Дорагон

— Доброе утро, — сказала Сакура, широко зевая и прикрывая рот рукой. Она все еще выглядела сонной, хотя Нацу, с которой они легли спать вместе, была бодрячком. Ну, как бодрячком. Она смотрела в окно, подперев рукой подбородок. Бинты все еще находились на месте. Прошло довольно много времени с получения травм, но, видимо, боль еще преследовала розоволосую. Хотя та и говорит, что скоро снимет их, от глаз седьмой команды не укрывается, что она украдкой морщится от боли. — Это тебе, — Цунами улыбнулась и поставила перед Сакурой тарелку. Та так же приветливо улыбнулась женщине и поблагодарила ее. Саске перевел взгляд на их сенсея, замечая, что тот стучит пальцев по щитку своей перчатки, задумчиво смотря в даль. — Наруто не вернулся прошлой ночью? — спросил Тадзуна. Сакура, протерев глаза, вяло ответила на вопрос: — Он как ненормальный тренировался ходить по деревьям всю ночь. Может он потратил неизмеримое количество чакры и умер. Нацу иронично хмыкнула, и Сакура недоуменно на нее посмотрела. — Я надеюсь, что с Наруто-куном все в порядке. Ребенок всю ночь в лесу один… — Не беспокойтесь. Его силы не видно, но он настоящий ниндзя. — Я не знал, — вдруг подал голос Учиха. — Для меня не станет неожиданностью, если этот идиот умрет. В тот же момент он получил сильный подзатыльник от Нацу, чуть не треснувшись лбом о стол. Резко подняв голову, он с раздражением посмотрел на Дорагон-Драгнил, и та ответила ему тем же взглядом. Сакура пыталась заставить ее извиниться, но черноглазая не обратила на нее внимания и, встав из-за стола, сказала: — Я пойду и найду его. После чего вышла из кухни. Саске посидел пять секунд, о чем-то размышляя, а потом тоже встал и направился вслед за куноичи. Сакура немного настороженно и удивленно пробормотала: — Саске-кун… — Я пойду за ней, заодно и прогуляюсь. — Но мы собирались завтракать, — сказала Харуно более уверенно. Затем она перевела взгляд на его тарелку… и, в общем, удивлена не была. Палочки были сложены на пустой тарелке. Все, что она сказала, дергая бровью, это было: — Быстро…

