RedOrange

F.l.a.s.h.B.a.c.k

По маленькой комнатке разносятся звуки скрежета и рваное дыхание девушки, что старается не уснуть, ибо если уснёт то может и не проснуться больше. Боль во всём тебе раздаётся громким эхом и сейчас уже не возможно сказать, что именно и где болит. Болит всё и сразу. Болят ноги от синяков, болит тело от гиматом, болит голова…от мыслей. Мыслей о доме, Норвегии, сестре и об идиоте с третьей парты, а по-совместительству Чон Чонгуке, тоже терзают её по сей день. Почему он тогда так поступил с ней? Может ревнует? Но ведь если ревнует, нельзя было сказать это в лицо? Девушка бы заржала и покрыла бы его отборным матом, но вот всё вышло наоборот. Он покрыл её матом. Хотя… какое теперь дело? Лиса уже давно попрощалась с жизнью и мысленно завещала всё своё имущество Биллу, а самого Билла, нужно было поставить рядом с могилой и обязательно выгровировать какую-нибудь ванильно-поцанскую надпись. Типа «горя хапала, но заднюю не кидала» Звучит, да? Вот и Лиса так думает и уже представляет всю семью во главе с Биллом, оплакивающую её скромную чашечку с прахом. Бр-р-р. ужас. А вот Тэхён и не думал хоронить себя. Парень спокойно сидел у стены и острым камушком царапал палочки каждые шестьдесят минут, чтобы не потерять ориентир во времени. Тэхён верил, что за ними придут, но не знал успеют ли они придти вовремя. Лиса уже совсем раскисла. Каждую ночь он слышит её еле слышные стоны от боли, ведь девушку били. Очень часто били. Порой даже в камере, громко крича, что она должна заявить о подстроенной гонке и объявить, что Вайт — единственная гонщица достойная быть легендой среди всех существующих кланов. Но вот только Лиса была не согласна на этот шаг, ведь ничего подстроено не было и блондинка сама выиграла эту гонку, приложив к победе только свои усилия. Поэтому она молча реагировала на всё провокации. Люди Ника часто шантажировали её семьёй, говорили что если она не скажет «правильные слова», то пострадает Дженни или ещё кто-нибудь из близких. Но Лиса молчала и криво улыбалась им в лицо. Позже, она объяснила Тэхёну, что за Дженни просматривает вся «Феста», да и Юнги тоже, наверное, не спускает глаз с тёмноволосой. Нельзя сказать, что Тэхёна не задело упоминание о последнем. Юнги нравилась Джен и это факт. Но ещё факт, что и Киму она тоже нравилась. Он давно сказал себе, что проиграл хёну и не может притендовать на Ким, но ведь чувства остались. Ичто теперь прикажете делать? А ничего. Ничего не нужно делать. Засунуть свои недочувства куда подальше и двигаться дальше. Если, конечно есть, куда двигаться. Дверь скрипнула и в проходе появился Николас. Выглядел он, от слова не очень; растрёпанные волосы, грязные джинсы, мятая рубашка. Да и лицо, что всегда выглядело не очень, сегодня стало и вовсе отвратительным. — Привет. — хриплый голос раздался на всё помещение, а после сам мужчина прошёл в камеру, даже не закрыв дверь. — Дверку не закроешь? Надует — простужусь.— проширела Лиса, принимая сидячее положение. — А ты всё огрызаешься. — мотнул головой Ник и присел на корточки рядом с девушкой. — Жалко мне тебя. Такая молодая, красивая, — проводя рукой по лицу девушки, мужчина заострил внимание на ранке в уголке губ, где уже запеклась кровь. Он с отвращением надовил на неё, слушая стон девушки, у которой на глаза уже выступила влага. — но без пяти минут мёртвая. — Ник резко поднялся и достал из-за спины пистолет. Магазин не был полностью заряжен. Три пули заполнили отсек. Ошибки быть не должно. Он всё расчитал. — Эй Ник, ты что делаешь? — встрепенулся Тэ, резко поднявшись с пола. Парень пошатнулся, но сумел устоять на ногах. В глазах потемнело от резкой смены картинки, но через секунду всё пришло в норму. — Что происходит.? — Знаешь какого это быть объектом всеобщего порицания? — неожиданно спокойно заговорил Ник, пропустив мимо ушей заданный парнем вопрос. — Знаю. Но с чего ты взял, что являешься им? — Ким продолжал пилить взглядом мужчину, а тот переминался с ноги на ногу, явно о чём-то задумавшись. — Я не говорил, что им являюсь, я спросил знаешь ли ты, какого это. А я уверен, что знаешь. Знаешь какого проигрывать лучшему другу, знаешь какого быть третьим лишним, знаешь какого быть выброшеным. — мужчина с каждым аргументом