Узумаки Наруко, солнце Конохи

      Маленькая девочка сидела в раменной со своим сенсеем. Вокруг было очень много приятных ароматов, тешевших и щекотавших рецепторы носа. Людей было не сказать, что много: семейная пара с маленькой девочкой да пара усталых ниндзя, очевидно зашедшие перекусить и выпить рюмку соджу в приятное заведение. Ичираку Рамен было небольшим, но атмосферным заведением — повсюду были серые стены из бетона, и лишь вывеска призывно мерцала красными буквами. Это заведение нравилось девочке. Его хозяин — Теучи — и его дочь относились к ребёнку достаточно доброжелательно. Они не кидали насмешку, в их глазах не было страха. Неизвестно, было это из-за их доброты, или от того, что девочка была постоянным клиентом и вкладывала в их кассу приличную сумму. Другие жители относились к Узумаки враждебно. Это могло выразиться как в завышении цены в магазинах, просто неприятными словами и взглядами, так и специально пущенным камнем со стороны генинов и чунинов, да и просто пьяных людей. Девочка всегда задавалась вопросом, почему это происходит, но спрашивать не было желания. Учитель мог и не сказать, а у других спрашивать опасно для жизни — говорила интуиция. Это полезное чувство, ведь уже не раз она буквально спасала жизнь. Сегодня, после очередной выходки, Наруко до вечера оттирала своё искусство на монументе. Не сказать, что приносило ей удовольствие, но она это сделала. Всегда стоит слушать себя, но блондинка понимала, что поступила неправильно. Рядом с ней сидел брюнет. Он является учителем в академии шиноби — месте, где начальное образование получают дети до 12 или тринадцати лет. Бывает, конечно, что гении-дети выпускаются раньше срока, но это достаточно редкое явление. — Наруко, зачем ты разрисовала скалу Хокаге? — брюнет протянул Аяме купюру, и она дала ему, ароде, уже четвертую порцию. Блондинка очень любила рамен, ведь он был недорогим и давал много энергии, а взять денег у ребенка было выше моральных принципов мужчины. Он вздохнул и посмотрел на девочку, с аппетитом поглощающую пищу, как будто это была божественная манна. — Ты же знаешь, кто такие Хокаге? — спросил Умино, попутно заглатывая очередную порцию рамена. Он поморщился от количества специй и добавил немного соли. Мясо застревало во рту, но ему понравился этот островатый бульон. Тем временем обладательница симметричных полосок доела и, вытерев рот рукавом просторной оранжевой ветровки, уставилась на учителя, задающего странные по глупости вопросы. — Конечно! Хокаге — самые сильные ниндзя в деревне, они защищают жителей, их все уважают и любят. А Четвертый Хокаге защитил деревню от Девятихвостого демона лиса. Умино перевел взгляд и столкнулся взглядом с голубыми омутами. — Но тогда почему? — Потому что я стану следующей Хокаге, и тогда все жители в деревне признают меня! — глаза Узумаки были наполнены решимостью. Каждый раз, когда она говорит о своей мечте, сердце трепещет и бьётся. В душе появляется надежда. Она знает, что это создано для неё. Она хочет, чтобы ее любили и уважали. Она представляла, что когда она вырастет, у неё будет и шляпа, и плащ, и уважение. Она будет красивой и волевой, будет приходить в академию на годовой обход, будет читать ненужные, но почему-то еще читаемые лекции о силе Огня, будет выдавать миссии шиноби…       Вдруг она смущённо улыбнулась и спросила: — Ирука-сенсей, а можно попросить Вас об одолжении? — Что…. хочешь еще рамена? — Нет, можно примерить Ваш протектор? — Нет, Наруко, ведь свой ты получишь уже завтра, — улыбнулся ей Ирука. Он дотронулся до лба девочки и улыбнулся ей, видя обратную реакцию.

