Тени, что шепчут за спиной

      24-е октября 2002-го года. Мерзкий, зловонный запах жареного мяса, чего-то неизвестного и жадные, чавкающие словно от неутолимого голода звуки — первое, что я ощутил, хоть немного придя в сознание и поняв, что мои руки и ноги крепко связаны верёвкой, а голова идёт кругом, и я могу с трудом открыть глаза, хоть и не очень этого хочу.       Открыв глаза, я увидел такую картину: Я сижу за огромным обеденным столом, по бокам стола сидят люди в балахонах или просто в одежде с капюшоном, в противоположном от меня конце стола сидит, сложив руки, высокий мужчина с изуродованным, покрытым ожогами и прочими шрамами лицом. А это «прекрасное» застолье украшает то, что находится на столе. Люди. Точнее то, что было ими. Горы жареного и сырого мяса, беспорядочно разложенные внутренние органы и цельные части тел, лежащие на тарелках, при этом нашпигованные овощами и прочими приправами. Скатерть стола полностью залита кровью, а если присмотреться к лицам культистов то видно… Как их лица искажены в радостной, широкой улыбке и полностью перепачканы кровью.       Если бы меня не стошнило ранее — я бы мог испортить им аппетит, а может мне так только кажется. Все культисты, кроме их «лидера», что смотрит на меня пристальным взглядом, заняты едой, если говорить от их лиц, я же нахожу это мерзким и пытаюсь отвести взгляд, но замечаю, что у стен прикованы на цепи мужчины, женщины и дети. Обнажённые, перепачканные кровью, кто-то напуган до дрожи и тихо плачет, смирившись с судьбой, а кто-то потерял свой рассудок и тихо бормочет о чём-то без остановки, кто-то мычит свернувшись на полу в клубок. Я сглотнул, понимая, что могу оказаться среди них, если скажу что-то не так, если я, конечно, не следующий иду на их обед.       Трапезу культистов прервал их лидер, встав из-за стола. Они все, устремив на него взгляд, замерли, ожидая чего-то, но ничего не говоря, он подошёл ко мне и произнес.       «Детектив Пирс, как я рад тому, что вы проснулись. Я думал, вы умерли от страха этой ночью. Но видимо тот день, когда вы убили моего предшественника закалил вас. Хотите есть?.. У нас есть много чего. Мозги, сердца, прямая, толстая и тонкая кишки. Есть даже печень и почки.» — С издевательством сказал мужчина до жути знакомым, хриплым голосом. Его обезумевшие глаза разглядывают меня, а одна его костлявая рука оказалась на моём плече.       «Зачем… За-ачем вы это делаете? Почему жрёте людей при этом сведя их с ума?» — Сдерживая свой тон, пытаясь не перейти на крик сказал я, гневно смотря ему в глаза, на что культист только рассмеялся и ответил:       «О великий Сеитхе. Детектив Пирс, вы забавнее, чем я думал… Вы читали книгу о нашем «культе», как её мерзко обозвали еретики, так почему же вы не знаете?.. Ну ладно. Я расскажу. Кратко. Мы забираем слабых и обездоленных, заставляем их бояться, чтобы мясо было вкуснее и пожираем их плоть, чтобы стать лучше. Обойти рамки возможностей человека. Неужели вы забыли такие старинные поверья?.. Мне жаль… Знаете, почему вы живы?» — Вежливо и ухмыляясь проговорил их лидер, взяв со стола смесь из плоти, кишечника и того, что когда-то было глазом, а его кисть, что была на моём плече резко что-то выдернула из моей шеи, заставив меня тихо прошипеть от жжения и боли.       «Понятия не имею… Но теперь я точно знаю, что ваш культ это полнейшее сборище безумцев» — Высказался я с лёгкой ненавистью в голосе, при этом глядя их лидеру в глаза, не смотря на помутнение в глазах от всех этих ужасов вокруг меня, от всех этих запахов.       «Тогда я скажу вам. Вы нужны нам, детектив Пирс. И возможно даже посвящу вас, если вы сразу не сломаетесь.» — Его голос звучал с насмешкой, а затем он поднёс ту смесь к моим губам, тихо произнося что-то на неизвестном мне языке.       Я сжимаю губы, стараюсь вертеть головой и не дать зажать нос, пока их лидер без успеха пытается скормить то, что когда-то было человеком. Но вот, его терпение кончилось и он взял меня свободной рукой за нижнюю челюсть, и проговорив вновь что-то на ином языке, культист, который всё время стоял за моей спиной, а я его даже и не ощутил, зажал мне нос. Воздух в моих лёгких быстро стал заканчиваться, сердце болезненно бьётся. Но я не выдержал. Стоило только мне открыть рот как вся смесь с его руки оказалась у меня во рту. Рвотные рефлексы от ужасного вкуса не заставили себя ждать, гнойная жидкость стала сочится из этой «еды». Но выплюнуть всё это для меня оказалось невозможным от того, что стоящий за моей спиной, стал держать меня за нижнюю челюсть, не давая разжать зубы, и закрывать рот ладонью.       