Хуже казни

— Ненавижу… — сокрушенно произнёс Пол Эджкомб, остановив машину у дома супругов Мурс. — Знаю. — ответила Дженис, открывая дверцу автомобиля. Хэл, завидев приятелей, махнул им рукой в знак приветствия, и Пол, выдавив улыбку, ответил тем же. День был тёплым и солнечным, а лёгкий ветер покачивал периодически ветви деревьев. Мелинда Мурс сидела в кресле под навесом и весь её вид свидетельствовал о не самом лучшем состоянии. — Привет, Мелинда. — Дженис Эджкомб обняла подругу. — Я так рада видеть вас. — Решили проведать. — Жаль, что тебя не было в церкви. — добавил Пол. Женщина чуть смущённо и, одновременно, растерянно улыбнулась. — Я такая непричесанная… — Ты милая. — поспешила успокоить Миссис Эджкомб. Спустя пару минут, женщины увлечённо о чем-то беседовали, а Хэл переворачивать мясо на мангале. — Сегодня у неё хороший день. Я благодарен Богу за это. — сказал он, глядя на товарища. — А когда плохой? — Когда плохой, она сама не своя. Она… Ругается. — Ругается? — Она матерится самыми ужасными словами, которые только бывают. — в голосе Хэла звучала горечь. — Она даже не понимает, что делает. Я не предполагал, что она знает такие слова. И ругается таким ласковым голосом… — мужчина опустил взгляд, не желая продолжать говорить об этом. — Сегодня хороший день, Пол. Я рад видеть тебя и Джен. По дороге домой, Пола не покидала одна мысль. Впрочем, не только по дороге — эта мысль не позволила заснуть ему и ночью, заставляя бесцельно глядеть перед собой. — Дорогой, скажи, о чем ты думаешь, — неожиданно сказала Дженис, повернувшись к супругу, — или мне придётся задушить тебя подушкой. — Я думаю о тебе. — признался тот. — не знаю, что бы я делал, если ты умерла. И о том, что завтра я увижусь с ребятами. Вскоре, женщина заснула, устроив голову на плече мужа, но тот так и не сомкнул глаз в ожидании наступлении нового дня. Коллеги не заставили себя ждать, приехав даже на несколько минут раньше, чем договаривались. К тому времени, во дворе уже был накрыт стол, и супруги Эджкомб были вполне готовы ко встрече гостей. — Вы, действительно, умеете готовить курицу! — похвалил Гарри Тервиллиджер, попробовав угощения. — Эй, Брут, ты хапнул всю картошку?! — хихикнул Дин, глядя на приятеля, не выпускающего кастрюлю из рук. Но Пол этого даже не заметил, устремив в одну точку задумчивый взгляд. — Вы видели, что он сделал с мышонком? Надзиратели переглянулись между собой. — Можно до конца дня не напоминать об этом? — попросил Хауэлл. — Желательно — до конца года. — подхватил Дин. — То же он сделал со мной. Коффи приложил ко мне руки и забрал проклятую болезнь. Несколько пар недоумевающих взглядов скользнули с него на Дженис. — Правда. Когда он пришёл домой, всё прошло. — супруги переглянулись, не сумев сдержать многозначительных улыбок. — Нет, подожди, ты говоришь о чудесном исцелении, — уточнил Стэнтон, — восхваляешь Бога за чудо?.. — Что ж, Пол, я тебе верю, только мы здесь причём? — Брут перевёл взгляд на приятеля. — Не мы, а Мелинда. — Дженис кивнула. — Мелинда? Мелинда Мурс? — Скажи, Пол, ты уверен, что ей можно помочь? — женщина накрыла ладонь супруга своей. Тот вздохнул. — Это — не просто инфекция, и не раздавленный мышонок. Но, я думаю, что есть шансы. — Нет, подождите, речь идёт о нашей работе. — вмешался Гарри. — Тайком привезти больную женщину в блок? — Хэл не согласится на это. И он не поверил бы в это, даже если бы сам увидел. — И ты предлагаешь отвезти Джона Коффи к ней? — спрашивает Брут, получая на это утвердительный кивок. — Это уже не увольнение, Пол. Это — тюрьма, если нас поймают. — Да, это так. — подтвердил Стэнтон. — Но только не для тебя, Дин. — Пол перевёл взгляд на сотрудника. — По плану, что я придумал, ты остаёшься на Миле. Ты будешь всё отрицать. — Почему я останусь? — Наш сын вырос, закончил школу. Дочки Гарри уже все замужем, Брутал — холостяк. А ты — единственный, у кого двое детей и беременная жена. — Мне кажется, это дело очень серьёзное. — не унимался Тервиллиджер. — Брутал, поддержи меня. Но тот выдержал паузу. — Я уверен, она — хорошая женщина. — Прелестная. — добавила Дженис. — То, что с ней происходит, Брутал, это страшно видеть, слышать… — Эджкомб поджал губы. — Я не сомневаюсь, но мы с ней так близко не знакомы. — И не забывайте: Джон Коффи — убийца. — снова вмешался Гарри. — А если он сбежит, я потеряю работу и боюсь тюрьмы. Но ещё больше я боюсь, что он опять убьёт ребёнка. — Этого не произойдёт. — Пол был уверен в своих словах. — И вообще, я не верю, что он это сделал. Я не верю, что Господь дал такой дар в руки убийцы. — Но этот человек приговорён к смертной казни за убийство. — пожал плечами Тервиллиджер. — И, кроме того, он — гигант. Если он побежит, это немыслимо — остановить его. — Нам надо взять ружья, кроме пистолетов. — задумчиво произнёс Хауэлл. — Я настаиваю на этом. Если он сделает хоть шаг в сторону, мы его расстреляем. Согласен? Эджкомб кивнул. — Тогда выкладывай план.