Оракул

      Деревянная кружка с грохотом треснулась о целую гору других, скопившихся за вечер на столе. Какие-то с жалобным хрустом лопнули по шву, какие-то повалились на грязный пол, заливая недопитыми остатками штаны раздурившихся выпивох.       — Не, ну я знал, что нормальный ты мужик, — заплетающимся языком проговорил Раздор, вешая руку на плечо собутыльника. — Хоть и пернатый.       — Да, смотри только, чтобы другие «пернатые» тебя не услышали, — чуть более трезво ответил Врахиил и отпил эля. Рука Раздора соскользнула с его плеча от движения, а сам нефилим выглядел так, будто вот-вот нырнёт лицом в стол, заваленный кружками.       Капитан по собственной воле нарушил приказ генерала, выведя пленника за границы Белого Города. Само его присутствие на окраинной заставе разрушало волю и дисциплину. Очевидно, он использовал какие-то из своих приёмов, чтобы подточить бдительность солдат, стравить их друг с другом. Зная, что Всадник уже долгие годы ведёт себя совершенно не по чину — пьянствуя и развратничая, — Врахиил решился вывезти его за границу до ближайшего трактира в нейтральных землях в качестве отвлечения от солдат. Естественно, оставив полный рапорт о бесчинствах и самодурстве на заставе, а также приложение полного маршрута их передвижений для обещавшего прибыть со дня на день наблюдателя.       И так, спасая заставу от ставших враз непослушными, как дети, солдат, увезя источник заразы подальше, Врахиил совершенно внезапно нашёл себя за одним столом со Всадником. Да ещё и достаточно пьяным. Он не сразу сообразил, в той ли они таверне, в которую приехали изначально. Но таверна была та самая, даже его солдаты нашлись один за одним — то в одном углу, то в другом, пьяные и не очень, спящие или в нокауте. И только придя в себя, Врахиил с тех пор старался более не терять контроля над разумом — буквально целый осколок вечера выпал из памяти и никак не желал находиться. Но судя по тому, как были разбиты костяшки на кулаках, как спешно трактирные девушки бегали с вениками и выносили из залы поломанную мебель, недавно явно имела место быть хорошая потасовка. Сейчас, приглядевшись, видел на лице Раздора багровеющий синяк, обещающий к полуночи вовсе залепить левый глаз.       «Создатель, дай мне сил», — думал командующий, в очередной раз отпивая из кружки. И только когда эль был проглочен, он понял, что и пить ему не следует. Однако, рука почему-то не разжимала кружку.       — Что-то не так, капитан? — спросил Всадник ехидно. Губы его изломились в такой самодовольной и кривой насмешке, что Врахиилу на миг стало не по себе. Неужели они все так слабы перед каким-то… каким-то одиноким предателем, выскочкой, что тот вот так легко может забивать им голову гнилостной магией?! Да и где? Практически в самом сердце их ангельского мира. — А-а-а, узнаю этот взгляд. — Раздор покачал головой и сел совершенно ровно, будто и не пил вовсе. — Думаешь, это я вас тут так околдовал всех?       — А кто ещё? — стиснув челюсть проскрежетал ангел.       — Видишь ли, друг мой, всякое разумное существо во всяком мире опутано рамками дозволенного и положенного. Я не могу воздействовать на разумы, я же не телепат какой-то, — Раздор с придурковатым видом таинственно покрутил пальцами обеих рук у висков. — Но я могу перекладывать вещи с места на место. Привносить каплю хаоса в безмятежный порядок. И тогда рамки, натянутые до упора, трещащие по швам, — пуф! — сами лопаются. И моя работа сделана.       — Что ты сделал? — скрежетал Врахиил, начиная понимать, что даже увезя Раздора, кажется, не избавил свою заставу от проблем.       — Позволил твоим ребятам стать теми, кто они есть глубоко внутри. А, ну, ещё на паре писем исправил адресатов и изменил наш маршрут…       Поняв, что их никто не ищет, по крайней мере не в этом направлении, Врахиил резво вскочил на ноги, даже стул отлетел назад и опрокинулся. Он потянулся к поясу за мечом, но понял, что кружка с элем всё ещё в руке. Словно прилипла.       — Не стоит так переживать. Как только я уйду на пару сотен лиг от этого места, вы снова приведёте себя в занудный порядок. — Раздор, подняв руки в примирительном жесте, уже понемногу пятился назад к двери на кухню.       Приложив немало усилий, Врахиил смог-таки при помощи второй руки отлепить кружку от ладони и с рыком запустил её прямо в голову Всаднику. Тот пригнулся в самый последний момент, словно бы не ожидал нападения. Видя недоумение на лице пленника, Врахиил с чувством торжества вытащил длинный меч из ножен и отдал приказ:       — К оружию, братья! Схватить ренегата!       