RedOrange

sweet dreams — Holly Henri (для атмосферы) Запах алкоголя и тлеющего ментола на кончике сигареты, что так упорно мужчина сминал бледными губами стоял в небольшой комнатке, которую ранее называли «кабинетом главы». Что-то тревожило норвежца, копая всё сильнее и сильнее.Возможно это шестое чувство, а возможно сладкое предвкушение. Сегодня он наконец устранит главную проблему. Он просто избавится от двух заложников, а потом и от себя. Да, он сольётся как последний трус, но другого выхода нет.        Хотя… Есть одна идея. Но вот эта альтернатива Николасу не нравится от слова совсем. Он просто может сдаться в руки двум разгорячённым сторонам и терпеть всеобщее унижение и побои. Но скорее всего те тоже его убьют, как и весь клан. Потихоньку вытравят как крыс и через время спокойно забудут. И этого он не хочет. Ник хочет запомниться. Хоть в каком-то ключе, поэтому сейчас, если выйти в коридор, что скрывает дверь, можно обнаружить множество тел со снежинками на плечах, что как клеймо вышиты на одежде. Ник убил почти всех людей, что раньше буквально были подобраны из притонов, с улиц или кабаков, где они были яркими личностями. Серийники, хулиганы, наркоманы и многие-многие, что пока не попали под влияние закона. Вне клана ходили, да ходят слухи и обсуждения, что «Север» поднялся за счёт этих недоуголовников. И эти люди будут правы. Никто не хотел идти против своеобразной мафии, так что люди и даже целые группировки прогибались под Ника и его собак, вылизывая ему задницу и массируя пяточки, когда ему только захочется. А хотелось ему этого всегда. То там почистить за ребятами, то накопать информацию на очередную шишку, то просто так присоединить пару-тройку привилегий к «Северу». Сразу было ясно, сто такие связи совершенно не надёжны. Как говорят, где больше еды, туда дитё и тянется. Так что, когда в сеть просочилось, что у норвежца огромные проблемы с двумя не менее величественными кланами, то все уже пошли вылизывать их прекрасные пятые точки «Фесте» и «Бантанам». Ведь две группировки сильнее, чем один «Север», верно? Тем более «Бантаны» — это самая опасная группировка, которая могла спокойно перестрелять всех людей клана, что перешёл им дорогу. По итогу он остался без поддержки и лишился почти всех основных шестёрок. Эти твари быстро перебазировались на другие каналы и полностью ушли от покровительства Ника. И вот когда в штатах остались хлюпики, и в основном наркоманы, да бывшие воры, тот понял — это конец. Собрав всех в зале, мужчина, рассредоточил их по коридорам, а-ля «для более тщательной защиты». Хотя многим показалось странным, что на один квадратный метр приходилось три человека, никто не стал противоречить и спокойно, как куклы пошли по местам. Хотя, почему же как?        Они и являются куклами. Безвольными куклами в руках этого бессердечного кукловода, видящего только свой статус и связи, которых так быстро лишился. А может он не такой уж и бессердечный?        Может, у него тоже есть свои чувства и переживания? Многие, не задумывались даже о нём, как о человеке. Кто-то лыбится в лицо, но плюёт за спиной. Кто-то обходит стороной, бросая кривой взгляд. А кто-то в открытую его критикует, даже не боясь, что его могут услышать. И Ник слышит. Слышит всё до единого оскорбления. До единого слова. И теперь, давайте зададим такой вопрос. А почему он стал таким? Нику всего двадцать шесть. Он молод, амбициозен, и горяч. Дак, а почему же он не пользуется этими качествами? Качествами простого парня, из «простого мира», с простой жизнью? Ответ очевиден — он запутался. Запутался в огромных, длиннющих нитях этого «простого мира», что на самом деле сложнее, чем любой лабиринт, пусть даже он и будет возведён руками Аида. Он утонул, погрузился с головой в этот страшный вакуум собственных мыслей и страшных фантазий. Было больно, страшно, но до жути интересно. Он стал садистом, затем убийцей, а затем и главой. Но потом, что-то явно пошло не так. Эмоции пропали, азарт исчез, фантазии приутихли. Психолог бы назвал это «Синдромом эмоционального выгорания», когда у человека через определённое время настигает эмоциональное истощение, выражающееся в равнодушии к чужой боли, цинизме, или откровенной агрессии. Но я бы назвала это как пофигизм. Эгоистический, открытый пофигизм, приправляемый лёгким аутизмом и суицидальными мыслями. Хороший коктельчик, не так ли? И вот, в очередной раз, он осуществит свои мысли. Только он не просто уйдёт. Он это сделает красиво, и вовсе не по-английски. Не молча и не трагично,, а по-геройски и с честью. По крайней мере, он так думает. Он уверен. Рука тянется к чёрному пистолету, что в одиночку покоится на столике. Кисти не дрожат, голова чиста, а взгляд затуманен. Сейчас он больше похож на куклу, нежели на кукловода. Фарфоровая куколка, с пустым сердцем и стеклянными глазами. Медленно поднимается с места и двигается к двери, за которой его встретят трупы и обилие крови, что уже стала откровенно вонять. Перешагивая через синие тела он подошёл к решётке. — Ник! — воскликнула девушка с выбеленными волосами. Она как никогда была рада видеть возлюбленного. Тот никак не отреагировал, и навёл прицел.- Ник, Ты чего? Это же я! Вайт! Ты слышишь меня? — девушка с опаской посмотрела на него. — Ник, не надо, слышишь? Ник, успокойся!!! Давай уедем и нас не найдут. В Тайвань или Америку, хочешь? Любимый, ну ответь же, не молчи! — девушка стала захлёбываться слезами, смотря на ходячую фарфорку, что некогда была весёлым парнем со своими тараканами. Эрика, она же Вайт, полюбила его на первом курсе за улыбку, смех и тупые шутки, что тот травил когда надо и не надо. Но теперь это уже не он. Он изменился. Сильно. Не в лучшую сторону. — Ник? — указательный палец потихоньку стал сжиматься, надавливая на курок. — Опомнись, чёрт возьми!!! — и два громких звука заполнили пространство. Выстрел и истошный женский крик. Ещё один труп. Ещё одна частичка парня пропала, как и скупая слеза, появившаяся на секунду в уголке глаз. Осталось только трое.