Свадьба, свадьба - всё будет хорошо.

Свадьба 3. - Согласны ли Вы, Чо Кюхён, взять в мужья Ли Сонмина... - НЕТ! - Согласны ли вы, Ли Сонмин, взять в мужья Чо Кюхёна... - НЕТ! Священник прокашливается и продолжает говорить с каменным спокойствием, не обращая внимание на остатки костюма жениха и платья второго жениха, летающие по залу. - Итак, я объявляю вас мужем и !... - НИ ЗА ЧТО! - хором. - ГОРЬКО! - рявкает священник и захлопывает книжку. - Целуйтесь уже! Кюхён срывает дырявую фату с жениха, портя некогда идеальную укладку, и кидается на того с поцелуем. Это больше похоже на схватку двух зверей, нежели любовь. Сонмин вырывается, не отвлекаясь от поцелуя, и больно лупит "мужа" по всему, до чего дотягивается. Свадьба - это наисчастливейший день в вашей жизни, дорогие. А, главное, самый запоминающийся. ○○○ - Ты видел их лица?! - Сонмин бодро перешагивает пышные юбки, которые, наконец, отвалились, и направляется прямиков в гостиную, падая на огромный диван. Кюхён маниакально взирает на аппетитные формы своей "пышки" и семенит следом, собирая юбки и складывая их кучей в углу. По правде говоря, их отношения можно было описать этой самой кучей... Яркие, развязные, сумбурные, но оттого не менее красивые и ценные. Но самое важное - непредсказуемые. - Они думали, что я покорно выйду замуж. Я, что, девчонка какая-нибудь ?! - Ну,- Кюхён, казалось, правда задумался, разглядывая молочную кожу, тонкую талию, надутые губки и распахнутые прекрасные глаза любимого, обрамленные длинными ресницами,- нет, малыш, ни разу не девчонка. Минни недоверчиво хмурится и со слабым стоном зарывается в подушку. - Эй, - Кюхён присаживается рядом, поглаживая спинку любимого,- в конце-концов, мы все равно вместе. Жить будем, как пара, никто не будет мешать нашей бурной и яркой... Эм, любви. Сонмин шлепает ладонью по руке новоявленного мужа и заново прокручивает прошедший день. Вспоминает, как нервничал перед дверьми церквушки, в прекрасном бежевом платье, со стразами, разливающимися всеми красками радуги, и с букетом ромашек в руках. А рядом ошеломленный Кюхен, с неровно завязанной бабочкой. Как их, предвкушая нехилое развлечение, пихают в спины, приговаривая "ну, вот. Теперь точно не отвяжетесь" или что-то похожее, но не менее противным голосом. Чересчур радостное лицо Донхэ и облегчение родителей. Женили строптивых, наконец-то. ○○○ Увидев, что любимый потерял бдительность, потерявшись в мыслях, Кюхен аккуратно касается своими чуть шершавыми ладонями мягких, как шелк, бедер мужа. Проводит, чуть царапая ногтями, до самых стоп, поддевая бежевые ажурные чулки. Кожа под ними светлая и сладкая, как свежий персик. Кюхен сглатывает слюну, но все равно не может сдержаться: проводит языком, а затем прикусывает гладкие коленки. Сонмин, натерпевшись за день, откидывается на спинку дивана и чуть разводит бедра, принимая игру. Свободной от чулок ножкой он поддевает подбородок любимого, заставляя посмотреть на себя, и застывает. Кюхен осторожно берет стопу в ладонь и нежно целует, проходясь поцелуями до икр и с восхищением наблюдая, как возбуждается его парень. А Сонмин дышит все чаще, воздуха перестает хватать, когда его возлюбленный приближается, выводя узоры на внутренней стороне бедра. Кюхен прикусывает практически прозрачную кожу и припадает губами к горячей плоти, скрытой шелковым бельем. На минуту поднимает голову, опаляя черной бездной глаз и показывая всю свою страсть и похоть. Шепчет одними губами "можно?". Сонмин чуть стонет и раскрывается сильнее, спускаясь ниже, чтобы Кюхену было удобно. Чтобы чувствовать его еще ближе. Ведь теперь можно даже так. Никто не помешает, не остановит. Он чувствует жар, исходящий от этого нереального парня, его, теперь, мужа. Любимого, неповторимого. Резко выдыхает и закрывает глаза, когда тот поддевает мизинцем белоснежную ткань, чтобы добраться до цели. Сонмин, не сдерживаясь, цепляется за золотые кудри Кюхена, умудряясь разом и тянуть на себя и отталкивать его. Сонмин чуть солоноватый, весьма пикантный на вкус. Но Кюхен с мазохистским удовольствием принимается