Однажды в походе

Это было в конце марта, когда до выпускных экзаменов оставались каких-то два месяца. На каникулах Наде предстояло выполнить много работы, но что-то все же сподвигло ее вписаться в очередной в поход. Много раз уже ребята ездили в путешествия, но это приключение предвещало что-то новое, трудное, но оттого очень интересное. — А к олимпиадам когда будешь готовиться? , — серьезно спросила Надина мама, отвлекаяясь от работы за ноутбуком. — Да в поезде почитаю чего-нибудь, — несколько беспечно ответила ей девушка. — Ну смотри. Ты же знаешь, денег на обучение у нас нет. — Надя кивнула и молча уставилась в окно. Думала она тогда все также не об учебе, а о предстоящем походе. Многих тогда настораживала история, случившаяся год назад: все молодые и взрослые туристы слышали о девочке, погибшей в Хибинах при сходе лавины. После этого и порядок выпуска детских групп в походы изменился. И до последнего школьники не знали, поедут ли они на весенних каникулах куда-то, но в конце концов уже был скоректирован и упрощен маршрут, а после все-таки были куплены билеты в Мурманскую область. И вот вокзал, двухэтажный поезд, мчащийся мимо все еще заснеженных карельских лесов, и станция «Имандра». День за днем шли юные туристы, любовались природой Кольского полуострова и отдыхали холодными вечерами. Один из таких вечеров особенно запомнился хорошо знакомой нам героине.

