Перевод

Hey Mambo 360

Слэш — в центре истории романтические и/или сексуальные отношения между мужчинами
Jojo no Kimyou na Bouken

Автор оригинала:
animehead
Оригинал:
https://archiveofourown.org/works/4891729

Пэйринг и персонажи:
Дио Брандо/Джонатан Джостар, Джорно Джованна/Гвидо Миста, Джонатан Джостар, Дио Брандо, Гвидо Миста, Джорно Джованна
Рейтинг:
NC-17
Размер:
Мини, 15 страниц, 1 часть
Статус:
закончен
Метки: AU PWP Алкоголь Анальный секс Минет Нежный секс Первый раз Романтика Соблазнение / Ухаживания Танцы

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Джорно находит время для танцев, которые один из его отцов не одобряет.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика

Примечания переводчика:
Комментарий переводчика:
Это мой первый художественный перевод и я понятия не имею почему я взяла такой здоровый текст.
А дальше уже - как получилось.
Переводчик приветствует комментарии и критику в мягкой форме.

Автор не ответил на мой запрос в течение 30 дней. К сожалению, он вряд ли ответит, т.к. не появлялся на сайте с 2015 года - и жаль, у него есть чудесные недописанные вещи.
Публичная бета включена - и спасибо всем, кто исправляет мои ошибки.
15 июня 2019, 04:52
Примечания:
Hey Mambo (Хей Мамбо) - название фанфика взято из песни Mambo Italiano.

sharp toe (острый носок) - танцевальный термин. Если очень упрощенно - "натянутый носок". Почему-то я не нашла его точного значения в интернете, но помню, как его неоднократно использовали несколько педагогов по различным видам танца.

homage (оммаж) — в искусстве, музыке и т. п.: работа-подражание (и жест уважения) другому художнику, музыканту... Работа содержит явную отсылку к произведению того творца, которому и отдается дань уважения.

do I wanna know (хочу ли я знать) - название песни группы Arctic Monkey
Джорно смотрит на свое отражение в зеркале: грудь вздымается, лоснящаяся от пота кожа светится под флуоресцентными лампами. Он занимался этим уже два часа. Он прекрасно знает порядок движений. Каждый поворот, наклон, и шаг; каждое вращение и покачивание бедер. Он мог прекрасно станцевать весь танец с завязанными глазами, не слушая ничего, кроме музыки в своей голове, и он делал все точно: от натянутых носков ног до напряженного поворота головы. Он был уверен в своей способности выполнить эти движения без ошибки. Он был доволен собой. Даже гордился – а этого, он может честно признаться самому себе, было непросто добиться. К сожалению, он должен был впечатлить не себя. С губ отца срывается громкий, преувеличенный вздох, и Джорно приходится прикусить язык, чтобы удержаться от вопроса, сколько еще пройдет времени, прежде чем он окончательно сдуется. - Ты пытаешься мне досадить, Джорно? - спрашивает отец, постукивая наманикюренными ногтями по зеркалу за спиной. - Нет, - отвечает Джорно. - Но это не значит, что ты все усложняешь. Джорно закатывает глаза, когда отец отталкивается от зеркала, у которого он стоял прислонившись, и обвиняюще тычет в него пальцем. Отцу не потребовалось много времени, чтобы взбеситься, и, очевидно, он достиг своего предела гораздо раньше обычного. - Из-за этого рта у тебя будут большие неприятности, мальчик, - говорит отец. - Возможно, если бы ты сосредоточился на том, чтобы носки твоих ног были такими же острыми*, как твой язык, нам не пришлось бы продолжать. А может, это просто усталость и невыносимая скука от повторения одного и того же, снова и снова, день за днем. Но Джорно не говорит ничего из этого. Его отец уже в ярости, и Джорно знал, если он будет продолжать язвить, это закончится бесчисленными лекциями и бесконечными угрозами. - Честно, - отец скрещивает руки на груди, как очень большой и сердитый ребенок, - может, ты и красив, как я, но был проклят двумя левыми ногами своего папы. Две левые ноги, верно. Ну, это, конечно, не помешало его папе сбежать на первую же деловую встречу, которую он мог провести за тысячи миль отсюда. Но Джорно не винил его. Он не знал ни одного человека, который смог бы продержаться в обществе великого Дио Брандо дольше нескольких секунд. - В любом случае, когда папа вернется домой? - Вероятно, до того, как ты научишься исполнять этот танец должным образом. Теперь повтори. С самого начала. - Его отец хлопает в ладоши и музыка играет с самого начала. В тот момент, когда Джорно слышит, как Мамбо Итальяно ревет из динамиков, расположенных в углах комнаты, наверное, в сотый раз за этот день, он закрывает глаза и молится о смерти.

