nothing special in my summer weekends

Олег смотрит, ждет ответ, а парни думают. С одной стороны, если уж начали косячить, то что не продолжить? Незборецкий рядом лишь пихнул под ребра, мол, "соглашаемся". Это были самые быстрые их сборы. Потому что вещей как таковых не было. "Налегке" - как бы не оценила мама, а отец крутил пальцем у виска со словами:"даже я в молодости такую дичь не делал". Кирилл, для того, кто жопой чует подвох, выглядит слишком довольным, пока плетется за Олегом чуть ли не обгоняя. Старший не производил впечатление надежного человека, да и какое-то другое мнение о нем было составить трудно. За видимой доброжелательностью было что-то еще. Кирилл надеялся на "своих пацанов", которые шарят в области и, "если чё", он им свистнет. Как? Глеб понятия не имеет, потому что ничего хорошего им и не обещали. Это как долгожданный поход на речку, только мимо. Олег вообще ушел в какие-то теории, не следя за языком. Потому что и Кирилл выглядел как наивный долбаеб, а Глеб - как молчаливый, но тоже долбаеб. Неужели никто не думает, что подростки все понимают? Да, Глеб бы посмотрел на этих людей, верни их в подростковый возраст. Понимал он или нет, а они шли. Лагерь снова оказался далеко, вызывая чувство дежавю. Его спасли, а он снова в дебри. Глеб, у тебя голова на плечах есть? - Чувак, все будет путем,- тянет Незборецкий у самого уха,- он приведет нас в интересное местечко, зуб даю. Пацанов обрадую. Небольшая лесная речка, остановка и отдых. Олег с кем-то трещит по телефону, хотя до сотовой вышки им пиликать и пиликать. Кирилл неспешно проходится рядом с цветами, что-то срывая, а что-то просто пиная, по-детски морща нос. - А ты какие любишь?- обращается к Глебу, почти не ожидая ответ. - Да я разные, собственно, я знаю только на вид. Да и в парках что растут,- пожимает плечами. Кирилл расхаживает из стороны в сторону, что-то еще берет и протягивает Глебу: - Держи, этот должен был быть для пацанов, но им еще один соберу. Пизже. И оставляет эту сцену на критику Олега, который почему-то будто растерял свой настрой. - Эй, пацан,- зовет,- иди сюда, я не кусаюсь. - Чего? - Ходишь, будто скоро смерть, а ты не при параде. - А что, нас не похищают? - Смотри на это проще, парень. Смерть она что? Она везде, просто никто ее не замечает. Вот что ты держишь в руках? М? Олег странно косится на Глеба, будто самый тупой тут -блондин. - Это цветы? Растения? Фотосинтез, все дела. Кудрявый закатывает глаза и складывает руки на груди, отворачивается. - Их сорвал Кирилл и ты разве не выкинешь их спустя минут двадцать? Сама ирония, а не Олег. И это просто факт. - Я их донесу. Они снова идут. Эта тема больше не поднимается. Все умирают, никто не остается и после тебя не останется тоже ничего. Немного обидно. Досадно. Разве что грязь, под ногами, да небо над головой и, самое главное - солнце. Тонкие лучи звезды аккуратно проникают меж веток деревьев, падая на зеленые листья маленькими солнечными зайчиками. Олег все так же молчал. Кирилл нашелся быстро, да и его никто не искал. Он о чем-то говорит с Олегом, будто они даже дружат, вызывая еще больше вопросов. А ответы? Когда будут они? Что скажут воспитатели и вожатые, когда их не найдут? Проблем, предполагает Глеб, будет больше, чем он может себе представить. Темнеет, на лице Олега все чаще появляется недобрый оскал, который в силу его внешности, выглядит до карикатурного нелепо. - Кирилл, а когда ты своих пацанов позвать хочешь?- невзначай интересуется Глеб, будто спрашивая время. - Да в любой момент, а что?- смотрит на спину Олега в паре метров от них. - Да просто, может самое время? - Не, еще нет,- и просто отмахивается,ускоряясь, догоняет старшего и идет в ногу с ним. - Ничего не понимаю. Они подходят к лагерю и Глеб не может сдержать вздох удивления, на что в свою очередь реагирует Кирилл: - Ты так букет сжал, что он не продержится до ближайшего стакана. Что такое? - Это мой первый лагерь. - То есть вообще? Или? - Я тут был неделю назад. Ну, приехал. - Вот те на, парень, тебе что, летом всегда находили занятие? - Получается, что так. Глеб думает, что в этом есть некая ирония жизни. Потому что ну кто еще так попадает? Герои сказок каких-то там, далеких для понимания. Ведь нельзя же, совсем-совсем нельзя быть таким лохом. Он не может поверить в происходящее. Высокие, почти черные стлобы дыма от костров, что расставлены тут и там, чудом не расползающееся пламя не мешает дыханию, но выглядит удручающе. "Веселее, ну же"- слышит чей-то голос и следом гул. Олег опять что-то пишет в телефон и даже снимает очки, будто проверяя, все ли нормально. Блондин ступает вперед, желая проверить обстановку. Да, он еще маленький и у него трясутся коленки. Но ему и не семь, чтобы начать плакать. Где-то посередине, как и между костров. Хочется уже разобраться. Превозмогая дрожь, почти на готовых согнуться в любой момент коленях, делает шаг. - Пацан, мы валим,- Олег тянет за руку, пытаясь вразумить. - Никак нет,- Кирилл подает голос.