Райские тайны

      После напряжённого трудового дня Михаил пришёл в Паради де Флёр — живописный внутренний дворик между двумя флигелями резиденции.       Площадка дворика была вымощена камнем, а посередине находился цветник с фонтаном. Здесь царствовала глубокая тишина. На тёмно-синем небосводе сияли мириады звёзд. Луна приближалась уже к верхнему краю карниза, который венчал крышу здания. Широколиственные растения отбрасывали причудливые тени на росистую лужайку. Фонтан бил слышнее, чем днём, и нежил слух своим однообразным, изредка прерывающимся плеском. Белый мрамор колонн сиял, как чистый снег. Ночные бабочки кружились над цветами. Прохладный воздух был напоён сладким ароматом лотоса, росшего в мраморных чашах фонтана, который окружала сочная растительность Эдема — высокие, осыпанные роскошным цветом кустарники и шелковистая трава.       — Так и знала, что найду тебя здесь, — остановившись у фонтана, проговорила Анжелика.       Архангел развернулся и раскрыл руки для объятий. Рит Зиен бросилась к нему, прижалась к его груди, подушечками пальцев гладя щёку.       — Заработался как всегда.       — Я не выбирал свою судьбу и предназначение, — получая удовольствие от её прикосновений, равнодушно ответил Михаил.       — Знаю.       — Не будем об этом, Лика.       — Да, давай оставим на сегодня тему судьбы, — прошептала ангелесса, поглядев на мужа. — Звёздное небо в эту ночь по-особенному красивое.       — Жаль, или не жаль, что я не романтик.       Анжелика неожиданно рассмеялась.       — Что тебя так развеселило? — любопытно спросил Михаил. — Что я не романтик?       — Одна из тех далёких-далёких ночей. Когда ты явился ко мне в жилище, чтобы спросить, почему я не пришла к тебе на экзамен по полётам. Вспоминаешь?       Они уселись на траву. Архангел вновь прижал Анжелику к своей груди. Он не хотел ничего отвечать, только просто сидеть в молчании, наслаждаясь близостью с женой. Но Рит Зиен нарушила тишину первой:       — Вместо объяснений я тогда выдала: «Созвездия имеют свой язык. Они могут многое рассказать. Они путь указать могут. Взгляни на них, командир».       — А я сказал, — подхватил Михаил, — чтобы ты не смела уходить от ответа. Свою судьбу ты, видите ли, по звёздам узнать хотела.       Рит Зиен ещё крепче прижалась к его плечу, довольная, что смогла развеселить всегда строгого и сосредоточенного только на работе и делах армии архангела. Михаил тем временем продолжал:       — Ты будто бы специально играла на моих нервах, Анжелика, и разбавляла мою скучную жизнь.       — А ты называл меня самой большой проблемой и даже угрожал темницей на полгода, — Анжелика наигранно и по-детски надула губки, а Михаил усмехнулся.       — А потом я всё-таки спросил, что же тебе рассказали звёзды, — сказал он. — Не знаю, кстати, для чего.       — И я призналась, что видела тебя на небе среди них, — сказала Анжелика. — «В твоём сердце, мой архистратиг, полыхает огонь. Он очень сильный. Он достигает небес, касается облаков. И он не погаснет никогда. Он будет тебя жечь, Михаил, причинять страдания и боль, но он исполнит все твои желания», — она перевела дыхание и добавила: — В этом огне я также увидела себя.       — Я раскрыл рот от удивления и не знал, что прокомментировать. Философия и ты это как лёд и пламя, добро и зло, Рай и…       — Ад.       — Именно.       — А чем закончилась вся история, припоминаешь? — Анжелика слегка улыбнулась, сжала его пальцы рук и продолжила: — «Ты протянул мне руку, командир, и я, взявшись за неё, вместе с тобой поднялась до небес». Так я расшифровала созвездия.       — Из-за этих загадочных фраз я даже забыл, что должен был наказать тебя за неявку на экзамен.        — Так накажи сейчас, — пошловато хихикнула Рит Зиен, — исправь ошибку прошлого, — дополнила она и жарко поцеловала мужа в губы.       И время будто остановилось для них двоих. Анжелика пожелала, чтобы этот момент не заканчивался.

