SOS !

      Гарри насупился и сел в кресло, он обиделся на своих «подельников». Чего они распустили руки и языки, он же после вчерашнего просмотра будущего не издевался над ними. — Поттер, ты не обижайся, а просто послушай тех, кто действительно знает, что и как в нашем мире, — неожиданно примирительно произнёс Малфой. — Оно и понятно, что ты не знаешь, как правильно поступить, — добавил Снейп, — никто тебе ничего не рассказывает, а ты сам ничем не интересуешься. — А кто ему может рассказать? Грязнокровка Грейнджер? Которая и сама не понимает наших законов, законов магии. Или Уизел, который совсем ничего не знает и знать не хочет? Но, если не захотел меня слушать, спросил бы хотя бы Лонгботтома, уж он то должен знать, его бабушка, Леди Лонгботтом, наверняка обучает его всем традициям магии, — сказал слизеринец. — Что я должен был спрашивать? — всё ещё надувшись, пробурчал гриффиндорец. — Понимаешь, Поттер, в мире волшебников всё не так как в мире магглов. Если хочешь я могу тебе кое о чём рассказать, — усевшись в кресло напротив него, он посмотрел на Поттера и засмеялся, уж очень потешный был у него вид. — Ну расскажи, — согласился Гарри, он произнёс это так, как будто делает одолжение Малфою провести экскурс в мир магии. — Ну если ты мне позволяешь научить тебя правилам выживания в мире Магии, то слушай, — улыбаясь сказал Малфой. — Во-первых, в нашем мире не существует такой процедуры, как письменное завещание. Когда ребёнка вводят в Род, а это происходит в первый год жизни, он автоматически становится наследником. И никакого завещания не надо. Но если случается так, что все члены мужского пола данной семьи умерли, то наследство передается ближайшему родственнику. — Мужского пола! Женщина не может быть главой Рода! Так что моей тётушке ни каким образом не светило бы наследство Блэков. Это одна причина и вторая, это то, что выйдя замуж, она вышла из рода, которому принадлежала в девичестве. Так же как и моя мама. — Во-вторых, — вступил Снейп, — по идее наследство Блэков должно было бы перейти к Драко, так как он является единственным живым кровным родственником Блэку, мужского пола. Но в тот момент, когда Блэк стал твоим магическим опекуном, крёстным, как это сейчас называют, то ты автоматически попадаешь под защиту этого Рода, так же как и Рода Поттеров. — Именно то, что в тебе тоже есть кровь Блэков и даёт тебе возможность принять это наследство, — закончил Малфой. — Ничего сложного, — сказал он, глядя в непонимающие глаза Поттера. — Откуда у меня кровь Блэков? — растерянно спросил Гарри. — Ты что же совсем не знаешь своей родословной? — удивился Драко. — Откуда я мог бы её узнать? — недовольно буркнул Гарри. — Отовсюду! — воскликнул слизеринец, — если бы захотел. Есть книги, в которых описаны все рода Магической Британии с давних времён, ещё до основателей. Есть люди, у которых ты мог бы это спросить. Если бы захотел! Но тебе всё по барабану, только и знаешь, что возиться со своей магглокровкой и предателями крови. Твой отец и твой крёстный были троюродным братьями! Твоя бабушка, двоюродная сестра отцу Сириуса и моего деда по матери. А мы с тобой четвероюродные братья. Всю твою родословную рассказывать не буду, дам книгу, почитаешь сам. — Но ведь Сириус был отлучён от Рода? Как же он смог передать мне защиту Рода Блэк? — Кто тебе сказал, что он был отлучён от Рода? — сощурив глаза спросил Драко. — Он сам мне показывал на гобелене, что его…что его мать выжгла его на семейном древе. И директор говорил… — Пфф! — фыркнул Малфой. — Чушь и ерунда! Выжечь на семейном древе, это не значит отлучить от Рода. Никто бы не позволил ей этого сделать. Сириус Блэк был принят с рождения в Род с последующим принятием этого Рода под свою руку, и магию не волнуют семейные склоки волшебников. Вот если бы он сделал что-то против магии, тогда другое дело. Но как я понял, он даже не стал предателем крови, как Уизли. Так что смело можешь принимать наследство и владеть им. — А вот то, что ты там,…в будущем, произнёс - «Он мне не нужен» — это магия может признать, как отказ от наследства и передать его другому. Так что реши, нужен ли тебе этот дом и… всё остальное, — сказал Снейп. — Я уже обжёгся об это и лишился… Но ладно, это не важно. — смешался профессор под пристальным взглядами