Опиум для никого

      Они ехали молча. Адриан незаметно для Маринетт успел прихватить из квартиры Хлои полную бутылку виски, и девушка проклинала себя за невнимательность, ведь содержимое бутылки таяло с каждой секундой, и она уже сомневалась сможет ли Агрест самостоятельно выйти из машины. Но были в этом и свои плюсы, пока мужчина был занят виски, он не задавал лишних вопросов, а говорить девушке хотелось меньше всего. Этот день казался ей невыносимо длинным, наполненный безумными событиями, о которых она и подумать не могла. Мари чертовски устала, и мысленно уже была дома в своей теплой постели. Адрес Адриана Агреста Маринетт давно выучила наизусть. К её большой радости он жил недалеко от квартиры Хлои Буржуа, поэтому дорога не заняла много времени. Припарковавшись у парадного входа, Маринетт впервые после того, как они покинули квартиру Хлои, решилась посмотреть в сторону Адриана. Мужчина практически спал, кутаясь от холода в свою рубашку, а недопитая бутылка валялась в его ногах. Заговорить первой Мари не решалась, она уже не первый раз ловила себя на мысли, что рядом с Адрианом чувствует себя маленькой беспомощной девочкой, а после сегодняшней ночи это чувство усилилось. Она боялась, что услышав историю о её детском прозвище, Адриан больше прежнего будет потешаться над ней, хотя казалось, куда уж больше. Мари и так с позволения Франсуа превратилась в марионетку модели.       — Адриан, мы приехали, — наконец произнесла Маринетт, опасаясь, что ещё пару минут и мужчина окончательно уснет.       — Я заметил, — резко ответил Агрест, и не произнеся больше и слова вышел из машины, громко хлопнув дверью. Маринетт одолели странные чувства, с одной стороны это было облегчение, что её ночные приключения окончены, но с другой стороны её охватывал гнев, что мужчина уходил вот так вот просто, даже не поблагодарив. Что-что, а банальное спасибо можно было сказать.       Но Адриан Агрест далеко не ушел, он оперся на автомобиль и что-то искал в карманах своих джинсов. Несколько минут Маринетт ждала, когда поиски закончатся, уехать и оставить Адриана без опоры не позволяла совесть, все-таки её воспитывали в любви к ближнему, пусть этот «ближний» этого и не заслуживал. Вскоре послышались гневные крики Агреста, и Мари поняла, что поиски не увенчались успехом. В очередной раз проклиная себя за чрезмерную доброту, девушка вышла из машины и подошла к разъяренному мужчине.       — Я потерял ключи от квартиры, — раздраженно пояснил Адриан. В ответ Маринетт тяжело вздохнула, понимая, что она рано обрадовалась окончанию этой безумной ночи.       — У консьержа есть запасные? — с надеждой спросила Мари, зная, что в таких элитных домах люди часто оставляли дубликаты для подобных ситуаций, но Агрест отрицательно покачал головой.       — Точнее я не помню, — добавил Адриан спустя мгновение, заставляя Маринетт разозлиться ещё больше.       — Как можно не помнить, есть у консьержа ключи или нет? — возмутилась девушка, готовая задушить Агреста за полную безответственность.       — Не все такие праведные, как ты, куколка, — парировал мужчина, — у людей есть грехи и недостатки, не все такие исключительные и неповторимые!       — Ладно, — Мари прервала гневную тираду Агреста, зная, что она может длиться бесконечно, — я попробую что-нибудь сделать.       Девушка оставила модель у автомобиля, ведь толку от него было мало, а сама направилась искать консьержа. На своем посту его не оказалось, и Мари пристально изучала доску объявлений, надеясь отыскать номер телефона нужного ей человека. Неожиданно за её спиной кто-то наигранно закашлял, обернувшись Маринетт столкнулась с невысокого роста мужчиной крепкого телосложения, на вид ему было около шестидесяти лет, его густые усы раздымались в разные стороны от тяжелого дыхания. Он окинул девушку презрительным взглядом и обойдя вокруг нее, словно она была прокаженной, присел за своё рабочее место.       — Чем я могу Вам помочь, мадам? — также презрительно спросил консьерж.       — Мадмуазель, — поправила Маринетт собеседника, он явно принял её за одну из разгульных девиц, которые часто посещали квартиру одного из жильцов этого дома, и всем видом давал понять, что разговор с ней не доставляет мужчине ни малейшего удовольствия.       — Я подруга мсье Агреста, — Мари и сама удивилась, что назвала себя «подругой» Адриана, но надеялась, что этот факт как-то заставит консьержа смягчиться в её адрес, — так вот, он потерял ключи от квартиры, и я хотела бы узнать, не храниться ли у Вас запасной комплект?       — Мадмуазель, — консьерж специально сделал акцент на обращении к девушке, подчеркивая своё пренебрежение, — запасной комплект мсье Агрест потерял несколькими месяцами ранее, и других его ключей у меня на хранении нет.       — Но мы можем как-то решить этот вопрос иначе? Не оставаться же ему на улице? — Маринетт не сдавалась, не смотря на всю безысходность ситуации, и полное безразличие консьержа.        -Я могу вызвать слесаря, но сейчас пять утра, — мужчина снова выделил последние слова, указывая девушке на её разгульный образ жизни, — и в такое время, к сожалению, он не сможет прийти, потому что все нормальные люди спят, — снова поучал он Маринетт, — но к восьми, я думаю, он сможет явиться и СНОВА вскроет замок мсье Агреста. Прошу заметить, третий раз в этом году.       Продолжать разговор не было смысла, и Маринетт впервые проявив такую вольность в отношении незнакомого человека, одарила консьержа гневным взглядом, и молча покинула его владения. Адриан вернулся в машину и спасался от утренней прохлады при помощи всё той же бутылки виски. Завести двигатель и включить климат-контроль он то ли не догадался, то ли не захотел. Маринетт поспешила исправить его ошибку, так как сама продрогла до костей.       — Тебе есть куда пойти? — спросила она, когда немного согрелась, пересказывать диалог с консьержем не было смысла, Агрест сразу понял, что Мари потерпела неудачу, и казалось, и вовсе не верил в её успех.       — Нет, — честно ответил мужчина, — к отцу, как ты понимаешь, я не пойду, Хлоя меня не впустит, других знакомых в такой час не найдешь, — Адриан говорит это без тени сожаления, словно нет ничего удивительного в том, что человеку не куда пойти и не к кому обратиться за помощью, отчего Мари почувствовала неимоверную грусть.       Впервые Маринетт искренне захотела помочь Агресту, не потому что это входило в её обязанности или об этом просил Франсуа, а просто из сочувствия. Она прокручивала в голове все возможные варианты: офис был закрыт, да и вести туда человека отдохнуть после тяжелой ночи глупо, через пару часов там закипит работа, и едва найдется тихий уголок; в её квартире спал Лука, которого такой ранний гость вряд ли обрадует; оставался лишь один вариант, пусть и не самый удачный.       — Ладно, поехали, — сказала Маринетт после долгих размышлений, но скорее самой себе, чтобы придать уверенности.                                                        ***       Работа кипела в пекарне Дюпен-Чэн, поэтому проникнуть в квартиру незамеченными не составляло никакого труда. Объяснять родителям, кто её спутник и почему они в такую рань пробираются в старую комнату Маринетт, у девушки просто не было сил. Адриан на удивление вел себя спокойно и даже покладисто, вся его спесь мигом растворилась, как только Мари объявила, куда именно они едут. Несмотря на заплетающиеся ноги, он практически бесшумно поднялся по узкой лестнице. Оказавшись в розовом девичьем «царстве», Адриан громко чертыхнулся, и не произнеся больше ни слова, плюхнулся на небольшую софу и моментально уснул. Видеть мужчину в этих стенах было непривычно для Маринетт, только сейчас она задумалась, что Агрест был первым парнем, кроме Нино, которого она привела в свою комнату. Удивительно, но даже Лука не был здесь ни разу. Во времена коллежа они просто общались, как друзья, и такой возможности просто не представилось. Когда между ними завязались более серьезные отношения, они проводили время либо в его каюте, либо в квартире Мари, которую она снимала в годы студенчества. Странно, но девушка быстро привыкла к тихому посапыванию Агреста, словно он уже давно стал частью этой комнаты и её отчего дома, а может даже и жизни. Забравшись к себе на кровать, Маринетт постаралась скорее выбросить эту мысль из головы, уж слишком дикой она показалась ей, и тут же заснула.       Мари проснулась из-за ярких солнечных лучей, которые плавно струились из люка, выходящего на балкон. Это означало, что часы уже перевалили за полдень. Девушка с ужасом осмотрела свою комнату в поисках Адриана, но софа была пуста. Она боялась даже представить, куда мужчина мог исчезнуть, а ещё больше боялась того, что о ней могли подумать родители, и что он мог наговорить им о дочери. Прежде, чем спуститься вниз, Маринетт твердо решила привести себя в более презентабельный вид, чтобы уверенно предстать перед судом родителей. К большому счастью Мари, в шкафу ещё хранились некоторые её вещи. Скинув наконец пижаму, в которой она так и рассекала полночи по Парижу, Маринетт натянула синие джинсы и простую белую футболку. Умывшись и затянув волосы в тугой хвост, она почувствовала в себе силы спуститься вниз. Осторожно шагая по лестнице, Мари прислушивалась к каждому шороху, но в квартире было относительно тихо. Или это затишье перед бурей? Как только она ступила на последнюю ступеньку, сердце девушки намеревалось выскочить из груди от волнения.       — О, милая, ты проснулась? — голос матери был ласков и нежен, а перед глазами Маринетт предстала довольно странная картина. Сабина сервировала большой обеденный стол, который буквально валился от переполнявших его блюд, во главе сидел отец, о чем-то мило беседовавший с Агрестом, который сидел от него по правую руку. На Адриане была старая футболка её отца, которая явна была ему велика, но это его ни капельки не смущало. Рука, на которой вчера красовался глубокий порез, была обработана и тщательно забинтована. Его волосы были вымыты и аккуратно уложены, словно он недавно вышел из душа. В целом Агрест производил вполне приятное впечатление, такой славный парень с соседнего двора, на лице не было и малейшего отпечатка прошлой ночи.       — Маринетт, обед как раз готов, присоединяйся, — отец указал на стул рядом с Агрестом, и Мари, удивленная происходящим, не нашла в себе сил перечить родителю и послушно опустилась на стул. Она отчаянно боролась с желанием тряхнуть головой, чтобы прогнать наваждение, уж очень нереальным казалось ей всё происходящее.       — Я так рад вас видеть, — радостно продолжал отец, — ты такой редкий гость в нашем доме, Маринетт. Вся в работе, вся в работе!       — Том, дети явно проголодались, — умерила пыл мужа Сабина и присела рядом, — дай им поесть!       Мари не могла произнести и слова, она бездумно наполняла тарелку знакомыми домашними блюдами, хотя понимала, что навряд ли сможет проглотить хоть крошку. Она терялась в догадках, что именно рассказал Адриан родителям о причинах его непрошенного визита, и безумно боялась развеять его легенду.       — Я как раз благодарил твоих родителей за гостеприимство, — голос Адриана был необычайно мил, что Маринетт на секунду усомнилась действительно ли он принадлежал Агресту. Она украдкой взглянула на мужчину, его лицо было озарено такой же милой улыбкой и даже казалось искренним.       — Адриан, не бери в голову, — Том аккуратно похлопал по плечу Агреста, — с кем не бывает в молодые-то годы. Подумаешь, выпил лишнего и потерял ключи, — к удивлению Мари Адриан рассказал правду или хотя бы часть её.       — Мне так неловко, — щеки Агреста залились румянцем, и девушка не могла понять — это искусная игра или настоящее проявление чувств, — я пью крайне редко, и со мной такое случается впервые, — продолжил оправдываться Адриан. Маринетт едва сдержала смешок, и мужчина слегка стукнул её по коленке под столом. О том, что родители могут погуглить имя Адриана Агреста, девушка старалась не думать.       — Я так рад, что Маринетт пришла мне на выручку, — продолжал бессовестно врать Агрест, — она просто чудо!       — А мы как рады, — с лица Тома не сходила радостная улыбка, — Маринетт редко находит для нас время, она так много работает, — с укором добавил отец, и девушку охватило чувство стыда.       — Но она очень талантлива, — словно в оправдание сказал Адриан. Он впервые говорил о способностях Маринетт в её присутствии, и девушке безумно захотелось узнать, есть ли в его словах хоть капля правды. Мари осторожно взглянула на мужчину, он не сводил с неё своих пронзительных изумрудных глаз, которые излучали тепло и нежность. И она поверила, наверное, впервые Адриан Агрест не врал и не лукавил, он действительно так думал, и Маринетт расплылась в счастливой улыбке, благодарная такой похвале.       — Мы ей очень гордимся, — сказала Сабина, окидывая, сидящих рядом Маринетт и Адриана, очень странным взглядом, о природе которого девушка думать не хотела.                                           ***       Когда они покинули квартиру родителей, уже вечерело. Маринетт потеряла счет времени, но абсолютно не волновалась по этому поводу. Пусть телефон был разряжен и она пропустила массу важных звонков, пусть она так и не связалась с Лукой и не объяснила свое исчезновение, она провела прекрасный день в кругу семьи. Счастливые улыбки родителей стоили дороже любых последующих неприятностей. Даже Адриан, к её большому удивлению, вел себя крайне мило, а её родителей он и вовсе очаровал. Ей было жутко интересно, о чем они говорили пока Маринетт спала в своей комнате, но спросить у родителей было неловко, а Адриан, она была уверена, просто не расскажет. Агрест словно околдовал семейство Дюпен-Чэн. Мари даже почувствовала легкий укол ревности, когда Том, прощаясь, требовал от Адриана обещания, что тот обязательно будет заходить к ним в гости. Трудно было представить, что он говорит такое Луке. Нет, к возлюбленному Маринетт родители всегда относились уважительно, но не более. Возможно, причина была в том, что Лука претендовал на сердце их дочери, чего не скажешь об Агресте, который по легенде был просто коллегой, но что-то подсказывало Маринетт, что дело было в именно в Адриане. И как он мог быть таким…разным?!       