***

По средам и пятницам танцевальная студия в четырех кварталах от его дома проводит занятия для одиноких женщин, желающих научиться всему - от вальса до румбы. Как только ему исполнилось восемнадцать, Джорно записался добровольцем, чтобы помогать учить как можно больше женщин. У него не было никаких скрытых мотивов для этого, кроме того факта, что он просто наслаждался танцами и ценил любой момент, когда его не было дома с дышавшим ему в спину отцом. Поскольку сегодня была пятница, этот вечер должен был пройти там же. Джорно оделся, прощался с отцом и с бутылкой вина, надежно лежавшей на его коленях, а затем отправился в студию, чтобы потанцевать с людьми, которые действительно ценили его мастерство. Но сегодня все было по-другому. Джорно уже позвонил заранее, чтобы сообщить тренеру, что он не сможет приехать из-за предыдущей встречи. Это была не совсем правда, но и не совсем ложь. У него действительно было место, где он планировал быть, хотя и не был обязан. Определенно, это было его желание. С тех пор, как Джорно вошел в Пассионе, самый новый танцевальный клуб их сонного городка, он проводил там каждую вторую пятницу. Конечно, он очень любил управляющего этого клуба, Буччеллати, на которого он смотрел как на старшего брата. Но это, разумеется, было не единственной причиной. Клуб был битком набит людьми с той самой секунды, как Джорно вошел. С другой стороны, в его городе было не так много клубов, которые впускали людей и младше 18 и старше, поэтому он неизбежно был переполнен. Джорно оглядывается, надеясь найти Буччеллати, и это ему удается. Но тот занят деловым разговором, поэтому просто машет Джорно рукой и говорит, что пообщается с ним позже. Джорно не возражает, ведь Буччеллати сейчас слишком занят, чтобы с ним болтать. Кроме того, не он был настоящей причиной появления Джорно. Стоя среди толпы и пытаясь удержаться на ногах, Джорно оглядывается, надеясь увидеть знакомое лицо. Или, скорее, шапку. Он пытается сказать себе, что ему просто нравится видеть, как много страсти этот человек вкладывает в свой танец. Во всяком случае, Джорно был не более чем поклонником, восхищающимся мастерством и техникой другого танцора. Это было прекрасно. Действительно, в этом не было ничего плохого. За исключением... ну… - Хей Мамбо. Джорно вздрагивает, когда слышит голос, и чувствует теплое дыхание на своем ухе. - Мне было интересно, появишься ли ты. Я хочу тебе кое-что показать. Меньше секунды уходит у Джорно на то, чтобы взять себя в руки, и он надеется, что человек перед ним не заметил, как он потерял самообладание. -Ч-что, - откашливается Джорно, - ты хочешь показать мне, Миста? - Как твоя тренировка? - Спрашивает Миста вместо ответа на вопрос Джорно. Он проводит рукой по своей голове через шапку, и вниз по шее. Джорно гадает, каково это-чувствовать ее ткань на ладони, и думает о том, как эротично было бы снять ее с головы. - Здорово, - говорит Джорно гораздо мягче, чем хотел. - К сожалению, мой отец с этим не согласен. - Какой отец? - Миста опускает руки, и Джорно следит за движением, его взгляд задерживается на животе Мисты чуть дольше, чем необходимо. У него под пупком дорожка темных волос, которая исчезает за поясом брюк, и Джорно очень хочется, чтобы он мог, может быть, просто... пройтись по этой дорожке своим языком. - Большой или маленький? - Они оба довольно большие. - Да, но, типа, нет. Один из них огромен. Джорно не может не улыбнуться на это. Правда, лучший из его отцов был крупнее. - Только не он. Другой. Тот, который… Миста прерывает его, прежде чем он успевает закончить. - О, тот, который ненавидит меня. - Он хихикает и пожимает плечами, как будто привык к тому, что родители ненавидят его по той или иной причине. - Все еще думает, что я трахаю его хорошенького отпрыска, да? - Отпрыска, - повторяет Джорно. - Похоже, кто-то обратил внимание на учебу. - Ну, я не хвастаюсь, но я посещаю пару занятий в местном колледже. - Миста ухмыляется, и Джорно чувствует, как в животе у него все трепещет. А также в других, более интимных, местах, о которых он предпочитает не думать. - В любом случае, - начинает Джорно, возвращая разговор к отцу. - Я сказал ему, что это нелепо. Ему не о чем беспокоиться. - Ты в этом уверен? - Спрашивает Миста, и на мгновение выражение его лица заставляет Джорно подумать, что он говорит серьезно. Но когда он смеется и говорит Джорно, что он просто дразнит его, ему трудно не чувствовать себя немного разочарованным. Они тусовались уже несколько месяцев. Возможно, Джорно просто выдавал желаемое за действительное. Но он думал, что Миста, по крайней мере, интересуется им. Миста флиртовал с ним при каждом удобном случае. С другой стороны, он флиртовал со многими людьми. И все же Джорно показалось, что между ними что-то есть. Иначе зачем бы ему снова и снова рисковать, приходя в Пассионе вместо танцевальной студии? Не говоря уже о том, что один из его родителей уже ненавидел Мисту. Иногда Джорно клянется, что они уже встречаются, но они никогда не целовались, только разговаривали, смеялись и иногда неловко обнимались, когда Миста выпивал слишком много. Может быть, Джорно был не тем, кого искал Миста, тем более что он понятия не имел, какие люди его интересуют. Джорно надеялся, что каков бы ни был тип Мисты, он ему подходит. Но, может быть, ему просто не повезло. - О, точно. У меня было кое-что, что я хотел показать тебе. - Говорит Миста, берет Джорно за запястье и заставляет пообещать, что он побудет здесь еще по крайней мере час. Джорно обещает остаться до тех пор. Не похоже, чтобы у него были другие дела. Тем не менее, он знает, что просто обманывает себя, приходя в Пассионе. Ему нужно преодолеть тупую влюбленность в Мисту и обратить внимание на что-то еще. Может быть, несколько новых танцев, знакомство с новыми людьми, возможно, даже свидание с кем-то, кто, как он знал, действительно интересовался им.