ласкать, не пытаясь вырвать голову из цепких пальчиков. Неспешными движениями показывает нежность, смешанную с непреодолимым желанием обладать, отдаваться, да все, что угодно, чтобы быть рядом. Чтобы дышать одним воздухом, смотреть в одну сторону. Кому какая разница, кто чья жена, чей муж, когда объект твоей единственной любви здесь, перед тобой. Еле соображает, задыхаясь от любви. Закусывает губы и смаргивает слезы, шепча имя возлюбленного. Кюхен отстраняется и прижимается щекой к подрагивающему бедру парня. Счастливо вздыхает, предвкушая совместную жизнь с мужем. Открывает глаза, когда в щеку ему тыкается мягкий пальчик. - Эй, ты. Сонмин нервно одергивает то, что осталось от платья, в смысле корсет, и впивается взглядом в расслабленного парня. - Чего разлегся, наша брачная ночь так скоро не закончится. Кюхен широко улыбается и встает, протягивает руки, приглашая подняться с дивана. Сонмин на это только выгибает бровь и скрещивает на груди руки. Ибо вот еще. Он, как самая любимая жена, должен быть обласкан и не важно, что сам парень отказывается признавать себя слабым полом в их отношениях... Мысли вылетают, когда Кюхен с необычайной силой поднимает мужа и направляется в спальню. Целует, перед тем, как сбросить ойкнувшую ношу на постель. И еще раз целует, выслушивая все негодования парня. И вновь целует, целует и целует... - А всё-таки, ты видел их лица? О, у нас будет самое невероятное свадебное видео во всем мире. ○○○ Кюхён просыпается от гневных криков. Не так должно начинаться утро молодоженов, после ночи небывалой любви и ласки. Хотя, Кюхён не удивляется. У его парня масса самых разных достоинств: высокий голос с широким диапазоном, восхитительный хук справа и нервы, как у студента во время сессии... Не жизнь, а благодать. Кюхён лучезарно улыбается, представляя, что сейчас любовь всей его жизни тихо войдёт в комнату, осторожно закрывая дверь, и нырнет к нему, Кюхёну, под бок. Приластится, потрется прохладным носом в чуть шершавую щеку мужа. Поскребется своими тонкими пальцами в горячую ладонь, словно призывая сцепить руки. Покопошится еще с минуту и, наконец, затихнет. А Кюхён будет рад этой редкой непродолжительной тишине, что обволакивает в мягкий сладкий кокон нежности и спокойствия... - Кюхё-ё-ё-ё-ён, смотри, что я нашел. Впрочем, Кюхён в свое время полюбил свою пышку не из-за мягких качеств, свойственных деликатным особам. - Иду-у-у. Небольшая светлая кухня радостно встречает хмурого парня, потирающего глаза. Кюхён пытается разлепить очи и ,когда ему это удается, обалдевает. Сонмин, необыкновенно милый, сидит за столом и тыкает пальцем в роскошный торт. На самой верхушке торта торчат два человечка. Девушка, с безысходной агрессивностью цепляющаяся за полы пиджака мужа, и сам жених, вырывающийся из лап мегеры изо всех сил. А Сонмин одет во вчерашнее шелковое белье и длинную торжественную рубашку Кюхёна. Он стоит, пялясь на мужа, пока тот не хмурится и не подзывает его к себе. - Смотри, что твой старший брат прислал. - Сонмина всего передернуло. - Тут даже записочка есть. Кюхён принял мятую бумажку и пробежал глазами по тексту: "П о з д р а в л я ю с д н е м с в а д ь б ы. Я тебя очень люблю и желаю долгой и счастливой жизни с твоим несносным парнем. Я знал, что вы проснетесь голодными, поэтому приготовил очень вкусный тортик. Не обращай внимания, что на нем нету вишенок. Т в о й л ю б и м ы й б р а т. " - Хм, это очень, эм, любезно с его стороны. - Кюхён неуверенно помялся, вышвыривая бумажку и подходя к любимому. Сонмин, сидя на высокой табуретке, качал ногой и слизывал воздушный белый крем с боков трехэтажного торта. - Эй. - Кюхён потрепал его за плечо. Не дождавшись реакции, подошел сзади, кладя подбородок на плечо расслабленного Мина. - Ты обижен? Злишься? Ми-и-и-ин, поговори со мной. - Нет. - как отрезал. Но в ответ на испуганный взгляд мужа рассмеялся и сунул младшему в губы сладкий мягкий влажный палец со взбитыми сливками. - Не злюсь. На, попробуй. Кюхён выдохнул, принимая угощение. На миг ему показалось, что он почувствовал вкус вишни.