Все омеги целуют своих альф

***

      Бабочка вопреки ожиданиям пролетает мимо и не садится на ладошку. Чонгук фыркает, сдувая отросшую чёлку, которую скоро папа опять стричь будет, а Чонгук не хочет стричь, потому что у Юнги чёлки нет. А ещё Юнги пахнет вкусно, прямо как сейчас на улице. Наверное, где-то растёт тот шоколадный цветок, папа называет его космеей. Но откуда ему тут взяться? И если Чонгук сейчас сорвёт, папа сильно начнёт ругаться? Чонгук вертит головой и бежит туда, где уж точно должен расти цветок.       — Осторожнее!       Он и заметить не успевает, как запинается о собственные ножки и летит, а его тут же подхватывают на руки и подкидывают. Чонгук визжит, потому что высоко, потому что выше Юнги, потому что никто больше так не может! Он смеётся, цепляется за шею и прижимается, вдыхает запах любимой сладости. Папа говорит, что и у него скоро появится запах, и ему очень-очень хочется, чтобы он был таким же вкусным, как у Юнги. Ну хотя бы немножко.       — Мой маленький кролик хочет шоколадку, которую хён купил для него?       Чонгук дёргается в руках, желает подпрыгнуть, однако Юнги прижимает его ближе и не даёт. Чонгук надувает щёки и пытается отвернуться, что тоже не выходит, и от этого обида растёт. Он ждёт, что Юнги развеселит его, и довольно улыбается, когда так и происходит, когда он падает на землю и сажает на колени, удерживает и щекочет.       — Не-е на-а-адо, хё-о-он! Щеко-отно-а! — кричит Чонгук и визжит ещё громче, когда Юнги находит ту самую точку, где совсем сильно щекотно, извивается. А стоит Юнги засмеяться, замирает и слушает, потому что Юнги смеётся очень редко, но очень красиво.       — Всё нормально, малыш?       Чонгук краснеет от мысли, что такого хёна ему хочется поцеловать. Если честно, он не совсем понимает, в чём смысл этих самых поцелуев, но, наверное, со временем поймёт. Он знает, что дядя Тэхён целует папу, потому что любит, а папа по этой же причине целует дедушку, только не так, как дядя Тэхён, а немного по-другому. По крайней мере, дедушка не закрывает глаза и не прижимается к папе. Значит, смысл есть? Должен быть, и если Чонгук его пока что не понимает, то Юнги — точно наоборот. Чонгук встряхивает головой, осторожно ползёт повыше и падает на грудь, не в силах удержаться на локтях.       Юнги улыбается, придерживая его, и Чонгук знает, что он ещё ни о чём не догадывается. Он садится, находит удобное место и наклоняется вперёд, хватаясь ручками за пряди длинных шоколадных волос, таких же шоколадных, как и глаза и запах. Юнги сам как шоколадка, но если обычными Чонгук может поделиться с друзьями, то эту он не отдаст никому.       — Ты чего, Чонгук-и?       Чонгук жмурится и быстро трётся носиком о носик Юнги, а после соскакивает и убегает по дорожке домой. Но не успевает! Почему хён то такой быстрый, то очень медленный, настолько, что Чонгук в догонялках его очень легко ловит?       — Держи вкусняшку, котёнок, — улыбаясь, весело говорит Юнги и вытаскивает любимую шоколадку Чонгука. Только почему он называет котёнком, хотя всегда считал кроликом? Кролики как-то по-другому целуются? Папа говорит, что все целуются, касаясь носика. Значит, кролики тоже должны. — Пока ты смотришь, я её съем.       Чонгук ойкает и хватает, просится на ручки и довольно залезает. Он ест, а Юнги везёт его домой, и это так хорошо!       — Здравствуйте, Хосок-щи.       — Папа! — привлекает к себе внимание Чонгук, спрыгивает и подбегает, показывает фантик. — А хён мне шоколадку принёс!       — Правда?       — Да! Я и тебе оставил! Но ты, в отличие от меня, не сладкоежка, поэтому я доел.       Папа смеётся, щёлкает по носику, и Чонгук смущённо морщится. Юнги вновь хватает его на руки и идёт вместе с ним на кухню, садится на пол перед столом и всё ещё не выпускает из рук. Чонгук пытается дотянуться до спящего Минни, их кота, но его рук слишком мало. А вот у Юнги они длинные и широкие! И красивые, с почти шоколадным загаром. И пусть почти не считается, в этот раз будет!       — Хён, можешь дать Минни?       Юнги оглядывается, чуть подаётся назад и цепляет кота, подтягивая ближе. Минни вопросительно мяукает, увидев, кто его потревожил, успокаивается и подходит сам. Чонгук знает, что Минни любит Юнги, так папа говорит. А папе не верить нельзя.       Минни встаёт на задние лапки, опираясь о бёдра Юнги, и Юнги… Он целует его! Как Чонгук Юнги сегодня!       — Хён, почему ты поцеловал Минни? — обиженно шепчет Чонгук. — Он нравится тебе больше меня, да?       — Поцеловал? — Юнги хмурит брови. — Подожди. Ты меня поцеловал?       «Какой глупенький хён! Ничего не знает о любви!»       — Все омеги, которые любят, целуют своих альф, — заявляет он с умным видом. Юнги с усмешкой кивает. — Ну, конечно, не только омеги альф, вообще все, но мы же омега и альфа, поэтому я так сказал... — Чонгук чувствует, как Юнги под ним начинает трястись, заканчивает бормотать и возмущённо выдыхает. — Хён, не смейся надо мной!       Юнги чуть-чуть успокаивается, поднимает и поворачивает Чонгука лицом к себе, а после целует. Чонгук смущённо трётся в ответ, краем глаза замечает папу, который, наверное, всё слышал, и краснеет сильнее, отпрянув.       — Значит, ты любишь меня?       — Ты классный, и милый, и смешной, и носишь мне шоколадки, и нравишься папе, и...       Юнги не выдерживает и начинает смеяться, уже не сдерживаясь.       — Я тоже люблю тебя, малыш, — сквозь смех шепчет он.

***