***

Следующий час Джорно проводит, наблюдая, как люди танцуют и болтают с Буччеллати. У него возникает искушение спросить Буччеллати, знает ли он о каких-либо прошлых отношениях Мисты, но передумывает. Лучше, чтобы никто не знал о его глупой влюбленности в Мисту, тем более что из этого ничего не выйдет. Кроме того, даже если бы он набрался смелости спросить Буччеллати, это не имело бы никакого значения, так как он снова ушел по своим делам. Он обещал Джорно вернуться, как только сможет, но Джорно отмахнулся от него и сказал не беспокоиться об этом. Честно говоря, он уже почти готов вернуться домой. Что бы Миста ни хотел ему показать, он, должно быть, забыл об этом. Джорно встает со своего места на балконе второго этажа, откуда открывается вид на танцпол, и смотрит, как внизу танцует толпа. Потные тела прижимались друг к другу, соприкасались, терлись и скользили. Это так отличается от классического подхода к танцам, уравновешенного, совершенного и правильного. Ему нравится танцевать так, как его учили. Но ему также нравится этот способ танцевать. Каким волнующим, возбуждающим и эротичным все это кажется. Это почти как заниматься любовью, предполагает он. Он никогда не делал этого раньше. Решив, что ему, вероятно, следует отправиться ночевать домой, Джорно спускается по лестнице и возвращается на танцпол. Он не видел Мисту уже час, и, насколько ему известно, он мог даже улизнуть из клуба с кем-то, кто интересовал его гораздо больше, чем Джорно. Джорно пробирается через толпу, изо всех сил стараясь проскользнуть мимо людей, не прерывая их танца, когда слышит два слова, которые заставляют его застыть на месте. Hey Mambo Сердце бешено колотится, его разрывает между «остаться» или «бежать», Джорно почти чувствует, как он бежит к двери, но это другая песня. И в тот момент, когда басы уменьшаются, он не может не обернуться и не поискать ди-джея. Это Буччеллати. Буччеллати что-то говорит ему, но Джорно не может разобрать слов, тогда Буччеллати указывает в толпу, и Джорно следует за его пальцем. И тут он замечает танцующего Мисту. Но он не просто танцует. Он исполняет танец Джорно. Ну, не совсем. Это оммаж* ему, полагает Джорно. Движения похожие, но более бодрые и дикие, веселые. Джорно зачарованно наблюдает, как Миста покачивает бедрами, следит за изгибом его поясницы, когда он двигается в такт музыке. Время, кажется, течет медленно, и Джорно хочет, чтобы оно просто остановилось. Он хочет провести остаток своей жизни, стоя посреди переполненного клуба, наблюдая, как Миста двигается под Mambo Italiano, заставляющее весь клуб веселиться и танцевать без остановки. Джорно все еще стоит на месте, когда Миста появляется перед ним, берет его за руку и продолжает танцевать. Джорно уже видел, как Миста танцует. Даже несколько раз подражал ему, когда он был один. Но перед Мистой он всегда танцевал в своей классической манере. Он не может отделаться от мысли, что отец убьет его, если он когда-нибудь узнает об этом, особенно учитывая то, что Миста тащит его в маленький уголок клуба и нависает над ним. Сначала это весело, этот новый беззаботный способ танца. Но чем ближе Миста наклоняется, чем сильнее прижимается к нему своим твердым телом, чем ниже скользят его руки по бедрам Джорно... тем быстрей веселье перетекает во что-то более... существенное. - Я хотел спросить тебя, - шепчет Миста на ухо Джорно, - кто мы? Вопрос сбивает Джорно с толку, заставляет его вообще перестать двигаться. Но Миста хватает его за петли ремня и заставляет бедра двигаться. - Что ты имеешь в виду? - выдыхает Джорно. Его учащенное сердцебиение не имеет ничего общего с танцами. Невозможно. - Я имею в виду ... - Миста теребит нижнюю губу. Джорно чувствует запах алкоголя и думает, не нужно ли ему выпить, чтобы набраться храбрости и поговорить с ним. - Мы были близки уже несколько месяцев. Наверное, я просто хочу знать... или хочу ли я знать*, - тихо спрашивает он больше себя, чем Джорно, - ты мой? - Я ... - начинает Джорно и вопросительно поднимает белокурую бровь. - Это песня Arctic Monkeys? Миста смеется, его теплое дыхание обдувает лицо Джорно. Но потом он наклоняется, его губы в нескольких дюймах от губ Джорно. - Да, хорошо. Это она. Но я серьезно. Я не хочу давить на тебя, если ты не... я не знаю… не чувствуешь то же самое. Но если чувствуешь, то, может быть, тебе стоит, я не знаю, сказать мне или сделать еще что-то. Джорно не может поверить своим ушам. Как долго он ждал этого момента, только чтобы снова и снова убеждаться, что