***

Уставшие, но все еще бодрые, туристы пришли на место ночлега после почти двадцатикилометрового перехода на лыжах — в тот день они взяли перевал, а затем спустились в лесную зону. У всех закоченели руки, раскраснелись щеки. У девчонок даже обындевели ресницы и спутанные волосы. Столько было днём падений со склонов, тежелых подъемов и часов ходьбы по проторенным просекам. Кое-где приходилось тропить дорогу самим. И вот когда солнце уже почти скрылось за горизонтом, все скинули рюкзаки, отряхнули шапки и разошлись кто куда — одни топтать место под костер, чтобы потом развести огонь и натянуть тент, другие — ставить шатер. Надя сняла лыжи и поставила их к стволу ели. Сделала глоток давно остывшего чая, который налила в термос после обеда, да пошла помогать группе. Доставала из рюкзака вещи, разгребала лопатой снег и все делала механически, как будто бы мысленно она находилась не на опушке с ребятами. Девушка решила отдохнуть и уйти от всех, прогуляться в одиночестве, пока не стемнело. Отойдя недалеко от лагеря, она огляделась: по берегам едва различимой среди сугробов реки недвижно стояли печальные деревья, а вдали, за верхушками елок, на порозовевшем небе выступали туманные очертания гор. Надя чувствовала себя так легко и хорошо, как можно почувствовать себя только на природе. Колдоство сгущающихся сумерек чаровало душу, девушке дышалось легко и даже не хотелось спать, хотелось только, чтобы это время не заканчивалось. Из лагеря до Нади донеслись звонкие голоса. Кто-то кричал, кружась на полевой кухне: «где котлы?», «Несите пайку!», а туристка по-прежнему стояла у речки, не обращая внимания на всю суету. Работа кипела, до темноты нужно было успеть запастись дровами на ночь. Надя вернулась и присоединилась ко всем. Резкие взамахи топора рассекали воздух, трещали бревна. Начал ярко-ярко полыхать костер, языки его пламени мгновенно поглощали хворост. После всех дел в лагере какое-то время было нечем себя занять. Кто-то уже лежал в шатре, а кто-то сидел у костра и тратил последние проценты зарядки телефона, пересматривая фотографии за день. Вечер догорал, и за пределами лагеря уже не было видно ни зги. Туристы зажгли фонарики и наконец сели ужинать. Гречка, хотя и не досоленная, оказалась очень вкусная. А потом ещё сладкий чай, который Надя пила почти кипятком. Напиток немного обжигал горло, но так приятно согревал. К чаю были какие-то дешёвые конфеты, которые промерзли так, что их было трудно раскусить, но даже они казались роскошью. В воздухе закружились крупные хлопья. Тент провис под тяжестью выпавшего снега. Теснились под этой крышей туристы, точно потерянные путники, прячущиеся на одиноком острове посреди разбушевавшегося океана. Надя накинула капюшон, сложила руки на груди, попытавшись согреться: стоять на одном месте без дела было прохладно. Она решила сесть на бревнышко ближе к огню. Но куда бы не садилась девушка, в ее сторону начинал дуть дым, будто костру не нравилось это собрание шумных детей вокруг него. «Гитары не хватает», пронеслось в голове у Нади, когда она как под гипнозом смотрела на огонь. В один момент Надя почувствовала чье-то немое присутствие рядом. Обернувшись, она заметила присоединившегося к компании высокого парня, до этого момента занятого ремонтом чьих-то лыж. То был ее старый знакомый. Она мельком посмотрела на парня, и он внезапно тоже посмотрел на нее. Девушка быстро опустила глаза. А юноша все ещё смотрел на Надю, кажется, заинтересованно? Или как будто хотел что-то спросить? Вспоминал прошлое?.. Нельзя сказать точно, можно лишь заметить, будто костер и лес напомнили Тимуру о чем-то важном. Надя все так же сидела в сторонке и сначала не заметила, как парень сел рядом. Он молча предложил ей свой бутерброд, девушка не отказалась и поблагодарила. Время близилось к девяти и, доев, туристка ушла в шатер. Она даже зевала, желая поскорее нырнуть в спальник и заснуть, не обращая внимания на болтовню соседей. Местечко ее было недалеко от печки, и там не то, что было не холодно, там было жарко. Катя уже сопела, и Надя тоже вскоре провалилась в крепкий сон, но вскоре проснулась от того, что кто-то легонько ее тормошил. Она сразу подумала: «Что, неужели уже шесть утра и идти дежурить…». Девушка шумно вздохнула и протерла глаза. И вдруг она увидела сидящего рядом Тимура, с кем накануне вечером сидела тихо у костра. — Чего такое? — пробормотала Надя. — В общем, я тут только что отдежурил, и теперь… — он замолчал, задумавшись. — Ну? — девушка проснулась, мозг начал что-то соображать. — Не я же после тебя дежурю. — Да, ну так вот, в общем, — он шептал, стараясь не разбудить остальных, — я хотел предложить пойти прогуляться. Прозвучало так неожиданно и заманчиво. Однако, Надя размышляла: «стоит ли оно того?». Она колебалась, и ей даже не хотелось что-то отвечать, хотелось снова уснуть и