- Я что, букет зря собирал? Глеб срывается на бег от этих двоих. Лицо опаляет жар, кажется, будто все это никогда не закончится. Но он надеется, что Незборецкий отдаст пацанам этот чертов "букет". **** - То есть, ты хочешь сказать, что...- Артём косится на Сашку, который ржет и не краснеет, найдя во всей ситуации повод оставаться позитивным. - Ага,- довольно тянет и чуть ли не гогочет, уворачиваясь от зеленого дыма.- Слушок прошел, что Адиль при делах, а там его банда. И еще одна банда. Будто мест больше нет. Бузе прорывает на гогот, от которого Артём затыкает уши и кривится, но вскоре заражается смехом. Из уголков глаз текут слезы, которые он тут же вытирает рукавом толстовки. - Веселая смена выходит, эх, Сань. Мы хотя бы малого пристроили,- все же делится мыслью Артём.- Он какой-то калечный, я не знаю. Маленький,- на этом моменте Бузе иронично смотрит на друга с ног до головы,- да блин, не по росту, а тому, что в голове. Артём тычет указательным пальцем себе в висок, ожидая реакцию Сашки, которая следует незамедлительно: - Ой, всё. Старичок в деле. Пошли, нам еще в "лучистое солнышко" идти. Да и в соседний. Думаю, за пару часов можно справиться. - Ты так это легко говоришь, будто это не ты складываешь лапки, когда перемещение делаю нам я. - Но ты же "мастер давать по съебам"?- изображает кавычки и параллельно уворачивается от камня в свою сторону.- Да ладно тебе. - Ладно прохладно, пошли. Артём и перемещения - цирк на выезде. Сашка довольно лыбится, облокотившись о дерево, смотрит на чужую работу, лишь временами что-то уточняя. И это радовало, зная натуру красного. - Ты же помнишь,- подает звук Бузе,- малой про Сюзи говорил. Это тип он в "ромашках" же был. - Все эти названия - дерьмо,- Артём поворачивает голову в сторону Саши,- мы же больше работаем по... - Да знаю я, чего ты как с идиотом. Я просто люблю, когда все красиво звучит,- на лице друга чуть ли не блаженная мина,- поэтично и чудесно. - А, то есть лагерь для подростков и старше с его "траходром твоей бывшей" ты не помнишь, как придумал. - Да пошел ты,- ржет. Засечки нанесены, все работает вроде верно. Артём закрывает глаза. Он старается сосредоточиться на одном нужном образе. Расслабить руки, выкинуть все из головы. Зеленый дым небольшими скоплениями появляется в ногах. Глубокий вдох, выдох. Кажется, что прошло полчаса, два или три, хотя счет идет на минуты. Перед глазами все плывет, а тело наполняет легкость. Вокруг него образуется зеленая завеса. Теплая и такая родная. Артём лениво вертит головой, будто подставляет лицо под лучи солнца. Откуда-то сбоку слышится неравнодушный голос Сашки, пение птиц и шелест травы. Все еще так далеко-далеко. Он чувствует руку Сашки, сжимающую плечо немного сильнее, чем всегда. Сердце тяжело пропускает удар за ударом, а перед глазами снова лес. - Ух, ты чет меня даже напугал в этот раз,- Бузе отпускает руку и отходит на пару шагов, осматриваясь.- Везде все такое одинаковое. Зелень и камни, камни и зелень. - А тебе веселье подавай,- Артём закатывает глаза и делает пару шагов вперед, как все перед ним мутнеет и покрывается пеленой.- Да епт. Весь "пикник" будет здесь? - Дежавю, да. - Ты знаешь, я как-то потерял настроение шутить. Мы сделаем все быстро и четко, чтобы без всяких "а, это были вы" через десять, пятнадцать, фиг-знает-сколько лет. "Веселиться,так веселиться"- первое, что приходит на ум, когда они с Бузе оказываются по ту сторону. Одну из. Будто сама вселенная за все эти годы терпения, вдруг решила всех свести с ума. Воздух вокруг них становится гуще, слаще, будто их ждет облучение. Потоки уплотняются, замедляясь до полной остановки. Вот. Оно. - Сань, осторожнее,- Тёма замечает опасное свечение в зелени. Голова летела прямо на друга, готовая вцепиться зубами в шею. - Я так понимаю, время играть в бейсбол,- Сашка хватает толстую деревянную палку, отстукивая краем по земле, будто собираясь отбивать мяч.- Давно не играли, да, Тём? - О да,- парень разминает шею, лениво оглядывает периметр и,- давненько не виделись, Сюзи. Девушка, что ни странно, не намерена разговаривать, лишь вытягивает вперед руки и что-то шепчет, а под ногами Тёмы начинает трястись земля, расползаясь тонкими швами и до Сашки. Густая трава начинает расти вверх, продвигаясь от кросс до колен, обездвиживая. Сюзи никогда не любила долгих прощаний, слов оправданий или какой-то поддержки в свой адрес. Именно поэтому, смекает шатен, она настолько слаба. Парень делает глубокий вдох, заставляя замирать воздух вокруг себя, выдох через рот. - Тём, блять, не вздумай,- последнее, что слышит Тёма перед тем, как выйти из себя.