Миста не интересуется им. И вот появился Миста, довольно взволнованный, но в основном понятный, и признался Джорно, что хочет больше, чем просто дружбу с ним. -Ты мне н-нравишься, - говорит Джорно, запинаясь, слишком смущенный, чтобы посмотреть Мисте в глаза. Он смотрит вниз, что не слишком помогает, так как голый, потный живот Мисты почти заставляет его стонать. - Значит, мы вместе? - Да. - Внутри Джорно все кричит, желая раствориться и умереть прямо тут, в крошечном углу танцпола. - И это значит, что я могу поцеловать тебя? - Наверное, - отвечает Джорно. И он надеется, что в клубе достаточно темно и Миста не может разглядеть румянец, который, как он знает, у него есть. - Если ты хочешь… Джорно даже не успевает закончить фразу, как Миста прижимается губами к его губам. Он никогда не пробовал ничего, кроме вина, а вкус алкоголя на губах Мисты совершенно иной. Но губы Мисты мягкие, при этом сильные, и его сладкий язык легко убеждает Джорно открыть рот. Это первый поцелуй Джорно. Закрыв глаза, Джорно задается вопросом, хорошо ли он отвечает на поцелуй Мисты. Его искушает желание открыть глаза и оценить выражение лица Мисты, но у него не хватает смелости сделать это. Но когда Миста скользит языком по зубам Джорно, а затем кончиком закручивается вокруг языка Джорно, становится совершенно ясно, что Миста намного опытнее его. Когда Джорно думает, что он вот-вот взорвется от возбуждения или потеряет сознание, забыв дышать через нос, Миста слегка отстраняется, его зубы мягко прижимаются к нижней губе Джорно, захватывая ее. - Ты в порядке? - Спрашивает Миста несколько приглушенно. Джорно кивает головой. - Да, - шепчет он и тихо вздыхает, когда Миста отпускает его губу и прижимается лицом к шее Джорно. Он снова вздыхает, на этот раз гораздо громче, чем в первый, когда чувствует мягкие губы и теплый язык Мисты на своей коже. -Н-не надо, - скулит Джорно и нерешительно пытается вырваться. - Я вспотел. - И что? - отвечает Миста между поцелуями и нежными покусываниями кожи Джорно. - Мне нравится вкус твоего пота. Джорно закусывает губу и сжимает руки в кулаки, не зная, что с ними делать. Миста находит точки на шее, которые, по-видимому, связаны напрямую с его членом. И когда Миста шевелит губами, и его язык скользит по коже прямо под мочкой уха, Джорно не может ничего сделать, кроме как вскрикнуть и впиться пальцами в спину Мисты. - Вот так, да? - Миста мурлычет ему в ухо. – Сейчас будет еще лучше. Но этого не происходит, потому что у Джорно в кармане звонит сотовый, и настроенный рингтон сразу сообщает ему, кто звонит. Джорно отвечает на звонок и выбегает наружу, чтобы избежать шума внутри клуба. Миста следует за ним, цепляясь пальцами за бедра Джорно, ведя его сквозь толпу. Разговор короткий. Папа Джорно наконец-то вернулся с деловой встречи, и отец хочет, чтобы он пришел и провел с ним время. - Надо идти? - Спрашивает Миста, когда Джорно вешает трубку. Джорно кивает головой. - Папа вернулся домой. Мне, наверное, стоит увидеть его. Извини. - Да все нормально. Может, скоро мы снова сможем расслабиться. Хочешь, я провожу тебя домой? - Нет, все в порядке. - Джорно машет рукой, отказываясь от предложения. - Кроме того, я уверен, что мой отец чувствует, когда ты рядом. - Черт. Надеюсь, он не почувствует, что я собираюсь сделать с тобой, когда увижу в следующий раз. Широко раскрыв глаза, Джорно не знает, что на это ответить, поэтому говорит первое, что приходит в голову. - Обычно они оба ложатся спать к полуночи. – Он думает, что слишком поздно брать свои слова обратно. Кроме того, он не хочет. Он уверен. В каждом слове. Миста поднимает одну бровь так высоко, что Джорно приходится почти отвернуться, чтобы не рассмеяться. - Это приглашение? Чувствуя контроль над ситуацией, Джорно беззаботно пожимает плечами. - Понятия не имею. Я полагаю, да, если ты это так понимаешь. - Он протягивает руку и мягко дергает густую косу, лежащую на его плече. - Я лучше пойду. - Хорошо, - говорит Миста и молча смотрит, как Джорно отворачивается, прежде чем добавить: - Полночь, верно? Увидимся через пару часов? - Думаю, да, - бросает ему через плечо Джорно. Он ощущает на себе взгляд Мисты. Он почти чувствует, как его одежда сползает от напряженного взгляда, направленного, как он знает, прямо на него. Он не может оглянуться на Мисту, потому что слишком занят, краснея и пытаясь думать о том, на что они оба только что согласились. Джорно не может вспомнить, когда он в последний раз так радовался возвращению домой.