проспать ещё до обеда. Наконец девушка все же спросила: — Куда? Зачем? — и ещё через секунду добавила: — Сколько времени вообще? Мне дежурить в шесть утра, я не высплюсь вообще и так, а ещё ты тут. — А я за тебя подежурю, — ответил он и посмотрел в сторону выхода, — так вот, ты видела северное сияние когда-нибудь? «Я? Да я только за ним и поехала сюда мёрзнуть и страдать, пропуская учебу». Надя загорелась этой идеей, но все ещё не очень хотела вылезать из теплого спальника. — Пошли, — тихо произнес он, и Надя действительно все же решила пойти за ним. Разве могла она отказаться?.. — Как соберёшься, разбуди на дежурство Федю и выходи. Я буду тут неподалеку, увидишь. Надя долго собиралась, не могла найти шапку, без нее девушка точно замерзла бы. А болеть никак было нельзя. Авантюристка старалась сильно не шуметь, но шуршал спальник. Кто-то ворочался во сне. Надя переоделась в теплые штаны, с трудом надела ботинки и вынырнула из шатра, не забыв разбудить одного из младших. девушка заметила, что снегопад закончился. Ночь была тиха, и время будто замерло. — Думал уже, уснула, — встретил девушку Тимур. — И куда нам? — Не знаю. Двое молча пошли в полной темноте, вслушиваясь в хруст снега. Они ушли с опушки и медленно пробирались через глубокие сугробы. Надя боялась увязнуть в снегу по пояс или наткнуться на дерево, и Тимур, будто прочитав мысли девушки, взял ее за руку. Неведомо, прошло тогда пять минут, полчаса или час, но Надя и Тимур оказались на холмике — возможно, том самом, где в августе ребята собирали чернику. Не видно было ни звёзд, ни того самого сияния, что многих приводит в восторг. — И что теперь? — спросила Надя, хотя знала, что этот вопрос и не нужен. Ей просто нравилось, что так спонтанно они ушли от всех, мне нужно было согласиться на это маленькое приключение. — Я тоже зимой в Мурманской области первый раз, — начал говорить он, — я видел фотографии ночного неба в Хибинах, и так загорелся. Кстати, у меня есть камера, и я люблю делать снимки разных вещей, людей, природы. — Здорово, — искренне восхитилась Надя. — Ну а ты? Что ты любишь? Чего ищешь в жизни? — Чего ищу? Не знаю пока что… — и дальше она рассказывала про то, как очень хочет съездить снова куда-нибудь на юг, какие ее любимые музыкальные группы и книги. Они умолкли и снова перестали замечать ход времени. В какой-то момент Надя закрыла глаза и прилегла на Тимура. — Не спи! Ты же знаешь, спать на морозе… Если хочешь, можем вернуться. Девушка открыла глаза и покачала головой. А парень крепко обнял ее обеими руками, она замерла, и стало тепло. — А ты случайно не колдунья? Твоя магия подействовала и на меня, и на небо, — прошептал Тимур. — На небо?.. — Смотри. И простиралась все та же бесконечность неба, теперь озаренная зелёным свечением. Полоса света, разливающаяся над пурпурным горизонтом, напоминала огромное крыло Феникса. — А я думала, оно будет ярче, и разноцветным. — Ну тебя, романтика же! На самом деле, этот зелёный свет, как бы обнимающий весь мир, и правда завораживал. — Загадывай желание, — предложил Тимур. И они постояли полминутки молча, каждый сначала подумал об одном и том же, а потом помечтал о чем-то своем. — Я дурак, — сказал вдруг парень. — Почему? Тимур не ответил. Он снова повернулся к Наде, наклонился и поцеловал ее. Сердце Нади екнуло от неожиданности, и она ответила на поцелуй, встав на носочки. Их бросило в жар, они взялись за руки. Они стояли бы так еще долго, но Надя наконец отстранилась первой. — Потому что не сделал этого раньше, блин. Девушка улыбнулась. — На Кавказе? — спросила она. — Да, может быть, еще тогда. И вот они побрели в шатер, уже оживленно болтая. В шатре Тимур поменялся местами с Федей и теперь лежал рядом с Надей. Спать оставалось полтора часа, и счастливые парень и девушка быстро заснули.

***

Путешественники ехали домой. Надя сидела у окошка в купе и слушала музыку: Маленький домик, безумно пахнущие странички А дальше там электричка, электричка за электричкой Разговоры, споры и сплетни Разъяснение мнений и опыт Семнадцатилетний Сон в минус сорок под одеялом Этого было так мало… Этого было так мало, Так мало…* И Надя предчувствовала, как сильно она будет скучать по этому походу: по лесу и по всем людям, но в особенности по Тимуру, который намеревался поступать во Владивосток. И будут холодные утра, рутина, дорога на электричке в университет - хотя Надя и совсем еще не была уверена, поступит ли. Мы скажем, что да, Надя поступит и будет неплохо учиться первое время. Потом учеба ей надоест, и, как-то раз стоя дождливым вечером на балконе, она вспомнит маленький домик - избушку, где туристы сушили вещи. И вспомнит ущелья, склоны и те самые ночевки в палатках и шатрах. А потом онажды в конце июня, в нелегкую, но веселую пору сессии, она получит сообщение от одного дурака: Бросай филфак, поехали на Аляску.