Meine Lehrerin

POV Юля Я ожидаю молчания, безразличных мимолетных взглядов и постоянного избегания. Я сразу решаю, что в этот раз я не буду повторять старых ошибок и приму какие-то шаги к примирению. Какая-то часть меня немного надеется, что для Ольги Михайловны это много значило и что она захочет быть со мной. Глупая, безрассудная, бесполезная и влюбленная часть. Бессонная ночь, хмурое утро, я захожу в школу, а здесь пахнет ее духами. Оборачиваюсь вокруг – а вот и она, идет, не обращая ни на кого внимания. Она тоже выглядит уставшей, наверное, и она переживала. Здороваюсь ей вслед, но она не оборачивается и не отвечает, мое сердце немного сжимается, но ее молчание было ожидаемым. Моя боль – это такая мелочь. Урок немецкого неумолимо приближается, а мои нервы накаляются. Я уже решила, что подойду к ней сразу после урока, хорошо, что он сегодня последний. Подойду и скажу: «простите». Продолжение придумать у меня не получается – я даже не знаю как здесь оправдаться, ведь «люблю вас» не забрать назад, как и нашу близость. Но мое решение остается прежним, мне даже почти не страшно. Только колени трясутся, когда я захожу в ее кабинет. Урок проходит спокойно – она дает нам проверочную работу, а сама сидит за своим столом, не обращая внимания на учеников. Я даже не пытаюсь ничего написать, рассматриваю ее, не пряча своего настойчивого взгляда. Ее волосы немного растрепаны, но одежда как всегда безупречна, макияж мягкий и ровный. Она сидит весь урок и смотрит в окно, очевидно задумавшись о чем-то. Я знаю, что каким-то образом и я сейчас в ее мыслях. Звенит звонок и мои довольные списанной работой одноклассники быстро уходят, закинув свои тетради ей на стол. Я сижу, не двигаясь, и мы остаемся в кабинете вдвоем. Ольга Михайловна, наконец, отводит взгляд от окна и сразу упирается им в меня. Она не ожидала этого, я вижу по ее расширившимся вмиг глазам, но она быстро справляется со своими эмоциями. -Фадеева, - меня обжигает холодом изнутри, когда я слышу ее голос. – Почему вы еще здесь? Я встаю и подхожу к ней поближе. Она следит за мной с осторожностью и строгостью. -Мне нужно с вами поговорить. -Это по поводу учебы? – спрашивает она, берет в руки тетради и зачем-то начинает их перебирать. Просто занимает руки. -Нет, это по поводу того, что произошло вчера, - говорю я четко, я набиралась смелости весь день. Ольга Михайловна молчит, начиная что-то разглядывать на обложке одной из тетрадей. Мне неприятно, но я продолжаю: -Я хочу извиниться. Простите меня, я больше так не буду. В ответ все еще молчание. Я начинаю злиться, хотя на глаза накатываются слезы. -Не молчите, пожалуйста. Давайте оставим все как прежде. Будем общаться после уроков, я провожу вас до дома, а больше ничего. Просто я не могу без вас. Мой голос немного срывается на последней фразе, мне сложно говорить, но я не сдаюсь, видя, что она старательно прячет свой взгляд от моего, но не отвечает ни слова. -Пожалуйста, Ольга Михайловна. Пожалуйста, простите меня. Мне очень жаль, что я вас расстроила. Я правда не хотела. Я сажусь боком на ее стол, поворачиваясь к ней, а потом мягко забираю уже растрепанные тетради из ее рук. К моему удивлению, она не сопротивляется, руки плавно опускаются на стол, а она поднимает голову. -Юленька…, - она шепчет, ее глаза мокрые. – Этого не должно было произойти. -Наверное, - я не согласна с ней, но так будет лучше. – Я знаю, простите меня. Она тянется ко мне, наклоняя меня к себе и обнимает. Так мягко и нежно, почти слишком. Это похоже на прощание. -Пожалуйста, Ольга Михайловна, - снова прошу я, когда она отпускает меня и я вижу дорожки слез на ее лице. Сразу чувствую комок в горле и тоже плачу, а она стирает мои слезы рукой. -Прости меня, Юля, - говорит тихо, но улыбается со слезами на глазах. – Прости, так не должно было быть. Она такая хрупкая, как будто сейчас рассыплется. Ее голос, когда она плачет, такой низкий и хриплый. Она поправляет волосы мокрыми руками, они путаются и липнут к лицу. -Мне было так хорошо, - шепчу я в ее ухо. Мы так близко друг к другу, все что я чувствую — это нежность и боль. Меня как будто разрывают изнутри. Она мотает головой, закрывает глаза и снова плачет, я вижу, что ей тоже больно. Я обнимаю ее крепко, шепчу ей в ухо: -Все будет хорошо, моя любовь. Все будет прекрасно. Мои слезы стекают ей на шею, а ее - на мой пиджак. Мы сидим в этом слезном царстве долго, просто плачем, обнимая друг друга, говорим какие-то тихие и нежные вещи, даже не прислушиваясь. Я держу ее так крепко, как только могу. Она отпускает меня, когда проходит уже много времени – полчаса или больше. Я уже успокоилась и просто глажу ее по спине, говоря бессвязную чушь, но с одним посылом – все будет хорошо. Ольга Михайловна отстраняется мягко, останавливаясь напротив моего лица. Тянется за поцелуем, он короткий и соленый, но сердце мое приходит в восторг за секунду. Затем она окончательно отодвигается от меня и вытирает глаза. Они у нее очень красные и немного опухшие, но даже это не портит ее красоты. -Вы даже заплаканная такая красивая, - неуверенно и тихо говорю я, не зная, насколько это мне дозволено. Она улыбается в ответ своей самой милой, но короткой улыбкой. Встает и собирает сумку. -Проводишь меня? Не веря своим ушам, я киваю. Я вообще не понимаю, что происходит, но пытаюсь плыть за ней по течению. Мы идем до ее дома в тишине, она пару раз берет меня за руку, легко переплетая пальцы, но быстро отпускает. Я не решаюсь делать ничего самостоятельно, пытаюсь пару раз начать диалог, но она его не поддерживает, поэтому мы продолжаем молчать, но нам комфортно. Мы доходим до ее подъезда, и она целует меня в щеку на прощание, она почти такая же как всегда, но чуть более грустная и задумчивая. Я смотрю, как она заходит в подъезд, и ухожу в полнейшем недоумении.