Озеро

Они оба очень любили наблюдать за рассветом, особенно Азирафаэль. Но Кроули всё же отдавал предпочтение закатам. Этот рассвет они встретили вместе, наблюдая за тем, как отступает глухая ночь, давая право предрассветным сумеркам. Как на горизонте медленно появляется ослепительная кромка солнца и небо постепенно светлеет, окрашиваясь в светло-голубые тона. Азирафаэль завороженно наблюдал за прекрасным природным явлением, в то время как Кроули, уже привычно наблюдал за самим ангелом. Когда вокруг начали появляться первые люди, они пошли обратно к театру, возле которого была припаркована ослепительно блестящая в лучах утреннего солнца, чёрная «Бентли». Кроули хорошо водил, но очень часто пренебрегал любыми правилами. И, к тому же, слишком сильно любил скорость. Остановившись у самого входа в лавку Азирафаэля, демон лишь щелкнул пальцами, после чего дверь со стороны ангела открылась сама по себе. — Благодарю, - немного смутившись, сказал Азирафаэль, - до встречи. Пробормотав что-то на прощание и практически незаметно улыбнувшись, Кроули на ещё большей скорости поехал к себе. Его квартира находилась практически в самом центре Лондона. Здание возвышалось над остальными на несколько этажей, и он как раз жил на самом последнем. Кроули нравилась эта квартира, особенно своим расположением и видом на город. Внутри не было ничего лишнего – простые чёрные стены, большие окна, скрытые за тёмно-бордовыми шторами, простая, но удобная кухня. И самая просторная комната, полностью заставленная самыми разными видами комнатных растений. Ухоженные, с блестящими светлыми или тёмно-зелёными листьями. Лианы невероятных размеров извивались по всей длине натянутых специально для них нитей, а ядовитые монстеры свешивали свои резные листья вниз, с высоких закруглённых полок, выполненных из тёмного дерева с красными прожилками. Все растения выглядели здоровыми и вполне довольными жизнью, если заранее не знать каким излюбленным способом демон «заботится» о них. На самом деле, Кроули по-настоящему любил только одно из них – белый бальзамин*, который всегда почему-то напоминал ему Азирафаэля. Это был единственный цветок, который он не «удобрял» крепким словом. По пути в лавку, они договорились поужинать в «Ритц» следующим вечером. Поэтому у Кроули оставались свободными практически целых два дня. Один из которых он решил посвятить своей любимой человеческой слабости – сну. Это, отнюдь, не было для него потребностью, но демон считал очень полезным время от времени отключать голову. В последнее время даже делал это чаще обычного, в связи со странными мыслями, посещавшими его при взгляде на Азирафаэля и всей этой кутерьмы с армагеддоном. Вот и сейчас, успев лишь принять горячую ванну, он скользнул под одеяло и практически мгновенно уснул. Проснулся демон только в полдень следующего дня, но и это не имело большого значения. Теперь они оба были сами по себе и, соответственно, работы у обоих теперь тоже не осталось. Лениво потянувшись, Кроули неохотно пошёл «в гости» к своим растениям, со страхом ожидавших возвращения хозяина. Но, к счастью для них, демон пребывал в относительно хорошем настроении, и ограничился лишь парой общих замечаний. С тоской взглянув на благоухающий большими белыми цветами любимый бальзамин, он вышел из комнаты. Азирафаэль же, едва успев зайти в свою лавку, сразу принялся за работу. Весь этот день и ночь не отрываясь от тяжёлых древних фолиантов, он работал, пока не позволил себе ненадолго уснуть. Проснувшись, как и друг, в полдень следующего дня, он подумал, что неплохо было бы один день поработать с покупателями, что и намеревался делать до вечера. Выйдя в общий зал, он спиной к двери поправлял сбившуюся на бок полку, продолжая думать, чем бы занять себя до вечера. Его раздумья прервала зашедшая в тот миг покупательница. Взглянув на неё, он не поверил своим глазам. А для полной уверенности даже протёр стёкла круглых очков. Это была та самая актриса, так понравившаяся ему в тот вечер в образе Джульетты. Чёрные как смоль волосы мягкими волнами спадали до тонкой талии. Выразительные, пронзительно синие глаза неотрывно смотрели на него с точно таким же неприкрытым интересом. Ангел, точно очнувшись, едва заметно вздрогнул и неторопливо подошёл к девушке. — Добрый день. Могу я Вам чем-то помочь? – обезоруживающе улыбнувшись, спросил он. — Здравствуйте. Думаю, да, - ответила она, немного смутившись. В тот же момент протянув Азирафаэлю небольшой, сложенный вдвое, листок пожелтевшей бумаги. Ангел взял из её рук протянутый лист, и развернул его. Ровным, практически каллиграфическим почерком на нём было написано название одной редкой книги, и год её издания. — Одну минуту, - суетливо развернувшись, сказал ангел. Стремительной походкой он направился в одну из задних комнат, где хранил экземпляры особенно редких, или дорогих ему самому, книг. Вернулся мужчина уже держа в руках нужный экземпляр, аккуратно завёрнутый в упаковочную бумагу. — Прошу, - сказал Азирафаэль, и назвал цену, которая чудесным образом оказалась вдвое ниже реальной. Расплатившись, и уже радостно улыбаясь, девушка направлялась к выходу, когда ангел несмело окликнул её. — Могу я пригласить Вас на ужин? – немного подумав, он добавил, - завтра. — Думаю, что можете, - с вежливой, и немного удивлённой улыбкой, ответила она. — Тогда завтра в восемь вечера, в ресторане «Ритц». — Хорошо, - последовал незамедлительный ответ.