FYI.

      Всё было, как в любой другой вечер: совместный просмотр какого-то фильма или сериала с тупым юмором, от которого обычно прёт только Чонгука, видео игры, пивас и душевные разговоры (настолько душевные, насколько это вообще возможно с Юнги). Он, конечно, тот ещё, но Чонгук действительно привык к хёну за те два года, что они треплют друг другу мозги (читай как: живут вместе). Им пришлось снимать квартиру вместе, потому что ни у одного нет достаточно денег, чтобы позволить себе собственную. Иногда не хватает даже на нормальную еду, так что приходится жрать рамён. Как сейчас, например. Хотя, никто особо и не против. Такие вещи действительно сближают и становятся тем «общим», что есть у Чонгука и Юнги.       Если коротко, Юнги — это мешок ленивого и депрессивного дерьма, как парень сам себя называет. Даже по его виду не скажешь, что он обычный человек: худой, как скелет, постоянно одевается в чёрную одежду, ещё и волосы покрасил в мятный цвет. Его любимые круглые очки, как у Гарри Поттера, образу крутого явно не подходят, хотя он таким быть и не пытается. По крайней мере, надеется в этом убедить Чонгука. Юнги говорит, что таким внешним видом можно отпугивать «нормальных людей», что бы это не значило.       Чонгука только не отпугнул. Гук ведь до сих пор буквально восхищается хёном. Тот ведь, на самом деле, чертовски чувствительный и умный, хотя показывает это по минимуму, что является огромным плюсом. Эмоции иногда играют с нами большую шутку, поэтому умение их скрывать бывает полезным. Плюс ко всему, для самых родных и близких людей Юнги готов сделать всё, что угодно.       — Если ты думаешь, что можешь сравнивать Рэйчел и ту девку из ксероксного, то я тебе сейчас врежу, серьёзно, — ржёт Чонгук, почти давясь пивом. — Росс не должен был трахаться с ней.       У Юнги и Гука настолько мало общего в плане мировоззрения — да и в любом другом плане тоже, нечего скрывать, — что подобные сцены случаются почти каждый день. И это только из-за сериала!       — У них с Рэйчел-флиртую-со-всеми-а-тебе-хуй-там-Грин, если помнишь, был перерыв!       — Как тут забыть, если Росс об этом трещит каждую серию? — шутит Чонгук, пихая Юнги в рот рамён, таким образом, затыкая и заканчивая спор.       Эти разговоры ещё раз напоминают Чонгуку, насколько же круто иметь хорошего друга: у вас могут быть кардинально разные мнения на счёт любой темы, но в результате всё просто оборачивается в шутку. Конечно, когда дело касается серьёзных вещей — это существенный изъян, но Чонгук с Юнги и серьёзность — это, мягко говоря, Рэйчел и та девка, что из ксероксного.       — Окей, малец, мне нужно учить две лекции по матеше, которые я проебал, поэтому я планирую удалиться в свою комнату, — сообщает Юнги, забирая ноут с собой. — И ещё. Включай своих блэкпинк, или кого ты там слушаешь, потише, лады?       — Я не слушаю их! — говорит Чонгук, но сразу же понимает, что говорить Юнги что-либо бесполезно, поэтому добавляет. — Ладно. Удачи, хён.       — Что за сопли? Мне не удача нужна, а миллион чашек кофе, потому что с таким успехом я вырублюсь через полчаса.       — Вообще-то только 7 часов вечера.       — А ты поучи за меня матешу и потом повтори это, хорошо?       — Воздержусь, — смеётся Чонгук, поправляя одним движением чёрные волосы. — Но серьёзно, Юнги, удачи. Постарайся не сдохнуть.       Старший только слегка улыбнулся, показывая фак, и поспешил покинуть комнату Чонгука. Младший же досмотрел ещё одну серию сериала и тоже ушёл учить пропущенный материал. В последнее время он запустил учёбу не меньше, чем Юнги.       Во-первых, он работает. Платить за квартиру же чем-то надо. Во-вторых, как-то нет сил уже. Он действительно устал от всего, что свалилось на него в последние дни: родительские наезды, будущая сессия, критика начальника, будто Гук не официантом в кафе работает, а администратором Голубого дома и так далее. Сложно.       А вообще, Чонгук хочет быть каким-нибудь инженером, компьютерщиком или физиком: проводить дни напролёт что-то ремонтируя, придумывая, изобретая, а не уча литературу, чтобы родители удовлетворили свои пуканы и отправили сына работать учителем. Благородная профессия, это так, но нынче такая неблагодарная молодёжь. А чего, Чонгук будет неплохим учителем — ещё даже работу не нашёл, а уже жалуется на детей.       У Юнги ситуация тоже не лучше: он музыкант, который учится на адвоката из-за давки стариков. Что может быть хуже? Хоть Чонгук и говорит, что они с Юнги совсем не похожи, у них, на самом деле, общего больше, чем у кого-либо. Друг познаётся в беде, говорят? А может, в общем горе?

