yoonjin in love

Взгляд Юнги зачастую кажется холодным, почти леденящим душу, а через секунду уже мягким и заботливым. Джину очень нравится наблюдать за тем, как внезапно он меняется, но такую возможность Юнги предоставляет реже, чем хотелось бы. Его маленькая стесняшка нечасто смотрит в глаза. Во время разговора Юнги бегает глазами по лицу или одежде Сокджина, помещению, пейзажу за окном, смотрит на все подряд, но только не в глаза. И только в тот момент, когда Джин отвернется или опустит взгляд, Юнги осмелится взглянуть в красивые глаза хена. Периодически это смешит его, заставляет в очередной раз влюбиться в единственного в своем роде такого нежного Юнги. То, как наивно он пялится на него, когда уверен, что никто не замечает, просто не может не улыбнуть. Но зачастую это просто бесит. Джин просто хочет взглянуть ему в глаза, ведь порою во взгляде говорится больше, чем количеством слов, извлекаемых ртом. А Юнги снова играет в свои никогда не заканчивающиеся прятки. В такие моменты Джин уверенно кладет руку ему на плечо, слегка сжимая, и перестает говорить, пока Юнги наконец-то не проиграет, наберется духу и посмотрит в добрые глаза напротив, жаждущие этого на протяжении всего разговора. — Юнги-чи, — нежно зовет Джин, пока они в кафе ждут заказа. Юнги уперся в телефон, игнорируя внешний мир, включая негодующего хена. — Юнги, — уже немного грубее повторяет Сокджин. — Да? — не отрываясь от экрана, отзывается Юнги, даже не собираясь на него взглянуть. Но теперь в ответ тишина, и Юнги знает этот прием, но ведётся каждый чертов раз. — Что? Он все же смотрит на него, но, конечно же, не в глаза — на губы. Сокджин закатывает глаза и прикрывает ладошкой рот, приблизившись к хмурящемуся Юнги. Джин часто совершает странные поступки, с этим остается только смирится и начать принимать как часть его, без которой он не может являться самим собой. Он продолжает молчать, грозно и недовольно уставившись на увлеченного чем-то в телефоне Юнги, который снова уходит в сеть, хмыкнувшего от такого несерьезного поведения хена. Ему зачастую кажется, что он старше, потому что все приправляет шутками и своим, разумеется, очаровательным смехом. Правда, стоит Сокджину сказать что-нибудь действительно серьезное и важное, он сразу даже внешне старше становится, и хочется, чтобы он снова начал вести себя как дитя, потому что от «взрослого» Джина как-то не по себе. — Ну же, посмотри на меня, Юнги-я, — прямо просит Джин, подаваясь вперед, и забирая из рук обомлевшего Юнги телефон. — Я нуждаюсь во внимании больше, чем бездушная техника, а ты меня его лишаешь. — Я всегда уделяю тебе внимание, хен, — бурчит Юнги, теперь принципиально смотря на свои сцепленные в замок руки. — Но не смотришь на меня! — Сокджин громко возмущается и ловит на себе неловкие взгляды других посетителей, но не Юнги. — Ну же, — он сменяет гнев на милость и аккуратно приподнимает его голову за подбородок, но Юнги, включивший капризулю, зажмуривает глаза, уже с поднятой головой, непроизвольно ластясь под нежное прикосновение Джина. Джин водит большим пальцем по щеке, поднимается к глазу и еле ощутимо проводит по ресницам, которые в ответ начинают трепетать словно крылья. Сокджин уже предвкушает свою победу в довольно-таки предсказуемом бою. Юнги может сколько угодно упираться и быть недовольным тем, как себя ведет Джин, но лед тает, стоит ему наглядно показать, что он серьезно любит его. Юнги медленно открывает глаза и стреляет взглядом сразу в глаза Джина, который этого только и ждал. В любой ситуации это извлекает искру, ощущаемую даже физически –покалыванием где-то в груди и толпами мурашек по всему телу. Нельзя сказать, что Юнги не любит это, просто в такие моменты он чувствует себя еще более уязвимым перед Джином. Ведь он может спокойно смотреть в глаза другим, но стоит пересечься с Джином и мозг отключается, а сердцебиение напротив учащается как при физической нагрузке. Сокджину это ужасно льстит, но и он не бесчувственный, просто более нахальный и уверенный, но переживает не меньше Юнги, а испытывает, возможно, даже и больше. Ему тоже порою сложно не ляпнуть лишнего или не вспылить, но стоит им посмотреть друг другу в глаза — его отпускает. Конечно, он просто обожает подразнить Юнги, посылая ему воздушный поцелуй или подмигнуть, когда он все-таки осмеливается не избегать зрительного контакта, но ведь не чтобы его позлить, а наоборот — приободрить и в очередной раз очередным способом показать, как он дорог для него. — Ну вот, я же не такой страшный, наоборот ведь, согласись — Джин улыбается и снова проводит ладонью по уже горящей щеке Юнги, который стойко держится и не отводит по привычке взгляд куда-то в облака. — Да, хен, — Юнги кладет на его руку, что на щеке свою, и аккуратно убирает с красного как помидор лица. Он все-таки опускает взгляд, чтобы посмотреть на их руки и переплести их, а потом снова вернутся к сияющим глазам Джина. — Соглашусь.