Кто такой Изуку?

      Изуку Мидория рос здоровым и счастливым ребёнком. Он слушался маму, часто улыбался, всегда был добрым и милым. У него был лучший друг и сосед — Кацуки Бакуго. Они всё время играли вместе, воображая какими крутыми будут их причуды, обсуждали героя «номер один» — Всемогущего. Изуку коллекционировал мерч со Всемогущим и другими героями, частенько меняясь с Бакуго. Казалось бы, эта идиллия будет длиться вечно. Но судьба решила сыграть с малышом злую шутку… — Мне очень жаль, но… У вашего сына нет причуды. — развёл руками доктор. — Н-но… Как такое возможно? — дрожащим голосом спросила Инко Мидория. — Посмотрите на его рентген. У людей, имеющих причуду, всего один сустав в мизинце. У вашего сына их два. — доктор выдохнул, устало прикрыв глаза.       Тогда маленький и хрупкий внутренний мир Изуку дал трещину. — Прости, Изуку! Прости, прости, прости… — Инко крепко обнимала сына, прося о прощении… Ох, если бы она знала, что это не те слова, которые он хотел услышать.       Мальчик заперся в комнате и не выходил оттуда неделю (не считая походы в туалет и на кухню). Он смотрел одно и тоже видео, где герой «номер один» спасает сотни жизней с улыбкой на лице.       Лишь спустя неделю, мать заставила Изуку пойти в детсад. — П-привет, Кац-чан! — натянул на лицо улыбку Изуку, завидев знакомую блондинистую макушку. Он подбежал к своему лучшему другу. — Так… У тебя нет причуды? — Кацуки как-то странно посмотрел на Мидорию. — Откуда ты…- он не успел договорить, как его грубо перебили. — Старуха мне всё рассказала. — его голос больше не звучал дружелюбно. — Выходит ты бесполезный. — Ч-что? — вторая трещина… — Ты бесполезный. Иначе говоря — мусор. — он скривил губы в оскале. * * *       Так и закончилась их дружба. С этого момента Изуку получил кличку «Деку». Кацуки сказал, что она значит бесполезный.       Каждый день Изуку оскорбляли, унижали, иногда дело доходило до насилия. Когда он был в средней школе, избиения стали неотъемлемой частью его жизни. Каждый день, он приходил домой в грязной и порванной одежде, с вывихами, иногда переломами. На его теле красовались ссадины, ожоги, гематомы и синяки. Изуку скрывал раны от матери, а, когда она всё же замечала, лгал. Иногда, голову мальчика посещали мысли о самоубийстве. Он пробовал резать вены, но как только делал первый надрез, его руки начинали предательски дрожать. Крови было не очень много, но боль пронзала руку, словно стрела. Он не мог себя убить.       Изуку вёл тетради, в которых записывал причуды новых и старых героев. Он взвешивал плюсы и минусы и искал более эффективные способы применения причуд. Всего тетрадей было двенадцать, но недавно он начал вести тринадцатую.       В тот день он стал свидетелем схватки новой героини — Леди Горы, и молодого героя — Древесного Камуи, с гигантским злодеем. Он бы там и остался, но его часы показывали что он опаздывает в школу. Сев за парту, он принялся записывать в свою тетрадь всё увиденное, составляя тактику боя.       День шёл как обычно. Издевательства и подножки на переменах, скучные уроки и слишком долго тянущееся время. На последнем уроке был классный час. Учитель спрашивал, в какие учреждения ребята собирались поступать. Мидория не слушал. Он смотрел в окно, погружённый в свои мысли. Он вернулся в реальность как только разговор зашёл о UA. Похоже, Бакуго хочет туда поступить… — Помнится, Мидория тоже собирался поступить в UA… — поправляя очки, сказал учитель. По классу прокатилась волна смеха и лишь один человек (кроме учителя) не смеялся. Бакуго свирепо прожигал взглядом Мидорию. «Бесит. Их смех нереально бесит…» — пронеслось в голове у Мидории. «Стоп… Что?»       