***

      Юнги уже валялся на кровати, видя десятый сон, очевидно забив на матешу, когда в дверь постучали. Чонгук обычно орёт: «Юнги, полумертвая ты палка, иди, открой дверь», но сейчас решает дать хёну отдохнуть, поэтому открывать идёт сам. Хотя лучше бы притворились, что дома никого нет.       Владелица квартиры. Лучше бы так воры какие-то.       — Что вас привело к нам сегодня, аджумма? — нервно, но любезно спрашивает Гук, вспоминая, что счёт за квартиру они с соседом оплатили ещё две недели назад. — Проходите, кстати. Чай, кофе, может быть?       Дама как-то фальшиво отвечает «спасибо, не надо» и, совсем не стесняясь, заваливается в квартиру.       — Плохие новости? — делает ещё одну попытку Гук.       — Это уж, с какой стороны посмотреть, — издевательски говорит она. — Ладно, ничего хорошего, если быть честной. Вы, ребята, у меня одни из самых лучших квартирантов, но должна огорчить… Поднимаю цену на квартиру. Почти в полтора раза.       — Что? — шокировано, выдал Гук. — Но почему?       — Цены растут, ребятушки, ничего не поделать. Если нет возможности платить, придётся вам съехать.       — Да куда, собственно? Ваша квартира — это лучший вариант, который мы можем себе позволить, — пауза. — Могли.       — Тогда ищите третьего. У вас, если не ошибаюсь, две недели ещё. Это хороший вариант, тут ведь есть третья комната — гостиная.       — Мы обсудим это. Других вариантов-то и правда нет…       Аджумма надолго не задержалась. Проверила только, всё ли чисто в комнатах, и ушла, даже не разбудив Юнги. Чонгук же в это время думал, как им с хёном всё это решить.       — Да ну нахрен, — только сказал Юнги, когда Чонгук объяснил эту ситуацию.       — Тоже так считаю. Что будем делать?       — А у нас есть выбор? — спрашивает Юнги и ловит грустный взгляд младшего. — Нужно искать ещё одного соседа.       Чонгук не хочет. Каким бы мудаком Юнги не был, он замечательный друг и сожитель, и почему-то Гук верит, что с третьим соседом Юнги таким не будет. То ли время заставило Чонгука это признать, то ли ситуация, но факт остаётся фактом — они друг к другу чертовски привязались. Если сюда поселится кто-то третий — всё изменится. Кардинально. Это Чонгуку совсем не нравится.       — Я тоже не хочу сюда кого-то третьего, — признается Юнги. — Это ведь всегда были лишь мы. Свои приколы, шутки. Даже домашние обязанности у нас на двоих. Но ни у тебя, ни у меня нет лучшего варианта, поэтому не будь тряпкой. Меня же как-то пережил.       Это самые тёплые слова, что Гук от него слышал.       Когда об этой ситуации говорит Юнги, всё действительно кажется элементарным. Именно поэтому Чонгук всегда идёт за советом к нему, когда дела действительно идут плохо. Всё-таки, они соседи. И друзья. И останутся ими, даже если с ними будет жить кто-то ещё. И Гук рад, что у них хотя бы есть шанс не вылететь из прекрасной квартиры.       Сна он, кстати, тогда так и не видал ни в одном глазу.