Их лидер только усмехнулся и щёлкнул пальцами, и за одной из дверей раздались шаги. Двери распахнулись и в зал вошли ещё двое культистов, сопровождающих одну девушку, лицо которой было закрыто волосами, что растрёпаны и покрыты грязью. На девушке была только тряпка, закрывающая её тело до колен, а ноги босые. Она подошла к тому же лидеру тех и повернулась ко мне лицом.       «Вот и чудное воссоединение семьи, верно детектив?.. Знаете. А я всё же раскрою вам один секрет. Ваша сестра должна стать сосудом для нашего великого Сеитхе, а на случай если она умрёт, заменой станете — вы. Детектив Джоуи Пирс. Но сперва, мы сломаем вас. Сегодня ночью она, а завтра вы, если милая Молли не выдержит поток такой энергии и вторую душу в теле. » — Его лицо исказилось в жуткой ухмылке, а окровавленная борода придаёт ещё больше жути. Он убрал волосы девушки в стороны, открыв вид на её лицо. Глаза лишённые света и воли. Она смотрит на меня без эмоций, и так, словно в ней больше нет ничего живого.       »…Подготовьте его к ритуалу. Чтобы мы потом не теряли время в пустую.» — Вновь, хрипя, сказал культист и резким жестом развернул Молли лицом к выходу из зала, лёгким толчком заставив её идти.       Они ушли, скрывшись за дверью, а остальные культисты встали из-за стола и окружили меня… На мою голову надели некое устройство и закрепили его, зафиксировав на нижней челюсти и глазах. Механизм на нижней челюсти не даёт мне самостоятельно двигать ей, как бы я не старался, а на глазах — не даёт мне закрыть их, давая лишь время от времени моргать. Один из культистов начал читать что-то из книги в его руках, но язык на котором он говорит мне непонятен, второй же принялся брать «еду» со стола, и как бы я ни дёргался, всё тщетно. Гнойная жидкость, глазные яблоки, прямые, тонкие и толстые кишки, сердца, лёгкие, языки — он скармливает это всё мне, заставляя пережёвывать и глотать через силу, но чувствуя весь ужасный смрад, отвратительный вкус к горлу также стало подступать чувство рвоты.       Я не выдержал и всё то, что мне успели скормить вышло наружу. Рубашка, жилетка и щетина на подбородке оказались покрыты этой смесью. Меня кормят и кормят, не давая передохнуть и минуты. Слова, что они произносят стали западать мне в голову… Я не знаю сколько это продолжалось. Сколько часов прошло. Потерял даже счёт того, сколько раз меня стошнило. Однако мысль о том, что нужно спасти Молли и убить их лидера не дали мне сломаться. Я должен убить их лидера.       Через какое-то время они прекратили и ушли, закрыв дверь, сняв при этом с меня то устройство и развязав мои руки и ноги. Видимо думая, что я сломлен. Подождав какое-то время, я попытался встать с кресла, но ноги меня не слушаются, и я упал на пол с громким шумом, от которого у стен стали раздаваться шорохи. Мои ноги онемели от такого количества времени проведённого на неудобном деревянном стуле, при этом будучи туго связанным. Но некое чувство в моей груди начало заставлять меня двигаться к двери. Я стал ползти, не видя иного выбора, под столом. Те, что были давно сломлены и остались только в качестве еды, наблюдают за мной, а некоторые даже потянулись в попытке схватить, но цепи слишком короткие, чтобы у них это получилось.       Добравшись до конца зала, я с трудом поднялся на ноги, оперевшись плечом о стену. Дверь не запрета, но нежелание попасться культистам оказалось сильным, я слаб, пришлось прислушаться к звукам за дверью… Ничего. Абсолютная мёртвая и гнетущая тишина. Открыв дверь, за ней я увидел слабо освещённый свечами на стенах коридор. Опираясь о стены мне пришлось идти и идти. Слабость отдаёт в руки и ноги дрожью, а в глазах плывёт. Но вдруг, тишина стала пропадать. За моей спиной, вдали, раздаются множество голосов. Они шепчут, но их слышно. Слышно как они шепчут и приближаются ко мне. Прямо за спиной. Выбора нет. Нужно взять себя в руки и бежать. И вот, сжав руки в кулаки, собрав остаток силы и оторвавшись от стены, я побежал. Однако голоса догоняют меня. Коридор. Поворачиваю. Ещё коридор и ещё. Я споткнулся. Упал на пол, и не чувствуя боли от неожиданно нахлынувшего адреналина, я свернулся на полу и зажмурил глаза, приготовившись к смерти. В голове всплыли воспоминания о том, как умер Уилл и сердце бешено забилось. Жжение на руке заставило меня прижать обе руки к груди.       