Я жду тебя здесь
18 мая 2013 г., 03:26
В призывной пункт они отправились порознь. Сначала Курт — до ланча, затем Блейн — после ланча. Они не хотели, чтобы из-за них кто-то вскидывал брови от удивления.
Никто в Нью-Йорке не вскинул брови и даже не захлопал ресницами на двух холостяков, делящих одну квартиру. Женщины часто приходили к ним в гости, включая Рейчел Берри, которая — выдох — по словам соседей, зачастую оставалась на ночь. Леди из квартиры 31А была уверена, что Рейчел — девушка Курта, мужчина из 31С считал ее девушкой Блейна, а девушки из 31D не хотели строить предположений, чтобы не провоцировать вопросы об их собственном жизнеустройстве.
Курт и Блейн тщательно поддерживали вид холостяцкой квартиры — декорировали обе спальни, хотя «комната Блейна» была больше похожа на склад, где хранилось все, что парни не могли выбросить, так как были слишком сентиментальны, поэтому спальня не особо соответствовала декору остальной части их холостяцкой берлоги. В «комнате Блейна» спали те, кто приходил их навестить.
Бабушка Блейна после смерти оставила ему наследство внушительных размеров. Получив его, он купил маленькое бунгало за городом, возле океана. Дом для себя и Курта, где со своими друзьями, если был радостный повод, парни проводили выходные, летние месяцы и праздники, и также отдыхали только вдвоем, растянувшись тихими ночами перед камином.
Они собирались встретиться дома, чтобы поделиться новостями друг с другом. Ровно в шесть Блейн ворвался в двери и учуял запах того, что готовил Курт на кухне.
Блейн схватил любимого сзади, крепко обвивая руками талию Курта. Из-за разницы в росте Блейн едва мог достать подбородком до его плеча, но, несмотря на это, он зацепился за любимого, вглядываясь вниз, в кастрюли, в которых тот что-то деловито помешивал.
— Привет, красавчик, — промурлыкал он в ушко Курта.
— И тебе привет, — Курт прислонился лбом к виску Блейна. — Ужин почти готов. На стол не накроешь?
Блейн достал из буфета тарелки и столовое серебро, скрутил чистые салфетки в украшенные монограммой кольца. Он налил приличное количество виски в два хрустальных стакана, немного разбавив водой, и встретил нагруженного блюдами Курта, который выходил из кухни.
Они расстелили салфетки на коленях, и Блейн поднял стакан, чтобы произнести тост.
— Навстречу новым приключениям. Я отправляюсь на подготовку через две недели! А ты? — он выжидающе улыбнулся.
Подняв собственный бокал, Курт дрогнул.
— Я… Они… Они сказали, что мои колени недостаточно сильные. Я… Я не прошел.
Блейн был одним из тех людей, для кого служба находилась на первом месте. Блейн верил в доброту, порядочность, свободу и здравомыслие. Курт же был более циничным, склонным подождать: "Блейн, они в любом случае не захотят брать нас."
Но сила убеждения Блейна все же повлияла на него.
В итоге, Курт решил поступить на службу, просто потому что не мог вынести мысли, что останется в тылу, пока Блейн будет маршировать прямиком в опасность. Он знал, насколько крошечны шансы, что их вместе отправят в одно место. Но он представлял, как будет романтично, если они найдут друг друга в Офицерском Клубе где-нибудь в Европе, или он прыгнет в траншею, где будет Блейн.
Курт не был уверен в том, как собирается жить, оставшись дома; как будет стоять и смотреть, как Блейн садится в поезд, и когда — или если… о, боже, или если — он увидит его снова. Настолько ли силен Курт, чтобы пройти через это? Сможет ли он выдержать то, что Блейна не будет рядом с ним?
Ужин прошел спокойно. Парни болтали о простых вещах их обыденной совместной жизни: о здоровье отца Курта, о недавнем визите брата Блейна, о новом проекте у Курта на работе. Никаких разговоров о войне, опасности и отъезде.
Но позже, когда Курт, лежа в постели, повернулся лицом к Блейну, они неистово и безмолвно занимались любовью. И Андерсон понял, что Курт пытался сказать ему.
Курт будет всегда, всегда ждать его здесь, чего бы это ни стоило.