***

Когда Джорно пришел, оба родителя были в гостиной. Папа приветствует его гигантским объятием, которое практически поглощает все его тело. Джорно рад его видеть, особенно потому, что это отвлекло от него внимание отца. Он получает гору подарков и сувениров, а когда отец на минутку выходит на кухню, папа задает ему тот же вопрос, что и всегда, когда Джорно оставался наедине с отцом больше чем на пару часов. - Как он? - Спрашивает папа, положив большую руку на плечо Джорно. - Невыносимо, - отвечает Джорно. - Но раз уж ты здесь, может быть, ты сможешь что-нибудь с этим сделать. Папа бросает на него извиняющийся взгляд и крепко сжимает его плечо. - Я посмотрю, чем можно помочь. - Он улыбается, и Джорно не может не улыбнуться в ответ. Все становилось лучше, когда рядом был его папа. - Кстати, - начинает папа, и его палец нежно трется о точку на шее Джорно. - Что это здесь? Джорно хмурится и ощупывает место на шее. Это не больно, и он ничего не заметил, прежде чем ушел из дома сегодня вечером. Он вспоминает недавние события, и его глаза расширяются, когда он понимает, на что смотрит его папа. - Должно быть, укус насекомого, - отвечает Джорно и тут же чувствует себя виноватым за то, что солгал папе. - Вау. Это, должно быть, было очень большое насекомое, - это все, что говорит его папа, но взгляд его глаз заставляет Джорно задаться вопросом, не знал ли он настоящую причину метки на шее. - Лучше отцу этого не видеть. Ты же знаешь, как он относится к насекомым. - ...Верно, - отвечает Джорно. Теперь он уверен, что его папа точно знает, откуда взялась эта отметина. Как неловко. - О чем разговор? - спрашивает отец, возвращаясь с кухни. Он прищуривается, глядя на Джорно, но тот избегает его взгляда. - Я сказал Джорно, чтобы он использовал то, что ты ему купил от укусов комаров, - прикрывает его папа. - Они ужасны в это время года. - Не понимаю, зачем ты утруждаешься, пытаясь что-то ему объяснить. Он никогда ничего не слушает. Это бесполезно. Бесполезно, бесполезно, бесполезно… "…бесполезно, бесполезно, бесполезно, бесполезно", - мысленно добавляет Джорно, одновременно забавляясь и злясь на себя. - Так что мы будем делать остаток вечера? - Спрашивает Джорно, расплетая волосы, чтобы длинные пряди закрывали засос на шее. - Мы с ДжоДжо посмотрим фильм, - отвечает отец, - а ты найдешь способ развлечь себя самостоятельно. Он отмахивается от Джорно, и предупреждая его взглядом о последствиях, если он попытается остаться. Джорно закатывает глаза, но только потому, что знает - его папа здесь, чтобы защитить от гнева отца. Джорно не был ребенком. Он знал, что просмотр фильма был кодовой фразой, означающей, что они вдвоем займутся сексом. Он только надеялся, что на этот раз они доберутся до своей спальни и не сделают этого снова на диване. Это была не та картина, которую он хотел бы видеть, пробираясь вниз, чтобы съесть миску хлопьев посреди ночи, как в прошлый раз. Джорно желает им обоим спокойной ночи и, извинившись, поднимается к себе в спальню. До полуночи оставалось еще полтора часа, и он гадал, появится ли Миста. Наверное, он просто дразнится. В конце концов, он часто так делал. Но Джорно не хочет рисковать, оставляя все на волю случая. Следующие полчаса Джорно тратит на уборку своей спальни, которая и до этого не была грязной. Покончив с этим, он принимает душ и останавливается перед зеркалом, разглядывая пурпурную отметину на левой стороне шеи. Он благодарен, что ее видел его папа, а не отец, особенно если бы он понял, от кого это. Он, вероятно, содрал бы кожу с его шеи. После душа Джорно расхаживает по спальне, пытаясь сообразить, что надеть. Он останавливается на своей темно-синей - и безумно дорогой - пижаме. Он часто ее надевал, так что, если кто-нибудь из родителей случайно увидит его в ней, он ничего не заподозрит. Прошел почти час с тех пор, как он поднялся наверх, а до полуночи еще тридцать минут. Он испытывает искушение посмотреть, с чего начался фильм на ночь, и он высовывает голову из двери, только чтобы услышать, как его отец стонет имя его папы. Отвратительно. Джорно закрывает дверь и смотрит на часы. Он просто смешон. Миста не придет. Оба его родителя дома, и один из них ненавидит Мисту. Что он собирался делать? Постучать в дверь и попроситься войти? Качая головой от всей этой глупости, Джорно следующие двадцать минут возится с компьютером. Когда это надоедает, он висит вниз головой на кровати и смотрит на свою комнату с другой точки зрения. Только взглянув на книжную полку у окна, он замечает, что кто-то заглядывает в комнату. Джорно вскакивает так быстро, что едва не травмирует шею, и румянец на его щеках не имеет ничего общего с тем, что он только что висел вниз головой. Вставая, он смотрит на человека, улыбающегося ему через толстое стекло, и на самом деле рассматривает возможность открыть окно так, чтобы столкнуть его. - Ты мог бы написать мне, - шепчет Джорно, когда окно открывается. - Тебе повезло, что ты не сломал шею. На