парней и замолчал. — Поттер, а там где мы были, это дом в котором ты живёшь? — спросил Гарри слизеринец. — Да, но этот дом принадлежит мужу моей тетки. Это не мой дом, я там бываю только на каникулах и то не всё лето, — смущённо произнёс Гарри. — Если у тебя негде больше жить, то чего ты от дома отказываешься? — непонимающе приподнял свою безупречную бровь Малфой. — Я не отказываюсь, там был не я, — пробормотал гриффиндорец, — но я действительно не хочу чтобы этот урод принадлежал мне. — Ты имеешь ввиду домовика? — поинтересовался слизеринец. — Ну да. Может его можно куда-нибудь деть? Только так чтобы он не навредил… — А кому он может навредить? — спросил Снейп. — Ну как же, он ведь действительно весь этот год был в доме, а там собирались члены ордена Феникса, — неуверенно произнёс Гарри. — Ну и что тайного они там решали, помимо обсуждения кулинарных способностей Уизли? — спросил профессор. — Не, не знаю, я же не был на этих собраниях, — потупя глаза на свои руки, пробормотал Поттер. — Зато я был, ничего они там не решали, переливали с пустого в порожнее и всё. Так что домовику и рассказывать то нечего. — И потом, ты можешь просто приказать ему чтобы он молчал, он и будет молчать. Ты же видел сам, — поддержал его Драко. — Но ведь не всегда домовики преданы своему хозяину, могут и предать… — начал было говорить Гарри. — Не могут, — резко перебил его Малфой, — если они это сделают, их просто расщепит в клочья. — Но… Но как же Добби? — не уступал упрямый гриффиндорец. — Добби? Какой Добби? — лицо Малфоя выражало крайнюю степень удивления. — Ну, ваш эльф Добби, он же пошёл против своего хозяина, твоего отца, — растерянно произнёс Гарри. — У нас никогда не было домовика по имени Добби, — задумался Малфой. — А! Ты имеешь ввиду домовика моей матери? Но откуда ты его знаешь? — Что значит, домовика твоей матери? — У моей мамы есть личный домовик, который был рядом с ней ещё с детства, и соответственно перешёл с ней к Малфоям, но кроме самой мамы он никому не подчиняется. Даже мне. Его зовут Добби, такой ушастый и глазастый, чуть-чуть ненормальный эльф? Да? Откуда ты его знаешь? — спросил Драко ещё раз, когда Гарри согласно кивнул головой. Поттер перевёл взгляд на Снейпа, тот тоже удивлённо смотрел на него. — А вы что, ничего не знаете, что ли? — опешил он. — Чего не знаем? Поттер не говори загадками, ты не Дамблдор, — рявкнул на него зельевар. — Ну то… То что было, когда мы учились на втором курсе. Вы не знаете? — А что было, ну нападал кто-то на магглорождённых учеников, все думали на тебя. А потом это прекратилось и вашему факультету незаслуженно дали баллы, вот и всё что я знаю, — ответил слизеринец. Снейп поддержал его кивком головы. Гарри приподнялся на кресле и недоверчиво посмотрел на них по очереди. Но в их глазах было полное недоумевание граничащее с интересом. — Да-а-а! — протянул он, — Вот так и совершай подвиги, а о них никто ничего не знает, — с усмешкой произнёс он и сел обратно в кресло, положив ногу на ногу, закрыл глаза.       Рассказывать им ту давнюю историю он не хотел, и поэтому решил отключиться от всех и подумать. Нужен ли ему этот дом? А уж отключаться от окружающих он умел мастерски. Жизнь научила. Да и если рассказывать, то придётся признаться, что они тогда стащили у Снейпа шкуру бумсланга и в туалете варили оборотное зелье. А потом, в образе Крэбба и Гойла, попёрлись с Роном к ним в подземелья и устроили допрос Малфою. Сейчас даже самому не верится, что это всё было с ним. Поэтому Гарри решил что ему спокойнее будет, если «змеи» об этом знать не будут. Приняв решение не заморачиваться больше этим, он задумался.       