Порочный

      Обедая в большом зале, Гермиона начинала ловить на себе странные взгляды. Окружающее, казалось бы, давно должны были привыкнуть к тому, как, закончив прием пищи, девушка обычно вставала из-за стола, на выходе встречалась с ждавшим ее Малфоем, и они шли по своим делам, никого вокруг не замечая. Но сегодня было особенно оживлённое утро. Поначалу девушка решила, что вся эта суета происходит вокруг из-за приезда гостивших дома учеников. Ещё бы, столько впечатлений после праздников. Но как только её взгляд наткнулся на свежий номер "Ведьминого досуга", который лежал почти перед каждой третьей ученицей, Гермиона покраснела, а затем побелела от злости.       Наблюдавший за своей нынешней (слава Мерлину!) девушкой через стол, Малфой тоже обратил внимание на свежий выпуск дамского журнальчика. Одна из слизеринок удивленно воскликнула: "Эй!", когда парень бесцеремонно выхватил её журнал, но Драко так зыркнул на девушку в ответ, что она испуганно захлопнула рот, а капризное выражение лица сменилось легким недовольством.       На обложке красовалась небольшая фотография Гермионы и лицо Малфоя, который то становился серьезным, то слегка приподнимал уголки губ в улыбке, тогда как девушка то смущалась и опускала лицо, то снова смотрела на Драко. Этого снимка не мог сделать никто. Явный монтаж и слащавый заголовок заставлял страницы журнала издавать звук аплодисментов при каждом взгляде сфотографированной девушки на своего избранника. Звуковое сопровождение очевидно было маневром для привлечения аудитории, хотя сенсация говорила сама за себя: "Невозможные отношения?!" Драко, как громом поражённый, опустил злосчастное печатное издание на стол и медленно поднял глаза, чтобы посмотреть напротив. Но обнаружил парень лишь пустоту в ряду гриффиндорцев. Гермиона ушла, чуть ли не пыхтя от злости. Удалось лишь проводить её спину. - Иди за ней, что сидишь? - тут же возмутился Блейз, еле сдерживая тревогу. - Тебе лучше поспешить. Драко!       В плечо блондина последовал толчок от друга, но он даже не шелохнулся, обдумывая происходящее. Конечно он должен был бежать за ней, успокоить, сказать, что это ничего для него не значит, но... это значило. Если бы Грейнджер смущенно залилась румянцем, глупо улыбнулась, то это бы его успокоило, даже польстило. Но её ярость заставила Драко взбунтоваться. Он проклят теперь, раз его семье пришлось пресмыкаться перед темным лордом? Ещё совсем недавно он считался одним из самых завидных женихов Британии, в перспективе конечно. А теперь это клеймо позора станет преградой для такой девушки, как Грейнджер? Недостоин, значит? Сжимая скулы, Драко резко поднялся и зашагал к выходу, но он не направился в сторону башни Гриффиндор, он даже не обернулся на призыв друга остановиться и поговорить. Ему хотелось побыть одному.       Так как учёба и тренировки по квиддичу ещё не начались, сегодня поле оставалось свободным. Опуская руку на древко метлы и ощущая, как свистит воздух в ушах, Драко попытался расслабиться и вдохнуть полной грудью. Обида, вот что это было такое, жгучие, поганое чувство. Стало до невозможности жалко себя, только что было делать теперь, когда очередной провал затмевал все предыдущие достижения? Черты Драко ожесточились, а уязвленное самолюбие жгло так глубоко, что образ Грейнджер стал представляться еще более мерзким, чем на том дурацком фото. Ненависть, которую он испытывал к этой зубрилке раньше, стала напоминать о себе. Однако собственная нечтожность и дурацкие потуги озлобиться на девушку, которая не поддавалась чарам Драко Малфоя, заставили парня снова поникнуть. Полет не доставлял удовольствия. От депрессивных мыслей хотелось завалиться спать, чтобы больше ни о чём не думать, никого не видеть, не чувствовать.       Приземлившись, Драко собирался отправиться к замку, не заметив сразу приближающуюся фигуру девушки, которая, скрестив руки на груди, медленно шла к нему. Он резко обернулся, услышав звук шагов. - Что? Думал, это она? - насмешливо спросила Пэнси, даже не скрывая издевки. Малфой сплюнул на землю и отвернулся от назойливой сокурсницы, но ту это ничуть не смутило. - Давно пора было понять, что хорошие девочки - не для тебя.       Драко озлобленно ощетинился: - А кто же тогда для меня? Такие плохие, как ты? - похотливо, но с долей брезгливости отозвался Драко, не спуская с собеседницы ненавистного взгляда.       Уголки губ Пэнси опустились вниз на пару секунд, но в следующий момент девчонка оказалась рядом с парнем вплотную и даже не постеснялась сказать: - А разве это не так? - В твоих интересах, чтобы Блейз не узнал о том, что между нами что-то было, потому что иначе пострадаешь от этого только ты, - процедил Малфой, рассматривая свою бывшую невозмутимым взглядом. - Разве?.. - прищурившись, произнесла Пэнси, улыбнувшись и приподняв одну бровь. Драко не удостоил больше ее своим вниманием: отбросив калитку в сторону, он пошел прочь. Конечно он блефовал - узнай Забини, что в некотором роде Пэнси вздыхает по Драко не от неразделенной симпатии, а из-за интрижки, которая произошла ещё на шестом курсе, а закончилась совершенно внезапно и не по ее инициативе (на седьмом курсе Малфой был немного занят у себя в поместье, находясь на мушке у Волан-де-Морта, и о девках даже не задумывался), то друг был бы в ярости. Если бы Паркинсон открыла свой рот, то Забини был бы взбешен, так как сох по ней на протяжении нескольких лет, а в связи с этим мог бы от злости подпортить Малфою всё дело. Хотя, в некоторым роде Драко никогда не говорил другу о своих планах насчёт Грейнджер. То, что старый приятель понял всё сам, не обязывало Драко в чём-то признаваться. Но горький осадок от такого разговора посеял бы в голове Гермионы ненужные подозрения, а это было парню вовсе не на руку.       В принципе сейчас мало что могло повредить их отношениям с Грейнджер, потому что девчонка сама не горела желанием трубить о них на весь мир.       Драко шел по направлению к ваннам старост, глубоко задумавшись: поведение Грейнджер было противоречивым, даже оскорбительным. Он ведь видел, с какой решимостью она ответила на его предложение, как смущалась от объятий и краснела, как влюбленная девчонка. Это она после Уизела не хотела огласки или стыдилась Малфоя? Сам Драко с надеждой грешил на первый вариант, тогда как в глубине души был уверен, что причина именно в нём.       Приняв душ, блондин оделся и направился в подземелье, но когда он шел по коридорам, в окнах в свете луны он заметил птицу, стремящуюся попасть в замок. Рассмотрев оперение совы, Драко подошёл к окну и отворил его, впуская школьную сипуху, в клюве у которой было послание. Заметив приписку, парень спешно раскрыл конверт и прочитал единственную строчку. Это был почерк Грейнджер, а просила она о встрече в Выручай-комнате.