стене дома есть лестница. - В этом нет нужды, - шепчет в ответ Миста, и он проскальзывает в окно Джорно гораздо грациознее, чем Джорно ожидал от него. - Мило. - Он смотрит на пижаму Джорно и играет бровями. - Ты надел ее для меня? - Нет, но я позволю тебе так думать, - лжет Джорно. - Меня устраивает, - отвечает Миста. - Твои папы спят? Джорно качает головой, борясь с желанием нервно дернуть себя за волосы. - Они... - он откашливается. - Они занимаются другими делами. - Какими еще делами? Джорно открывает рот, закрывает его, и качает головой. - Просто ... делами. - Например, трахаются? - Спрашивает Миста. Выражение лица Джорно отвечает на его вопрос. - Черт, - говорит он, и с его губ срывается тихий смешок. - Но идея у них верная. Иди сюда. - Подожди, - говорит Джорно, отходит, выключает свет и запирает дверь. Он сомневается, что родители побеспокоят его, но осторожность не помешает. В окно проникает достаточно лунного света, чтобы он мог ясно видеть Мисту. Он переоделся, хотя его одежда все еще была похожа на ту, что он носил раньше. И на нем была еще одна шапка. - Ты боишься? - Миста дразнит его, но Джорно слышит искренность в его голосе. Его дыхание пахнет мятной зубной пастой. - А должен? - Спросил Джорно, и Миста ответил ему самым нежным, самым сладким поцелуем, который когда-либо был у Джорно. Хотя его мнение не имело большого значения, так как он получил свой первый поцелуй чуть раньше тем же вечером. - Нет, - говорит Миста ему в губы, когда он направляет Джорно вниз на кровать. - Тебе нечего бояться. Я всегда тебя прикрою. - О'кей, - отвечает Джорно, не доверяя себе произнести что-то большее. Он позволяет Мисте целовать себя снова и снова, дыша ему в рот с каждым дразнящим движением языка. Губы Мисты скользят по его губам, мягкие и нежные, как крылья бабочки или лепестки розы. Джорно отдается ему, позволяя Мисте провести губами по подбородку, вниз по шее, где он посасывает и кусает уже отмеченную синяком кожу. Но на этом он не останавливается. Джорно закрывает лицо руками, когда Миста задирает его пижаму и покрывает его грудь влажными поцелуями. Те же самые губы, тот же самый язык, которые касались его языка, теперь обхватили один из его сосков, пробуя на вкус, дергая и дразня. Второй раз за эту ночь Джорно не знает, что делать с руками, поэтому он вцепляется в простыни, сжимая ткань в кулаках и проглатывая стоны. Но когда Миста целует центр его груди, прежде чем перейти к другому соску, Джорно тихо вскрикивает и тянется, чтобы схватить его за волосы. Только там, где должны быть волосы Мисты, сейчас шапка. - Можешь снять, - говорит Миста, и пальцы Джорно дрожат, когда он снимает шапку с головы Мисты. Волосы у него мягкие и густые, Джорно запутывается в них пальцами, дышит неглубоко, а Миста посасывает его сосок, пока он не становится чувствительным к касаниям его шершавого языка. - Хочешь, чтобы я продолжил? - спрашивает Миста, и его теплое дыхание на влажном соске Джорно заставляет его выгнуть спину и кивнуть головой. Миста посмеивается над его пылом, но Джорно это нисколько не волнует. Он стонет и всхлипывает, легкие “Ох” и “Ах” звучат в тишине комнаты. Когда он добирается до пояса пижамных штанов Джорно, его бедра дрожат, а живот покрыт отметинами зубов и засосами. Миста просовывает пальцы под пояс штанов Джорно и стягивает их вниз, одобрительно насвистывая, когда понимает, что Джорно без нижнего белья. Затем он продолжает помечать кожу Джорно губами, языком и зубами, оставляя синяки на внутренней стороне его бедер. Член Джорно пульсирует между его ног, и он гадает, возьмет ли Миста его в рот. Он надеется, что так и будет. Он почти готов умолять его сделать это, хотя бы всего на секунду или две. Он всегда такой спокойный, тихий и сдержанный. Отец учил его брать то, что он хочет, но сейчас это кажется грубым и неблагодарным. Миста до сих пор делал только приятное ему. Он должен просто быть счастлив тому, что Миста готов дать, вместо того, чтобы хотеть – - Ах! Джорно отлично справлялся с тем, чтобы его стоны были приглушены, но, когда Миста раздвигает его ноги, поднимает бедра в воздух и скользит своим языком в задницу Джорно, попытка молчать - последнее, о чем думает Джорно. - Ш-ш-ш, - шепчет Миста и прикладывает указательный палец к его губе, что для Джорно является универсальным знаком «тишина». - О, Боже, - только и может прошептать Джорно в ответ - больше себе, чем Мисте, - прежде чем почувствует, как пальцы снова раздвигают его, а потом теплую влагу языка Мисты. Миста проводит языком по дырочке Джорно, заставляя его задыхаться, извиваться и скулить. Иногда он дразнит его едва заметными щелчками кончика, прежде чем погрузить язык внутрь Джорно, насколько это возможно. Это так приятно, и, если бы Джорно мог сосредоточиться на чем-то, кроме удовольствия, он бы понял, что действительно говорит это вслух, снова и снова, как сломанная хриплая пластинка. Руки Мисты покидают задницу Джорно, что мешает ему засунуть язык так глубоко