Райские тайны

      Сад, излюбленное место ангелов Гавриила, поражал цветами и ароматами. Джошуа постарался собрать здесь самые редкие и самые прекрасные растения. А также изысканные образцы флоры с разных уголков Эдема. Этот гарнизонный сад он любил также, как и Райский.       Сразу после построения Сюзанна и Гавриил пришли сюда, чтобы отдохнуть и настроиться на продуктивный день. Архангелу предстояло раздать своим подопечным обязательные задания, а нефилиму их выполнить. А потом ещё и отчитаться перед ним.       — Хочется позвать сюда Бальта и сыграть в преферанс. Втроём, — мечтательно проговорила Сюзанна, когда они не спеша пошли по одной из белоснежных тропинок.       Зелень листвы в саду смешивалась со всплесками синего и желтого, розового и белоснежного. Прохладное утро нового дня собиралось перерасти в знойный полдень.       — О, да, золотко, — ответил архангел, вдыхая сладкие духи племянницы. Слишком сладкие, даже тяжёлые. Они смешивались с запахами цветов и кружили голову, — было бы весело. Особенно, если бы ты опять проиграла нам желания.       Ответить ему Сюзанна не успела. Неожиданно из-за дерева появился Михаил. Чем вынудил её остановиться.       — Папа́, Вы решили меня проведать? — манерно пропела девушка, копируя французскую аристократку, и театрально присела перед архистратигом в реверансе.       Тот многозначительно изогнул бровь, а Гавриил весело выдал:       — Здорова, братец. Какими райскими ветрами тебя сюда занесло?       — Да вот решил в гости залететь, узнать, как дела у моей своенравной, капризной дочери, — отпарировал Михаил.       — Вы не правы, папа́, — воспротивилась Сюзанна, не переставая играть свою роль.       — Нормально дела, — уверенно выдал Гавриил, не собираясь рассказывать старшему брату обо всех косяках Сюзон. Сам всё решит, и сам со всем справится.       — Покажи мне журнал успеваемости, — настаивал Михаил, и Гавриил понял, что спорить с ним бессмысленно.       В его руках возникла толстая книга, в которой его же почерком были выведены результаты всех ангельских зачётов. Гавриил передал книгу брату и выжидающе сложил руки на груди.       Михаил сосредоточено перелистнул несколько страниц и остановился на разделе «полёты».       — Ноль, — проведя пальцами по бумаге, напротив её имени, констатировал он. — И ещё один… летаем мы превосходно, да? — иронию архистратиг даже не пытался скрыть.       В ответ Сюзанна пожала плечами.       — А что я? — насупилась она и в задумчивости стала водить носком туфельки по каменной плитке. — Это всё гребаный ветер.       — Урок по созданию иллюзий и проекций — ноль, — продолжал Михаил, рассматривая написанное. — Оборонительная тактика — один.       — Была ночь, — пробубнила Сюзанна.       — Гавриил, это… ты считаешь нормальным? — старший архангел переключил внимание на младшего брата и вернул ему книгу.       — Сюзон ещё многому научится, — попытался защитить племянницу Гейб. — Дай ей время. Нам время. У меня у многих юнцов проблемы. И это нормально. Они же как студенты.       — Оставь нас, Гавриил, — неожиданно бросил Михаил, и младший архангел, без сопротивления, тот час же растворился в воздухе.       Игры с Михаилом были равносильны играм с голодными адскими псами — быстрая смерть.       Однако по ангельской частоте Гавриил успел передать Сюзанне заветное «Держись, карамелька».       — Ты не сделала никаких выводов, Сьюзи, — абсолютно беззлобно, но по-отечески строго, заговорил Михаил. — Анжелика умоляла меня не давить на тебя и быть к тебе снисходительным.       Он приглашающим жестом указал дочери на кованую лавочку, давая понять, что разговор будет трудным.       — Матушка в чём-то права, — усаживаясь, проговорила Сюзанна. — Ты даже в гарнизоне, где я ограничена, умудряешься мне твердить о райских правилах. И о том, что я хреново учусь. Да и вообще, что я ходячее недоразумение, а не принцесска.       — Если ты так бунтуешь…       Сюзанна непроизвольно вспомнила рассказы Бальтазара и Гавриила о бунте ангелов. Когда Михаилу выпали испытания, да не войной, а мятежом. И что он сделал в конце, когда злополучное восстание подавил. Окровавленные головы ангелов-мятежников до сих пор украшали вход в райскую темницу, будто напоминая о кровавых, трагических событиях прошлого.       — Да что Вы, папенька, — нарушив тишину, иронично произнесла она. — Как я смею бунтовать? И если я скажу, что ищу себя, поверите? И найду.       Михаил в привычном жесте склонил голову на бок и упёрся в дочь пронзительным, глубоким взглядом.       — Нет, — невозмутимо ответил он.       — Ты меня с детства учил, какой я должна быть: правильной в мыслях, словах и делах, — в зелёных глазах девушки блестнули живые огоньки мыслей и чувств, занимавших её в это мгновение, и она добавила уже насмешливо: — Но ты не достиг успеха.       — Но я не достиг успеха, — повторил за ней архистратиг.       Опустившись на скамейку рядом с дочкой, он взъерошил волосы и протяжно выдохнул. Казалось, взять штурмом вражеский укреплённый район было намного проще, чем открыто поговорить со взрослой уже дочерью о наболевшем и мучившем её всю жизнь.       — Где-то я промахнулся в твоём воспитании.       — Вот парадокс, да? Ты браво управляешь миллионной армией ангелов, держишь в ежовых рукавицах весь Рай, но с одной-единственной дочкой справиться не можешь. Ай-яй!       — Сюзанна!       Она поднялась с лавочки, слегка нервным движением поправила платье и сказала:       — Ладно, папа, ты пока обдумай всё, а я пойду. Гавриил, наверное, заждался. А то накажет за опоздание. Вы это любите.       Она лукавила, говоря о младшем архангеле. Девушке просто хотелось сбежать. На Землю. От проблем. От наставлений. От запретов. И… от архангелов. И нефилим прекрасно знала, к кому обратиться за помощью.       — Мы ещё вернёмся к этому разговору, Сюзанна, — непреклонно бросил в спину уходившей дочери Михаил.       — Обязательно! — крикнула та, не обернувшись. — Всегда рада тебе в гарнизоне! Залетай! Маме привет!       И скрылась в густых зарослях вечнозелёных кустов.       Архангел откинулся на спинку скамейки и устало потёр лоб. Его безграничная власть обернулась проклятьем. Он упивался властью сильнее, чем любовью. И этот путь вёл к гибели.

