Озеро

Первые робкие лучи солнца коснулись золотистых ресниц ангела, разбудив его. Он резко сел на кровати, оглядываясь, и совершенно не помня, как попал в спальню. Из-за резкого движения голову пронзила боль, отчего Азирафаэль поморщился. Тут же со стороны кухни донёсся какой-то шум, а вместе с ним почувствовался заманчивый запах еды. Ангел недоумённо поднялся и осторожно пошёл по коридору, следуя за манящими ароматами. Зайдя в кухню, Азирафаэль не поверил своим собственным глазам. У плиты, тихо насвистывая себе под нос, стоял Кроули, и готовил всегда так горячо любимые ангелом блинчики. Не заметив появления Азирафаэля, демон уверенно направился к шкафчикам, взяв несколько тарелок и чашек. Он двигался по кухне так легко, что создавалось впечатление его полной освоенности в доме ангела. Расставив всё, и придирчиво оглянув стол, он резко развернулся к двери, только тогда заметив стоящего в проходе ангела. — Доброе утро, - с самым приветливым видом, на который он видимо только был способен, сказал Кроули. — Доброе. Что ты здесь делаешь? И когда ты пришёл? - ангел осторожно сел за стол, прикладывая ладонь ко лбу, - и ещё, у тебя случайно ничего нет от головной боли? — Таблетки тоже на столе. — Хорошо, спасибо, - Азирафаэль благодарно улыбнулся. — Я приехал вчера вечером, может быть ты даже ещё помнишь, - неуверенный в собственных словах, начал демон - и я всё знаю, ты сам мне рассказал. — Я думал мне привиделось… — Ну, как видишь, - разводя руками, сказал Кроули, - а теперь ешь. Позавтракав, они всё так же молча сидели, каждый смотря в собственную опустевшую тарелку. Кроули чувствовал перед ангелом вину, и понимал, что сам должен ещё заслужить прощение, но и повисшая сейчас напряжённая тишина отнюдь не облегчала сложившейся ситуации. — Почему ты ушёл? – не глядя на демона, спросил Азирафаэль. — Честно? Я просто побоялся видеть, как ты загоняешь себя. Не хотел видеть этого, не имея и малейшей возможности сделать хоть что-то. Хоть как-то повлиять. Но, в общем, да, я просто сбежал, - он горько усмехнулся, - предательства у демонов в крови, ты же знаешь. — Знаешь, когда она ушла, я кое-что понял. Но теперь не думаю, что это как-то влияло бы на тебя, - он отвернулся, потупив бесцветный взгляд, - ладно, не хочешь немного выпить? Голова не проходит. — Я не против, - пожав плечами, ответил демон. Сидя на мягком диване в задней комнате, с бокалом вина в руке, Кроули вдруг вспомнил последние слова ангела. — Ангел, - позвал он задумавшегося Азирафаэля. — Да? — Ты сказал, что понял что-то. Ну, когда она ушла. И что же? – спросил уже немного заинтересованный демон. — Да это уже не важно. Я… эм, просто, многое переосмыслил. — И что же ты, в таком случае, понял? – демон через столик наклонился к ангелу, сократив тем самым расстояние между ними до минимума. Румянец тут же окрасил щёки растерявшегося ангела. — Я… эм, в общем, я… Кроули щёлкнул пальцами, но ангел понял, что произошло, только увидев прямо перед собой два огромных янтарно-жёлтых глаза. На секунду он даже потерял дар речи от неожиданности и того, как сердце неожиданно пропустило удар. Но демон тут же отстранился, откинувшись на спинку мягкого кресла, теперь сидя уже совсем рядом с Азирафаэлем. — Ну так что? – вкрадчиво и совершенно спокойно произнёс демон, старательно скрывая своё волнение, - может быть сегодня я всё-таки удостоюсь твоего ответа, ангел мой? Азирафаэль же в этот момент проклинал себя и глупую несдержанность. Последними словами клял себя за то, что вообще умудрился обронить такую опасную в его положении фразу. Чем ему ответит демон? Тактично промолчит и снова, но уже раз и навсегда уйдёт из его жизни? Ангел не мог этого допустить. Он боялся. И в глазах сейчас явственно читался именно страх, даже ужас. Потерять даже их дружбу, сказав, что он чувствует, для него значило потерять всё. Кроули же сейчас не находил себе места от волнения, неожиданно охватившего его. Даже благодаря своим демоническим способностям