Чудные на всю голову

      Среди тёмных закоулочков и запутанных проходов Ива отыскала чёрный вход почты. Лиззи с утра прислала ей письмо с описанием пути. Вели они в запрятанные в нижних стенках панциря комнаты, где проживали големы. Хотя словом «проживали» подобное описывалось с трудом: ни спален, ни уборных Ива не увидела. Помещения походили скорее на кладовые: здесь хранилось множество приспособлений, начиная от обычных метёлок и заканчивая навороченными приборами, значения которых Ива не знала. Особенно её поразила длинная трубка, засасывающая всё, что в неё попадало. Интересно, зачем она нужна?       Но не только кладовыми полнились коридоры. Двери вели и в какие-то большие залы. Ива лишь мельком в них заглядывала: внутри стройными рядами ходили пуриноподобные существа, собранные из частей тел самых разных рас. Громкий голос оглашал номера, и големы дружно шагали к распахнутым дверям. Механизм работал точно, как часы!       Наконец, Ива нашла нужную дверь. В отличие от других, она была помечена деревянной табличкой «Уровень разума: высший». Что это означало — Ива пока не знала.       Стоило ей стукнуть один раз по двери, как та распахнулась. Своевременно! В щёлочку выглянул знакомый печальный глаз.       — Фух… Проходи, Ива.       — Привет, Лиззи.       Улыбнувшись, Ива юркнула следом за Лиззи.       Оказавшись внутри, Ива застыла в ступоре. Её взору предстала полупустая комната. Лишь два ровных ряда деревянных стульев стояли друг напротив друга. Освещалась комната тусклой свечной лампой.       — Лиззи, а что это за комната? И почему тут одни стулья?       — Ну… Тут держатся големы высшего уровня разума, — объяснила она, словно её слова должны быть очевидны.       — И… Что это значит? — недоумённо переспросила Ива.       — Ой… Прости, я думала, ты в курсе! — обеспокоенно запричитала Лиззи.       — Ничего, я ведь не всезнающая…       — Я думала, вы, живые, всё знаете, — искренне удивилась та.       — Но ты ведь тоже когда-то была живой, Лиззи, — возразила Ива. — Между нами нет никакой разницы! Только ты, видимо, возрождённая, а я… Ну, не умирала ещё.       — Ох… Если бы големы хоть что-то помнили о прошлой жизни, они были бы такими счастливыми!       Лиззи улыбнулась и отошла к стене. Ива же наоборот — печально вздохнула.       — Иногда хотелось бы быть, как голем — забыть всё и жить с чистого листа…       — Нет-нет, Плакучая Ива, так нельзя! — обеспокоенно воскликнула големша, обернувшись. — Нужно дорожить своим прошлым. Это ведь единственное, что у нас есть!       Сказав это, Лиззи обиженно насупилась и принялась открывать незаметный ящик в стене. Ива удивлённо вздохнула. Ох… Она даже не подумала о том, что у Лиззи ведь и вправду ничего нет. Ни своих вещей, ни любимого дела, ни своей личности. Ей, Иве, стоило благодарить Матушку, что та подарила ей хоть какую-то жизнь.       — В этой комнате обычно сидят големы с высшим уровнем разума, — вдруг перевела тему Лиззи. — То есть са-а-амые умные из големов. А мебели тут нет, потому что мы не спим, не едим и ничем «живым» не занимаемся. Когда мы не заняты, мы просто сидим. Но это редко бывает. Да и это попросту скучно.       — То есть это комната твоя и твоих друзей? — спросила Ива, опускаясь на корточки рядом.       — Ну да. Мы среди големов самые умные. Но не такие умные, как вы, живые!       — Не говори так! Зачем ты себя так унижаешь? Насколько я тебя знаю, ты лично ничем не хуже других моих подруг.       — Правда? — обернулась обескураженная Лиззи. — Ну, я… Я голем. Мы не можем быть умными. Такова наша судьба…       — Я уверена: это просто россказни.       — Ива, у нас совсем мало времени…       Опомнившись, Ива кивнула. Нельзя терять ни мгновения!       Просунув орочью руку в дебри настенного ящика, Лиззи достала оттуда корзинку. Огромную, сверху донизу заполненную фруктами. Там лежали и наливные яблочки, и сладкие ягодки, и румяные персики. Ива принюхалась: настоящие фрукты! Она такие видела только на приморских рынках! Такие свежие и сочные фрукты — дорогое удовольствие, тем более для Ивиного родного Берского Царства.       — У-у-у! А от кого это? — спросила Ива. — Наверное, богатый сударь!       — Не знаю… В корзинке лежала записка.       Лиззи протянула Иве небольшую бумажку. Тоже недешёвая — обрамлена узором из розовых цветов. Развернув свёрток, Ива прочитала: «Твой самый большой поклонник».       — А твой ухажёр — настоящий романтик!       — Наверное… Выглядит всё это страшно.       — Страшно? — удивлённо навострила уши Ива. — Почему? Он же хотел сделать тебе приятно.       — Не знаю, — дрогнула Лиззи. — Мастер говорил не разговаривать с обычными жителями Академии… Это сулит неприятности.       — Почему так? Ты же со мной разговариваешь, и у тебя до сих пор не было проблем.       — Потому что никто об этом не знает, Ива. А это… Я даже не знаю, что делать с этой корзинкой.       Лиззи положила корзину на колени и повертела её. Она насупилась. Прислушавшись, Ива не услышала биения сердца Лиззи. Ох, а ведь её эмоции так просто не поймёшь!       — Так надо съесть фрукты. Разве нет? — неловко отозвалась Ива, разглядывая невероятную гору заморских сочных плодов.       — Ну, я могу… Но потом корзинку придётся выбросить.       — Почему же?       — Так мастер будет ругаться… Но мне ведь никогда ничего не дарили…       Лиззи прижала корзинку к груди. Нежно и осторожно, будто та вот-вот развалится.       — Если хочешь, можем перенести её в мою комнату, — предложила Ива.       — Но… Но у тебя будут неприятности из-за меня! — взволновалась Лиззи.       — Лиззи, мне ничего не будет. Всё в порядке. В Черепаховой Академии все свободны.       Ива отвернулась, понимая, как лицемерно прозвучала. Лиззи ведь тоже жительница Академии, но об её свободе не шло и речи.       — Я так рада, Ива! — воскликнула Лиззи, вскакивая на ноги. — Пойдём, пойдём! А ты будешь фрукты, Ива?       — Ну, если ты хочешь, разделим их с тобой вместе. Это же твой подарок, тебе решать, — ответила Ива, поднимаясь следом.       — Ура, Ива! Ты лучшая!       Запрыгав на месте, Лиззи похромала к выходу. Корзину, несмотря на её внушительные размеры, она с лёгкостью несла одной рукой.       — Нет, Лиззи. Это ты лучшая, — улыбаясь, ответила Ива.

***

      Усадив на ноги горшочек с баранцем, Ива с Лиззи ели фрукты и обсуждали всё на свете. Фруктов оказалось настолько много, что, сидя час, они едва съели то, что было сверху! Иве больше всего понравились бананы, их она впервые попробовала их в Нехене, столице северного Та-Ааи. Такие сладкие и мягкие, они, ко всему прочему, были ещё и жёлтые — любимого цвета Ивы!       Лиззи же больше нравились яблоки. Она ими хрустела так быстро, что Ива засомневалась, не ела ли она потому, что мастер решил заморить её голодом. Но нет: Лиззи уверила её, что есть ей не обязательно, но иногда она могла себе такое позволить.       Баранцу же понравились ягоды. Конечно, как раз впору для его маленького рта!       Лиззи Иве о многом рассказала. О том, как она единственный раз в жизни убиралась в комнате Неизвестного и, обнаружив там кровь, очень испугалась. Сбежав, она рассказала обо всём мастеру, а тот её отругал и послал назад. В комнате её уже встретил сам Неизвестный и вместо уборки предложил взамен прочитать любую книжку из его библиотеки. Лиззи очень обрадовалась, но, когда выбрала интересную, ни слова там не поняла и ушла расстроенная. Или историю о том, как Лиззи работала на вороньей почте, и встретила там Паука. Он попросил её прочитать вслух письмо, которое ему прислали. Сам Паук посвящал её в свои тайны! Или историю, когда она во время ночного обхода случайно наткнулась на беглого птенчика жар-птицы. Тот её сперва испугался: животные всё-таки чувствуют мёртвых и боятся их. Но Лиззи удалось взять птенчика в руки, хоть тот ей и обжёг ладони. Сэчико по щелчку пальцев вылечила ей кожу на руках.       Несмотря на низкое положение, к големам многие относились вежливо. Как Ива и думала. Не одна она ведь такая!       