внутрь Джорно, как ему хотелось бы. Но у его рук есть кое-что гораздо более важное, что они должны делать в данный момент. Это требует небольших усилий, но вскоре Миста смог добыть небольшой тюбик смазки из кармана брюк. Он не говорит Джорно, что делает, отчасти потому, что его язык все еще находится в заднице Джорно, но также и потому, что он не хочет прерывать непрерывный поток стонов, срывающихся с его губ. Когда Миста, наконец, высовывает язык из Джорно, он улыбается ему, наслаждаясь его теперь уже растрепанной внешностью. Он не может сказать, выглядит Джорно старше или моложе с распущенными волосами, рассыпавшимися веером по подушке под головой. Но он, безусловно, выглядит красиво. - Черт, - только и успевает сказать Миста, прежде чем взять в рот кончик члена Джорно. У Джорно хватает рассудка прикрыть рот рукой и закричать. Миста медленно отсасывает ему. Позволяет ему познакомиться с ощущением рта Мисты, сомкнутого вокруг его члена. Но Джорно все еще дергается под ним, его ноги подрагивают, икры твердые, как камни, когда он дрожит, стонет и нетерпеливо толкает бедра. Это забавляет и заводит его, поэтому Миста позволяет Джорно трахать его рот. Его член продвигался дальше во влажное тепло. Иногда острие упирается Мисте в щеку, и Джорно хватает его за волосы и стонет: “Гвидо!” – раздувая эго Мисты так, что оно, кажется, прорвётся сквозь стены. Медленно работая ртом над членом Джорно, Миста использует указательный палец, чтобы обвести анус Джорно, толкая немного, прежде чем снова отступить. Джорно беспорядочно двигается под ним. Бедра дергаются, пальцы хватают, сжимают и царапают его голову. Свободной рукой Миста обхватывает основание члена Джорно и отодвигается достаточно, чтобы позволить ему выскользнуть изо рта, хотя его кончик все еще упирается ему в губы. - Ты хочешь меня? - Спрашивает Миста и прижимает палец к анусу Джорно, не настолько, чтобы полностью проникнуть в него, но достаточно, чтобы дать ему понять точно, что именно он планирует. - Да, - выдыхает Джорно, надавливая на палец, не заботясь о том, что Миста хочет с ним сделать, пока он делает это прямо сейчас. Миста беспрекословно подчиняется, и Джорно снова дергает бедрами и стонет. Ему не ново ощущение пальца в заднице. Он уже делал это несколько раз. В этом заключалось одно из преимуществ того, что он был гибким и сексуально озабоченным подростком. Но ощущения совсем иные, когда Миста делает это. Они гораздо лучше. Джорно издает слабый всхлип, и Миста крепче сжимает его член. - Не кончай, - шепчет он и снова опускает голову, чтобы продолжить с того места, где остановился. Миста сошел с ума, думает Джорно. Если он считает, что возможно оттянуть свой оргазм с ртом Мисты вокруг его члена и пальцем, трахающем его задницу. Только когда Джорно почти полностью теряет контроль, пятки его ног упираются в матрас, а член пробивается в рот Мисты и выходит из него, Миста добавляет второй палец к первому. Миста чувствует, как он напрягается, и снова выпускает член Джорно изо рта. - Ты в порядке, - говорит он успокаивающим голосом. И он двигает пальцами внутри Джорно, пока Джорно не кричит и не дергает бедрами. - Джорно, ты должен помолчать. Я действительно пытаюсь не иметь дело с твоими отцами, которые придут сюда и вышибут из меня душу. - Не заставляй меня кончать, - умоляет Джорно, его тело дрожит, а пальцы вцепились в простыни так сильно, что костяшки побелели. - Хорошо. Подожди. - Он знал, что Джорно в любом случае больше не выдержит. И если Джорно собирался так кричать, что Мисту в результате просто убьют, он предпочел бы, чтобы это произошло потому, что Миста трахал его, а не из-за пары пальцев. Миста быстро раздевается и делает паузу достаточную, чтобы надеть презерватив. Джорно выглядит одновременно нетерпеливым и измученным, и он не может не радоваться, потому что знает: он - причина этого. Когда он присоединяется к Джорно на кровати, то наливает смазку в руку и размазывает ее по своему члену, наблюдая, как Джорно открывает для него ноги, широко и медленно, как открывают сундук с сокровищами. - Положи ноги мне на плечи, - говорит Миста, и Джорно беспрекословно выполняет это. К его чести, Миста нежен так, как это только возможно, но для Джорно становится очевидно, что он хочет член Мисты внутри себя немедленно. К чести Джорно, он принимает Мисту, толкая его член внутри себя, как чемпион. Всего несколько мгновений нужно, чтобы привыкнуть к ощущению того, что внутри все так широко и наполнено. Миста спрашивает, все ли с ним в порядке, и Джорно кивает, его светлые волосы прилипают к влажному лбу. На мгновение Миста думает, что Джорно справляется с его членом лучше, чем с пальцами. Ну, пока он не начнет двигаться. Джорно красив, и гибок, и громок, и никакие просьбы, что нужно быть тихим, кажется, не помогают. Единственный вариант, который есть у Мисты, - это остановиться, чего, давайте посмотрим правде в глаза, он не собирается делать. - Шшш, - шепчет Миста, повышая голос, чтобы