Адриан попросил отвезти его к приятелю, вопрос с ключами он похоже решать не собирался. И это была единственная фраза, которую он сказал девушке после того, как они сели в машину. Маринетт поставила телефон на зарядку, и с ужасом ждала, когда он включится. Мысли снова вернулись к событиям прошедшей ночи, а перед глазами стоял образ расстроенной Хлои. Сейчас мысль о том, что они поссорились вчера из-за Маринетт казалась не такой уж дикой. Адриан же мог быть милым и вежливым, веселым и добродушным, так может же в нем проснуться и чувство справедливости и заботы, пусть и в такой «тяжелой» форме? И проявлял он их так, как умел. Но это ещё один вопрос, который Мари никогда не осмелится задать, а их с каждым днем, проведенным рядом с Адрианом, становилось всё больше.       — Спасибо, что был вежлив с моими родителями, — в машине уже давно стояла звенящая тишина, и Маринетт хотелось развеять гнетущие мысли о Хлое. Высказать искреннюю благодарность, казалось, неплохой идеей для начала разговора.       — Я не такая скотина, как ты думаешь, — резко ответил Агрест, от его спокойного расположения духа не осталось и следа. Последние минуты он безрезультатно сражался с рубашкой, в тесной машине ему никак не удавалось её снять, и это придавало ему ещё больше раздражения.       — Я просто хотела тебя поблагодарить, — спокойно сказала Мари, стараясь не замечать его растущего гнева, это была чистая правда.       — Они были добры и приветливы со мной, — сердито продолжил Адриан, рубашка никак не поддавалась, — у меня не было ни единой причины вести себя с ними иначе.       — Я просто…       — Ты просто, — Агрест прервал её на полуслове, ему наконец удалось снять ненавистный ему предмет одежды, заботливо выстиранный и высушенный Сабиной, и яростно бросил его на заднее сидение, — ты просто постоянно повторяешь эти нелепые, никому ненужные слова — «прости», «спасибо», «извини», «пожалуйста». Люди и так сделают то, что тебе от них необходимо, без всякой этой ерунды! А меня от этого просто тошнит!       — Ты ошибаешься, — Маринетт не могла понять, что заставило его так гневаться и куда делся тот веселый парень, который рубился с её отцом в видеоигры, от чего сама испытывала дикое раздражение, — некоторым людям просто необходимо говорить эти слова.       — Не о Хлое ли ты говоришь? — Адриан перешел на крик, и на мгновение Маринетт показалось, что он потянется за бутылкой виски, которая так и валялась в его ногах. Вот и развеяла мысли.       — Может, и о ней, — Мари кричала в ответ, ей хотелось вдолбить хоть одну здравую мысль в голову этого упрямого болвана, — по неизвестной мне причине ты сильно обидел её вчера. И она заслуживает услышать от тебя банальное «извини»! Это точно не будет «нелепым»! — девушка специально сделала акцент на последнем слове.       — Уж не думаешь ли ты, что была причиной нашей ссоры? — Адриан буквально сверлил её яростным взглядом, на мгновение Маринетт забыла, как дышать, любопытство разъедало изнутри. Хотелось убедиться в своей догадке или раз и навсегда опровергнуть её.       — Наши отношения с Хлоей не нуждаются в таких «нелепостях», — он специально выделил это слово, — наша дружба зародилась очень давно, мы принимает друг друга такими какие мы есть, пусть иногда и вспоминаем старые обиды. И послушай, — Агрест закричал ещё громче, — ни ты, ни твои нравоучения мне на хрен не сдались!       Сердце Маринетт замерло, вот она и получила ответ. И почему же ей обидно не за то, что он отчитывал её, как маленькую девочку, а из-за его такого явного безразличия. Какое ей до этого дело.       — Останови машину! — приказал Адриан, и Маринетт не заметила, как по щекам начали скатываться слезы.       — Я сказал, останови! — от его крика, казалось, звенели даже стекла в машине, — останови!       Маринетт ничего не оставалось, как подчиниться. Наспех перестроившись, чем вызвала гнев проезжающих автомобилей, она припарковалась у обочины. Адриан вылетел из машины, хлопнув дверью с такой силой, что чуть не вылетело стекло, и быстро скрылся за поворотом. Мари, обессилев, дала волю слезам и опустила голову на руль. В этот момент на экране мобильного, который наконец-то включился, загорелось сообщение от Луки. «Надо поговорить. Срочно.»