Прикосновения

Обратный путь в Лондон они провели в уютном молчании. За окном автомобиля сгущались сумерки, вдоль дороги уже зажглись фонари. Азирафель был тих и задумчив, а Кроули не торопился разрушать мирную тишину. На душе у демона было на удивление спокойно. Он и подумать не мог, что ему будет так важно, как ангел отнесется к его змеиной форме. Когда он перекинулся на пляже, он сделал это совершенно без задней мысли. Так он изредка поступал, когда был утомлен или особенно расстроен, это здорово успокаивало. Но он и помыслить не смел превратиться на глазах у Азирафеля, дабы не смущать его своим нечеловеческим видом. Поэтому таким удивлением для него оказалась реакция его возлюбленного ангела: принятие. И даже больше: искреннее восхищение. И теперь он был странно опустошен, будто еще один огромный камень свалился с его плеч. О чем думал Азирафель — было неведомо, но наслаждающийся безмятежной поездкой Кроули решил подумать об этом как-нибудь в следующий раз. Или же дождаться, когда ангел решит поделиться с ним своими мыслями. В том, что тот так и поступит, если посчитает нужным, демон и не сомневался. *** Бентли плавно затормозила у книжного магазинчика. Азирафель встрепенулся, осматриваясь. — Уже приехали? — несколько расстроенно произнес он. — Я могу тебя еще покатать, если хочешь — тихо ответил Кроули. — Нет, не надо, — улыбнувшись, сказал ангел. — Просто немного жаль, что наша поездка закончилась. — Она явно не последняя, ангел. Или ты хочешь сказать, что больше не собираешься приглашать меня на свидания? — разрядил обстановку демон. Азирафель благодарно на него посмотрел. — На твоем месте я бы на это и не надеялся даже, Кроули, — он ласково провел ладонью по колючей щеке. — Я приеду завтра, хорошо? Часов в… Кроули дотронулся пальцами до его губ. — Приходи, как захочешь, ангел. Я всегда рад тебе. Кончиками пальцев он почувствовал улыбку Азирафеля. — Хорошо, — просто ответил тот. *** Но на следующий день ангел так и не появился. Демон не придал этому большого значения. Раньше они могли не видеться годами, и как бы это ни было больно для него, в этом не было чего-то особенного. Разумеется, Кроули всегда следил за Азирафелем, но не всегда он делал это лично. Иногда ему было достаточно знать, где находится его обожаемый ангел, а так как их обычно посылали на задания в одно и то же место, но с противоположными намерениями, в физическом присутствии рядом нужда была не так чтобы и часто. Он скорее делал это ради собственного успокоения, или просто когда хотел того увидеть, но не мог найти повода. Так что один день ничего не изменит, убеждал себя он. Вряд ли с Азирафелем что-то случилось за такое короткое время. Но тот не пришел и на следующий. Как и через один. На утро четвертого дня демон начал не на шутку нервничать. Он позвонил в магазинчик: ему ответили длинные гудки. Автоответчика у Азирафеля не было. Прыгнув в машину, Кроули стрелой помчался в Сохо, только чтобы поцеловать закрытые двери. Свет в окнах был выключен. Он запустил руку в волосы и с силой дернул рыжие пряди. Как он мог упустить его? Что могло случиться? Неужели за ними пришли? О нет, нет! У них же должно было быть больше времени! Их же должны были оставить в покое! Ему же обещали! Земля словно утекла из-под ног потерянного демона. Время для него будто застыло. Вокруг продолжали сновать люди, но он не видел их. Как размытые силуэты, они тенями огибали его. Кто-то врезался в его плечо, и Кроули развернуло на месте. Рассерженный прохожий что-то кричал ему в лицо, но он слышал лишь только раскатистый гул, нарастающий в ушах. Не в силах больше это выдерживать, он отмахнулся от этого человека, как от назойливой мухи, и, шатаясь, побрел к своей Бентли. Дверца автомобиля захлопнулась, отсекая все звуки. Демон остался один в звенящей тишине. Самый ужасный кошмар настиг его. Кроули хотел себя успокоить, убедить, что он пугается по пустякам, что это всего лишь какая-то