Сказки о Ину-но-Ками

Итак. Она жива и очень этому рада. Она сохранила свой демонический облик в целости, что тоже очень даже хорошо. Ладони колко пекло. Мононоке не сразу поняла, что сидит на снегу и ей совсем даже не жарко, а холодно. Её руки увязли в белом мягком холодном пухе. Удивлению не было предела, когда она разглядела, что он состоит из очень-очень мелких и хрупких кристаллов льда. И как долго она их не разглядывала, ни одной снежинки не нашла похожей на другую – что и рассказывала её тётя. Это было почти счастье. Но…. Кандалы остались с куском цепи, не давая ей в полной мере использовать свои силы – это не такая уж и проблема – она не намеревалась всеми ими пользоваться. Большой бедой было то, что её забросило невесть куда и в какое время. В полнейшей дезориентации, она не могла ничего лучшего придумать, как дождаться ночи и попросить помощи у звезд. С местом своей дислокации она разобралась, как только поднялась в небо – это была гора с маминых картин – Фудзияма. Но не такая как рассказывала тётя, а именно как с маминых рисунков – мирная, спокойная и красивая. *** - Мы пойдем в Курама! – рявкнула КагомЭ, в её глазах горела настойчивость, щеки налились обиженным румянцем: - Сегодня фестиваль! Будут маски, музыка, торжественное шествие… Фейерверк! Мы обязательно должны посмотреть. - Опять мне эту чертову шапку на уши тянуть… - пробурчал сердито Инуяша, сидя на полу: - Не люблю я толпы. Там много опасностей. - Нет. Мы пойдем, - не уступала Мико: - И не надо тебе кепку одевать. Фестиваль же! Будет много масок, сольешься с толпой. И к тому же, я устала. Хочу отдохнуть и отвлечься от дурных мыслей. А какие развлечения в феодальной эре? А никаких! Я хочу на фестиваль! - Я тоже кой чего хочу… - в полголоса возмутился полукровка, приподнимая когтем бусы на своей шее, намекая, что они ему не по душе: - Но меня никто не…. - Хватит ныть. Раз мы у меня дома, будем слушаться меня. А я хочу в Курама на фестиваль огня, и пойду! С тобой или без тебя. Почти прокричав последние слова, Кагомэ вышла из комнаты, хлопнув дверью. Инуяша догнал её уже во дворе семейного храма. И вполголоса бубня, как его достали её капризы, пошел рядом, скрестив на груди руки. До Курама ехали на поезде. Инуяша даже задремал под непрерывное щебетанье Кагоме о грядущем фестивале. В город прибыли к восьми вечера – самый разгар всего процесса. По ведущей к святилищу Юки улице было не протолпиться – всё оккупировали дети и взрослые с самыми разными факелами в руках. Раскрашенные лица и маски, причудливые яркие костюмы, воздушные змеи, торговцы красочных товаров, танцоры, музыканты – люди пели песни и торжественно кричали «сайрея сайрё!». В двух переносных расписанных золотом храмах несли божество Юки Мёдзин. Кагомэ предалась всеобщему настроению и, громко выкрикивая приветствия божеству, хлопала в ладоши. Инуяша же был сосредоточен, выискивая глазами и ушами любые признаки опасности. Вот парень в бутафорных доспехах самурая недопустимо близко наклонил зажженный факел в сторону Кагомэ – мгновенно остался без факела и с фингалом. Другой, с барабаном – летел к противоположному краю улицы, как воздушный змей в порыве ветра. Те зеваки-зрители, что толкали их в спину и бока, получали по ребрам и ногам и разлетались в стороны. Так что вскоре, вокруг Кагомэ образовалась зона отчуждения в полтора метра радиусом. Она же всё равно не оценила его старания и опять наорала, что он не понимает веселья праздника, не умеет себя вести в обществе и вообще, на такие мероприятия она его с собой больше брать не будет. Терпению пса мог случиться конец, но тут, он заметил в толпе беловолосую демонессу. Блестящая железная маска, расписанная выдавленными незнакомыми символами, скрывала половину её лица. Та, в свою очередь, с интересом разглядывала их, чуть наклонив голову вправо. Боясь разозлить Кагомэ ещё больше, он оповестил её об демонессе, удушив в себе желание первым делом пустить Тэссайгу в ход, а потом уж объясняться с Мико. Кагомэ на мгновение оторвалась от своего занятия и посмотрела в сторону, которую показывал Инуяша. Ничего похожего на ёкая она не увидела и опять Инуяше досталось. Демонессе уж и след простыл, но полукровка не успокоился и до завершения фестиваля искал глазами странную гостью. Но заговорил об этом только в поезде, по дороге домой: - Это был демон. Клык даю. И не какой-то там мелкий, а с сильной, жгучей аурой ёкая. - Не неси чепухи, - зевнула Кагомэ, пристраивая голову на его плече: - Откуда у нас ёкай. Сам же говорил, что в этом времени демонов меньше и уровнем вообще ниже травы. - Вот именно, - подтвердил пес: - Эта же уровнем близким к братцу Сещемару…. Мне кажется. По крайней мере, скверной несло не меньше. Жаль запах её не разобрал и не запомнил – всё эти факелы вонючие…. - Успокойся, - Кагомэ опять зевнула: - Причудилось тебе. Боюсь, со станции домой меня будешь на спине тащить…. Я уже сплю. Инуяша обнял свою невнимательную спутницу, прижал к себе. Но даже её спокойное дыхание не смогло усыпить его опасения. *** Звезды подсказали, что она почти на 300 лет перескочила своё время. Как так? Ошиблась на 300 лет. Оставалось два варианта действий: первый – временные червоточины или карманы - искать свое время методом втыка; второй – остаться здесь и наслаждаться жизнью в полной мере. Это время нравилось ей, и она не чувствовала присутствие сильных ёкаев, что очень радовало – уменьшился риск быть обнаруженной недругами, ищущими силы. Но прожив несколько дней, она поняла, что не сможет долго здесь находиться. Как и тётя Чинетсу, будучи вырванной из собственного времени, она не проживет больше 1000 лет. Тоесть каких-то 200 лет она сможет наслаждаться Млечным Путем безоблачной ночью, танцевать под теплым дождем или же срывать ярко-красные листья клена осенью. Такой расклад никак не радовал её. Хотелось жить немного дольше. Насколько это возможно. В этом городе она чувствовала наличие одного временного кармана, запечатанного портала и двух червоточин. Возможен и третий вариант – через печать времени, но она не могла пока что её сделать из-за оков на левом запястье. Карман она уже проверила – он бросает в будущее на несколько лет, обе червоточины оказались слишком малыми – всего на сотню лет, а портал вообще бесполезным – переносил в пространстве, а не времени. Надо идти на поиски других, но демонессу привлекли огни в небольшом городке. Оказалось, что это фестиваль огня в честь божества Юки Мёдзина. Имя этого божества было для нее не знакомым, но празднования были шикарны и, ей захотелось посмотреть. В толпе людей она заметила ханьё и мико. Мико была обычной – человеком, довольно сильной сердцем, а вот ханьё был не из этого времени. Она решила проследить за ними и к своему удивлению обнаружила ещё одну червоточину у семейного храма, где жила мико. Этот проход был защищен силой заклинаний от ёкаев, поэтому она и не видела его, пока ханьё не исчез во временном колодце вместе с мико. Осталось только выяснить, куда он ведет.