заглушить крики Джорно. - Джорно, тссс.... Будь спокойным. Джорно слушается его целых три секунды, прежде чем застонать снова. Миста знает, что это его вина. Он мог двигаться медленно, мягко покачиваясь в плотном теле под ним. Но Джорно слишком сексуален, и его задница жадно сжимается вокруг члена Мисты. - Это то, чего ты хотел? - Миста дышит Джорно в ухо. Он втискивает руку между их телами, хватая член Джорно и поглаживая его в ритме собственных толчков. Джорно не отвечает. Только вскрикивает, поджимает губы на полсекунды, и снова кричит. - Боже, ты такой громкий, Джорно. Миста уверен, что папаши Джорно вот-вот придут и убьют его. - В следующий раз ты придешь ко мне, - выдыхает он, вбиваясь в Джорно. Хватается за металлические прутья изголовья, получая рычаг, чтобы со звуками ударов бедер, вонзать свой член в задницу Джорно. - Тогда можешь кричать сколько захочешь. - Миста ласкает член Джорно. Представляет Джорно у себя дома, как он стоит на коленях, заложив руки за спину и раздвигая собственную задницу. Распахивая ее для Мисты, чтобы он мог трахать, или лизать, или растягивать. - Тебе бы этого не хотелось? Ответ Джорно - пара широко раскрытых голубых глаз и поток слов, которые свободно переводятся как: "Я сейчас кончу!” Миста достаточно быстр, чтобы прикрыть ладонью рот Джорно, заглушая крик, сорвавшийся с его губ. Джорно сжимается вокруг него, стискивая его член, тугой и горячий. Миста хочет увидеть, как Джорно кончает, но он вынужден закрыть глаза, так как его собственный оргазм накрывает его гораздо раньше, чем он хотел. - Черт, - выдыхает Миста, уткнувшись лицом в шею Джорно и толкаясь глубже в него. Приглушенные стоны и крики Джорно вибрирует вокруг его руки, когда он грубо толкается в задницу Джорно, позволяя тугости доить его, горячая и густая сперма изливается в презерватив. Боже, как ему хотелось сорвать его и кончить внутрь Джорно. Чтобы заполнить его. Переползти по нему и накормить этот красивый рот, эти великолепные губы всем до последней капли. Стереть ее с его идеального лица пальцем или языком, а затем перевернуть его и трахнуть снова. Его живот горит там, где на него упали капли спермы Джорно. Но больше всего ее на Джорно, молочно-белой, контрастирующей с его влажной бледной кожей. Джорно выглядит так, как будто он совершенно не в себе. Он абсолютно и полностью отымет, и Миста решает, что он выглядит хорошо. - Ты в порядке? - Спрашивает Миста, медленно выходя из Джорно, оба тихо шипят, слишком чувствительные к событиям ночи. - Мммм, - отвечает Джорно, глядя на Мисту сонными голубыми глазами. - Брось. Не засыпай, - говорит Миста, но на самом деле он не возражает. Он наклоняется, хватает свою рубашку и вытирает ею сперму с живота Джорно, прежде чем отбросить ее в сторону. Это даст ему причину проникнуть в окно Джорно завтра вечером. Хорошо, другую причину кроме очевидной. Потом он снимает презерватив и выбрасывает его в мусорное ведро рядом с кроватью Джорно. Подумав, он залезает в мусорное ведро и прикрывает презерватив несколькими листками бумаги, уже лежащими внутри. Не хотелось бы, чтобы кто-то из родителей Джорно увидел это. Пока он ходит голый по комнате Джорно, он прислушивается у двери, чтобы убедиться, что родители Джорно не крутятся рядом. Ничего не услышав, он забирается обратно в кровать и дарит Джорно, который делает все возможное, чтобы не заснуть, несколько сонных поцелуев. - Я дам тебе поспать, хорошо? - говорит Миста, нежно прижимаясь губами ко лбу Джорно. - Тебе не обязательно уходить. Я не хочу спать, - отвечает Джорно, но они оба знают, что он лжет. Джорно сдается, когда понимает, что Миста не поддается на его ложь. - Напиши мне, когда вернешься домой. - Обязательно. Джорно практически заснул еще до того, как Миста оделся. Миста целует его еще пару раз, а затем достает телефон из кармана брюк, чтобы быстро сфотографировать его спящее лицо. В любом случае, он уже давно собирался сменить экран блокировки. - Ухожу, - говорит Миста зная, что не получит ответа. Он легко вылезает из окна и спускается на безопасную землю. Однако эта безопасность недолговечна - он оборачивается и замечает огромного человека, стоящего на крыльце и смотрящего прямо на него. - Черт... - говорит Миста, потому что это единственное слово, которое он может вспомнить. Он смотрит в глаза здоровяку, потом поворачивается на каблуках и бежит так быстро, как только позволяют ноги. Джонатан Джостар смотрит на окно спальни сына и вздыхает. Он знает, что независимо от того, что он думает или делает, невозможно помешать его маленькому Джорно быть укушенным комаром раз или два, особенно если ему удалось пробраться через его окно. Он решает притвориться, что ничего этого не видел. Но все же делает мысленную заметку поговорить с Джорно позже. Желательно, чтобы Дио не было рядом ради блага всех троих. Тихо посмеиваясь, Джонатан качает головой, а затем поворачивается, чтобы вернуться в дом. Комары действительно свирепствовали в это время года.