***

***       Наруко сидела на качелях возле старого дерева. Она не сдала этот экзамен в третий раз. Глаза закрыла мокрая пелена слёз, было до жути обидно. Глупый сенсей не дал ей и шанса. Пока все выходили счастливыми, она не понимала причину, почему она не сдала. Она старалась, верила в себя, как и говорили другие, но не получаются у неё клоны! Не думаю, что и в миссии они бы попались. Всем выпадали разные техники, а учитель как будто издеваясь над мечтой, постоянно давал ей именно ее.       Шёпот детей и взрослых заставлял сердце сжиматься от обиды. Родители смотрели на неё с плохо скрытой издевкой, но можно было и выцепить взгляды, полные жалости. От этого где-то в желудке рождалось чувство горечи. Блондинка подняла взгляд в небо, чтобы капли слёз не заливали лицо, но это мало чем помогло. — Смотрите, это она…… — Да, она единственная не сдала экзамен…… — Так ей и надо. Такие, как она, не должны становиться шиноби……       Множество голосов, наполненных презрением и злостью, она слышит каждый день. В горле пересохло, а в глазах защипало с новой силой. Именно в этот момент ей больше всего не хватало родителей. Она много думала о них: почему они мертвы, любили ли они её, была ли она желанным ребёнком? Она бы отдала все богатства за возможность встретиться с ними, поговорить, обнять их, расплакаться у них на руках, как все дети. Но судьба не благоволит ей — она не может этого сделать, ведь сама смерть забрала их. От таких мыслей слёзы полились с новой силой.       Наруко всегда было интересно, как выглядели её мама и папа. Она не знала о них ничего: ни как их звали, ни как они выглядели. Лёжа дома на кровати, она всегда представляла себе их внешность и то, что они ушли на очень важную миссию, но обязательно вернутся.       Она думала: «Почему, почему только я не сдала? Я ведь всегда так старалась!». — Наруко, не злись на Ируку-сенсея, — к ней подошёл Мизуки. Он имел обычную внешность, можно сказать, серую. Его было трудно заметить среди ярких цветов. Он напоминал случайное пятно от отбеливателя на любимом ковре, если искать альтернативу. — Но почему только я? — с обидой сказала девочка. Она вытерла тыльной стороной ладони влагу и шмыгнула носом.ю смотря на мужчину снизу вверх. — Ирука-сенсей понимает тебя. Ведь у него тоже нет родителей. Он хочет, чтобы ты стала сильнее, но этого не будет, если он станет тебе потакать.       Девочка обречённо опустила голову. Она пнула камешек, и со злости он отлетел к стайке птиц. Они мгновенно взмахнули крыльями и закаркали — Но я так хотела получить протектор! — Ну, у меня есть одна идея, — ухмыльнулся сенсей. Он завёл руки за спину и повел плечом, отходя в сторону.

***

      Поздним вечером в доме старик-Хокаге, как его обычно называет Наруко, сидел над стопкой бумаг и курил трубку. Дым неравномерными кольцами подлетал вверх, теряясь в потолке. Рядом валялась кипа свитков, которые он взял с работы. Он выглядел расслабленно.       В комнате послышался шум. В дверном проёме появилась девочка. — Наруко, что ты делаешь в такое время у меня дома? — спросил он.       Испугавшись, девочка сложила печать и сказала: — Хенге секси, но дзюцу, — и вместо неё появилась привлекательная обнаженная девушка.       Не выдержав, из носа старика потекла кровь, и он упал в обморок.       Наруко рванула к шкафу со свитками, наконец-то найдя нужное, она уже собиралась уходить, как увидела на столе нечто любопытное. Она прочитала.

«Список распределённых команд. Команда номер семь: Сакура Харуно, Наруко Узумаки, Саске Учиха — сенсей Какаши Хатаке».

— Эх, вот не повезло с командой, — вздохнула она. Она знала всех, кроме сенсея. Это было и хорошо, и плохо. Сакура была шумной, а Саске производил впечатление напыщенного богатого наследника. Блондинка общалась с одноклассниками, но с ними она находила мало общих тем. Если у Сакуры в голове был Саске и соперничество с Ино, то мысли темноволосого были окутаны ореолом тайны. Да, он выглядел загадочно, но девушка не видела причин в охоте за ним. Да и пресловутая интуиция недовольно сигналила, когда видела взгляд Учихи. Не так должен смотреть двенадцатилетний мальчик.       Посмотрев ещё раз внимательно на стол, она увидела личное дело будущего сенсея. «Какаши Хатаке — джоунин, Копирующий Ниндзя, Шаринган Какаши. Бывший член АНБУ. Знание более тысячи техник. Владение четырьмя стихиями. Привычки опаздывать. Увлеченная чтением книг взрослого содержания «Приди-Приди Рай», — читая всё больше, Узумаки поднимала бровь вверх. — Хм, а наш Какаши-сенсей силён, мне повезло, что я наткнулась на такую важную информацию.       Но на возмущения больше не было времени, потому что Хирузен начал приходить в себя. Выпрыгнув в окно вместе со свитком, она умчалась в сторону леса.  — Неугомонная девчонка, — добродушно хмыкнул старик, смотря на убегающую по крышам Узумаки.