***

      Сюзанна хотела отогнать навязчивые мысли и спокойно обдумать свою ещё совсем недолгую, но сложную жизнь. Она родилась райской принцессой, и это с рождения обязывало её неукоснительно следовать правилам и Уставу. Быть примером для других ангелов и тенью Михаила. Конечно, она осознавала, что воспитывать характер надо. Иначе она просто бы не выжила в этой военной реальности. Но давление со стороны архангелов, даже беззаботного Гавриила, ей претило.       «Если бы папа шёл мне на уступки, хоть какие-то. Если бы захотел меня понять… я бы стала совсем другой… — рассуждала про себя Сюзанна пока шла к Бальтазару. — Да, папа не может иначе. Если проявит хоть капельку слабости — лишится трона. Но это ж относится к его ангелам — Святому воинству, но не ко мне. Или я ошибаюсь?».       Дальше размышлять она не стала, так как, наконец-то, дошла. Новый домик Бальтазара, окружённый соснами, предстал перед ней.       — Давай, Сюзон, ты сможешь, — прошептала она и почти занесла руку, чтобы постучать в деревянную дверь. Но в один момент передумала.       Тогда же на её плечо легла ладонь Бальтазара.       — Как же ты любишь пугать! — не сдержалась Сюзанна, движением плеча сбросив руку ангела.       — О, мадемуазель, — елейно пропел тот. — Вы не в духе сегодня? Что случилось?       — В общем… Бальтазар… не мог бы ты… спуститься со мной на Землю?       — Ну, красотка, а где волшебное слово? И как же дядюшка Гавриил? Хочешь его подставить? И зачем тебе к людишкам?       — Мне там понравилось. А, вообще, вспомни пиратскую таверну. С нами был Гейб.       — Да, он архангел. С ним ты была в безопасности…. А вдруг демоны? — ангел скривился, будто выпив вместо Хеннесси шмурдяк.       — Мы будем осторожны. И ненадолго. Бальтазар, так ты поможешь или нет?       Сюзанна посмотрела на друга с мольбой в глазах, придав лицу печальное выражение.       Бальтазар поджал губы, покивав головой: мольбы девушки его забавляли, и он даже собирался продолжить подшучивать над ней. Однако, вскоре, что-то заставило его передумать, и он-таки убрал фирменную улыбку-ухмылку.       — Хорошо, Сюзон, давай слетаем. Но ты будешь должна…       — Не вопрос.       Ангел протянул подруге руку, и пара исчезла под шелест его крыльев.