он понимал, точнее чувствовал мысли и чувства Азирафаэля. Поэтому чудом переместился ближе, но в последний момент передумал, увидев в глазах ангела так явно читаемый страх. Кроули никогда не был дураком, он уже давно начал понимать, что чувствует к этому ангелу что-то большее, что-то более глубокое, нежели просто привязанность или дружеские чувства. Но также старательно отгонял эти мысли прочь, прекрасно понимая, что на взаимность рассчитывать не приходится. Да и к тому же зная, чем это может закончиться для них обоих. В особенности, для ангела. Он сам прекрасно помнил своё падение, и не хотел того же для Азирафаэля. Поэтому никогда особенно не старался, ограничиваясь дружбой, которая вроде бы устраивала обоих. Но сейчас для них не было ни Рая ни Ада. Они были сами по себе, что тоже можно было считать своеобразной свободой. Ангелом и демоном они оставались чисто номинально. И поэтому Кроули сейчас очень интересовал исход всего разговора. Если они, конечно, вообще придут к этому самому исходу. — Я думаю, что ты… - начал было лепетать ангел, но смог бы закончить начатую фразу уже только в губы демона, потому что тот как раз не выдержал, и единосекундно поставил всё на карту одним единственным действием. Азирафаэль, находясь в легком шоке, не сразу ответил на робкое прикосновение губ, что сначала ощутимо напрягло демона. Но лишь только тот начал робко и неумело отвечать, Кроули вжал его в кресло, одновременно проведя раздвоенным языком по его верхней губе, скользя по нёбу и настойчиво углубляя поцелуй. Вначале Кроули хотел просто предельно понятно объяснить ангелу, что тот может не утруждать себя объяснением, но теперь его планы резко изменились. С трудом оторвавшись от мягких, податливых ангельских губ, демон осторожно поцеловал за ухом, медленно отводя мягкие белые пряди в сторону. Спустился к мочке уха и слегка прикусил её, проходя поцелуями к углу челюсти, затем медленно спускаясь к не менее желанной белоснежной шее. Кроули обвёл длинным узким языком дёрнувшийся кадык, слыша едва улавливаемые рваные выдохи. Нависнув над растрёпанным, раскрасневшимся ангелом, демон пристально взглянул ему в глаза. Не видя в них прежнего страха, тот осмелел ещё больше прежнего. — Ты хочешь этого? – прямо спросил демон чуть охрипшим голосом, - я ещё могу остановиться. — Нет, я хочу, - тихо и практически жалобно отозвался тот. Кроули подумал, что его высокопарные объяснения могут и подождать. Ждали же сотнями лет, и ничего не случилось, как-то жили. Не то что бы демон боялся, что Азирафаэль в последний момент опомнится и сбросит его, но... лучше было не упускать такого удачного момента. Он и так рискнул всем, поцеловав неловкого ангела первым. Вот же шутка получится, если тот и не собирался признаваться. А, например, просто ещё раз понял, что Кроули последняя сволочь и предатель. Все карты в руки, ведь он действительно сбежал, как последний слабовольный трус. Чертовски ревнивый, слабовольный трус. Ангел понимал, что, возможно, делает что-то неправильное. К тому же, он не до конца осознавал, что Кроули вообще имеет в виду. Но ощущения явно говорили только об одном: он не хотел, чтобы демон останавливался. Теперь уже почти уложив ангела на диван, Кроули начал медленно расстёгивать верхние пуговицы на его светлой рубашке. Они, как на зло, оказались такими мелкими и тугими, что одна (конечно же, совершенно случайно), отлетела в сторону. Было не до конца понятно, чем вызван особенно шумный вздох Азирафаэля: утратой перламутровой пуговицы, или тем, что сухие губы наконец-то прижались к открывшейся коже. Он спускался по бледной шее, оставляя горящие от пламенных поцелуев отметины. Дойдя до острой ключицы, мужчина прижал шершавый раздвоенный язык к её внутренней выступающей стороне, слишком медленно, растягивая удовольствие, проводя от дальнего её конца к самой грудине. Проходя ниже, прикусывая и тут же зацеловывая явно виднеющиеся укусы, Кроули слышал всё более явные тихие стоны, и чувствовал