркнул парниша. — Но тебе стоит больше доверять мне. Кагеяма молча протянул руку, поправив пару выбившихся из общего беспорядка прядей. — Ммм, знаешь, — тихо сказал Хината, поднимая на него взгляд. — Поправь еще. Я уверен, у меня там полный беспорядок. Принц замер, не веря в услышанное, однако быстро пришел в себя, полностью погружая ладонь в рыжую копну, перебирая прядку за прядкой. Хината замер, прикрыв глаза, полностью доверившись Кагеяме. Это подобие свободы манило, и принц, не удержавшись, добавил еще одну руку, чувствуя кожей молчаливое одобрение. Перебирая прядь за прядью, юноша не заметил, как по-настоящему увлекся и добрался до затылка. Обхватив его, он зарылся в загривок, где был хвост, пока не услышал стон. Руки словно ударило током. Это был настоящий стон удовольствия. Хината, видимо не ожидав от себя подобной реакции, прикрыл рот ладонью, заливаясь краской. А Кагеяма не мог перестать перебирать каждый волосок, чувствуя стадо мурашек под кончиками пальцев. — Ммм, Кагеяма, — хрипловато протянул парень, смотря в глаза принца. — Перестань? Кагеяма не понял чего больше было в данном слове: утверждения или странного вопроса. Принц отпустил шею Хинаты, почему-то стыдливо пряча руки себе за спину. — Теперь нормально, — кивнул юноша, не зная куда девать глаза, внутри просто сгорая от стыда. — Х… хорошо, — прокашлялся Хината, облизывая сухие губы. — Нам пора уже возвращаться, дети будут волноваться. — Ага, будут, — кивнул принц, все еще отводя взгляд. Путь обратно они провели в стыдливом молчании, пока не зарядили первые капли, не менее чем за пару секунд превратившись в ливень. Хината выругался, хватая Кагеяму за руку, и рванул прочь, по одному ему ведомому пути. — До дома слишком далеко, а я не собираюсь болеть столько же, сколько в прошлый раз. Тогда я чуть не уморил их голодом! Принц молча следовал за ним, вслушиваясь в недовольное бурчание. Сердце разрывалось от понимания, сколько всего пришлось вытерпеть Хинате и детям. Наконец, прибежав в очередное заброшенное здание, которых в этой части королевства было не так уж и много, они забрались на второй этаж. Хината привычным движением скинул с себя промокшую рубашку и, достав все тряпки, что ему удалось найти, связал их вместе, сделав что-то наподобие дырявого одеяла. — Иди сюда, — позвал принца Хината, предложив присоединиться к нему под одеялом. Он прислонился к стене над местом где все еще уцелела и не протекала крыша, прямо возле окна, безостановочно постукивая зубами. — Ну? Чего стал? Кагеяма посмотрел на дрожащего воришку и молча снял накидку, надевая ее на что-то там возражавшего парня. И так же молча сел за ним, усаживая Хинату между своих ног, укрывая обоих импровизированным одеялом. — Хватит возмущаться! — гаркнул Кагеяма, обхватывая ерзающего парня, заставляя того пикнуть. — Ты весь дрожишь. Хочешь оставить меня одного заботиться об этой ораве? Смерти моей хочешь? Хината рассмеялся, наконец, расслабляясь, однако бурчать так и не перестал. Его хватило на пару минут, пока тот не согрелся и не перестал щелкать зубами, расслабляясь под теплым боком. В одной рубашке спина нещадно мерзла, даже одеяло не помогало, но это все равно того стоило. Кагеяма молча наслаждался чужим теплом, положив подбородок на рыжую макушку. — Знаешь… — тихо начал Хината, я никогда не любил дождь. Ребята постоянно простужались, ведь у меня не получалось согреть их достаточно сильно. Я раздавал им свою одежду, пока сам, однажды, не заболел. Меня лихорадило неделю и каждый раз, приходя в сознание, я слышал плачь Нацу. Тихий, надрывный. Думаю только благодаря ей я заставил себя выздороветь. В момент, когда я смог встать, почти все находились на грани голодного обморока. Всю еду, что им удавалось выпросить, они отдавали мне. Кагеяма почувствовал влагу на своих руках, но ничего не сказал. Лишь слушал, сильнее прижимаясь к хрупкому телу. Каждому иногда нужно просто выговориться. — Я думал, что сойду с ума. Я не пережил бы их смерти. Воровал как умалишенный, заслужив себе репутацию, и, заодно, нажив много врагов. Но это ничто, по сравнению с риском опять потерять свою семью. Я находил их в брошенных после войны домах, в подворотнях и даже в мусоре. Маленьких, голодных, одиноких, но отчаянно борющихся за жизнь. — Тише, тише, — шептал Кагеяма в рыжую макушку, и поглаживая худые крепкие плечи. — Ты молодец. Ты такой молодец. Самый сильный, самый храбрый. Твоя семья невероятна, прямо как ты. Они вырастут самыми сильными, самыми умными… Принц давно перестал следить за словами, просто шепча разные глупости, мерно убаюкивая парнишку, вытирая его слезы. Сердце полностью растворилось. Не было ни холодных стен, ни печали. Были лишь они и дождь, шумевший за окном. Уже почти заснув, Хината еле слышно пробормотал: — Но почему-то рядом с тобой я думаю, что дождь прекрасен. Кагеяма ничего не ответил. Просто почувствовал, что улыбается как последний идиот. Ведь он и есть идиот. Не удержавшись, юноша невесомо поцеловал рыжий висок, вдыхая запах Хинаты. Он мог бы поклясться, что почувствовал запах апельсина.

