Порочный

После этого разговора Драко мало что запомнил. Его вывели помощники министра по-тихому из замка и даже не устроили публичного позорного прощания. Они вышли за пределы Хогсмида и трансгрессировали в какую-то квартиру, которая скорей всего имела фальшивые окна и двери. Малфою было плевать, куда его тащат, что случилось с его вещами… Перед глазами все еще стояло ее заплаканное лицо. - Что вы хотите у него еще узнать, коллега? - мистер Сон смотрел на молодого человека со скорбью. – Мальчик еще не знает, надо ему сообщить… - Надо ему сообщить все правильно, коллега, - яростно прозвучал другой голос. Мистер Ким не был столь щепетилен и желал закончить это дело как можно скорее. - Министр дал вам такие распоряжения или вы решили, что так будет лучше? - Разумеется, министр! Что за глупости! Я бы сообщил все и сразу! - Ну, да, хорошо, что я с вами и могу сдержать этот поток злословия. Прекратим этот бессмысленный разговор. Неужели вы не видите, он же сломлен! Позвольте мне поговорить с ним деликатно. - Пожалуй, это не самая моя сильная сторона. Мужчины повернули головы к блондину, который просто рассматривал волшебный закат за наколдованным окном. Он ничего не слышал, ничего не чувствовал, по крайней мере старался. Осознание того, что он так и не поцеловал ее, что так и не смог убедить в искренности своих чувств, наваливалось неподъемным грузом. Драко даже не мог понять, какое сейчас время суток. Вроде бы когда он вернулся в свою комнату в школе, - было утро… Мистер Ким удалился за дверь, а его двойник –мистер Сон - поставил стул напротив Драко и присел. - Мистер Малфой, пока вы будете вынуждены остаться здесь на несколько дней. Мы должны все же изъять ваши воспоминания для следствия. - Разумеется, - кивнул Малфой, все еще пребывая в прострации и не принимая всерьез происходящее. Кажется, он не ел весь день. Хотелось пить, во рту пересохло, а этот ужасно учтивый кореец все не желал его покидать. – Что-то еще? - Потом вы можете покинуть страну и, возможно, отправиться к вашим родным, о которых мы не знаем. Тут уж Малфой даже нашел в себе силы ухмыльнуться. - Думаете, я отправлюсь прямиком к своему ненаглядному дядюшке? Зря, я понятия не имею, где он, и видеть его не имею ни малейшего желания. -Да, это очевидно, - печально рассматривал его мужчина. - Вы - соврешеннолетний, и мы не обязаны беспокоиться о ваших нуждах, но, учитывая обстоятельства… Вам лучше бы оставить адрес своего дальнейшего пребывания нам и держать нас в курсе ваших перемещений. - Какие обстоятельства? -… вы можете остаться в Англии, если так выйдет, что идти вам некуда. - Я же могу поехать к своим родителям… Постойте, я могу отстаться в стране? С чего вдруг такое великодушие? - Так нам будет легче следить за вами. Малфой снова поник, похоже, что его не собирались отпускать к родным так быстро. - Есть обстоятельства, о которых я должен вам сообщить, мистер Малфой. Кореец выглядел подавленным, отягощенным своей задачей и старался говорить сдержанно, как можно мягче, но Драко надоели эти его попытки оттянуть неизбежное. Он чувствовал, что ему хотят сообщить что-то важное и… плохое. - Скажите наконец. Я не могу отправиться к родителям? Они ждут меня. Мое решение остаться в школе было спонтанным. Они не были согласны со мной и просили уехать с ними. - Возможно это могло многое изменить, мистер Малфой. - Говорите, - затаил дыхание Малфой, мысленно готовясь к самому худшему. - Ваши родители… погибли. Их нашли мертвыми в их небольшом доме на берегу. Их смерть была странной. Все улики указывают на то, что они… - Драко почувствовал, что его родители стоят напротив него, держась за руки. Дурацкая мысль о том, поженились ли они по любви, сейчас так некстати пришла ему в голову. – Они покончили с собой. Этот день угас, нет прогримел очень громко в ушах молодого волшебника, еще почти мальчика, оглушающим ударом его собственного сердца у него в висках. Драко резко вдохнул и потерял сознание. … Молодой волшебник прохаживался по берегу моря. Шум прибоя ласкал слух, но после того, что надо было сделать, вряд ли Драко добровольно решится в будущем вновь приехать к морю, чтоб насладиться шелестом волн. Он шел по гальке, словно по сугробам, стараясь не запоминать ничего из происходящего. Знал, что эти воспоминания не сделают его лучше или не помогут в трудный час, наоборот лишь подтолкнут его в пучину скорби. Его родители умерли в ту ночь, когда Лестрейндж вернул Рона Уизли в Хогвартс. Или когда Грейнджер спала у него на плече. Они были одни. Они так и не дождались своего сына. В прощальной записке, которую Малфою передали, были лишь слова о том, что они - папа и мама - любили его и не хотели ломать ему жизнь своими прошлыми ошибками, желали ему быть счастливым и абсолютно очищенным от их свершений. Клочок бумаги с самыми важными словами на свете. Вместе с прахом в урнах, так как переправлять тела, заключение о ненасильственной смерти которых уже было кем-то проведено, никто бы не стал.Так было проще для всех. Даже для самого Драко. Он не видел их мертвыми, а это значило, что в его памяти они остались живы и по-прежнему ждали его где-то за границей в маленьком, уютном домике. Ему оставалось лишь развеять их прах там, где они ему завещали когда-то. Что Драко и сделал, медленно пуская пепел по ветру. - Жаль, что вы это сделали. У меня было столько к вам вопросов… Я хотел сделать вашу жизнь лучше и подарить еще так много счасливых моментов. Но ваши судьбы были трагичны до самого конца. Тяжелый вздох и этот кровавый закат заставили парня глубоко вдохнуть несколько раз, чтоб успокоиться, но почему-то давящие чувства, сжимающие грудную клетку, не отпускали, а от каждого вздоха словно кольцо сжималось еще сильнее. Драко стало очень страшно от мысли, что он остался совсем один. Громкий крик, как в предсмертной агонии прозвучал на берегу моря и не был слышен почти ни однй живой душой в округе. Лишь девушка, которая тоже смотрела на закат на берегу Темного озера, встрепенулась от громкого, такого знакомого голоса, звучавшего безнадежно отчаянно…