под собой уже явное напряжение. Демонической сущностью ощущая не только собственное, но и ответное желание. Не прерываясь, он вслепую начал расстёгивать светлые брюки ангела, отчаянно борясь с ремнём. По итогу, одним щелчком пальцев он заставил испариться всю одежду, оставляя Азирафаэля и себя в одном лишь нижнем белье. Нависнув над ангелом, Кроули обвёл его горящими огнём глазами, пытаясь запомнить каждую увиденную черту. Мелкие, едва заметные золотистые веснушки на бледных плечах, родинку, выделяющуюся на тяжело вздымающейся груди. Голодным, внимательным взглядом он исследовал такое желанное тело, увидеть которое так долго оставалось мечтой, старательно загоняемой на подкорки сознания. От этого взгляда Азирафаэль ещё больше прежнего заливался краской. Длинные, сильные пальцы коснулись поясницы, заставив ангела прогнуться, и жадно провели по всей длине спины, очерчивая кончиками выступающие позвонки и острые лопатки. Тёплые губы снова потянулись за поцелуем, который с каждой секундой становился всё яростнее, требовательнее и быстрее. Длинный тонкий язык то и дело обводил припухшие мягкие губы, обвивался вокруг языка, отчего Азирафаэль забывал, как дышать. Азирафаэль с удивлением обнаружил свои руки, исследующие широкую грудь демона, и несдержанный стон сорвался с его губ, когда горячая сильная ладонь, через тонкую ткань белья, накрыла его возбуждённый член. Стыдясь звука, который он только что издал, ангел прикусил его шею, тем самым попытавшись спрятать лицо от взгляда горящих адским пламенем глаз. Уже не скрывая явного желания, Азирафаэль неловко двигал бёдрами навстречу, отчего тянущее яркое чувство у обоих лишь усиливалось. Демон провёл раздвоенным змеиным языком от ярёмной ямы до подбородка, жадно вбирая в горячий рот натянутую кожу на шее, оставляя краснеющие следы от острых зубов. Одновременно чудом достав из воздуха смазку и влажными пальцами входя в уже не сдерживающего громкие стоны ангела. Не в силах более сдерживать желание, Кроули резко вошёл в наспех растянутого ангела. Резкий, громкий выдох и низкий грудной стон одновременно слетел с губ обоих. Двигаясь сначала медленно, думая о чувствах ангела, Кроули постепенно набирал темп, слыша всё более прерывистое дыхание, как своё, так и низко стонущего ангела. — Кроули… я… - вскинулся Азирафаэль. — Знаю, - выдохнул демон. В тот же момент, Азирафаэль, выкрикнув его имя, излился себе на живот. Кроули, сделав ещё несколько сбитых толчков, последовал за ним. Тяжело дыша, они лежали друг на друге в полутёмной комнате, слушая тихое потрескивание дров в камине. Азирафаэль уткнулся лицом в изгиб его шеи, вдыхая запах песка, дыма и свежего асфальта. Дорогой парфюм, которым пользовался демон, чувствовался неуловимо. От его горячего дыхания по коже то и дело пробегали мурашки, но демону это только нравилось. — Я хотел сказать, что понял, что люблю тебя, - тихо проговорил Азирафаэль, всё же не без доли волнения в голосе. — Я знаю, ангел мой, - Кроули поцеловал его в макушку, - и я люблю тебя. — Правда? — С сотворения мира. Утром следующего дня они решили поехать в их любимое место – на берег бескрайнего прозрачного озера, с которого начиналась Их история. На месте рядом с этим озером в самые давние времена были совершенно другие, но неизменно любимые ими места. Когда-то там был роскошный ресторан, гостиница, когда-то даже бордель (это место, вопреки представлению читателя, было любимо не только демоном, но и ангелом). Но сейчас там находился красивейший театр. Берег этого озера всегда оставался любимым местом их встреч. Это утро не было особенным, потому что два старинных друга привычно сидели на их любимой лавке, выходящей прямо к ослепительной кромке воды. И всё же, уже с приятным отличием от их предыдущих встреч – они держались за руки и весело над чем-то смеялись. Запретная дружба ангела и демона, начавшаяся с сотворения мира. Во что она может превратиться для целого света? А это каждый пусть решит для себя сам.