***

      Очутились Сюзанна и Бальтазар в одном из живописнейших мест Европы. Вокруг бродили туристы, рассматривая и фотографируя красивейшие лавандовые поля и любуясь сочетанием сиреневого оттенка цветов с алым небом. Аромат лаванды донёсся до заворожённой красотой Сюзанны, и нефилим вдохнула его полной грудью с закрытыми глазами. Лаванда помогла расслабиться. Девушка представила беззаботную жизнь, наполненную красками, забавами и развлечениями. Где она могла покататься на карусели с Анжеликой, сварить отвар с Эфраимом, или сыграть в карты с Гавриилом и Бальтазаром. А ещё потанцевать на берегу Эдемского моря с Самандриилом. А может даже и со всегда требовательным отцом. Очень ей хотелось внимания именно Михаила…       — Я знал, что тебе понравится, Сьюзи, — проговорил Бальтазар, возвращая подругу из мира грёз в реальность. — Обычно в середине лета в северном Провансе цветёт лаванда. Эти поля, по мнению некоторых экспертов из людей, не уступают в популярности даже Лазурному берегу. Лаванду выращивают в Провансе почти тысячу лет из-за её успокаивающего аромата и целебных свойств. Так что, если надумаешь попробовать из неё что-то сварганить, то вперёд. Эфраим заценит. Может вы сварите какой-то новый отвар.       — Не будем её срывать, — с загоревшимися от переизбытка эмоций глазами произнесла довольная нефилим и бросилась гулять меж рядов лаванды.       — Если захочешь, я покажу тебе ещё много восхитительных мест, — не отрывая взгляда от девушки, протянул Бальтазар. — А знаю я мно-ого…       — Смотри, Бальт, сам предложил, — Сюзанна рассмеялась и, не скрывая детской радости, плюхнулась прям в лаванду.       Бальтазар умастился рядом. В его руках появилась бутылка розового вина и два бокала.       — Предлагаю выпить за нас.       Он ловко открыл сосуд и наполнил фужеры.       — Чтобы это мгновение не заканчивалось, — пригубив алкоголя, дополнила Сюзанна.       — Да.       — Хоть с тобой я отдохну от нотаций папочки, — она постучала пальцем по бокалу и вздохнула. — Сегодняшняя наша встреча ввела меня в уныние. И расстроила. Я, конечно, и не ожидала от папани букет цветов и шоколадные конфеты…       Бальтазар допил вино и подлил себе ещё, ответив:       — Ну, Михаил он… властный. Любит толкать умные речи, твердить о судьбе и предназначении. Иногда это так скучно, что хочется повеситься, — ангел захохотал. — Но он любит тебя.       — Я знаю, Бальт. Просто тут, на Земле, свобода. А там, в Раю…       — Контроль.       — Именно, — девушка отставила пустой стакан на землю и разоткровенничалась: — И Михаил в детстве не давал мне веселиться, мечтать и фантазировать. Он даже фокусы Гавриила пресекал, когда тот хотел мне, маленькой девочке, показывать волшебство. Для меня его фокусы были такими интересными, сказочными, волшебными. А папа меня этой сказки лишал, отправляя к Рафаилу на уроки.       — Ладно, не грузись, дорогуша, — Бальтазар быстро и ловко сплёл венок из веток лаванды и полевых цветов: голубых, белых, и водрузил его на голову подруге. — Уверен, Сюзон, что ты надолго запомнишь нашу сегодняшнюю прогулку.       — Одно из лучших воспоминаний будет, — поправив нежное украшение, ответила девушка. — Спасибо за романтику, Бальтазар.