***

Наруто лежал на поляне, вытянув руки в разные стороны. В одной из них он сжимал кунай, которым отмечал свои рекорды. Перед ним сидела девушка, одетая в розовую одежду со светлым поясом. Девушка протянула руку к смуглой шее блондина, но в последний момент ее что-то остановило, и она положила руку на его плечо. — Ты простудишься, если продолжишь лежать здесь. Наруто сонно замычал, открыл глаза и даже немного удивился, увидев перед собой девушку. Он сел на земле, протер глаза, пытаясь избавиться от остатков сна, и вновь посмотрел на темноволосую девушку, которая разбудила его. — Кто ты? — растягивая гласные, спросил он. Девушка мило улыбнулась, и Наруто тут же покраснел. — Это ты меня разбудила? А что ты здесь делаешь? — Собираю лечебные травы. Наруто про себя отметил, что в этом незнакомка похожа на Нацу. Та тоже любит собирать всякое «барахло». Те же самые яды, противоядия и совсем редко — приправы. Хотя у нее и того, и другого — завались. Когда только успевает покупать? — Травы? — переспросил Наруто. — Да, травы, — улыбнувшись, отвечает темноглазая. — Для лечения ран и заболеваний. Наруто решил ей помочь. — Ты рано гуляешь, — сказал Наруто, спустя какое-то время усевшись на задницу. — Ты тоже. Что ты здесь делаешь так рано утром? Наруто улыбнулся, а потом громко и гордо сказал: — Тренируюсь! Девушка явно была чему-то удивлена. — Ты… наверное, ниндзя, или еще кто-то? С этой повязкой на голове. Наруто вновь покраснел, и удивленно-смущенно сказал: — Ты такая внимательная. Да, я ниндзя! Темноволосая удивленно вздохнула и сказала: — Да, ты потрясающий. Узумаки смущенно потер затылок. Ему нечасто говорили такие слова. Чаще всего это были Дорагон. И… никто, кроме них. Ну, иногда Какаши. Конечно, это было приятно. Но вот чтобы так — незнакомый человек, да еще и симпатичная девушка… было вдвойне приятно. — Но… почему ты тренируешься? — спросила на, опустив взгляд на траву. — Потому что я хочу стать сильнее, чтобы иметь возможность защитить дорогих мне людей! — Но ты уже выглядишь очень сильным. — Нет, нет! — раздраженно сказал Наруто, чуть наклонившись вперед. — Я хочу становиться сильнее и сильнее! Незнакомка сощурила глаза, и медленно спросила: — Зачем… это? — Так я стану тем, кто сможет защитить дорогих мне людей. Я стремлюсь к тому, чтобы все признали мою силу! И прямо сейчас мне нужно показать кое-что кое-кому! Девушка тоже наклонилась ближе, опираясь руками о землю. — Это для кого-то еще? Или для себя самого? Наруто удивился, и не смог найти ответа на этот вопрос. Девушка хихикнула, приложив руку ко рту. — Что здесь смешного? — недовольно спросил Наруто. Он выглядел довольно смущенным. А вот девушка, кажется, совсем не думала продолжать смеяться. Она мило улыбнулась, глядя на Узумаки и спросила: — У тебя есть кто-то, кто дорог тебе? — Дорог… — тихо повторил Наруто это слово. Конечно, есть. Нацу, Гажил, Лаксус, Венди, Шарли, Хэппи, Лили, Какаши! Все они ему дороги. И Сакура и Саске. Может быть. Но он все равно спросил: — Что ты хочешь этим сказать? А девушка сникла. Кажется, она погрузилась в свои воспоминания. Наруто пару минут наблюдал за ней. Снег падает с неба. У уличной мусорки сидит маленький длинноволосый ребенок в драной легкой одежде. К мусорке подходит мужчина и выбрасывает туда пакет. Как только он отходит, ребенок бросается к пакету, пытаясь его открыть. Позади него раздается рычание — ребенок оборачивается и видит собаку, что скалится и рычит. Ребенок смотрит на нее равнодушным взглядом. Звуки ударов и визг собаки. Она отлетает от ребенка и затихает, а тот возвращается к пакету. Но вот снова раздается рычание, и, обернувшись, он видит двух щенков, стоящих на защите, по-видимому, своей матери. Они оба рычат и скалятся. Мгновение спустя к ним присоединяется их мать. Длинноволосый смотрит на них так же равнодушно, а потом разворачивается и уходит. Снег все так же идет. Маленький длинноволосый ребенок в драной легкой одежде сидит, опираясь спиной о балку моста. Руками прижимает колени к груди. Вдруг, он слышит шаги, которые останавливаются около него. Подняв голову от колен, ребенок видит мужчину. У него на лбу протектор деревни Тумана, на лице — маска. Одет он в форму шиноби. Они смотрят друг на друга. Ребенок — уставшими и безжизненными глазами. Мужчина — хищным и холодным взглядом. Ребенку кажется, что тень этого мужчины обращается в монстра, который вот-вот сожрет его. Они еще немного поговорили, и девушка, встав, сказала: — Кстати. Я — мальчик. И, подобрав свою корзину, ушла. Ушел. Наруто схватился за голову в полнейшем шоке. Туда, куда она… он шел, были видны Нацу и Саске. Саске пытался что-то выведать у Дорагон-Драгнил, но у него не получалось: та полностью игнорировала его, сосредоточившись на дороге. Когда парень и его сокомандники столкнулись, Наруто увидел, что Нацу странно посмотрела на не… него, но не стала зацикливать внимание. А когда подошла, дала отрезвительный подзатыльник. Узумаки обиженно схватился за голову. — Только не говори мне, что ты про завтрак забыл. — Полный идиот, — сказал Саске за ее спиной. Нацу лишь закатила глаза. Наруто похихикал, и Саске ощутил озадаченность.