***

      Чонгук еле проснулся на следующий день. Он лёг спать в 5 утра — это чертовски поздно (или рано: зависит от мировоззрения). Сил едва хватило на принятие душа и нормальный завтрак, ведь не особо хотелось весь день ходить, как зомби. Юнги, к слову, с самого утра выглядел свежим и полным энергии, что ну никак на него не похоже.       — Эй, ты чего такой радостный?       — Я вчера уснул в 11 вечера, прикинь? Впервые в жизни выспался. Тебе тоже стоит попробовать.       Юнги явно шутит и пытается как-то развеселить Чонгука, ведь его «хорошее настроение» в виде мешков под глазами и злой натянутой улыбке видно, наверное, из космоса. Миссия Юнги, конечно, провалилась. Гук слишком устал от этого дерьма.       Чонгук делится с ним завтраком (просто накидывает хёну в тарелку шоколадных колечек и заливает молоком), ожидая каких-либо мотивационных речей или советов, которых за утро обычно можно наслушаться до тошноты. Тот же просто за минуту молча уплетает так называемый завтрак и спешит переодеться. Тоже молча. Чонгук почему-то из-за этого бесится, как никогда.       Он заходит к Юнги в комнату, явно отрывая того от переодевания, и напрямую спрашивает.       — Что с тобой сегодня? Я, конечно, рад, что ты хорошо себя чувствуешь, но, чёрт, мог бы хотя бы сказать: «Не ссы, Чонгук, всё будет хорошо, это просто новый сосед, а не конец света».       — Вообще, я сказал. И когда, напомни, ты превратился в ванильную пизду? — саркастично отвечает вопросом на вопрос старший, при этом укладывая назад мятные волосы. — Я, блядь, пытаюсь тебя не выводить из-за этих изменений лишний раз, потому что вижу, какой ты дёрганный, а ты предъявляешь, что мне насрать. Кроме того, у тебя есть проблемы поважнее этой, поэтому не будь тряпкой, ладно?       Странно, но эти слова почему-то успокоили Чонгука. Нет, он не стал мигом самым радостным человеком в мире, но то, что Юнги его понимает, немного скрашивает положение.       — Может, уйдёшь отсюда? Или хочешь помочь мне переодеться? — шутит Юнги.       — Да иди ты в баню, шутник, — смеётся Чонгук, но потом становится серьёзным. — Мне действительно нужны были те слова. Спасибо.       Юнги вновь появляется на кухне минут через 5, хватает что-то из еды по дороге и уточняет.       — У тебя сегодня работа или универ?       — Не, эта неделя — не моя смена. Придётся на учёбу…       — Тогда идём вместе? Чёрт, впервые за весь год, наверное.       — Ага, вместе.       Придя в универ, парни разделились у входа: факультет Юнги в правом крыле университета, Чонгука — в центральном корпусе. Всё было, как обычно. Скучные пары, требовательные и орущие преподаватели и часовой сон на паре по химии. После третьей пары (той же химии) к Чонгуку на перемене подбежал Юнги. Он повис на плече младшего и приветливо дал подзатыльник.       — Нашёл нам потенциального соседа, — сообщил хён. — Мои друганы посоветовали нашу квартиру какому-то Тэхёну из университета искусств, что буквально через остановку от нашей хаты.       Чонгук даже обрадовался. Самому стало как-то не по себе от того, что такая новость оказалась приятной.       — Друганы? У тебя такие имеются? — издевается младший.       — Иди в баню, мелкий. Но ты прав, не имеются. Это скорее одногруппники.       — В любом случае, это круто! — искренне сказал Чонгук. — Когда он сможет подойти к нам?       — Я сам с ним не общался, поэтому не знаю. Но у меня есть его номер. Решил без тебя не звонить.       — Спасибо за честь, любимый, — иронично. — Так что, звоним?       — Ты хочешь звонить прямо сейчас? — удивлённо спрашивает Юнги.       — Да, давай! Чем быстрее с этим покончим, тем лучше.       — Согласен.       Юнги быстро переписывает номер с листика и нажимает кнопку вызова. Трубку на том конце снимают почти сразу же. Старший не спешит включать громкую связь, но зато стремительно удаляется. Чонгуку это не нравится. Действительно, когда он стал такой ванильной пиздой?!       — Так вот, — говорит Юнги, возвращаясь после минутного разговора. — Это была его девушка. Она сказала, что Тэхён забыл свой мобильник в её общаге, но она его отдаст где-то около 6, поэтому перезвоним тогда.       — Аж полегчало. Я думал, он там помереть собрался, — пытается шутить Чонгук. — Так чего ты умотал так быстро тогда?       — Ревную тебя к всяким девкам, — так же в шутку говорит Юнги. — Расслабься, просто тут связь была плохая, поэтому я подошёл ближе к выходу в надежде услышать хотя бы что-то из её болтовни. Ничего я от тебя не скрываю.       — Тогда встретимся уже дома? — кивок. — Оставь мне номер Тэхёна. Вдруг решишь опять сегодня домой не приходить.       — Это действительно возможно, ха. Ладно, листик тогда у себя оставь. Если я всё же загуляю (ха-ха), постарайся договориться с этим поцом о встрече или типа того. Нам нужна наша квартира.       — Конечно.