***

Сознание возвращалось медленно, рывками. Просыпаться не было совершенно никакого желания. Тепло окутывало тело, даря спокойствие и умиротворение, а чьи-то тонкие пальцы перебирали его тонкие волосы. «Волосы?» — возникла странная мысль, заставляя принца, наконец, открыть глаза и встретиться с насмешливым золотистым взглядом. — Доброе утро, — хмыкнул Хината, неохотно убирая руку с головы парня. — Мы проспали где-то пару часов. Дождь почти прекратился. Кагеяма кивнул, с удивлением понимая, что каким-то образом оказался на коленях воришки. — Ты дрожал как осиновый лист, разбудив меня, — с укором то ли больше на первую, то ли на вторую часть своей фразы, буркнул Хината. — Ну, и как бы я такого бугая как ты домой тащил? Надо и о других думать, спонтанно решив проверить свой организм на прочность. — Ну прости, прости, — хмыкнул Кагеяма применительно поднимая руки. — Действительно, как я мог об этом не подумать? Надо было оставить тебя дрожать от холода. — Вот не надо стрелки переводить! — воскликнул парнишка, шуточно ударяя принца в бок. Кагеяма громко рассмеялся. — Знаешь, — хмыкнул Хината, сверкая лукавыми глазами, — у тебя очень красивая улыбка. По-моему, ты даже не осознаешь насколько. Принц почувствовал как алеют его щеки. — Врешь. Все говорят, что у меня жуткая улыбка, — смущенно буркнул парень. — Фальшивая улыбка у тебя страшнее смерти, я тебя уверяю, — хихикнул Хината. — А вот настоящая — просто нечто! Довольно смущающая пауза затянулась и первым из них не выдержал Хината. — Такс, все, нам пора! А то наши уже все съели и мне, наверно, ничего вкусного не оставили. Слово «наши» задело что-то глубоко внутри. Хината поднялся и тут же с плеч исчезло тепло. Словно бы плащ скинули. Кагеяма нахмурился. Он замечал это уже не в первый раз, но все никак не мог понять, что же это за чувство такое. Но мысли вылетели из головы, как только тот снял накидку принца. Оказывается, тело парня было не таким уж и худым, скорее жилистым. Крепкие пусть и узкие плечи, плоский живот, немного выпирающие ребра и дорожка таких же рыжеватых волос, спускающихся от пупка до края мешковатых штанов. Это было тело взрослого человека. Это было тело парня! Юноша нервно сглотнул, чувствуя нарастающий в животе жар и поспешил отвести взгляд. Хината натянул все еще сырую рубашку и, немного размявшись, чтобы согреться, схватил Кагеяму за руку и увел из их временного укрытия. Ни то чтобы принц мог потеряться, но руку не вырывал и спокойно шел за парнем, стараясь не наступить тому на пятки. В голове билась лишь одна мысль: «Какого черта?..» Их возвращения ждали. Налетев всем скопом, они оттащили Хинату на кушетку, стягивая с него влажную рубашку и закутывая в тонкое одеяло. Пару раз чихнув от пыли, Хината разулыбался, принимая от детей оставшийся после трапезы хлеб с мясом и апельсины. Принца тоже не обделили вниманием, однако ему пришлось довольствоваться лишь сыром и парой яблок. Работа закипела, ведь, ко всему прочему, нужно было убирать последствия непогоды: крыша в доме в некоторых местах протекала. Хината рванулся было помогать, но был жестко остановлен и передан лично в руки Кагеяме, с заданием греть и не отпускать. Юноша усмехнулся, совершенно не возражая и, уже привычным движением, перехватил парня поперек живота, кладя подбородок тому на макушку. Тот что-то промычал, но довольно быстро успокоился, расслабляясь в сильных руках, с улыбкой наблюдая за работой детей. Они распределяли обязанности, и если Хината был основным добытчиком и защитником, все остальные заботились о доме