***

Сакура и Какаши стояли снизу, наблюдая за кронами деревьев. Вдруг из изумрудной листвы вылетел кунай, и Сакура дернулась от неожиданности. В руках она держала корзинку. Оба члена седьмой команды подняли голову вверх, и увидели там Наруто. Он лежал на одной из веток, свесив руки и ноги в низ. Блондин посмеялся. — Не может быть! Он уже забрался на такую высоту? Круто! — сказала Сакура, все так же смотря на него. — А вы что думали?! — довольно крикнул голубоглазый со своего места. — Смотрите, как высоко уже я могу забираться! Опираясь руками о ветку, на которой он лежал, Наруто подпрыгнул и встал на ней. Но вдруг нога соскользнула, и он Наруто стал заваливаться назад. Сакура снизу испуганно закричала: — А! Ненормальный! — О нет! — так же выкрикнул Какаши, и его глаза расширились. Если это произойдет, то дома Дорагон заживо сожрут его! Да и он сам себя сожрет! Наруто полетел вниз, и Сакура, зажмурившись, закричала. Но блондин резко перестал падать, будто бы примагниченный к ветке. А потом опустил голову вниз и хитрожопо улыбаясь, сказал: — Шутка! Снизу его сокомандница и сенсей выглядели так, будто бы не понимали, что происходит, и Узумаки заликовал. — Вы поверили! Вы поверили в это! — радостно кричал он. — Ты напугал меня! Блин! — недовольно ответила ему Харуно, прижимая руки к груди. Она мелко тряслась. Внутри же она хотела убить его за это. Какаши тихо пробормотал что-то о том, что Наруто довольно быстро растет. Но в один момент ноги голубоглазого отклеились от дерева. Какаши понял, что сейчас потеряет сознание, а его глаза стали по пять копеек. — Глупый Наруто! — вновь закричала Сакура. — Прекрати хвастаться! Но в этот раз он не хвастался. Громко крича, Узумаки летел головой вниз. Какаши уже подумывал спасти его, как мимо пронеслись две тени, что стремглав начали забираться по дереву. Он почувствовал облегчение, когда увидел, что Узумаки за ноги схватили Нацу и Саске. — Ты такой придурок, — сказал Учиха с натугой. — Я тебя пришью, — прорычала Нацу. Наруто посмотрел на них. — Саске… Нацу… — А! Саске-кун! Ты лучший! — выкрикнула Сакура снизу. Нацу обреченно вздохнула. Какаши тоже улыбнулся. Эти ребята замечательно растут…