пара дней, и ему надо перестать вести себя как изнеженная барышня. Но у него не получалось. Страх ледяной рукой пробрался в его грудную клетку и крепко сжал лихорадочно стучащее сердце, мешая сделать вдох. Он закрыл лицо руками. Из холодного оцепенения его вырвал внезапный телефонный звонок. Демон равнодушно скользнул взглядом по неизвестным цифрам на экране. Как он вообще мог подумать, что реклама по телефону — это восхитительная идея? Стукнуть бы себя по глупой башке в тот момент, когда он нашептывал людям эту идиотскую схему. Да какой дурак вообще мог в здравом уме подумать, что настойчивые звонки от неизвестных личностей заставят хоть кого-нибудь хоть что-нибудь купить! Горькая опустошенность уступила место злости. Телефон под его прожигающим взглядом послушно замолчал. Только чтобы зазвонить снова. Кроули застонал от раздражения. Что же, этот навязчивый остолоп был на диво неудачлив сегодня, но видит Небо, расстроенному демону было сейчас просто физически необходимо куда-нибудь деть свое недовольство. — Да! — дьявольски скалясь, прорычал он в трубку, готовый устроить незадачливому менеджеру какой-то Богом забытой, не иначе, компании персональный армагеддон. — Кроули, это я, Азирафель. Услышав родной голос демон сдулся, словно шарик, из которого внезапно выпустили воздух. — Ангел? — неверяще прошептал он. — Ну да. Постой, ты что, не сохранил мой номер? Кроули стукнул себя кулаком по лбу. И-ди-от, ну какой же он идиот. Сам ведь принес тому мобильный телефон, и сам же ухитрился об этом совершенно забыть. — Ну да ничего, это не страшно, — продолжил Азирафель. — Ты далеко? Я, как освободился, сразу приехал к тебе, а тебя тут нет. Наверное, стоило заранее позвонить, но я как-то запамятовал про эту штуку, не привык еще к общению без проводов. Очень удобно, кстати. — Да, удобно, — повторил за ним Кроули, поворачивая ключ зажигания, костеря себя на все лады. — Я сейчас буду, ангел, дай мне десять минут. — О, но если у тебя есть дела, я могу подождать, не волнуйся. — Нет у меня никаких дел. Скоро буду, — буркнул он. — Уверен? Ну раз так, отлично. Целую! Демон шумно сглотнул, замирая. — Кроули? Я что-то не то сказал? Так не говорят больше? — Я скоро буду, — как попугай, в третий раз повторил демон и сбросил звонок. Сердце в его грудной клетке заново училось стучать. *** Азирафель понял свою ошибку в тот же момент, когда увидел запыхавшегося Кроули, который почему-то предпочел бежать вверх по лестнице, вместо того чтобы спокойно дождаться лифта. — Энтони? — робко начал он. Демон только зыркнул на него, окидывая взглядом на предмет повреждений. Не найдя оных, молча отодвинул растерянного ангела в сторону, чтобы открыть ключом дверь. — Энтони, я… — обжигающий взгляд и приглашающий жест перебили взволнованного Азирафеля. Кроули еще никогда не вел себя так с ним. Обычно вспыльчивый, демон вел себя до ужаса тихо. У ангела засосало под ложечкой. Кроули сделал пару шагов по комнате, а затем поднял на него какой-то странный, обиженный взгляд совершенно больных глаз. Он смотрел с укором и горечью, и Азирафель понял, что чувство вины скоро затопит его с головой. — Родной, послушай… Кроули снова остановил его, на сей раз жестом руки. — Ангел, это ты послушай. Хотя нет, не так. Ты можешь сесть? — кивнул он в сторону небольшого кожаного диванчика. Азирафель исполнительно занял место на самом краешке. Демон как-то горько усмехнулся своим мыслям. — Если я начну говорить, я все испорчу, — глухо начал он. — Поэтому я предлагаю так. Ты говоришь — я молчу. А чтобы я не сорвался… И перед изумленным ангелом снова появилась огромная змея. — Энтони… — только и смог выдавить растроганный Азирафель. Длинное тело бесшумно приблизилось к замершему на диване ангелу. Тот посмотрел в любимые глаза и спрятал лицо в руках. Его плечи дрогнули. Треугольная голова аккуратно толкнулась в сжатые ладони, снова заставляя Азирафеля посмотреть на него. — Любимый, прости, я