yoonjin in love

— Хен! Юнги стоит с телефоном в руках, открыв фронтальную камеру, смотрит на себя, подбирая удачное выражение лица, фон, свет, ракурс, перспективу. Он делает несколько кадров, слегка меняя улыбку и продолжает звать Джина, который занят разговором с кем-то. — Давай сделаем селфи, — ненавязчиво предлагает Юнги, когда Джин наконец-то обращает свое внимание. — Здесь очень классно получается. Сокджин хмурится, с недоверием смотря на экран телефона, где они с Юнги с довольно ощутимой разницей в росте стоят, как будто делают фото на документы. От этого становится смешно проходящему мимо Чонгуку, бросающему невзначай, как забавно это смотрится. — Не получится, Юнги-я, — сам усмехается Сокджин, пытаясь присесть и показать сердечко пальцами. Юнги не сдается, отходит дальше, наклоняет телефон и так, и этак, но фотографии получаются смазанными то ли от волнения, то ли от усталости, но факт остаётся фактом. От этого, конечно, досадно, но после дюжины явно неудачных селфи Юнги просто отдает телефон Джину со словами в духе «сделай хотя бы свою фотографию», а ему больше ничего и не остается. Сокджин так же быстро, как и Юнги делает удачное селфи, разумеется, посмотрев результат после. Он с умилением и смехом смотрит на их с Юнги попытки, показывает их остальным, доводя их до слез от смеха. — Вы еще и раздельно сфотографировались в одном и том же месте, — подмечает Чимин и начинает громко гоготать. — Я видел, как в комментариях после этих фото вас уже тихо ненавидят, — высказывает Хосок, пролистывая фотопленку телефона Юнги. — Неужели ни одной нормальной фотки? Юнги шарит по карманам и вспоминает, что забыл телефон у Сокджина, и замечает, как в нем копаются уже все, кому не лень. Юнги почти выхватывает телефон у внимательно изучающего его личные фото Чимина и так же молча уходит, как и ворвался в бурное обсуждение. — Мы же помочь хотели, — вслед бросает Чимин, но остается проигнорированным. Лежа на кровати перед сном, каждый лазит на просторах интернета, изредка показывая что-то смешное или интересное другому. Когда в ленте у Джина всплывает фото Намджуна, Джин вспоминает об их фотографиях. — Юнги, ты выложил наши фотографии? — Юнги смотрит с четко выраженной иронией на Джина. — Где мы по отдельности хотя бы. Юнги выгружает свое селфи, недолго думая над подписью, и снова включает фронтальную камеру. — У нас же могут получаться хорошие совместные фото, — надув губы, бормочет Юнги, привлекая Джина, чтобы тот взглянул в камеру. — Ну вот, смотри. Они лежат рядом, сонные и без косметики, расслабленно улыбаются на одной фотографии, на другой Джин целует Юнги в щеку, на еще одной Юнги смотрит на Сокджина сверкающими из-за освещения или, возможно, своих чувств глазами. В целом, все эти фотографии выглядят в несколько раз лучше, чем то, что они сделали несколько часов назад. — Но мы же не будем выкладывать селфи из кровати под одеялом и в пижамах? — осторожно спрашивает Джин. — Не в этот раз, — вздыхает Юнги, закрывая галерею. — А мою фотку почему не выложил? — Джин забирает у Юнги его же телефон и выкладывает свое селфи, усмехаясь такой маленькой разнице во времени между его публикацией и публикацией Юнги и буквально одному и тому же фону. — Ладно, давай спать, — он зевает и Юнги зеркалит его зевок, тянясь к ночнику. Они выключают свет, но приходит уведомление на телефон Джина. Сообщение от Хосока: «Ребят, даже я вас уже ненавижу». Юнджины лишь пожимают плечами.