Прозвенел заветный звонок. Изуку быстро сложил все принадлежности и уже хотел взять свою тетрадь с причудами, как её выхватил Кацуки. — Что это тут у нас? — усмехнулся подросток, просматривая страницы. — О-отдай, К-кац-чан!!! — Мидория попытался выхватить свою тетрадь из рук блондина. — Думаешь, ты у нас самый умный?! Я буду единственным, кто поступит в UA из этой дыры. И не смей даже думать об этом, чёртов задрот! — руки Кацуки заискрились. Небольшим взрывом он подпалил пиджак и тетрадь Изуку. — Бесполезный мусор вроде тебя, никогда не станет героем. Если ты так хочешь причуду, иди спрыгни с крыши. Может, в следующей жизни тебе повезёт, и ты родишься с ней. — тетрадь полетела из окна, под издевательский смех «друзей» Бакуго. Пнув Мидорию напоследок, они пошли по домам. Изуку побежал вниз за тетрадью. * * *       Веснушчатый шёл домой, понурив голову. Проходя под мостом, он не сразу заметил грязевого злодея. Лишь когда тот обвился вокруг ноги Изуку, парень предпринял попытку освободиться, но ничего не вышло. Злодей проникал в рот и в нос, не давая парню дышать. Изуку задыхался. Когда он уже терял сознание, то услышал до боли знакомый голос: — Всё хорошо! Почему? Да потому что я здесь! — размытый образ героя был последним, что он увидел.       Изуку медленно открыл глаза, щурясь от ярких лучей заходящего солнца. Рядом стоял его кумир. — Ох, смотрю ты уже проснулся? — его басистый голос окончательно привёл Изуку в чувства. — В-всемогущий?! — и без того большие глаза расширились от удивления. Спустя несколько секунд, на смену шока пришёл восторг. Глаза парня заблестели. Он потянулся за тетрадью, чтобы попросить автограф, но Всемогущий уже расписался в ней. — Раз ты очнулся, волноваться не о чем, так что я пойду. — он развернулся, готовясь к прыжку. — П-подождите! — Изуку быстро встал. — Прошу, ответьте всего на один вопрос! — Ладно. — Всемогущий остановился, но поворачиваться лицом к парню не стал.  — М-может ли человек без причуды, вроде меня, стать героем?  — Послушай, юнец…- Герой глубоко вздохнул. — Профессия героя слишком опасна. Злодеи запросто могут взять тебя в заложники и убить. Лучше стань полицейским или врачом. Они ведь тоже спасают жизни.       Хлоп. Мидория ощутил, как что-то треснуло и рассыпалось на множество мелких осколков. — Спасибо, что ответили на мой вопрос. — он едва натянул улыбку. Всемогущий молча удалился. Как только его летящая фигура скрылась из виду, Изуку упал на колени. — Я действительно бесполезный мусор… — по его лицу скатилась слеза, оставляя мокрую дорожку на щеке. За ней покатились и остальные слезинки. Он бесполезен, ничтожество… Как смешно. Это так иронично, что хочется и смеяться, и плакать. И он слышит громкий, хриплый смех. До него не сразу доходит, что эти звуки издаёт он сам. Смех, безумный и полный презрения к самому себе. Он не может остановить это. Лишь спустя десять минут он наконец замолкает. Его ещё недавно блестящие изумрудные глаза заметно помутнели. Вместо надежды и радости, которые заполняли их, теперь пустота. Он поднялся на ноги и поплёлся домой.       Возле станции, нужной Изуку, было скопление людей. Слышались взрывы. Изуку медленно подошёл ближе и застыл от удивления. Тот злодей, что ещё недавно пытался захватить его тело, сейчас схватил Кацуки. Изуку и не заметил, как губы растянулись в улыбке. Как приятно оказывается наблюдать за своим другом детства, который мучается, в попытках выбраться. Стоп. Он не должен так думать! Изуку оглянулся по сторонам. В первых рядах стоят про герои. Почему они бездействуют? Неужели собственные жизни им дороже? Это неправильно! Нужно попробовать самому его освободить, может тогда, он наконец перестанет издеваться над Изуку. Кинув ранец в злодея, он подбежал к Катсуки и попытался освободить его от злодея. — Что ты, бл#@, делаешь?! — прорычал Бакуго. Изуку молчал. Всё тщетно… Наконец, Всемогущий! Их спасли… * * *       Деку медленно шёл домой. На улице ни души и лишь красное солнце наблюдало за подростком, пряча последние лучи за горизонт.       Бесполезный мусор вроде тебя, никогда не станет героем. Если ты так хочешь причуду, иди спрыгни с крыши. Может, в следующей жизни тебе повезёт, и ты родишься с ней.       Слова Кацуки пронеслись у него голове. А почему бы и нет? Он лишь обуза для матери — беспомощный сын, неспособный никого защитить. И то, что тогда раскололось, вряд ли получится собрать воедино. Он давно умирал внутри, а теперь окончательно мёртв… Изуку повернул назад.       