и занимались приготовлением и сохранением пищи. В веселых спорах и переругиваниях прошло пара часов. Хинату, к сожалению, все же пришлось выпустить из кольца рук. Тот, достав тряпки, взялся за иглу, то и дело подзывая кого-нибудь из ребят. Кагеяма завис, наблюдая, как длинные тонкие пальцы порхали над тканью. — Не ожидал от тебя подобного умения, — проговорил принц. — Меня мама научила, — хмыкнул парень, нежно улыбаясь. — Она всегда злилась на папу за то, что он часто рвал вещи, и решила научить этому своего сына, чтобы тот как можно меньше проблем доставлял своей паре. — Твоя мама верила, что ты найдешь пару? — поднял глаза Кагеяма. — Верила, — кивнул Хината. — Или надеялась? — А ты сам. Веришь? — спросил Кагеяма, пристально вглядываясь в лицо парня. Почему-то его ответ казался очень важным. Хината помолчал, смотря на принца не читаемым взглядом. Знакомое тепло опустилось на плечи. — Верю. Кагеяма пытался подавить откуда ни возьмись взявшееся разочарование. Хината верил, что найдет свою пару. Верил, что будет с ней счастлив. Он — не его пара. Сердце болезненно сжалось, вязким комком застряв прямо в горле. — Ну, а ты? — спросил Хината, смотря все тем же странным взглядом. — Ты веришь? — Я… Я не знаю, — тряхнул волосами принц, вставая с кушетки и тут же теряя чувства тепла. До зубного скрежета раздражало возвращение в реальность. Там, где он будет не со своей парой. И просто не с Хинатой и детьми. — Думаю, мне пора. И верно, солнце почти скрылось за горизонтом. Хината кивнул, отложив очередное подобие рубашки в сторону и поднимаясь вслед за принцем. Нацу, приоткрыв глаза, буркнула что-то на прощание и снова засопела. — Кагеяма, — тихо позвал парня Хината, чувствуя легкую тревогу и напряжение исходящее от него. Они вышли из дома, стоя на соседней крыше. Солнце алыми всполохами красило небо, оседая оде-то в рыжих волосах, даря им внутренний свет. Принц замер, смотря в обеспокоенные золотые глаза. Глаза, которые никогда не врали. Так? — Хината, — хрипло произнес Кагеяма, словно заново, как в первый день их встречи, пробуя имя на вкус. — Что? — тихо шепнул в ответ паренек. — Назови меня по имени. — Что? — удивленно переспросил Хината. — Имя. Мое имя. Или уже забыл? — грустно ухмыльнулся принц. — …Тобио. Тихий, совсем невесомый шепот, оглушал. Кагеяма не мог продолжать себе врать: каждая клеточка его тела словно стремилась навстречу этому рыжему парнишке, из чьих губ его имя звучало так, как надо. Звучало правильно. Но… но не было ничего. Ни хвоста, ни ушей, на крыльев, ни клыков. Ни-че-го. А значит им не по пути. Значит Хината принадлежал не ему. Осознание отозвалось болью во всем теле. — Спасибо, — кивнул Кагеяма, грустно улыбнувшись. Он уже повернулся, чтобы уйти, но был схвачен за руку. — То… Кагеяма. Ты же завтра вернешься? Опасение в голосе и надежда в золотых глазах. Кагеяма слегка сжал тонкую ладонь и тут же выпустил. — Вернусь. Я же обещал, — улыбнулся принц, надеясь, что его улыбка не получилась такой же жалкой, как он себя чувствовал. Хината кивнул. Принц кожей чувствовал его серьезный взгляд буравящий удаляющуюся спину. — Я буду ждать, Тобио. Юноша вздрогнул и повернулся. На крыше больше никого не было. «Я… Не мы, а я…». Предательская мысль засела в голове, не желая покидать и без того измучившегося хозяина. Кагеяма смотрел на алый закат то ли мечтая, то ли молясь, что вместе с солнцем уйдут и странные чувства. Занятый подобными мыслями, принц совершенно не заметил промелькнувшую совсем поблизости тень. Пропасть снова пугала своей глубиной