***

      Чонгук, если честно, был более чем уверен, что Юнги не придёт. У него не так много друзей и он не слишком общительный, но часто он любит просто бродить по городу, его пустым улочкам, чтобы черпать своего рода вдохновение или просто успокоиться. Это прикольный опыт, но сам Гук чувствует себя неловко в городе. Там слишком много людей и даже на маленьких, неизвестных улочках их полным-полно.       Пары, кажется, и не пытались проходить быстро. Каждая тянулась огромной паутиной времени, которая медленно засасывала Гука в свои нити. Он уже не мог спать, а слушать о классиках корейской литературы это… Если не пытка, то что тогда? Он действительно хотел бы немного отдохнуть от этого всего. Он не может забухать, чтобы забыть о стрессе, потому что не опустится до уровня своих одногодок, не может нормально поспать. Его проблемы случаются у каждого второго, но почему же так сложно с ними справиться?       Он может быть весёлым только с Юнги. Тот всегда знает, что сказать, чтобы Гук почувствовал себя лучше. Эта дружеская связь между ними так чиста и так важна. Но даже она протянет недолго. Скоро с ними будет жить кто-то третий. Чонгук понимает, что если не тот Тэхён, то кто-то другой, ведь выбора нет. С Юнги или без, но придётся жить на улице. Даже общага была бы в результате дороже, чем их квартира.       «Нет, Чонгук, ты — мужик. Возьми себя в руки и сделай так, чтобы ты не морозил жопу вместе с бомжами», — повторял себе парень.       Сказано — сделано. По крайней мере, первая часть плана. Остаётся только Тэхён.       Чонгук оказывается дома где-то к шести. Добирался он пешком. Отчасти чтобы проверить теорию Юнги о прогулках, отчасти из-за какой-никакой экономии денег. На автобусе много не сэкономишь, но хоть что-то.       А может, он просто оттягивал момент разговора с Тэхёном?       Гук сварил себе какие-то макароны и еле-еле запихнул в себя половину. Несмотря на голод, что тревожил его ранее, аппетит пропал. Что же, остаётся только Тэхён. Снова. Чонгук крутил в руке телефон минут 10 точно, так и не решившись на звонок.       «Как девочка какая-то, серьёзно!» — понял он.       Парень набрал номер и стал ждать ответа. Его не было. Играла какая-то мелодия типа минусовки «каннам стайл» вместо гудков, но очко от этого не разжалось, хотя Гук тоже любитель послушать попсу. Что же, не судьба тогда, решил он, откладывая телефон и решив дождаться Юнги. Тот приходит где-то под вечер в будние дни, часов в 9, поэтому ждать придётся долго.       Раздался рингтон его телефона. Тэхён, видимо, увидел пропущенный. Если это не та его девушка… Гук решительно взял трубку. Мужик он или кто? Разносит его от изменений тут!       — Алло? — говорят на том конце.       Голос показался Чону чересчур мужицким, если так можно выразиться. Он был грубым и совсем не похожим на тот, который представлял себе Чонгук. Не то чтобы он представлял…       — Тэхён? — как-то неуверенно произносит Гук.       — Я. А вы кто?       — Я из-за квартиры вам звоню. Друг Юнги, если вы его знаете. Вы ещё заинтересованы?       — О, да, конечно!       — Тогда вы можете подойти сейчас к нам? Адрес у вас, надеюсь, есть.       — Сейчас не могу, но ближе к вечеру — без проблем. Вас устроит?       — Более чем. До свидания!       Фух. Вроде, выдержал достойно. По крайней мере, достойнее, чем могло бы быть.