Он и сам не помнил, как добрался до школы. Парень уже зашёл на её территорию, как сзади раздались шаги. Скорее всего, там около пяти человек. — Хей, кусок дерьма! Что ты тут делаешь? — раздался самодовольный голос. Изуку обернулся. Он узнал этих ребят — они постоянно крутятся рядом с Кацуки. — А тебе какое дело до этого? — он лениво ответил, окинув одноклассника раздражённым взглядом. — Ах ты… Совсем страх потерял?! Похоже, придётся научить тебя манерам. — с этими словами пятёрка подростков накинулась на Изуку. Они затащили его на задний двор школы. — И что нам с ним сделать? — кровожадно потирая руки, спросил один из парней. — Думаю, для начала нужно размять его… — ухмыльнулся главный. Изуку повалили на землю и начали бить ногами. Его пинали в живот, в лицо, в спину и бока. На его руки и ноги наступали, стараясь причинить как можно больше боли. Но Изуку не издал ни звука. Ему было больно но… Ему всё равно? — Что же ты не зовёшь на помощь? Почему не кричишь? — спросил ухмыляясь предводитель этой шайки. — Не хочу видеть твою довольную рожу — сплёвывая кровь с разбитой губы, холодно отвечает Мидория и, немного подумав, продолжает — Я даже не помню, как тебя зовут. Вы настолько жалкие, что я не удосужился запомнить ваши имена. — Да что ты! — парня перекосило от злости, глаз задёргался. — Давайте поможем ему… Саотоме, тащи сюда канцелярские ножи. — А это уже не перебор? — неуверенно спросил вышеназванный. — Ты что, ссышь? — оскалился подросток. — Н-нет…- он протянул канцелярский нож. Глаза Изуку расширились. Его попытка вырваться не увенчалась успехом. Выдвигая тонкое, блестящее лезвие ножа, он подошёл к Изуку и сделал маленький надрез на его щеке. Алая кровь бусинками выступила на бледноватой коже. Закатив рукав жертвы, он вырезал у него своё имя чуть выше локтя. Глубокие порезы… На другой руке он вырезал имя и фамилию Саотоме и остальных ребят и, убрав чёлку с лица Изуку, вывел крупными буквами Деку.       Больно. Больно. Больно. БОЛЬНО. БОЛЬНО. БОЛЬНО!!! Слёзы застилали пустые глаза, вперемешку с горячей алой кровью. Как только с порезами было покончено, главарь хулиганов чуть отошёл, любуясь своей работой. Кровь стекала по лезвию ножа, лицу Изуку, и по его рукам. «Тварь!» — пронеслось у зеленоглазого в голове. Он плюнул тому в лицо, прежде чем осознал, что сделал. — «Он меня прикончит… Даже прыгать с крыши не придётся. А раз так, то… " Он окинул всех презрительным взглядом и, выдавив улыбку, прошептал: — Вы такие идиоты, мне вас даже жаль… Вы настолько низко пали, что избиваете беспричудного и слабого подростка. Вы настолько жалкие, даже противно… — едкие слова стали спусковым крючком. Ножи окропляла алая кровь. Одежда и земля под изрезанным телом вся промокла от этой жидкости. Руки и ноги, живот и грудь, лицо и шея. Улыбка не сходила с искусанных губ. Изуку прикрыл глаза. Больно. Больно. Как же больно! Ему кажется, что он умирает. Наконец, закончится этот ад. Похоже, они остыли и отступили на два шага назад. — Ч-что? — осознание содеянного пришло к каждому из нападавших. Сердце замедлило ритм. Слышно, как они что-то говорят, а после быстро удаляющиеся шаги… * * *       Он еле открыл глаза. Кто он? Почему всё его тело адски болит? Похоже сейчас ночь… Он с трудом поворачивает голову. С его губ срывается хриплый стон. Больно. Это кровь? Это его кровь? Кто-то перепрыгнул через забор. Человек в чёрном капюшоне, с рукой на лице облокотился на ограду. — Помогите мне… — слабый шёпот. Сознание вновь отключилось, когда человек в капюшоне стал приближаться. * * *       Он вновь очнулся. Первое, что он увидел из-под краёв бинтов, это тёмно-серый потолок, с отвалившейся штукатуркой. Он попытался повернуть голову, но тело пронзила сильная боль. Он издал тихий стон. — Очнулся наконец? — раздался хриплый голос — Лежи смирно! Не рыпайся, тебе же хуже будет. — Угу… — тихо сказал он. Двигать челюстью тоже было больно. — Нехило тебя потрепали. Ты жив, хоть столько крови потерял. Однако… — человек с рукой на лице потёр подбородок. — Если бы я не вышел на прогулку, ты бы сдох.