***

      Во дворце Ада случился переполох. По коридору нёсся демон, не обращая внимания на удивлённые и любопытные взгляды других черноглазых, занятых обычными делами. Этот демон выступал в роли посланника и информатора и ценился в Аду больше других. Он огибал поворот за поворотом и не мог дождаться встречи с королём. Ведь у него были для Кроули важные новости.       Вальяжно усевшись на трон со стаканом виски в руке, Кроули смотрел вперёд. Он ни о чём не думал. Только жаждал навестить несговорчивого сторонника Люцифера и снова попытаться выведать у того нужную информацию.       — Ты заговоришь, — взболтнув виски в стакане, пробормотал Кроули. — Клянусь…       Но его фразу оборвал вбежавший в тронный зал этот самый демон.       — Оникс, к чему такая спешка? — вальяжно протянул бархатным голосом Кроули, взглядом проводив демона от входа до его трона. — Что ты разнюхал?       — О, господин, информация ценнейшая. Один из моих подручных побывал в Провансе и сообщил…       — …Что лаванда пахнет так себе, однако дарит умиротворение, — скучающе прервал Кроули, отпив виски.       — Сообщил, что видел нефилима, — более собранно произнёс демон, заставив Кроули забыть об алкоголе.       Тот сосредоточил на подчинённом довольный взор, встал с трона и подошёл к нему, закинув руку за плечо.       — И как поживает наша девчонка?       — Гуляет по лавандовым полям с ангелом.       — Любопытно-о, — Кроули улыбнулся, повернувшись с демоном к выходу. — А давай-ка ты расскажешь поподробнее об этой девке и её маленьких приключениях? Она с Кастиилом была?       — С Бальтазаром.       Хлопнула дверь в тронный зал, и помещение опустело. Других демонов не было, и это радовало пленника короля.       Услышав довольные возгласы Кроули за стеной, Виктор перестал бездействовать. Он вдруг начал вспоминать все встречи с Кроули в камере и отметил одно его сегодняшнее упущение: действие древнего заклинания закончилось. Обычно король Ада каждые пять дней его обновлял, — только это позволяло удерживать на коротком поводке такого сильного демона как Виктор. И это упущение сыграло свою роль. В итоге мужчина зло стрельнул тёмными глазницами в символ на стене и вытащил из-под пиджака кинжал необычной формы. Он сильно сжал рукоять оружия и со всей ненавистью и неприязнью к Кроули вогнал лезвие в красную линию на стене. На несколько секунд место удара зажглось ярким оранжевым светом. А после Виктор аккуратно продырявил и другие знаки на стенах тем же способом.       Демон уже без проблем перенёсся в тронный зал, а спустя минуту заговорил полушепотом.       — Он всё-таки просчитался, Отец, — довольно выдал Виктор, вновь телепатически обратившись к Люциферу. — Забыл про правила использования заклятий.       — Ты свободен, — подчеркнул Светоносный, — и знаешь, что делать.       — Да, Отец.       — Королёк отвлёкся на что-то важное. Не забывай подслушивать, — посоветовал архангел. — Возможно, это пригодится и нам.       — Понял, — собранно покивал Виктор, посмотрев в сторону хранилища с артефактами. — Только сначала заберу кое-что из запасов нашего дорогого Кроули.