не сдержал обещания, — прошептал ангел. Увидя непонимание, он пояснил: — я обещал прийти к тебе на следующий день. Змей издал странный звук, похожий на фырканье. — И я должен был дать тебе знать, что со мной все в порядке, и что у меня появились дела. Кроули отвернулся и согласно отвел глаза. Азирафель несмело дотронулся до черных чешуек на лбу. Демон потянулся за этим прикосновением. — Прости меня, счастье мое. Кроули помотал головой, утыкаясь острым носом в родные колени. Удивительно, всего пары слов оказалось достаточно, чтобы окончательно успокоить бурю, кипящую внутри него. Ангел обнял его голову обеими руками. Посидев так немного, Азирафель несколько отстранился. Разнежившийся демон удивленно на него посмотрел. — Не хочешь ко мне? — спросил ангел, ласково улыбаясь, похлопав себя по бедру. — У меня есть новости и пара вопросов, которые я хотел бы тебе задать, но раз ты такой восхитительно красивый, они могут подождать. Кроули наклонил треугольную голову на бок, словно раздумывая над этим предложением. — Родной, ну пожалуйста, дай мне тебя обнять. Я так соскучился, — добил его Азирафель. Демон непроизвольно стреканул раздвоенным языком, словно пытаясь почувствовать искренность этих слов на вкус. Кивнув в качестве согласия он ловко скользнул на сиденье возле ангела, который уселся поудобнее, откидываясь назад в приглашении. Стойко выдержав взгляд желтых глаз с вертикальным зрачком, он снова похлопал себя по бедру. Змей осторожно придвинулся поближе, наклоняясь к самому лицу Азирафеля, словно нависая над ним. Тот тяжело вздохнул. — Я так не могу, Энтони, прости меня, — начал он. Кроули отшатнулся, готовясь перекинуться обратно, но не успел. Руки ангела обхватили его тело, кольцами свернувшееся рядом, и одним движением переместили на колени, крепко прижимая к себе. Змеиная голова дернулась, теряя равновесие, и улеглась на любовно подставленное плечо. Нежная ладонь пригладила чешуйчатый лоб, почесала у основания шеи и прошлась вдоль верхней части туловища. — Просто невероятно, ты такой милый, — воскликнул Азирафель, вжимая его в себя. Демон в изумлении повернул к нему голову. Ангел счастливо рассмеялся. — Такой лапочка! Змеи не умеют закатывать глаза, но попытаться точно стоило. Ласковые ладони обхватили змеиную морду и Азирафель прижался к покрытой плотными чешуйками щеке своей, потерся носом, явно наслаждаясь, мягко поцеловал в бровь. Кроули не смог сдержаться, и мягкий раздвоенный язык на долю секунды коснулся нежной шеи. Ангел захихикал от щекотки. — Шельмец! — гордо провозгласил он. Тонкие пальцы скользнули по внутренней поверхности змеиной шеи. — А я и не заметил в прошлый раз, что у тебя тут рыжие чешуйки. О, и вот тут тоже, — коснулся он чуть ниже, — и на носу! Ты гораздо более рыжий, чем черный, оказывается. Смущенный до крайности, демон поспешил спрятать этот самый рыжий нос за спиной восхищенного ангела. Мстительно щекотнул белобрысый затылок языком. Азирафель только рассмеялся. Его пальцы нежно почесывали змеиный бок. Кончик черного хвоста затрепетал от удовольствия. Кроули потянулся вверх, желая спустить ласковые прикосновения ниже по спине, и улегся на плечи ангела, обнимая его за шею, спускаясь с другой стороны груди. — Буп! — ангел кончиком пальца мягко толкнул змеиный нос. Выражение возмущенного до глубины души демона было поистине бесценным. Азирафель одной рукой трепетно прижал змеиное тело к своей груди, чтобы тот ненароком не свалился с покатых плеч, а другой ласково погладил Кроули по голове. Его солнечная, открытая улыбка бальзамом лилась на сердце демона. Змей скользнул лбом под гладкий подбородок, ластясь, словно огромный кот, и положил свою тяжелую голову на твердую грудь, окончательно расслабляясь. — Ты такой красавец! Как бы я хотел превращаться в кого-нибудь наподобие тебя. Перед мысленным взором демона появился боевой хомячок с ангельскими крылышками, в маленьких лапках сжимающий слишком