***

      На улице уже было темно, красивая луна светила в небе. Какое-то время спустя недовольная Наруко пыхтела над запретным свитком. Первое дзюцу было техникой теневого клонирования. Она недовольно вздохнула. Почему именно эта техника?! В какой-то момент она заметила отличия. Здесь было написано, что клоны являлись телесными и материальными. Чакра между клонами распределялась равномерно, после развеивания клонов, опыт, знания, как и усталость, передаются оригиналу. Как бы это трудно не было, пользу приносило колоссальную. — Хм-м, это занятно.       Также для применения техники нужно было выучить серию печатей, после её освоения можно было бы использовать одну сокращённую печать. Прошло довольно много времени, пока Наруко изучила печати. Ей плохо давалось сначала, но терпением и трудом она добилась неплохой автономности и скорости. — Наруко!!! — крикнул Умино, который будто возник из ниоткуда. — Вы уже нашли меня, Ирука-сенсей? Как быстро! Я успела освоить только одну технику. Я покажу её, и Вы поставите мне зачёт! — Узумаки улыбалась. Она резко подскочила к мужчине и потянула его за локоть к камню, на котором лежал свиток. «Так она просто тренировалась?», — подумал он, позволяя себя тараном тащить на поляну. — Мизуки-сенсей рассказал, что можно стать ниндзя, изучив любое дзюцу из этого свитка! А ещё он сообщил, где можно его взять! Я и не знала, что он такой хороший! — голубоглазая воодушевлённо вскакивала и подпрыгивала на месте.       Ирука начал нервничать. Мизуки — предатель! Как он мог так её использовать?       Раздался неожиданный звук летящего сюрикена, а следующие действия произошли для девочки слишком неожиданно. Толкнув на землю, её прикрыл сенсей, а из его спины торчал огромный сюрикен. — Почему?! — сквозь слёзы спросила Наруко. — Потому что…. мы похожи, — прокашлявшись, прошептал шиноби и дотронулся до лба Узумаки. — Наруко, отдай свиток! — гаркнул Мизуки. Он стремительно подлетел к девушке и её сенсею. Он набрал слюны и сплюнул, чуть не попав в тело, стремительно теряющее температуру. Его нейтральное лицо омрачил почти звериный оскал, глаза приобрели маньячный блеск. — Видишь, демон, и его в Ад утащить успела! — Нет, не слушай его, — крикнул шатен. — Ирука просто пугает тебя. Он не хочет, чтобы ты заполучила свиток, — мужчина пытался переманить девочку на свою сторону. — Хватит лгать, Мизуки! — Умино был в бешенстве. Он попробовал пошевелить рукой, но силы покидали его. Оружие оппонента было в парализующем яде, но если он дернется посильнее, то успеет спасти ребенка. — Я расскажу тебе, кто здесь лжёт, — Мизуки усмехнулся. Наруко стояла и не знала, что делать. Её тело сковал страх и ужас, она чувствовала, что не может даже открыть рта для крика. Она отошла на шаг в сторону чащи, но ноги тряслись. По спине побежали мурашки, а предатель тем временем, хохоча, пнул Умино. Изо рта шиноби пошла кровь и он закашлялся. Блондинка в немом ступоре смотрела, как его кровь заливает его же протектор. — Нет, заткнись, Мизуки, об этом нельзя говорить, — уже в отчаянии кричал чунин. Он постарался и встал, но ноги плохо его слушались. Враг подскочил поближе к Наруко и достал кунай. — Что?! О чём вы? — Наруко не знала, что здесь вообще творится и кому из них можно верить. Она сделала ещё одну попытку сбежать, но в итоге просто отодвинулась на полмили. Она повернулась боком к свитку и положила руку на пояс, смотря то на беловолосого, то на шатена, как будто решая, что ей делать дальше. — Это известно всем, кроме тебя. Ирука пытается скрыть это от тебя даже сейчас, раз он готов на всё, чтобы я замолчал! Бедненькая, даже не знаешь о той чести, о том законе, в котором ясно говорится про такое существо, как ты, — Мизуки исправил голос на добрый и посмотрел на девочку. В его глазах была пустота, но губы были изогнуты в пародии на улыбку. — О чём вы, чёрт побери, даттебайо?! — крикнула Узумаки, — Что за закон? Почему я не знаю про него? — Не рассказывай! Это запрещено! — Ирука с трудом мог двигаться из-за ранений и потому не мог достать Мизуки.       