Вдруг Ива почувствовала, как её браслет задрожал. Ой!       — Посиди здесь, Лиззи, — предупредила её Ива и подскочила к двери.       Баранца Ива переложила Лиззи на колени. Баранец заблеял, когда Лиззи потёрла его макушку большим орочьим пальцем.       Ива же открыла дверь и выглянула наружу.       — О, Джант… Не ожидала, что ты придёшь, — удивилась она.       — Ни здрасьте, ни до свидания, — усмехнулся тот. — Что-то случилось?       — Заходи! Только быстрее!       Джант удивился, но ступил внутрь следом за Ивой. Удивлённо застыв на пороге, он не мог отвести взора от Лиззи.       — Ты! — вдруг воскликнул он. — Вы знакомы?       — Да… А что? — удивлённо спросила Ива.       — Прости, не помню, как тебя зовут… Ты ведь та самая подруга тренера Победоносца, да? — уточнил Джант.       — Ничего, — улыбнулась големша. — Я Лиззи.       Но за её улыбкой Ива не могла не заметить тени разочарования.       — Не волнуйся, Джант нас не выдаст, — поторопилась объясниться Ива. — Да, Джант?       — Ага… Извини, Лиззи, я просто удивлён, големам же нельзя общаться с обычными жителями.       — Я понимаю, — грустно вздохнула та. — Если бы не это… я бы не отвлекала Иву.       Лиззи кивнула в сторону корзинки. Баранец заблеял, щекой упираясь в её тонкую руку.       — Ты ничуть не отвлекаешь, — обиженно сказала Ива. — Я вызвалась тебе помочь!       — Я не должна здесь быть, я…       — Это от Победоносца? — вдруг прервал Лиззи Джант.       Лиззи удивлённо захлопала в его сторону глазами. Ива ещё удивлённее на него взглянула.       — А… Да? — переспросила Лиззи.       — Джант, в письме не было указано, кто это подарил, — дополнила Ива.       Тот же подозрительно сощурился. Взглянув на корзинку, он хмыкнул и, прикинув что-то, ответил:       — Лиззи, у тебя есть другие знакомые среди жителей Академии?       — Ну… Такие, как Победоносец, нет.       Она отвернулась. Ива не могла знать, но с радостью понимала: Лиззи смущалась.       — Тогда очевидно. Только странно, что он не назвался… Он ведь такой горделивый.       — Иногда гордость прикрывает то, каким никчёмным иной себя считает.       Ива ответила, не раздумывая. Вспомнила.       Однажды Светозар рассказал ей, как ненавидел драться. Сперва нарывался на драку, а потом не являлся на неё. И чем больше ему хотелось драки избежать — тем наглее он себя вёл. Но от самой драки бежал, как мог. Один раз ему всё же пришлось померяться силой с одним зверцом, и от страха Светозар ударил противника так, что тот ударился об угол стола и чуть не умер. Много позже, когда он окончил Высшую Школу Чудесных Наук, Светозар при любой подступающей драке говорил, что убежит, а Ива пускай справляется сама.       Интересно, как ему теперь служится в модераториях?       — Будете фрукты? — нарушила нависшее молчание Лиззи.       — Можно на «ты», — улыбнулся Джант и уселся напротив неё и Ивы. — Я бы попробовал. Если тебе не жалко, конечно.       — О, нет-нет! Я големша, мне столько не нужно, — хихикнула Лиззи. — Не подскажешь, сколько времени?       — Не знаю, но на улице уже темно.       — Ой-ой! — она вскочила с места, отставляя баранца рядом с собой. — Мне совсем скоро нужно будет отправляться на уборку! Ива, приглядишь за корзинкой? Ешьте, сколько хотите, мне не жалко!       — Конечно, пригляжу. Спасибо, Лиззи! — улыбнулась Ива. — Что же до корзинки…       Умоляюще взглянув на Джанта, Ива сама не знала, чего ждала. Хотелось как-то ободрить Лиззи, но что она сама могла сказать?       Джант поймал её взгляд и тяжело вздохнул.       — Одна вещь, напоследок, — раздражённо бросил он. — Завтра вечером поговорим с тренером Победоносцем. Я, к сожалению, многим с ним связан. Сходим, выясним, что там с корзинкой.       — Ох… Тебе точно не сложно? — запричитала Лиззи. — Я не прошу…       — Нет. Не сложно. Мне же надо только отвести вас, да? — вскинул бровь Джант.       — С остальным, думаю, наша помощь не потребуется, — уверила его Ива.       — О… Большое, большое спасибо! — радостная Лиззи пожала Джанту руку, да так, что Джанта затрясло. — Завтра увидимся! До свидания, Ива, Джант!       — Пока, Лиззи, — улыбнулась Ива.       — Ага. Пока, — бросил Джант.       И Лиззи скрылась за дверью. Подсев ближе к Джанту, Ива обернула его хвостом. Джант, казалось, ничуть не удивился и взял из корзины ягоду ежевики.       — Спасибо большое, — улыбнулась Ива.       — Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Потому что помогать големам — занятие не из простых, — он положил ягоду в рот. Волосы его на миг воспылали. — Вкусно!       — Почему? — спросила Ива. — Големам же не запрещено помогать.       — Нет. Но, играясь с любимыми куклами профессора Сервуса, ты грозишься заработать себе большие неприятности.       — Какие же? — игриво спросила Ива. — Я у него на хорошем счету. И вообще, я смелая! Вдруг Джант обернулся к ней. В его лице читалась холодная серьёзность.       — Ив. Ты не знаешь профессора Сервуса, — выдохнул он, близко к ней наклоняясь. — Его заклятые враги зачастую пропадают без вести. Я не хочу тебя потерять из-за какой-то големши …       — Она моя подруга! — жалобно воскликнула Ива. — Лиззи заслуживает стать счастливой!       — Я по этому поводу ничего не говорю. Но, Ив, если это ставит твою жизнь под угрозу… В общем, будь осторожна, ладно?       Он отвернулся. Сердце его заколотилось. Внешне он выглядел обиженным, но внутри, казалось, его одолевали противоречивые чувства.       — Я справлюсь, Джант, — прильнула к нему сбоку Ива. — Если хочешь, ты можешь защитить меня.       — Я бы рад… Но я не всегда могу быть рядом, — вздохнул он. — Только если мысленно.       — Почему же? У меня есть идея!       Ива вскочила на ноги. Достав из шкафа инструкцию для браслетов, она нашла в ней нужную страницу и передала книгу Джанту.       — Точно! — удивился Джант. — Как я мог забыть?       — Если мы установим это заклинание, ты всегда сможешь меня найти. Где угодно, — улыбнулась Ива. — А если мне будет грозить опасность, я подам сигнал!       — Ты умница, Ив! — схватив её в охапку, он поцеловал её в волосы и зарылся носом в мех ушей. Ива ясно слышала свист его дыхания.       — Не такая уж и умница. Ты бы это и без меня узнал, — скромно обхватила его руку она.       — Ещё какая, Ив.       — Ты просто не знаешь, сколько глупостей я успела совершить, Джант…       — А знаешь, сколько их совершил я? — он отстранился, усмехаясь. — Хочешь глупостями померяться? Так вот, я тебя однозначно выиграю.       — И правда хочешь? — усмехнулась Ива в ответ. — Да у меня на твои глупости их будет с десяток!       — Что же… Как тебе, например, что я однажды изукрасил стены верхних этажей? Я нарисовал там улыбающуюся рожицу.       — Ого! — удивилась Ива. — И Неизвестный тебя не убил за это?       — Ну, в углу пришлось постоять, но это того стоило. Видела бы ты лица горожан! Они обо мне говорили ещё месяц… Пока краску отмывали!       — Это сильно, конечно, но у меня есть кое-что посильнее… Я как-то переспала с едва знакомым мне зверцом, потому что думала, что любила его. Ива гордо улыбнулась. Джант же будто потух. Пламя поубавилось.       — Почему? — печально отозвался он.       — Прости… Я повела себя развязно, да? — неловко улыбнулась она. — Вот такая я. Грязная. Мне хотелось быть чуть менее одинокой. Получилось, что стало только хуже, ха… Я очень глупая, как видишь.       Вдруг Джант притянул Иву только ближе. Обхватив её руками и ногами, он прижал её так крепко, что у неё вырывалось дыхание из груди.       — Не вижу. Я тебя люблю, Ив, — пробормотал Джант. — И не позволю никому тебя оскорблять. Даже тебе самой.       — Я тебя тоже люблю, Джант. И мне очень жаль, что ты полюбил такую, как я, — произнесла Ива, хихикнув.       — Я серьёзно, Ив. Не говори так. Я люблю тебя…       Джант повернул Иву лицом к себе. Прильнул к её губам. Нежно, неловко ловя её губы. Ива сперва удивлённо воспротивилась, но услышала томное:       — Ив, я люблю тебя… Люблю… Ив…       И отдалась ему во власть.