***

      — Если папаня узнает про Землю, он меня испепелит, — произнесла Сюзанна и, сделав глубокий вдох, продолжила: — Мне ведь строго-настрого запрещено переноситься сюда из-за демонов. Они спят и видят, как заполучить нефилима. Почему ты, Бальтазар, не мог озвучить своё желание в Раю? Обязательно надо было лететь в Париж?       — Выдохни, Сьюзи, — успокоительно махнул рукой Гавриил. — С тобой один из архангелов. И твоя магия. Тебе нечего бояться.       — И ангел, — поддакнул Бальтазар. — И с какой радости ты стала соблюдать правила? Я не узнаю бунтарку Сью! А как же рвать сценарий, сжигать страницы?       — Райский Устав, конечно, хрень…       — Всё будет в шоколаде, — перебил племянницу архангел. — Не заморачивайся, карамелька. Лучше оглянись вокруг.       Нефилим осмотрелась по сторонам. Площадь Согласия постепенно загоралась тысячами разноцветных мерцающих огней. Париж погружался в ночь. На площадь начинали сходиться туристы и горожане, чтобы полюбоваться ночным городом, вкусно поесть в ресторанчике или просто прогуляться.       — Земля удивительная, — кутаясь в кофту поверх кружевного нежно-голубого платья, ответила Сюзанна. — Совсем не такая, как Небеса.       — Это уж точно, — вспомнив Бразилию и Лас-Вегас, где они с Бальтазаром отрывались в компании пышногрудых красоток, согласился Гавриил.       — Ну что, а теперь желание? — улыбаясь и потирая руки в предвкушении веселья, сказал ангел. — Понеслась!

***

      — Пей до дна! Пей до дна! Йо-хо-хо и бутылка рома! — обнявшись за плечи, горланили в один голос Гавриил и Бальтазар.       Им вторил изумлённый бармен в пиратской треуголке и таком же костюме. Сюзанна, сидя за барной стойкой, залпом допивала третью бутылку рома.       — Вот это я понимаю — настоящая пиратка! — восхищённо воскликнул бармен, когда девушка с шумом шлёпнула пустую бутылку на барную стойку.       — Это самое странное твоё желание, — вытерев губы рукавом уже грязного платья, обратилась она к Бальтазару. — Ещё и притащили меня в какую-то дыру.       Она мимолётно рассмотрела душное помещение.       Весь нижний этаж занимали кухня с открытым очагом с широкой трубой над ним, где жарилось на вертеле мясо, и просторный зал с десятком чисто выскобленных столов и лавок. Массивные закопчённые деревянные балки, на которых держался второй этаж, как бы нависали над головами. В центре к ним был прикреплён корабельный штурвал, служивший подставкой для свечей. Около стойки и очага с балок свисали фонари, с оплывшими свечными огарками, пучки зелени и золотистых луковиц, стручки красного перца, сушёных морских водорослей. На стенах виднелись гигантские крабы и панцири морских черепах. В витрине за стойкой среди зеленоватых бутылок рома лежала челюсть акулы. Захмелевшие посетители, шумно переругиваясь, отпускали сальные шутки официанткам. Те хихикали от грубых ухаживаний клиентов.       — Здесь самый лучший алкоголь, мадам, — протирая столешницу, гордо сказал бармен.       — Тащи молча ещё семнадцать бутылок, — приказала Сюзанна. — Живо! — прикрикнула она, заметив медлительность парня.       Бальтазар и Гавриил захохотали, увидев, как вытянулось лицо бармена от шока. Ему не послышалось? Молодая девушка сказала именно «семнадцать» бутылок?       — Не заставляй барышню ждать! — рявкнул архангел, и парнишка засуетился, быстро выставив в ровную линию бутылки с алкоголем.       — Ну, за пиратов! — выдала тост Сюзанна и принялась поглощать ром.       — А вот теперь моё желание, — сообщил Гавриил, когда нефилим допила пятнадцатую бутылку.       Назойливый, как муха, бармен удалился ещё на шестой и, кажется, очень вовремя.       — Танцевать стриптиз на столе не буду, — она замолчала, сделав усилие подавить поднимавшийся у неё позыв к рвоте, и продолжила: — И виски с ромом смешивать тоже.       — И не надо, — ответил архангел и придержал племянницу, когда та, заметно охмелевшая, покачнулась и чуть не свалилась со стула.       — Тогда чего же ты хочешь, дядюшка?       Гавриил отхлебнул из деревянной кружки рома и прошептал:       — Свари какое-то взрывающееся зелье. Чтобы бух! И фейерверк! Красиво, громко, зажигательно!       Бальтазар поперхнулся коньяком и закашлялся, а Сюзанна шумно вздохнула.       — А, реально, даёшь салют, дорогуша! — воскликнул он и допил коньяк до дна, закусив лимоном. — Праздничный такой!       — Отметим твою вылазку на Землю зрелищно!       — За праздник и зрелищность! — провозгласил ангел и, подняв стакан, крикнул «Ур-р-ра!».