подходил всё ближе и ближе к парню, который даже не шалохнулся. — Что ты несёшь, Ник? — Тэхён напрягся, пытаясь понять к чему ведёт рыжий. — Я не несу, а просто напоминаю. Помнишь как попал в «Бантан»? Пуленепробиваемый, серьёзно? — мужчина усмехнулся, проведя большим пальцем по своей губе, ощущая подушечкой многочисленные ранки, что сильно щемели, но тот даже не замечал этого. — Да тебя избивали все кому было не лень! Маленький мальчик, загнанный в угол детдома бесперерывно плакал, уткнувшись в коленки носом. А всё из-за чего? Из-за того что тебе достались розовые шорты, когда всем другим мальчишкам зелёные. Ты же помнишь как тебя унижали за это? Называли принцессой и многие пытались заплести косички. — Заткнись! — крикнул Тэхён, сжимая руки в кулаки от нахлынувших воспоминаний. — Малыш Тэхён-И, не кричи. Я же сказал правду. Смотри, что изменилось спустя столько лет. Ты ещё помнишь того мальца, что лазил к вам через забор и утаскивал тебя у няничек из-под носа, чтобы пойти гулять? Мы же были дружны. Я впервые кому-то поверил, а ты меня предал. Ушёл к этим додикам из «Бантан», бросил своего друга одного. Совсем одного. Чего тебе не хватало?! — Но ты был не один! Ты связался с плохими людьми и стал таким же, как и они! Беспощадный, холодный, бесчувственный. Ты сам уничтожил нашу дружбу! И знаешь, я рад, что всё получилось именно так. Рад что выбрал их, а не тебя. — Тэхён тоже не остался в долгу и решил выговориться, прекрасно понимая, чем этот разговор может закончится. — Да что ты! И что же ты получил от них? Деньги? Девочек? Славу? — Ник смотрел прямо в глаза парню, отчего у обоих разгорелась ненависть, вперемешку с жуткой ностальгией. Всё что было между ними раньше всплыло наружу. Все омутки, мелкие хулиганства, первый алкоголь. И Тэ до сих пор жалеет, что поддался искушению и стал общаться с таким парнем, как Ник. — Он получил настоящих друзей. — мужской голос за спиной у Ника, поверг всех в шок. В проходе стоял Чонгук с пистолетом в руке и разбитой бровью. — Он обрёл дружбу и поддержку. Этого ему и не хватало. А ты, как его «друг», совершенно не хотел ему в этом помогать. Ты совершенно не обращал на его состояние внимания. Единственное, что тебе было нужно — это развлечения. — Да как ты смеешь? — крикнул норвежец и поднял руку с оружием и даже не целясь пальнул в тёмноволосого. Чонгук не остался в стороне и тоже дважды выстрелил в Николаса, так же не целясь, а по привычке, уже заранее зная куда попадёт. И он попал. Ник согнулся и упал на бетонный пол, хрипло простонав что-то невнятное. — Чонгук, у тебя кровь! — крикнул Тэхён, тут же подлетая к парню. Из правого плеча сочилась алая жидкость, пропитывая ткань футболки. — Тэ, всё в порядке. Он ничего не задел. — немного корчась от неприятных ощущений, Чонгук успокоил друга. — И ещё, называй меня Ред. Я на задании. — по кроличьи улыбнулся парень, переведя взгляд на девушку. — Ви, выноси заложницу, в коридоре чисто. — серьёзно выдохнул парень, мысленно борясь с желанием подойти и прижать к себе это маленькое тельце, накричать на неё, сказать что она дура и мягко поцеловать, закусив нижнюю губу до крови, а потом аккуратно зализать ранку появившуюся от его махинаций, якобы изиняясь за содеянное. Ред подошёл к Лисе вместе с Тэхёном. Девушка сидела почти неподвижно, иногда только дёргаясь, наверное её лихорадило. — Ред, а ты как нас нашёл-то? — задал вопрос Тэхён, а после раздался звук выстрела и тёмноволосый молча упал. — Эй, Гук! Г-У-УК?! — засуетился парень и тут же оглянулся. Ник держал в руках пистолет у своего виска. Ещё одна секунда и вновь выстрел. Только теперь уже в голову. И теперь уже точно насмерть.

E.N.D.F.L.A.S.B.A.C.K

— Есть кто? — чужие голоса и чей-то топот наполнили всё помещение и за решёткой, в коридоре, Тэ заметил пять знакомых лиц. Парни были обеспокоены и оглядывались по сторонам. Видимо им уже доложили о пострадавших. Кто-то подошёл к Лисе и забрал её, кто-то бегал и искал что-то, а Тэхён, будто находясь в прострации, вышел к парням и с пустотой в глазах сказал: — Он нас спас. — ноги подкосились, а глаза заволокло пеленой. Тэхён плачет, истерит, и не хочет ничего слышать. Это он виноват во всём. Это из-за него пострадал Чонгук. Из-за него. Всё из-за него.