Он впервые чувствовал себя таким беспомощным. Что же будет, если Наруко узнает правду? Он с ужасом представил, что она заплачет или разозлится и не сдержится. И страх, и жалость, и гнев бурлили внутри. — Они скрывают, что девятихвостый демон-лис, разрушивший деревню больше десяти лет назад, — это ты!       Наруко задрожала. Нет, это не так, это не может быть правдой. А в голове возникли все моменты её жизни и, словно мозаика, сложились в одну большую картину. Вот почему её ненавидят в деревне, вот почему избегают, боятся, презирают и называют демоном. Тело задрожало, а ноги предательски подкосились. Она осела на колени, но быстро вскочила, протягивая руки к свитку. Она монстр и демон.       Не слушая дальше ничего, она бросилась бежать вперед. Пробежав какое-то расстояние, она остановилась. Тело била дрожь. Отчаявшись, она прислонилась к дереву, потому что бежать не было смысла. Она — монстр. А от себя не убежишь. В какой-то момент она затихла, услышав разговор. Сердце стучало где-то в пятках, а бумага приятно холодила кожу через порванную футболку. На щеке ещё был отпечаток с кровью шатена. Но девушка не видела ничего. В голове набатом стучали все проклятья. Но слёзы не шли. — Ты хочешь умереть, защищая этого демона? — презрительно протянул шиноби, — Она такая же, как и я. Демон лис, получив силу, захочет отомстить деревне. — Да, ты прав. Демон лис сделает именно так, — сердце сжалось, по щеке покатилась одинокая слеза. Она — монстр. Даже Ирука-сенсей её ненавидит. Но следующие слова заставили плакать её ещё сильнее, — Но Наруко — не демон. Она девочка, которая всегда упорно трудиться. Да, у нее иногда что-то не получается, она хулиганит, чтобы привлечь внимание. Но она не является демоном, она — шиноби деревни, скрытой в листве, она — Узумаки Наруко!       Слёзы перестали литься, а вместо страха пришла решимость. В голове за секунду проскочили их встречи и уроки. И руки сами сжались в кулаки. — Ты идиот, Умино, и ты умрёшь прямо сейчас.       Внезапно мужчина отлетел, ударившись о дерево. — Не смей трогать моего сенсея, ничтожество. — Наруко, что ты делаешь? — крикнул Ирука. — Я защищу Вас, сенсей, не переживайте. — Демон-лис, покажи, на что ты способна, — кричал на неё Мизуки.       Голубоглазая улыбнулась. Она хрустнула шеей и подняла ногу. Опустив её и стерев кровь с щеки, она посмотрела на мужчину снизу, исподлобья. — Тебе нужен демон? Ты его получишь, — сложив необходимую печать, она выкрикнула: — Каге буншин, но дзюцу.       С хлопком всё ближайшее пространство заняли около сотни клонов. Идеальных теневых клонов. — Наруко! — шокировано сказал Умино — Это невероятно, это не обычные клоны, они материальны! — Ну, что ты там стоишь? Разве не ты хотел со мной разобраться? Если ты не подойдешь ко мне, то это сделаем мы! Вперёд! — крикнула Узумаки, и на несчастного мужчину набросилась толпа разъяренных куноичи. Наруто успела лично всадить пару ударов под печень и теперь почувствовала странное удовольствие и удовлетворение. Позже она подскочила к сенсею и помогла ему сесть.       Послышались звуки ударов. Когда всё прекратилось, на земле лежал избитый сенсей. — Кажется, перестарались, — смущённо сказала девочка, потерев подбородок. — Наруко, — тепло улыбнулся сенсей. — Ирука-сенсей, Вы в порядке? — обеспокоенно спросила Узумаки. — Да, всё хорошо. У меня для тебя сюрприз, подойди ближе и закрой глаза.       Девочка удивилась, но послушно выполнила указания. — Всё, можешь открывать.       Сначала Наруко ничего не поняла, но потом почувствовала холод от железного протектора. — Поздравляю, теперь ты настоящий шиноби.       И улыбка сама собой появилась на лице. Снова захотелось плакать. — Ирука-сенсей! — крикнула она и обняла мужчину. Мужчина ойкнул, но положил руку на плечо в неловком похлопывании. Наруко отстранилась и посмотрела на него с искрами в глазах. Её лицо вновь посетила та самая улыбка, которая и делает из неё ребёнка-солнце. она зажмурилась и прошептала:  — Спасибо Вам большое! ***       Узумаки Наруко лежала в постели. Тело немного болело после такого приключения. Она думала о словах предателя Мизуки. Демон лис… Она — демон лис… В конце концов она уснула. Сон был беспокойным, но долгожданным. Много какие эмоции посещали её, но она провалилась в приятное забытье. Последней её мыслью было: «Интересно, а какой он, этот Девятихвостый?».