большой для него пламенный меч. Азирафелю послышалось странное прерывистое шипение, отчетливо напоминающее смех. — Ах, вот ты как думаешь обо мне? — притворно надулся он, но не выдержал, и фыркнул сам. — Но ничего, одного симпатяжки в нашей семье и так достаточно. Сказал и замер. Большая змеиная голова медленно поднялась с его груди и Кроули повернулся, неверяще глядя в несколько испуганные глаза. — Я не… Нет, я хотел, но… — залепетал смущенный ангел, а затем, глубоко выдохнув, он промолвил: — Я хотел об этом с тобой поговорить. Ты по-настоящему замечательный в этом облике, но мне немного сложно… Пожалуйста, ты не мог бы перекинуться обратно? С сожалением ангел почувствовал, как приятная тяжесть змеиных колец покидает его колени. Кроули перетек обратно в человеческую форму, садясь боком на диване, настороженно всматриваясь в любимое лицо. — Ох, я снова все испортил, не так ли, дорогой? — грустно спросил Азирафель, мягко касаясь ладонью колючей щеки. Демон молчал, давая тому слово, внутренне холодея. Хотя он уже знал, что бы ни произнес сейчас его обожаемый ангел — он примет это, так же, как принимал все решения Азирафеля на протяжении их дружбы. — Энтони, то, что я сказал — правда для меня. Я действительно считаю тебя своей семьей. У ангелов не может быть родных, ты знаешь, и тем более мы не можем выбирать себе спутников. Но мы с тобой оба уже давно в курсе, что не такой я и образцовый ангел, верно? И я хочу, чтобы ты знал, что сейчас я как никогда счастлив этому. Потому что я, кажется, выбрал. Кроули забыл как дышать. Дрожащими пальцами он накрыл ладони Азирафеля. — Я не уверен, что понимаю… — не в силах поверить, пробормотал он. — Ты и в самом деле хочешь сказать, что… — Я знаю, что для нас это просто условности. Мы и так столько времени вместе, и, я надеюсь, уверены друг в друге, — сбивчиво продолжил ангел. — Я… Если честно, я не могу найти логичных причин для того, что я хочу предложить тебе. Но я чувствую, всем сердцем, всей душой, что это самое верное мое решение, которое я когда-либо принимал за всю свою жизнь. — Ази… Ты имеешь в виду… — не веря собственным ушам, прошептал демон. Азирафель на секунду зажмурился, собираясь с мыслями, а потом открыл глаза. Абсолютно серьезный и какой-то торжественно-встревоженный, он крепче сжал подрагивающие ладони в своих руках. — Энтони Дж. Кроули, — как-то слишком официально начал он. Затем замер на секунду и немного неуверенно улыбнулся. — Нет, не так. Любимый мой, счастье мое, войдешь ли ты в вечность со мной, не как мой друг, соратник и возлюбленный, но как партнер и законный супруг? Кроули замер на месте. Казалось бы, он понимал, к чему может вести этот разговор, но в тот миг, когда ангел произнес эти удивительные, невозможные слова, они прозвучали так пронзительно неожиданно, что весь мир растерянного демона будто перевернулся. На секунду его сердце словно остановилось. Он абсолютно забыл, как дышать. Немигающим взглядом он смотрел в любимое лицо, которое видел столетиями, и словно не узнавал его обладателя. Величайший дар. Он думал, ангел уже преподнес ему самый удивительный подарок, когда позволил прикоснуться к себе. Когда сказал, что желает его. Когда предложил ему всего себя. Но сейчас, сейчас Кроули понял, в чем заключается самая огромная милость, о которой он бы и не смел мечтать. Он не мог говорить. Немыслимые, до боли желанные слова будто лишили его голоса, и он в отчаянии вглядывался в родные глаза, всей своей душой пытаясь донести то, о чем отчаянно стучало его сердце. Что билось в его висках, что мучительно разрывало его грудь. Одно простое слово. Ангел ласковой рукой дотронулся до мокрой щеки, большим пальцем стирая постыдную для гордого демона соленую влагу. Постыдную ранее, но не сейчас. Кроули прикрыл свои золотые, нечеловеческие глаза, судорожно, будто неумело вдохнул, и уткнувшись своим лбом в лоб Азирафеля, прошептал свой ответ прямо в приоткрытые губы.