***

— Строительство моста близится к концу, — сказал Тадзуна, когда ужин был съеден. Семья мостостроителя и седьмая команда, как обычно, сидели на кухне. — Большое спасибо вам за это, ребята. — Но, пожалуйста, будьте осторожны и не перестарайтесь, — сказала Цунами-сан, посмотрев на отца. В ее руках были пустые тарелки. — Я хотел спросить вас раньше, но… — он ненадолго замолчал, словно набираясь смелости, и произнес: — Почему вы все еще здесь, хотя я солгал вам о истинном ранге миссии? Какаши посмотрел на него несколько мгновений своим обычным, скучающим взглядом, а потом сложил руки замком на уровне груди и, прикрыв глаза, ответил старику: — Бросить задание — это трусость. Нет ничего хуже трусости. Цунами, стоящая рядом с отцом, явно была чем-то удивлена. В то время как Тадзуна просто смотрел в стол, вероятно, ожидая продолжения. — Это слова первого Хокаге, — пояснил Хатаке, посмотрев на них. Инари тихо хмыкнул и перевел взгляд на Наруто. Перед самым ужином они с этим брюнетом пришли грязные и еле стоящие на ногах (только благодаря друг другу они могли удержаться от падения) похвастались тем, что смогли забраться на самые верхушки деревьев, что вызвало лишь раздражение у Инари. Будто это как-то поможет против Гато или его наемников. Бесполезная трата времени. Лучше бы убрались отсюда поскорее. Потом они все-таки упали на задницы (из-за бесящего Узумаки), и Саске обозвал его придурком. Потом они сходили наверх в душ и привели себя в порядок. И уже тогда сели ужинать вместе со всеми. Когда Инари смотрел на него, перед глазами мелькал отец. Как он прыгает в бушующую воду, спасая деревню. А потом перед глазами замелькали моменты его смерти. Как он видит отца, привязанного к кресту. На нем не было живого места. Все в кровоподтеках, синяках, гематомах… страшнее всего были посиневшие руки. Как его тело сотрясается от неконтролируемых слез. Как отец в последний раз взглянул на него, улыбаясь. И мелькнула их первая встреча с отцом. Его слова о том, что за то, что любишь, нужно бороться. На глаза уже начали наворачиваться слезы. Инари не мог их сдерживать. А перед глазами у него был отец, который со слабой улыбкой просил его не плакать. Его голос был тихим, ослабшим и хриплым. Но все равно был полон любви к нему. — Почему? Мальчик спросил это довольно тихо, но Нацу и Наруто все равно его услышали. Блондин приподнял голову со стола и спросил: — Что? Инари, от чего-то взбесившись, встал, ударил ладонями по столу и поднял на блондина полные слез глаза, громко спросив: — Почему ты делаешь это, если это трудно?! Все равно, даже если ты тренируешься, ты не сможешь победить людей Гато! Сакура в шоке смотрела на мальчика. Как он может говорить такое? Саске и Какаши тоже были удивлены. Джонин смотрел на мальчика круглыми глазами, и нельзя было точно сказать, чему он удивился. Тому, что Инари вспылил, или тому, что он говорил. Учиха же, как всегда, скрывая эмоции под непроницаемой маской смотрел на мальчишку непонятным взглядом. Да даже не смотрел. Сверлил. — Не имеет значения, сколько ты работаешь… или сколько ты говоришь! Против силы не пойдешь! — Замолчи, — бросил Наруто раздраженно, отвернувшись от младшего в комнате брюнета. — Я не такой, как ты. — Заткнись! — заорал Инари. Теперь его тело неумолимо дрожало, а сам он даже не старался сдержать град слез, которые катились по его щекам и разбивались о поверхность стола. — Ты ничего не знаешь об этой стране, так не лезь! Ты раздражаешь меня своим присутствием! У тебя не было жесткого детства! Ты всегда улыбаешься и веселишься! На лицо Наруто легла тень. Нацу, сидящая рядом с ним, опустила голову, уперевшись взглядом в стол и поджав губы. Раньше, будь она младше и не имея такого контроля над своими эмоциями, как сейчас, она бы сама наорала на Инари или влепила бы ему смачную пощечину. Но не сейчас. Просто потому, что не ей здесь открывать рот. Пусть Наруто сам разбирается с Инари. — И ты, как актер, играющий драмы, собираешься рыдать каждый день? — спросил Наруто, диким взглядом посмотрев в глаза Инари. — Ты ничего не делаешь, кроме как рыдаешь целыми днями. Ты просто маменькин сынок! Инари в шоке замер, и даже слезы прекратили идти. Сакура, которая сидела сбоку от него, попыталась его остудить его строгим взглядом и словами о том, что это уже перебор. Но тот, словно не услышав ее слов, просто встал и покинул комнату, оставив зеленоглазую сокомандницу в недоумении. Инари продолжил реветь, стараясь не так громко всхлипывать и икать от слез. Его лицо было скрыто козырьком от шляпы, но можно было точно сказать, его глаза зажмурены, а лицо покраснело. Младший брюнет развернулся и вышел из комнаты на улицу. Цунами-сан не последовала за ним, молча стоя возле отца.