Гудение в таверне разом стихло от его крика, но никто не поднялся со своего места, ни единый ангел не шелохнулся, тупо глядя на командира. Врахиил ненавистно глянул на Раздора, который так и замер в отступлении. Оскалившись, ангел ринулся напролом, отшвырнув стол за которым они сидели мгновение назад, замахнулся для удара, и вдруг о его голову со звоном разбилась бутылка. Глаза ангела закатились, и он рухнул на пол.       Гудение в таверне возобновилось с новой силой.       — Ебутся чёртики в Аду… — недовольно сложив руки на груди, пробубнил Раздор.       Перед ним, сжимая горлышко бутылки, закутанная в дорожный плащ, частично скрывающий лицо и богатые доспехи, стояла девица из семейства лорда Садкиила. Знаменосец семейства и старшая дочь — леди Вивьен.       — Не тебя же...       — …меня назначили наблюдать за выполнением договора, — самодовольно перебила она.       — Ну, это буквально удар ниже пояса, — наигранно-обиженно скривился Раздор. — Они что, думают, будто я не смогу убить женщину и сбежать? Только вот не говори, что можешь уделать меня одной левой.       — Левой, правой, без разницы, Всадник, — пожала плечами ангел. — Надеюсь, драться нам не придётся.       — А ты смышлёная, да? — он вскинул одну бровь, попутно изучая незакрытую часть её лица. Выражение не было ни суровым, ни презрительным. Она держалась довольно спокойно, будто бы расслабленно. — Тогда, может быть, отпустишь меня? За мной не заржавеет, могу устроить тебе самую незабываемую ночь в твоей жизни. И будем квиты.       Леди Вивьен медленно и неспешно подошла к нему, на ходу сбрасывая капюшон. Бледно-голубые глаза довольно любопытно изучали его с головы до пят. Он часто видел такие взгляды женщин, знал, что они означают и где останавливаются чаще всего. Горлышко бутылки упёрлось ему в шею, продырявив кожу.       — У меня есть план получше. Сейчас мы выйдем из таверны, оседлаем коней и поскачем до ближайшего порта. Сядем на корабль, затем пройдём все долбанные порталы и проскачем долину Тенебры до самых врат Лимба. И тогда, может быть, мы будем квиты.       — Даже не упомянешь, что я должен вытащить твою сестру оттуда, откуда нет выхода? — сглотнул Раздор, косясь в глаза ангела. Она по-прежнему была совершенно спокойна, её лицо ничего не выражало. Шею прострелила неприятная боль — стекло упёрлось в кожу сильнее, потекла кровь. — А можно нежнее, шрам же останется, — скривился он, стараясь усмотреть масштаб причинённого ущерба. Но её игра ему нравилась, потому не спешил с ней заканчивать.       — Неужели ты сам не хочешь ей помочь? — спросила Вивьен, что в свою очередь тоже искала что-то в его лице. — Не за этим ли ты прервал ритуал?       — Я… — заинтересованность ангела, с которой она смотрела, буквально высасывала всё внимание, отупляла, — я не знаю... — Сердце пропустило удар, зрение на миг словно отключилось. — Ну, всё, дамочка, — он резко сбросил наваждение, а вместе с ним отбил её руку от шеи. Тут же с другой стороны в бок — под печень — воткнулся уже кончик кинжала. Вивьен продолжала смотреть на него как полоумная, слабо улыбаясь, маниакально отслеживая каждую его эмоцию и перемену.       — Ты слишком много пьёшь и нервничаешь, — довольно заметила она.       — Ладно, всё, веди уже давай, — сдался он, подняв руки над головой.       — После тебя, — ангел махнула кинжалом в сторону двери, и Раздор неохотно зашагал вперёд, по пути стирая кровь с шеи и ища маску на поясе. Прикрепив её к шлему, чересчур плотно завернув замки, призвал верного Погрома и вскочил в седло. Сейчас ему совершенно ничего не мешало сорваться с места и дать дёру куда подальше от всей ангельской братии. Но глянув на вход в таверну, глянув на леди Вивьен, мысленно ругнулся. Ангелица слила с горлышка бутылки пару капель его крови в крохотный фиал, заткнула пробкой и убрала в мешочек на груди. Заметив, что он следит за её действиями, довольно улыбнулась и двинулась к стойлу, откуда вывела довольно мощного каракового скакуна. Не чета его собственному, но определённое восхищение конь вызывал.       — Отчего не летишь? — поинтересовался Раздор, сузив глаза.       — Полечу, если надо будет, — пожала плечами ангел. — Особенно, если решишь сбежать. Но ведь найти тебя для меня не будет проблемой, не так ли? — Она легко тронула мешочек на груди и многозначительно посмотрела в его адрес.       «Не будет, ага, до первой стоянки», — мысленно глумился Раздор, решив во что бы то ни стало отделаться от ангела при первой же возможности. А затем и ото всего долбанного мира.       — Раздор, проблемы надо решать, а не бежать от них.       — Чё ты сказала? — Он и не заметил, как рука легла на кобуру.       Но ангел не ответила. Подъехав вплотную, кольнула Погрома шпорой, и тот, недовольствуя, не слыша иных команд от сбитого с толку хозяина, рванул вперёд.