Но вот, шепчущие голоса пронеслись мимо меня, исчезнув через пару секунд. С опаской, но стараясь быть смелее, я встал на ноги, открыв свои глаза. Вокруг меня никого, а свечи затушены. В моей голове только непонимание и мысли о спасение сестры. Только это заставило меня идти дальше по тёмным коридорам, окна которых намертво забиты досками или закрыты металлическими пластинами. Ни дневной свет, ни свет ночной луны, ни свет от молний не могут проникнуть в эти коридоры. От чего словно крот, я с трудом и осторожностью иду по коридорам в поисках сестры. И не успел обратить во тьме внимание на то, как быстро обстановка сменилась с паркета и пустых коридоров на бетонный холодный пол и такие же стены со светильниками на стенах. Кроме всего этого меня начало настораживать отсутствие культистов и кого-либо иного. Что дало мне время задуматься о причине того, почему меня не убили владельцы тех шепчущих голосов. Только раздумья длились недолго.       Передо мной оказалась стальная дверь, она не заперта и приоткрыта. Не рискуя сразу открывать дверь, я прислушался к звукам за стальной дверью. Только тихое, слабое дыхание. Решившись всё же её открыть, я увидел за ней свою цель. Молли. Она сидит на старой грязной кровати, а её руки и ноги слабо дрожат. Взгляд девушки медленно направился на меня, и погасший свет в её глазах снова возгорелся, и нежная, слабая улыбка появилась на её лице, но вставать она и не попыталась.       «Молли, слава богу, я нашёл тебя…» — С облегчением сказал я, поспешно подойдя к сестре. На душе стало спокойнее и, несмотря на то, что мы оба грязные, я обнял её за плечи.       «Н-нам… Н-нужн-н-но бежа-а-ать. Они с-с-скоро-о прид-дут…» — Слабым, дрожащим голосом с трудом сказала девушка, легко обняв меня в ответ.       Понимая её опасения, я молча кивнул и полностью выпрямился, посмотрев на Молли, но она только отрицательно покачала головой, давая понять, что не может идти. И с вздохом, собрав оставшиеся силы я взял её на руки и вынес из камеры. Молли дрожащей рукой указала в сторону, прошептав: «Нам туда, следуй согласно моему указанию… Я запомнила где выход». Доверяя сестре и не сомневаясь в её способности запоминать всё, что она когда-либо видела, я, ускорив шаг, понёс Молли, а некое чувство, что и раньше появлялось в моём сердце вновь стало меня терзать.       Я практически всё время бежал и бежал. Уже вовсе молясь о том, чтобы попросту не столкнуться с культистами. И вот, ворвавшись в одну из комнат… Удар. Звон металла и брызги крови. Твёрдый холодный пол стал ощущаться моим затылком, а в глазах потемнело. В голове начало гудеть. А в ушах раздался крик девушки. Крик из последних сил и страха. Крик затих, и я услышал только хриплый, знакомый и безобразный смех, что стал мне так ненавистен за всё время в этом проклятом месте. От сильного удара по лицу и затылком об пол, я стал терять сознание.       Но голос. Голос Молли в моей голове стал говорить мне: «Убей их, Джоуи, спаси меня! Прошу тебя! Я не хочу умирать!»… Мне больно, я устал и хочу отдохнуть. Но в моей голове возникло воспоминание. Похороны. Я, Молли и наш отец. Мы стоим у могилы нашей матери, а отец, стоя перед мной на колене, что-то говорит…"Ты обязан защищать свою сестру. Защищай её, даже если будешь ненавидеть Молли. В конце концов вы брат и сестра. Ради мамы, сделай это. Джо».       «Защитить… Защитить Молли. Я должен это сделать. Она моя сестра и последняя… Кто у меня остался.» — С тяжёлым дыханием сказал я, а перед глазами всё стало заливаться красным от нахлынувшей ярости. Нет. Это не ярость. Безумие и жажда крови.» Этот отвратительный смех главы культистов. Мерзость. Он становится громче и громче. Пора ему замолчать навсегда.» — с этими мыслями красная пелена полностью залила мои глаза. А жуткий, искажённый голос довольно и практически ехидно произнёс: «Ихт тигнаара»… И только после этого… Холодная бездна поглотила меня.       Конец 2-й главы.