Он не мог понять, почему решил отказаться от наследства. Ведь самому жить негде, не в «Норе» же ему жить всю жизнь! Конечно дом Блэков не блещет изяществом, но ведь можно в нём сделать ремонт, он находится в черте города, значит можно как-то сообразить и провести электричество. То что электричество не действует в магическом фоне, он не особо верил. Просто волшебники упёрлись в свои чары и заклинания и делать для продвижения прогресса ничего не хотят. (По крайней мере так говорит Гермиона). Гарри помнил, как возмущались француженки, что в замке холодно и везде горят факелы. Он тогда спросил у одной девушки, а как у них, она сказала, что везде горят лампочки и работают электрокамины. Значит можно использовать маггловские способы и в магическом пространстве. До окончания школы ещё два года, ну ладно лето он как-нибудь протянет у Дурслей, а дальше? После окончания школы? Жениться на Джинни и наслаждаться «уютом» их дома? Нет, не бывать этому. Он примет наследство и золото тоже, только надо узнать, как это правильно сделать. У слизеринцев спрашивать не будет, чтобы не видеть их усмехающихся над его незнанием лиц. Ну их, и так много знают, он не верил ещё им, не верил так, как верил своим друзьям, поэтому решил всё разузнать у Невилла. Прямо сейчас. Гарри открыл глаза и посмотрел на Малфоя и Снейпа, те о чём-то тихо разговаривали и не смотрели на него, прикрыв обратно глаза, он навёл на них кончик палочки и чуть слышно прошептал подслушивающее заклинание. Не зря он всегда вертел палочкой в руках, иногда полезно, а бывает и поучительно узнать, о чём тихо разговаривают окружающие его люди. — Надо убедить Поттера принять дом, — говорил Малфой, — мы там сможем спрятать маму. — Убедить его мы сможем, он податливый, — тихо ответил ему Снейп, — но как мы Нарциссу туда переправим? — Об этом надо подумать, — сказал блондин и посмотрел на Гарри. — Он что, опять уснул? — Не знаю, может быть он не спал ночью. Дамблдор говорил, что ему какие-то кошмары по ночам снятся. Гарри сонно пошевелился и открыл глаза, как будто действительно спал. Потом сладко потянувшись, встал и пошёл на выход. — Поттер, ты куда? — окликнул его Драко. — Спать, не знаю как вы, но я хочу спать, — и развернулся к двери. — А как же дом? — опешил от такого холодного и равнодушного ответа слизеринец. — Что дом? — спросил спокойно Поттер. — Ну, ты примешь дом в наследство? — Подумаю, посоветуюсь со знающими людьми и тогда решу. Всё-таки это ответственность принять волшебный дом, — ответил ему Гарри. — Посоветуешься? — прищурившись и сложив руки на груди, сквозь зубы, проговорил Малфой, — интересно, с кем это ты собрался советоваться? Уж не с грязнокровкой ли и нищебродом? — Может быть и с ними, тебе-то какое до этого дело? — став в такую же позу, в которой сидел белобрысый мучитель, и прищурив глаза Гарри насмешливо посмотрел на него. — Но мы не должны никому ничего говорить, мы должны всё решать сообща, — пытался вразумить неразумного идиота, Малфой. — Я не собираюсь ничего никому говорить. А что мы должны решать сообща? Как тебе удобней провести пожирателей в Хогвартс? — Я не собираюсь этого делать, — заорал на него Драко, вскакивая с кресла. — Куда ты денешься? Ведь приказы вашего босса не обсуждаются, а-то неминуем круциатус. А это больно! Очень больно, Малфой! Он открыл дверь и собирался уже выйти, как Драко зло бросил ему вдогонку. — Ну и вали к своим придурошным гриффиндуркам. Конечно, где тебе понять, что значит беспокоиться за родных людей, у тебя же их не было никогда. — Ты прав, Малфой, — повернулся к нему Гарри с ненавистью в глазах, — ты прав, у меня не было никогда родных людей, за которых я бы мог переживать и беспокоиться. А кто у меня их забрал? — он подошёл к слизеринцу так близко, что Драко почувствовал его дыхание на своем лице. — Из-за кого я всю жизнь прожил один? Ты знаешь, что это такое, когда ни за твоей спиной, ни впереди тебя никого нет! Когда всё должен решать сам и за всё отвечать сам! Когда утром просыпаешься с вопросом, а зачем ты вообще живёшь. И только в шестнадцать лет узнаешь, что живёшь-то ты в долг, понимаешь. В долг! У меня есть долг! А что это за долг? Кому я должен? Тебе? Ему? — он кивнул головой на затихшего профессора, — Или всем вам? А за что? Что вы все сделали для меня, что у меня перед вами образовался долг? Не знаешь? Вот и я не знаю, а надо ли мне менять это будущее. С Дамблдором делай что хочешь, можешь даже убить его, мне всё равно, мешать не стану, самому надоел, но и помогать не буду, а вот пожирателей в Хогвартс не допущу, — Гарри резко развернулся на каблуках и шагнул в проём открытой двери. — Поттер, прости! — шепотом сказал Драко, — я по-привычке… Я не хотел… — он с тоской в глазах смотрел на спину парня и понимал, что опять всё испортил. — Спокойной ночи, — не поворачиваясь ответил тот и исчез за закрытой дверью. — Идиот! Прости, Драко, но ты идиот! — сказал ему крёстный…